Рейс на Асцеллу

В окрестностях университета было красиво. Журчал фонтан, сквозь серебристую листву деревьев, которыми была обсажена круглая площадь у главного входа, просвечивало солнце. Не просто просвечивало — даже немного припекало, климат на Асцелле был ровный, мягкий и теплый. Тед нервно расхаживал у фонтана — сестра опаздывала. Дэн невозмутимо поедал третью порцию мороженого, присев на бортик. — Охлаждаешься? — прицепился к нему напарник, успевший известись от жары и бездействия. Почему-то навигатор на прогулку в город отправился в рабочем комбинезоне, и Теду (сам он был в одной футболке) было жарко на него смотреть. — Нет. Мне нормально, — рыжий бросил палочку от мороженого в урну и встал. — А вот и Лика. Анжелика Лендер, второкурсница АУИР, бежала к ним, стуча каблучками и сияя. Тед сграбастал сестру в крепкие объятия, хотя и не преминул дать шуточного тумака. — Что, красоту наводила? А мы должны тебя тут вечность ждать? — Ах, да какая там красота, — отмахнулась Лика небрежно, как человек, который знает, что с внешностью у него и так полный порядок, — проспала. Полночи к семинару готовилась!.. Здравствуй, Дэн, — выговорила она с небольшой заминкой и сделала неуверенное движение навстречу, будто не зная, можно ли навигатора тоже обнять по-дружески или лучше не стоит. — Здравствуй, Лика, — киборг улыбнулся девушке приветливо, но ответного движения навстречу не сделал. Прикосновения людей не из числа своих можно было снести при крайней необходимости, а тут ее явно не было. Лика куснула губу, но тут же улыбнулась и защебетала: — Давайте сначала в кафе, вот туда, а потом у нас культурная программа! Увлекаемые Ликой, они двинулись по одной из аллей, отходящих от площади. — Какая еще программа? — с подозрением спросил пилот. — Пойдем в художественный музей! — Что?! — То! Там отличная коллекция, столько интересного… Дэн, ну скажи ему! Рыжий, подумав, спросил: — Почему туда нужно пойти? — Вот видишь! — Лика торжествующе ткнула пальцем в сторону брата. — Твой друг даже понятия не имеет о том, почему в такие места нужно ходить. — Я тоже, — мрачно буркнул пилот. Почему-то радости встречи он уже не чувствовал. Что за напасть случается с младшими сестрами, когда они вырастают и начинают вести себя как невыносимые всезнайки? — А ведь это же очень интересно, — вкрадчиво сообщила Лика, беря Теда под локоть, — какой бывает реакция на первую встречу с искусством, и… — Так, я все понял, — сурово обрубил ее Тед. — Снова твои эксперименты. Опять хочешь Дэна изучать. Киборги и их реакция на первую встречу с искусством, — передразнил он сестру. — Фиг тебе, на мышах своих лабораторных экспериментируй! — Ничего такого я не думала! — возмущение в голосе Лики было таким убедительным, что поневоле закрадывалась мысль, что Тед был не так уж и не прав. Дэну стало смешно от того, как друг в очередной раз его защищает от своей же сестры, хотя ни Лика, ни ее попытки экспериментов не были опасными. — Почему бы и нет? — миролюбиво сказал он. — Тогда какого черта ты просила встретиться с тобой утром, тебе же на суперважный семинар надо? — Тед продолжал возмущаться. — Да его отменили! Полчаса назад узнала, а ведь я же из-за него полночи не спала, — поделилась Лика, вздыхая. — Совсем зубрилкой заделалась, малая? Семестр еще только начался, а ты уже по ночам не спишь, — хмыкнул пилот, шагая широко и размашисто. Лика, повиснув у брата на локте, старалась не отставать. Дэн с отрешенным видом шел чуть поодаль. — Что б ты понимал! — задрала подбородок блестящая студентка Лендер. — Это просто такой семинар… Вообще его только старшекурсникам читают, но в этом году допустили к участию и кое-кого со второго курса, вот меня, например, — Лика скромно потупилась, давая понять, что выбрали ее за выдающиеся способности, а не за что-нибудь другое. Брат, к ее неудовольствию, такое очевидное послание проигнорировал и снова лишь хмыкнул. Сестра сдвинула брови. — Это такой преподаватель! — упорно гнула свое Лика. — Просто гений! У нас многие думают, что он слишком жесткий, но я считаю, что если хочешь чему-то научиться, надо постараться! Такой блестящий ученый… Тед вдруг захихикал. — Ли-ика! Ты, часом, не влюбилась? Сестра издала выразительное рычание и огрела брата по спине сумочкой. — Болван! Просто это… передний край науки! Невельским нельзя не восхищаться, его последняя статья про механизмы восстановления нейронов при повреждении зоны Вернике это просто… Тед бессердечно заржал. Лика приготовилась еще раз приложить его сумочкой, но Дэн вдруг спросил безучастно: — Лика, а у тебя случайно нет его голографии? Лика слегка зарделась. — Есть. А что? — Ничего, — киборг пожал плечами, — просто интересно. Зона Вернике, опять же… И в инфранете почему-то ни одной картинки, — добавил он вполголоса. Девушка достала из сумки видеофон, вытянула из него окошко. Среднего роста человек стоял впол-оборота у интерактивной доски, показывая на рисунок мозга в разрезе. Улыбка у него была довольно приятной, но лицо казалось невыразительным и общее впечатление от его внешности оставалось слегка смазанным, нечетким… Дэн быстро подтянул окно к себе, увеличил, всмотрелся в изображение. Потом быстрым щелчком откинул прочь, выпростал запястье из рукава и стал давить кнопки комма. — Дэнька, ты чего? — удивился Тэд. Навигатор, не отвечая, нажал еще несколько раз на клавиши. Немного помедлил. Взгляд его стал жестким. Он вытащил из комма окошко. Тоже голография, нет, кадр из видеозаписи. Невзрачный, невыразительной внешности человек на фоне какого-то стеллажа, лицо близко, виден чуть округлившийся рот, нахмуренные брови — не сердито, а скорее неуверенно… Дэн потянулся за первым окном и придвинул его ко второму, слегка увеличил и повернул оба изображения. Теперь даже людям, не оборудованным системой распознавания лиц, было ясно, что и там, и там — один и тот же человек. — Так! — рявкнул Тед, побелев лицом. — Звони капитану, срочно. — Уже пробовал, — бесцветно отозвался напарник. — И Полине, и доктору. Вызов не проходит. Что будем делать? Лика растерянно переводила взгляд с одного на другого.

