Глава 5 Forte!
25 января 2016 г., 01:45
«Шукадева Госвами сказал: Исполинская фигура и свирепый вид могучего воина Вритрасуры повергли полубогов в ужас. Тут он взревел, и от раскатов его рева почти все, кто был рядом, лишились сознания. Оглушенные львиным рыком Вритрасуры, полубоги тоже рухнули на землю без чувств, будто сраженные молнией».
Шримад Бхагаватам, Песнь шестая, часть 2, глава одиннадцатая «Трансцендентные качества Вритрасуры»
***
— Что? — Мальдорор усмехнулся. — Линос, не следует бросаться подобными заявлениями... — Закрой пасть, выродок! И берись за оружие! — Это всё тлетворное влияние Харона. Вот, что случается с теми, кому он промывает мозги, их удел — безумие или смерть. Харон воистину проводник в мир мёртвых. Умирают все, кто сближаются с ним... — Мальдорор окинул взглядом собравшихся. Харона среди десантников не было. Наконец лорд обратился к Линосу. — Что ж... — сказал Мальдорор. — Если ты серьёзен, то я назначу чемпиона, который будет защищать мою честь. Гектор!.. — Нет! — отрезал Линос, оборвав на полуслове. — Я бросаю вызов тебе, а не одному из твоих псов! Не смей прятаться за спинами! Вы все здесь пали настолько низко, оправдывая себя Древним Предательством, что забыли о своём предназначении. Ни один из вас не достоин больше носить эти цвета, ни один из вас не достоин называться истинным воином Легиона Детей Императора! — Не произноси имени Врага! — взревел Мальдорор, внезапно впадая в ярость. — Давным-давно нет никакого Легиона!.. И нет никого, кто был бы равен мне или превосходил меня в чём-то!! Здесь я — твой Бог! — Ты всего лишь свихнувшийся от власти мутант! — бросил Линос с презрением. Мальдорор порывисто поднялся со своего места и, схватившись обеими руками за фибулы, что удерживали плащ, вырвал их из креплений. Иглы фибул глубоко входили не только в доспехи на груди, но и в тело. Мальдорор отбросил их, и его тяжёлый меховой плащ упал на каменные ступени. — Будь по-твоему.... — тихо проговорил он. — Разойдитесь! Сейчас вы увидите, что бывает с теми, кто идёт против меня. Мальдорор вынул из ножен силовой меч и сошёл вниз. Он указал острием клинка в сторону Линоса: — Не надейся, что твоя броня спасёт тебя. — Просто сдохни, — ответил Линос и решительно двинулся вперёд. Доспех не позволял Линосу слишком быстро двигаться. Однако ему необходимо было всего лишь сблизиться с противником и тогда, используя ужасающую мощь силового кулака и массивность своей брони, он мог уничтожить практически любого врага. Мальдорор это понимал, поэтому начал обходить его сбоку, стремясь попасть в центр арены, чтобы иметь пространство для манёвра. Наконец они сошлись на дистанцию удара. Мальдорор совершил резкий выпад мечом, целясь в выставленную вперёд правую ногу Линоса. Вместо того, чтобы блокировать, Линос сделал шаг вперёд, уже готовый атаковать Мальдорора. Но лорд был быстр. Оставив небольшой скол на наголеннике терминатора, он отпрянул с животной скоростью. Боль прошивала его колено всякий раз, когда он переносил вес на левую ногу, но это не совсем зажившее ещё ранение ненамного снизило манёвренность. Кулак Линоса просвистел в том месте, где Мальдорор был лишь секунду назад. Линос не думал останавливаться. Не снижая скорости, он продолжил атаковать. Мальдорор ушёл вбок и, крутанув мечом, направил его сверху вниз, целясь противнику в голову. Разгадав замысел, но не имея возможности резко развернуться, Линос мог лишь закрыться наплечником. Клинок высек сноп искр, оставив на чёрном керамите глубокий шрам. Моторы взвыли, когда Линос на пределе возможностей, развернулся к Мальдорору, который хотел вновь атаковать его сзади. Не ожидая от терминатора такой прыти, он, вдруг оскалившись, оступился, и Линос не преминул этим воспользоваться. Видя летящий в него кулак и стоя в невыгодном