Рейс на Асцеллу

Для проведения краткого боевого совета Тед, Лика и Дэн уселись на траве под деревом, неподалеку от главного корпуса университета. Инфранет здесь ловился хорошо, и Лика стала копаться в развешанных вокруг вирт-окнах. — Наверняка этот гадюшник где-то здесь! В этой вашей шарашкиной конторе! — пилот вновь изводился от вынужденного бездействия. Он был согласен с тем, что нужен план действий, но злился, что самый любимый его пункт в таких планах — навалять нехорошим людям по морде — пока невыполним. — Нет, — покачал головой Дэн. — Флаер полетел совсем в другую сторону. — Теодор, — устало сказала Лика, отрываясь от изучения раздела внутренней структуры университета, — я же тебе говорила. В главном корпусе нет какого-то центра или лаборатории Невельского, он приглашенный профессор («Профессор, б..!» — взрычал Тед). Тут больше трех тысяч аудиторий, искать наугад мы будем вечность, надо знать точно. И мой университет, — она прикусила губу, — не шарашкина контора! — а после отвернулась и сердито защелкала окошками. Парням она поверила сразу, но все же осмыслять то, что любимый профессор, гениальный преподаватель оказался… в общем, это было нелегко. — Ладно, — буркнул Тед. — Дэн, ты можешь по карте показать, в какую примерно сторону он направлялся? Такой отличник вряд ли стал бы выделывать виражи и кружить над космодромом… — Конечно, — навигатор вытащил карту окрестностей (в моделях DEX-6 была программа автоматической загрузки карты поверхности планеты). Отметил пунктирной линией предполагаемое направление. — Хм. Тут почти сразу за чертой города начинается лесной массив, а дальше побережье… — Это заповедник, — не оборачиваясь, откликнулась Лика… И тут же подскочила и подтащила вирт-окно. — Заповедник! Смотрите — филиалы и структурные подразделения АУИР — ОСПН! — Что? — парни сунулись к окошку. — Отдел современных проблем нейронауки! Здесь указано, что он расположен в Поющих Скалах — это заповедник! — Лика показала на карте. — Скорее всего, это и есть то место! — Отлично, — пилот вскочил на ноги. Дэн поднялся следом — одним быстрым слитным движением боевого киборга. — Тогда быстро к кораблю, берем наш флаер и вперед! — Это заповедник, ты понимаешь? — напомнила ему Лика. — Особая зона. Туда нельзя просто так прилететь на флаере, на границе вас задержит служба охраны. Можно долететь туда и от границы идти пешком — но сначала надо оформлять разрешение на посещение в городском туристическом центре… Чертовы природоохранные заморочки! Тед аж застонал от ярости. — К тому же, — продолжила Лика, — что вы сами тут сможете сделать? Надо обратиться в полицию и… Пилот вытаращился на свою сестру, будто в первый раз увидел. — В полицию? Чтобы копы начали возиться, открывая дело, а этот тип прикончил бы там всех?! — А что ты предлагаешь? Ринуться туда очертя голову, чтобы прикончили и вас? — яростно проорала Лика в ответ. Сестра и брат были, несомненно, достойны друг друга. — Понимаешь, — вступил в разговор до того молчавший Дэн, — нам нечего сейчас предъявить полиции. Как доказать, что Невельский и Хирург — один и тот же человек? По данным видеозаписи в моей системе. Но по ним будет видно и то, что я притворялся человеком. По документам Тед мне не хозяин, и когда он