***

— …Добро пожаловать, — произнес профессор и исследователь. Станислав похолодел, но попытался прикрыть собой Джейн (а доктор неожиданно ловко пихнул себе за спину Полину). Но парень с бластером уже выдернул ее за руку к себе. Невельский встал с кресла и быстро приблизился. Из кармана белого, как у врача, халата, он вынул пару наручников и умело защелкнул их на запястьях доктора и капитана. — Не хватает, — с сожалением констатировал он. — Но ладно, наверно, девочка не доставит нам хлопот. — Полина протестующе дернулась, но Станислав метнул в нее усмиряющий взгляд. Хотя бы один человек не в наручниках — это уже… Максимилиан обернулся к Джейн и сказал ей несколько непонятных слов, глядя в глаза. Протянул руку, пытаясь погладить по щеке. Девчонка плюнула ему под ноги и отдернула голову. Ученый скривил рот. — Вот как? Плохо, детка, неважные наши дела. Ну тогда… — и он вдруг издал серию странных звуков, больше всего похожих на свист, правда, звучало это совсем не по-человечески — даже не по-птичьи (и представлять себе того, кто мог бы так свистеть, было очень неприятно). Джейн тут же обмякла, руки повисли вдоль туловища, выражение лица стало сонным и отсутствующим. Мозгоеды встревоженно следили за ней взглядом. Что он с ней сделал?! — Вы, трое, отойдите к стене, — резко скомандовал профессор. Пилот подтверждающе качнул стволом бластера. Станислав, Вениамин и Полина сделали несколько шагов назад. Невельский нажал на кнопку своего комма — в потолке открылась узкая щель, из нее выдвинулись узкие металлические прутья. Они опустились вниз, и комната оказалась разгорожена частой решеткой. — Принцессу — в ее комнату, — распорядился Невельский в сторону сотрудника. Тот, крепко взяв Джейн за локоть, вывел ее за дверь. Та покорно переставляла ноги. — А с вами мы сейчас поговорим. Тон его голоса был достаточно мирным, но Станислава это обмануть не могло. Вдруг человек в белом халате, расхаживавший перед решеткой, вскинул руку и в ней блеснул нож (быстро вынул из кармана? взял со стола?). Трое отпрянули от решетки, но тот стал всего лишь рассеянно вертеть его в пальцах. Солнце, светившее в окно, играло на лезвии отблесками. Станислав машинально пригляделся и понял, что это не нож, а скальпель. «Псих», — отчетливо подумалось ему. Не циничный рабовладелец Казак, не стремящийся к наживе главарь пиратской банды Балфер, не кто-то, пытающийся урвать свое или замести следы… Нет, хуже. Психопат. — Что вы сделали с системой управления? — продолжил он и подошел вплотную к решетке. Полина снова отпрянула. Станислав замер, пытаясь быстро проанализировать ситуацию и выбрать наиболее верную стратегию. — Э-э-э… О чем вы? — выдавил он наконец. — Ясно о чем, — ощерился Невельский и вскинул скальпель. Станислав с трудом удержался, чтобы не отшатнуться. Спокойно, спокойно… — Вы для меня не опасны и не представляете интереса, — несколько устало продолжил ученый. — Поэтому играть с вами в игру «не понимаю, о чем вы говорите» я не буду. Но если вы продолжите, я прибегну к другим методам, — и скучающе глянул на Полину. Та судорожно всхлипнула и притиснула к груди