положении, Мальдорор отпрянул, одновременно подставляя под удар свой меч. Силовой кулак с лёгкостью пробил этот блок, и, хотя Линос сумел лишь вскользь зацепить нагрудник Мальдорора, того отшвырнуло на несколько метров. Линос двинулся вслед за ним, намереваясь догнать и закончить дело. Падая, Мальдорор сгруппировался и тут же поднялся на ноги, хотя его теперь слегка пошатывало. Он понимал, что если быстро не придёт в себя, Линос его прикончит, потому проворно отступил. Метнув свирепый взгляд, он сплюнул наполнившую рот кровь. На его груди осталась почерневшая вмятина, а лёгкие саднило. Остановившись, он позволил Линосу приблизиться. А Линос атаковал с непреклонным упорством, снова занося кулак. Он предвидел, что Мальдорор уйдёт вбок, поэтому уже приготовился резко развернуться вслед за ним. Мальдорор отпрянул от удара, как Линос и предполагал, но, когда тот начал поворачиваться, Мальдорор внезапно выкинул вперёд обнажённую правую руку. Она мутировала за секунду. Хлёсткий удар щупальца был направлен в голову и заставил Линоса, прикрываясь, вскинуть кулак вверх. Мальдорор, казалось, только этого и ожидал, и ударил мечом снизу в руку Линоса, пытаясь попасть в сочленение брони в районе локтя. Терминатор не смог бы избежать этого удара, но успел подставить под удар кулак. Клинок Мальдорора встретился с силовым кулаком, угодив в нижнюю менее бронированную часть, в кисть. Силовые поля столкнулись, породив яркую вспышку. Последним отчаянным движением Линос поймал лезвие и сжал его со всей силой бронированного кулака. Меч Мальдорора раскололся, генератор силового поля разрушился, высвобождая через лезвие огромное количество энергии. Кулак Линоса не выдержал подобной перегрузки, ярко полыхнул, и из-под пластины брони повалил густой белый дым. Мальдорор выпустил горячую рукоять меча и атаковал снова. С разбитым силовым кулаком терминатор мог только защищаться от тяжёлого щупальца, но даже этого он не успел, настолько ошеломительна была атака Мальдорора. От мощного удара по лицу в глазах у Линоса потемнело. После соприкосновения с омерзительным щупальцем, кожа на щеке начала гореть огнём. Следующий удар пришёлся в нагрудную пластину, от чего Линос покачнулся и отступил на шаг назад. Внутренний механизм доспеха пытался выровнять движения, поэтому Линос, к счастью своему, не опрокинулся на спину, а тяжело рухнул на одно колено. — Ну что? — спросил Мальдорор хрипло. — Теперь ты сожалеешь о своем безумстве? Теперь ты готов молить меня о пощаде? Я послушаю тебя, Линос. Можешь начинать! Если ты будешь достаточно искусен в своей мольбе, — говорил Мальдорор, подходя всё ближе, — я, возможно, сжалюсь над тобой. Линос смотрел в пол. Нужно было бороться, но его захватило чувство бесконечного отчаяния. Мальдорор определённо был сильнее. Он победил. Поставил его на колени. Это страшное чувство собиралось внутри, наполняя грудь и огромной волной пробиваясь вверх. Оно скапливалось в нём. Вновь по венам побежал горячий яд, как тогда, во сне, и в нём проснулась та самая боль. Она поднималась всё выше и выше, раздирая его. Он не мог больше сдерживать это, это было невыносимо. И вдруг он осознал, что то, что рвётся из него — это крик. Линос резко поднялся, вскинув голову, вдохнул как можно глубже и закричал. Боль разорвала его горло, вперёд хлынул поток крови. Эта боль была так похожа на ту, что он ощущал в своём видении. Она обжигала, но в то же время ласкала все его чувства. Звук, который издал Линос, был оглушающе высоким, словно тысяча мелких игл, устремившихся вперёд, и одновременно в него вплетались низкие неразличимые басовые вибрации, от которых все его внутренности пробила мощная дрожь. Само рождение этого звука было неестественным, оно доставляло боль Линосу. Все его тело, а в особенности органы звукового восприятия, воспротивились