попробует в качестве доказательств показать записи не принадлежащего ему киборга, скорее всего, до выяснения они задержат нас обоих, — киборг не стал уже уточнять, что его вообще могут тогда сразу отключить и отправить в офис DEX-компани, как только обнаружат, что система вскрыта и хозяина у него нет. Если бы это было нужно, чтобы спасти своих, Дэн не колебался бы ни секунды — но как раз чтобы их спасти, нужно было оставаться на свободе. — Неизвестно, как далеко этот гад пустил тут свои щупальца, — Теодор рубанул воздух ладонью. — Может, полиция давно им куплена. — Дело о пропаже людей заведут только через два дня, — добавил навигатор. Лика помолчала, хмуро глядя перед собой. — Ладно, — проговорила она наконец. — Попробуем так, — девушка ввела в адресную строку длинную комбинацию цифр и букв. Выскочило окошко «Особый доступ. Подтверждение». Лика подтвердила, снова введя код. Открылась страница с информацией, вероятно, предназначенной административно-хозяйственной части — схема здания, схема расположения помещений по этажам, график уборки, список проживающих в общежитии… — Ну ты даешь, сестренка! Ты же вроде не на программировании учишься? — присвистнул пораженный Тед. — Нет, — Анжелика Лендер польщенно тряхнула головой. — Но у меня есть приятель из программистов. Мне в конце прошлого семестра в комнату такую противную девчонку подселили! Если через деканат, столько бы мучиться пришлось, а он списки чуть подправил — и я уже числилась в другой комнате… Сейчас посмотрим. Если этот отдел связан с университетом, у них, возможно, общая служба доставки. А может, и уборки. То есть я хочу сказать, вдруг туда кто-то летает по графику? — И мы сделаем жалобные глаза и попросим взять нас с собой? — Тед снова присел рядом с сестрой, заглядывая через плечо в окно с убористыми колонками данных. Дэн остался стоять, оглядываясь вокруг. Обязательная составляющая боевого режима — слежение за местностью. — Да, — сказал он без выражения. — Мы их очень, очень попросим. Даже Теда, знающего рыжего давно и считающего его своим другом, слегка пробрал холодок — от внезапных и стремительных, как всегда, превращений напарника из вроде бы обычного парня в боевую машину. А уж сочетание этого с обычными дэновскими странными шутками было просто убийственным. Хотя бы потому что, возможно, сказанное шуткой не являлось (только способ попросить Дэн не уточнял). …Через пять минут Лика торжествующе воскликнула, поворачивая к парням окно с таблицей: — Вот! Университетский ангар, правый сектор. Через 15 минут оттуда отправляется флаер ВН583 — в Поющие Скалы, с продуктами и средствами для уборки. Дэн еще раз глянул на схему университета, кивнул, сохраняя в памяти. — Отсюда до ангара — семь минут, — оценил он. — Не успеем на корабль заскочить, — сказал Тед. — А то бластер бы взяли. — Так я взял! — Дэн хлопнул себя по боковому карману. Теперь смысл рабочего комбинезона был очевиден. — Ты взял бластер? — не поверил пилот. — Без разрешения Станислав-Федотыча? Из его сейфа? Ты? — Да, — виновато кивнул киборг. — Я знаю, это плохо. Анализ информации не давал никаких указаний на то, что нам что-то угрожает, но… — У людей это называется интуиция? — усмехнулся Тед. — Ладно. С бластером куда лучше, чем без него.