сумочку. — Да, — пошел на попятный Станислав, — я понимаю. Но мы ничего не делали с ее процессором. С ее, хм, инсталлированными опциями. — Не убеждает, — ответил Невельский с улыбкой. — Давайте рассуждать логически. Детка была на корабле с копом. Детка была некоторое время на той убогой планетке. Детка была на вашем корыте, — Станислав машинально сжал кулаки, слышать про свой корабль «корыто» (да еще и от кого!) было больно. — Оставлял я ее в полном порядке. Это был не коп, разумеется. Что-то успели сделать в больнице планетки? Я достал записи с камер наблюдения — нет, отпадает. Остаетесь вы. И он улыбнулся чуть шире. Станислав думал, как ответить так, чтобы это им хоть чем-то помогло. Но вдруг заговорил доктор. — Коллега! — Невельский удивленно на него уставился, а Станислав чуть не поперхнулся. — Простите, реплика в сторону — ваши последние статьи в «Вестнике нейрофизиологии» очень любопытны, совсем новое слово, — исследователь недоверчиво скривился, но скальпель опустил. — А если ближе к делу, то, понимаете ли… Мы совершенно не представляем принципов, по которым функционирует эта, мда, дополнительная опция. Возможно, какие-то действия были нами совершены, но если что-то и повлияло, это не был намеренный эффект… Голос Веньки звучал обычно — то есть успокаивающе. Станислав мысленно одобрил. Тактика «заболтать и как можно дольше тянуть время», возможно, была лучшим вариантом. Невельский вскинул брови. — Принцип действия? Хм. Наверно, да, я могу пояснить… Он задумался, заложил руки за спину и вновь стал расхаживать по комнате. Голос его зазвучал немного по-учительски, как на лекции. — Что ж. Начать мне придется немного издалека, потому что человеческий мозг — самая удивительная вещь во вселенной, удивительнее черных дыр и тайн антиматерии…

***

Это было очень сложно — одновременно сохранять прежний вид, как если бы действие адского свиста сохранялось в полном объеме, и где-то внутри себя, тайно, осторожно расчищать островок ясности и внимания. Как будто протираешь очень запыленное стекло. Но нужно быть настороже, чтобы очистить только маленький пятачок, выглянуть самой, но остаться незамеченной для тех, кто следит за окном снаружи… Она умела это делать раньше, но когда пшало* немного пояснил и показал, как это мог делать он, стало проще. Все равно трудно. Адский свист. Так называла это бабка Ица, когда ее внучка еще не умела хитрить, и оно обрушивалось в полную силу и действовало долго — слабость, ступор, невозможность соображать, страх… Медленно, осторожно сделать несколько шагов. Сесть на кровать. Позади захлопнулась дверь. Обнять игрушку, уставиться в пространство. Так? Да, хорошо. Похоже. Комната обставлена в пастельных тонах, чувствуется, что она предназначалась для девочки. Пушистый ковер, на стене зеркало. Краем глаза видно ее смутное отражение. Где камеры? Там. И там. И там. Где слепое пятно, маленький участок, который не виден в камеры? Он научил ее это определять. Черт. Слепое пятно совсем маленькое, из-за отражения в зеркале. Придется сильно извернуться, чтобы сделать все, что нужно. Но пока ничего нельзя делать. Пока нужно ждать. * брат