этому, однако разум и душа его вовсе не хотели останавливаться. Это было как очищение. Он содрогался от вспышек острого блаженства и хотел длить эту ноту ещё и ещё. В первые мгновения витражный потолок под воздействием мощной акустической волны пошёл трещинами, а затем обрушился вниз дождём из стекла. Мириады разноцветных осколков заполнили воздух и со звоном грянули о каменный пол. Мальдорора же, что стоял прямо перед Линосом, просто-напросто отбросило. Над лицом его из разорванных вен взметнулась кровавая взвесь. Он упал на спину. Когда в груди закончился воздух и крик стих, Линос увидел поверженного противника. После пережитого Линоса колотила крупная дрожь, тело плохо подчинялось, но он, видя своего врага в полубессознательном состоянии, ведомый кипящим в крови адреналином, двинулся к нему. Мальдорор приподнялся на локтях, поворачивая голову с невидящими глазами. Его лицо было окровавлено. Нависнув, Линос что есть силы обрушил ботинок на предплечье Мальдорора, вдавив всё ещё опасное щупальце в пол. На мрамор брызнула голубоватая слизь, и отвратительный вид её привёл Линоса в исступление. — Я... — прохрипел Мальдорор, — я... всегда ненавидел тебя!.. — Это страстное признание вырвалось у него мучительно, почти помимо воли. Это было отчаяние, видящего перед собой смерть. Если бы Мальдорор мог в этот миг видеть, вот, что он увидел бы в глазах Линоса, вот, что Линос сказал ему, если бы мог говорить: "Тем хуже для тебя. Я тебя даже не помню". Коленом Линос придавил вторую руку врага и нанёс мощный удар неисправным кулаком в голову. Затем ещё один и ещё. Он яростно бил Мальдорора, не в силах остановиться, превращая его череп в месиво крови и костей. Спустя некоторое время, когда Мальдорор уже давно не двигался, руки Линоса опустились. Разум понемногу возвращался к нему. Он увидел, что обе его перчатки покрыты чёрной кровью и мозгом, а на нагруднике другая кровь. Его кровь. Он тяжело дышал и с каждым вдохом, когда воздух проходил через голосовые связки, он чувствовал далёкие еле слышные отголоски того крика. Эти звуки словно запустили в нём цепную реакцию. Он издал низкий рык, наслаждаясь вибрацией, что прошлась через тело. Не совсем осознавая, что вокруг него столпились поражённые увиденным и частично оглушённые десантники, Линос встал и направился к выходу. Ступая по жалобно скрипящему битому стеклу, он шёл, не разбирая дороги. Он просто хотел выйти. Дверь за ним захлопнулась, и никто не посмел пойти следом.***
Когда Харон узнал, что Линос бросил вызов Мальдорору, он понял, что сегодня решается его судьба. В тот момент он не успел бы никак помочь Линосу, битва уже кипела. Харон решил прежде всего позаботиться о себе. Впрочем, план отхода у него был давно подготовлен. Нужно было уничтожить противовоздушную защиту базы. Харон не хотел, чтобы, когда он будет покидать это место, кто-то попытался бы его сбить. Для этих целей он хранил на экранированном носителе крайне агрессивный демонический вирусный код. Необходимо лишь загрузить его в центральный когитатор, управляющий системой ПВО, и вирус очень быстро уничтожит всю информацию на нём, а затем пожрёт сам себя. С этим у Харона проблем не возникло, ему повезло. Десантник зашёл в серверное помещение, в котором располагался блок управления системой, подключил носитель к одному из портов, деактивировал экраны, и вышел, никем не остановленный и не замеченный. Затем он направился в ангар. Внутри обнаружилось четверо рабов, которые были заняты тем, что с довольно праздным видом распивали что-то алкогольное. Харон поднял одного из них за шиворот и просто швырнул в сторону двери. — Вон! — рявкнул он на остальных. Те без разговоров подчинились. Оставшись один, он закинул по паре крак-гранат, соединённых с дистанционными взрывателями в рубки двух из трёх «громовых ястребов». На третьем же он запустил программу предполётной подготовки. Теперь оставалось только одно дело, но не последнее по важности. Харон отправился в Арсенал.***