***

— …Разве не удивительно, — звучал размеренный профессорский голос, — что строение мозга человека в значительной степени схоже с мозгом крупных приматов? Или, например, то, что человеческий мозг достигает своего максимального объема уже к трем годам жизни? Невельский рассеянно, не ожидая ответа, взглянул на пленников за прутьями решетки, отвернулся к окну. — Да, древний и новый мозг… Древний — наследие наших животных предков. Мозолистое тело, гиппокамп, мозжечок, ствол… Древнейшие, самые базовые реакции, необходимые для выживания — дыхание, работа пищеварительной системы, циклы сна, и, конечно, программы действий в экстремальной ситуации, ну, вы помните, «замри, беги или сражайся», — Вениамин кивнул с умным видом, вслед за ним Полина. Станислав решил наглецу не потакать. — Все то, без чего мы не смогли бы прожить и нескольких часов. — А новый мозг? Ведь это же совсем удивительно! — увлекшись, он оживился, взмахнул рукой, будто видя перед собой этот чудесный объект. — Кора головного мозга. Нейронные связи между разными ее областями. По сути, это и есть то, что отличает людей от обезьян, трехлетнего ребенка от взрослого. Пластичность, гибкость, способность образовывать новые и новые связи, компенсировать новыми цепочками связей пораженные участки. Бесконечное развитие! Он вдруг резко обернулся и, глядя Станиславу в глаза (видимо, как главному среди захваченной троицы), проговорил: — Знаете, терпеть не могу киборгов! — капитан «Космического мозгоеда» от неожиданности едва не выпалил «Я тоже!». Но сдержался. — Не понимаю, разработчикам в DEX-компани лоботомию, что ли, всем делают при поступлении на работу? Имея столько денег и технических возможностей, сделать… вот это! — Невельский всплеснул руками. — Вы имеете в виду ограниченность функционала? — осторожно спросил Вениамин. Если слушать беседу со стороны, не видя решетку и перепуганные глаза Полины, вполне можно было счесть, что тут имеет место научный диспут… — Уместно ли здесь слово «ограниченность»? То, что они делают — это как если бы человеку отрезали ногу и вместо нее приделали протез. Замена живой работы живого мозга процессором! Подавление развития коры! Изготовление манекенов на батарейках! В чем смысл? Создавать киборгов для войн на провинциальных, никому не нужных планетках? Для ублажения озабоченных домохозяек продвинутыми фаллоимитаторами? Какое… — он пощелкал пальцами, ища точное слово, — какое убожество! Мозгоеды внимали. Внезапно открывшийся им накал страстей поражал. У Станислава неприятно потянуло под сердцем — зачем, зачем этому психу вынимать перед ними душу? Если только не… — Уже много лет меня интересовала проблема направленного развития человеческого мозга. Что еще он сумеет, что он сможет суметь, если им займется профессионал, использующий последние достижения нейронауки? — продолжил ученый, немного помолчав. — Детка — мой последний эксперимент. На данный момент — самый удачный. — Значит, были и другие? — вырвалось у Полины. Станислав и доктор лишь крепче сжали челюсти. — Конечно, — пожал он плечами. — Мне нужны были испытуемые разного возраста и пола. Я возлагал большие надежды на детей раннего возраста, но увы, их организм оказался слишком хрупким. Такое прискорбное несоответствие — мозг так интенсивно развивается в этом возрасте, а тело так уязвимо… Полли в ужасе прижала ладонь ко рту. — Ах, самый смелый член экипажа боится? — издевательски прокомментировал профессор. — И негодует? Он такой плохой, так мучил маленькую девочку! Так? — Полина сникла, избегая встречаться с ним взглядом. — Лицемерие — распространенный порок, — вкрадчиво сказал он, вновь вертя в пальцах скальпель. — Любопытно, что бы вы сказали, если б увидели номадский корабль a naturel — всю эту скученность, грязь, почти поголовную безграмотность, обреченность месяцами болтаться в глубинах космоса, потому что почти никогда нет лишней единицы на гашение. Обреченность на жалкую, бессмысленную жизнь… Я спас детку от такой участи. Я подарил ей другую судьбу. Станислав уставился в пол, боясь, что не сможет сейчас сдержаться и выскажет мерзавцу все, что о нем думает. Но это ничем им не поможет. Надо тянуть время сколько получится. — А какова, хм, была ваша цель? — очень светски осведомился доктор. Станислав мысленно зааплодировал старому другу. Так его, Венька! Пусть болтает, если им хоть как-то повезет, наболтает достаточно для полиции… Невельский благосклонно повернулся к нему. — Собственно, та же самая, о которой я уже говорил. Практическое изучение возможностей направленного развития мозга. И, хотя это уже скорее побочный эффект, связанных с этим возможностей человеческого организма в целом. При создании