Техножрец, следящий за Арсеналом, впустил Харона без каких-либо вопросов, но выглядел взволнованным. — Что случилось? — спросил Харон вкрадчиво. — Обычно вы, ребята, бесстрастны как механизмы. — Воистину! — сказал техножрец не без паники в интонации. — Да вот только какая-то дрянь подрывает боеспособность крепости! Вирус! — механикум произнёс последнее с особенным выражением. Было непонятно ненависть это или восхищение. — Мне нужен доступ к Арсеналу, — прервал его десантник. Оказавшись внутри, Харон первым делом взял свой верный тяжёлый болтер. — Отлично, — сказал он, подсоединяя к болтеру новый магазин и направляя ствол на жреца, — теперь открывай опечатанный сейф. — Что? Да не могу я этого сделать. Мальдорор запретил! — Мальдорор мёртв. И ты последуешь за ним, если не сделаешь, что велено. Жрец колебался ровно до тех пор, пока Харон не выстрелил, превратив висевший рядом со жрецом чей-то болтер в бесполезную груду металла. Механикум замер, поглядывая на дымящийся ствол. — Я могу просто убить тебя и взять ключ с твоего бездыханного тела. Открывай чёртову дверь. Пошёл! Жрец протянул механодендриты, сорвал печать и разблокировал сейф. Харон оглядел небольшое помещение. «Гимн Погребения» висел прямо рядом со входом. Осторожно десантник взял великолепное оружие в руки. Оно казалось таким обманчиво хрупким и изящным, но Харон знал, что это настоящий инструмент войны, и он ни в коем случае не хотел оставить бластмастер Мальдорору, если вдруг оказался не прав, и победа будет за последним. — Ключ! — потребовал Харон. Жрец вручил ему ключ-карту. — Лезь внутрь. Когда механикум нехотя вплыл в помещение сейфа, Харон захлопнул за ним створку и небрежно бросил карту на стол.***
Закинув бластмастер за плечо, он направился к залу собраний. По его прикидкам всё уже должно быть кончено. Когда Харон осторожно подходил к двери, размышляя как бы её лучше открыть, чтобы увидеть, что происходит внутри, он услышал крик. Крик этот потряс Харона до глубин души, заставив покачнуться и схватится рукой за стену. Внутри прогрохотал звон стекла, пол мелко задрожал от вибрации, как если бы рядом заработал какой-то огромный механизм. А крик всё длился, раскрывая переходы тона. Всё внутри Харона отозвалось на эти звуки, и глубокая дрожь прошла даже по костям скелета. Затем наступила тишина. Удивлённый Харон приоткрыл дверь и понял, что может больше не прятаться. Линос был на ногах, Мальдорор лежал на земле, и это было хорошо. Большинство десантников было, видимо, оглушено. Шлем, пожалуй, мог бы отфильтровать этот пагубный эффект, но здесь не было почти ни одного десантника в шлеме. Словно в трансе Линос двинулся к лежащему на полу, а затем принялся избивать его долго и жестоко. После такого не смог бы выжить никто. Харон понял — вот он, конец Мальдорора. Линос направился к двери. И Харон изумился, когда увидел то, что стало с его лицом. Он отошёл, пропуская Линоса, и закрыл дверь. Линос как будто бы не замечал его, а просто тяжело брёл вперёд. Харон нагнал его, но не решился тронуть. Он позвал: — Линос! Линос, ты слышишь меня? Тот обернулся, словно очнувшись от видения, поначалу не понимая ничего, но скоро во взгляде его появилось узнавание. Линос явно попытался что-то произнести, раздался звук, достаточно громкий, чтобы Харон моментально осознал опасность. — Стой! Стой! — он отпрянул и поднял руку. — Не говори в мою сторону! Линос посмотрел с потерянностью во взгляде. Зрелище он представлял ужасное. Половина его лица покрывалась ожогом, правый глаз почти совсем скрыл чёрный кровоподтёк. Но куда хуже всё было ниже. Линос мутировал. Его нижняя челюсть