киборга развитие коры мозга подавляется и, по сути, процессор перехватывает управление. Меня интересовал другой путь — максимального использования имеющегося материала. Не подавление, а интенсификация развития коры. Обогащение нейронных связей. И, конечно, эмоциональная связь с создателем… — Гарантия собственной безопасности? — не удержался все-таки Станислав. — В том числе, — холодно сказал ученый. — Я, кажется, не похож на идиота, чтобы делать экспериментальный процесс заведомо неуправляемым. Киборгам прописывают хозяина в командной строке, но так как в нашем случае процессору отводится скорее вспомогательная, консолидирующая роль, то такую функцию он выполнить бы не смог. Да и это было бы слишком просто, всего лишь запрограммировать. Слишком скучно. Нет, тут задействованы куда более тонкие механизмы, определенные группы зеркальных нейронов, настроенных на тембр моего голоса и служащих катализатором дальнейших действий… Я выучил номадский специально для этого, — его голос вдруг стал звучать практически нежно. — Думаю, более подробные объяснения вам ни к чему, это уже выше уровня вашего понимания, — тут же бросил он. — А то, что было сейчас? До того, как ваш подручный ее увел? — Вениамин спросил в лоб. Станислав чуть поморщился. Рискованно. Может разозлиться. Но нет, вроде бы нет… — Ах, это… второй уровень системы управления. Подстраховка на случай разлада первой. Воздействие на структуры древнего мозга, в данном случае тоже с настройкой на тембр моего голоса, тут нужны определенные частоты, поэтому сигнал звучит довольно необычно. Так что можно сказать, сейчас я просто велел ей перейти в состояние ступора. Не хотелось бы, чтобы она повредила себе или кому-то, пока я разбираюсь с первым уровнем системы… Он замолчал, будто обдумывая что-то. Потом кивнул сам себе. — Сейчас вы слушали и думали — отлично, пусть болтает, может, мы протянем время и дождемся помощи, сумеем придумать какой-нибудь план… Увы, я вас разочарую, — он издал короткий смешок. — Решетка, как и наручники, сделаны из прочнейшего материала на основе сплава анобтаниума. Стекло ударопрочное, а если бы вам и посчастливилось бы его разбить — вперед, вы пролетите примерно девяносто метров вниз и разобьетесь о прибрежные скалы. В коридоре охрана. В ангаре охрана и сигнализация, к тому же флаеры оборудованы сенсорами, настроенными на сотрудников центра, никто другой не заставит машину взлететь. И вы ведь тоже, кажется, не кромешные идиоты, чтобы думать, будто я сейчас распинался перед вами из любви к науке? — Вы хотели узнать, что случилось с Джейн, почему она больше вам не подчиняется, — выговорила Полина. — Уже понял, — отмахнулся Невельский. — Вы, как и коп, не имеете к этому отношения, слишком невежественны. Значит, какой-то внутренний сбой… — Нет! У нас есть важная информация! — ринулся блефовать доктор. Невельский лишь рассмеялся ему в лицо. — Пора избавляться от вас, — просмеявшись, он стер с лица улыбку. — Нас будут искать! — выкрикнула Полина. — Дженни будут искать! — Кто? Ваш не обремененный интеллектом экипаж, оставшийся на корабле? Увы, я уже отправил туда своего сотрудника. Вскоре там произойдет то, что квалифицируют как взрыв реактора — такое редко, но случается. Или, может, вы надеетесь на патрульного Сакаи? Мне горько сообщать это вам, — он наигранно-печально вздохнул, — но патрульный Сакаи не оправится от последствий полученной травмы. По моим данным, это случится со дня на день… А кроме этого оголтелого копа, никто не станет разбираться. Свидетель доставлен, старое корыто погибло, мы все скорбим, вас, точнее, то, что от вас останется, вероятнее всего, найдут на разбившемся флаере. И что? Будем честны — вы никому не нужны настолько, чтобы это как-то задело меня. Станислав, Полина и доктор молчали. Выходило, он был прав по всем статьям. — Кстати, почему вы зовете ее Джейн? Как-то плебейски, не находите? Как в старом детском стишке — Дженни туфлю потеряла, долго плакала, искала… Ее полное имя в номадском произношении — Евгения, но мне ближе вариант Юджиния, звучит благороднее. Уменьшительная форма — Джинни. — Ладно, хватит разговоров, — он хлопнул в ладоши. — Я позволил себе поговорить о действительно важных для меня вещах, вы делали вид, что слушали, и пытались найти лазейку, мы отлично сыграли в эту игру. Но пора заканчивать. Тут у него на запястье пиликнул комм. Он принял вызов и буркнул «Да?» В течение нескольких секунд слушал (мозгоеды не слышали ничего, видимо, звук шел в скрытый наушник-капсулу). Потом рявкнул «Не трогай ее, сейчас приду!» — Вы! — выдохнул он в адрес запертых за решеткой. — Тупоумные болваны, макаки с гранатой! Вы с ней все-таки что-то сделали. Что?!