раскололась вертикально пополам, распахнув плоть до низа горла. Оборванные мышцы всё ещё сочились кровью, и Харон заметил, что они как будто бы утолщились, и из них уже показались острые треугольные зубы. Язык так же разделился пополам и удлинился, образовав два подвижных щупальца, соединяющиеся только вблизи его корня. Харон видел гортань Линоса и движущиеся голосовые связки, которые тоже, видимо, как-то чудовищно изменились, дав десантнику мощь производить убийственный звук. Харон слышал тот звук, что разбил стёкла и заставил вибрировать всё здание. Он, куда более тихий, исходил от Линоса и сейчас, когда тот просто дышал. Похоже, что Линос получил особое благословение Принца Наслаждений. В принципе, имея это, всё можно было устроить так, что приближённые Мальдорора признали бы Линоса своим предводителем, а Харон занял бы место его заместителя. Честолюбивые размышления Харона прервал крик «Вот он!» и болтерный огонь, выбивший кусок камня из стены и срикошетивший от доспеха Линоса. В глазах того полыхнуло пламя. Он обернулся и, не сдерживаемый теперь никакими правилами поединка, сорвал с пояса штормболтер и дал по нападавшим очередь, заставив тех отступить. Харон тут же понял, что узурпировать власть не получится. Слишком сильно они погрязли в этой борьбе, в поклонении своему лорду и в своих собственных амбициях. Когда Мальдорора не стало, все сорвались с цепи. — Пойдём, пойдём!.. — Харон настойчиво потянул Линоса за собой. Проходя мимо очередного поворота, терминатор остановился. Пальнув для порядка пару раз в коридор, он свернул и направился в другое ответвление. Харон понял, что он идёт к своей комнате. Ему ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Их больше не преследовали. Насколько Харон мог судить, сейчас в банде начались сведения личных счётов, что им двоим было только на руку. — Давай, Линос, быстрее! — поторопил он. Терминатор вышел уже в шлеме, держа в руке портрет Фулгрима. Он ударил углом о стену, подрамник треснул и сломался, затем Линос протянул Харону холст, призывая свернуть его. Харон быстро исполнил просьбу, понимая, что проще сделать, чем спорить о целесообразности. И только после того, как свёрток упокоился в одном из подсумков Линоса, они двинулись к ангару. На входе стояли трое десантников, что без разговоров развернули болтеры в сторону Харона и Линоса. Это развязало им руки. Линос открыл ответный огонь, продолжая неумолимо двигаться вперёд. Харон же укрылся за его спиной, подготавливая свой тяжёлый болтер, а затем присоединился. Совместная огневая мощь терминаторского штурмового болтера и тяжёлого болтера Харона изрешетила одного из десантников, который укрылся за дверью ангара, сделанной из листового железа. Видя судьбу своего товарища и прикинув шансы пробить доспех терминатора, двое остальных, не сговариваясь, отступили. Преследовать их не входило в планы Харона. Они двинулись дальше. Внутри ангара никого не было. Похоже, те трое были первыми, не считая Харона, кому пришла в голову мысль, что пора уносить из крепости ноги. Предполётная подготовка была завершена. Линос зашёл в транспортник вслед за Хароном. Используя дистанционное управление, Харон открыл двери ангара, и «ястреб» медленно покатился к выходу. — Так, ещё одно... — сказал Харон, извлекая детонатор. Он нажал на кнопку и, спустя пару секунд, в кабинах оставшихся в ангаре «ястребов» раздалось по взрыву. Оказавшись вне ангара, он активировал вертикальный взлёт. Машина поднялась над землёй. Харон увидел, как несколько десантников высыпали во двор, паля по ним из ручного оружия. — Неудачники, — бросил Харон, — можете хоть сгнить на этой паршивой планетёнке. Он активировал форсаж и взмыл вверх, направляясь в Пространство. Где-то там на орбите планеты висел их корабль, и Харон намеревался присвоить его себе.