***

Они опоздали. Или сотрудник службы доставки не следовал графику, или же они потратили больше драгоценных минут, чем думали, уговаривая Лику не бежать вместе с ними, а отправиться на КМ под защиту Михалыча и Маши (на всякий случай, чтобы не переживать хотя бы за нее). Когда парни подбежали к ангару и осторожно скользнули в приоткрытую боковую дверь с надписью «Для персонала», человек в яркой желто-зеленой униформе, с пачкой накладных в руке, уже подходил к флаеру с номером ВН583. Дверь флаера была открыта. Сейчас он сделает еще пару шагов, влезет в кабину, захлопнет дверь и… Расстояние до объекта… вероятность достичь флаера раньше, чем объект закроет дверь — 7%. Мало. Можно рвануть к нему в молниеносном броске (вероятность захвата объекта — 68%), но это обязательно привлечет внимание рабочих, возившихся у ворот ангара… Напарников скрывал ряд других машин. Дэн знаком остановил Теда. Быстро нагнулся, подобрал что-то с пола. Чуть высунувшись из-за борта крайнего флаера, сделал кистью руки короткое резкое движение, кажется, что-то бросил. В воздухе мелькнуло нечто вроде маленькой гайки. Дэн подтолкнул пилота — мол, давай дальше. Пригнувшись, они устремились к цели. Человек в униформе тем временем влез в машину. Почувствовалось дрожание воздуха — он включил двигатель. Сейчас двери закроются и шанс попасть в Поющие скалы в буквальном смысле улетит!.. Дверь осталась в прежнем, открытом положении. Пилот с озабоченным лицом высунулся, покрутил головой по сторонам. Потом выскочил из флаера, нагнулся к нижней части машины… Что за черт! Приглядевшись, он заметил тускло блеснувшее металлическое колечко, заклинившее дверь. Вытащил гайку, бросил ее на пол. Выпрямился… И тут же в его висок ткнулось дуло бластера. — Тихо. Давай садись, — прошипел ему в ухо чей-то голос. — Да не сюда! Его втолкнули на заднее сиденье флаера, кто-то впихнулся рядом с ним. Дверь закрылась. С пилотского места, обернувшись, ему приветственно оскалился какой-то уголовного вида бугай с квадратными плечами и копной черных волос. Он осмелился повернуть голову — и увидел того, кто напугал его куда больше двухметрового качка, радостно переключавшего тумблеры. Худощавый рыжий парень в потертом рабочем комбинезоне наставлял на него бластер, а глаза его в полутьме кабины светились красным. Флаер под номером ВН 583 вырулил к воротам, помигал белым и синим, давая понять, что сейчас взлетает. Рабочие отошли от двери, ворота открылись. Машина устремилась вперед и, практически сразу после вылета из ангара — вертикально вверх.