Сердце вампира

- Отступись, Влад, тебе не выстоять. — Я не отдам своих братьев на растерзание. Если им нужна война, они её получат. Мы будем биться до последнего вздоха. — Я рад, что не ошибся в тебе. Такая мёртвая и такая горячая кровь бурлит в тебе неистовой силой. Но не только она заинтересовала в румынском князе. Твой ледяной рассудок и твоё железное сердце. Да… Человек с душой вампира, стал вампиром с душой человека. Как и раньше, ты можешь отправить на смерть самого доверенного слугу за малейшее ослушание или броситься за этого же слугу в бой. Триста лет назад я закрыл глаза на твоё вмешательство, но теперь тебе есть за кого бояться. Она носит твоего ребёнка, я чувствую, как внутри него бьётся живое сердце, и как он просит у матери чужой крови. — Ты создал нас, чтобы доказать, что твои создания тоже могут жить на этой земле. Но они были не совершенны, Первые дети. И тогда ты создал меня, чтобы дать им разум, научить их мыслить. И ты добился своего. Почему же ты хочешь уничтожить нас теперь? - Масаны разжирели, Дракула. Перестали быть охотниками и превратились в дворян. Всё чаще под Луной рождаются слабые, немощные, способные только жрать и размножаться. Война уничтожит слабость. Останутся только сильные, достойные бессмертия. — И ради этого ты просишь меня бросить всех на смерть? Хочешь, чтобы я предал их? Им не выстоять против священников и проклятых каннибалов Малкавиан. Поэтому я остаюсь. Они - твои дети и мои братья. И пусть моя душа горит в пламени вечность, но я не уступлю проклятой церкви, которая давно проиграла святость пьяным проституткам. — Тебя не страшит смерть? На той стороне тебя ждёт только пустота, как и всех масанов: Богу ваши окровавленные души не нужны. Клочок мёртвой земли под мраморным небом, резкий удушливый ветер и одинокий камень на краю пропасти, чёрной, как и твоя душа. Грехи прошлого будут терзать тебя, время исчезнет, и муки будут длиться вечность. И даже тьма пропасти не спасёт тебя. Но я знаю, что ты не из тех, кто боится прошлого. Тогда подумай о ней и вашем ребёнке. Думаешь, им позволят жить? Я уверен, что дитя умрёт, не увидев Звёзд. Я не буду вмешиваться в их судьбу, но я знаю, что так будет. Дракула не ответил.       Дверь приоткрылась, и Ширен неуверенно встала в образовавшемся проёме. — Я же приказывала меня не беспокоить! — глаза Батори вспыхнули. — Простите меня, госпожа, но я бы не осмелилась… - девушка перевела испуганный взгляд на Владислава и до крови закусила губу. — Говори. — Бруджа вернулся. Просит аудиенции. Радость, озарившая лицо Элизабет, невозможно передать никакими словами. Гнев исчез, она расправила плечи и высокомерно бросила Дракуле: — Теперь у меня снова есть козырь. Мы ещё сыграем. Пусть входит, — ответила она Ширен и жестом пригласила графа сесть в кресло. Сама же вернулась за столик. — И, Ширен, пусть Пьер приготовит мне новую девочку.       Владислав заметил, какой страх блеснул в глазах служанки, когда она взглянула на изуродованный труп подруги. Потом она исчезла. Через несколько секунд в комнату вошёл молодой человек. Граф давно научился разбираться в эмоциях и чувствах как людей, так и масанов. Поэтому униженное раскаяние и невыносимая боль, написанные на лице гостя, не обманули Владислава. „Сколько же времени ты, ублюдок, провёл перед зеркалом?“ — раздражённо подумал он.       Виктор был готов разыграть перед Батори своё искреннее раскаяние в том, что он не смог привезти девчонку. „Моя повелительница! Мы были в половине часа езды от Вашего замка… но проклятые Гангрелы! Госпожа, они убили кучера, перевернули карету… Я бился, как зверь, но ей разорвали горло… Я похоронил девочку…“ Но увидев в её комнате Дракулу, он оторопел. Липкий страх облил душу мужчины, он боялся этого могущественного вампира. — Здравствуй, мой дорогой Виктор, — сладко пропела Элизабет, протягивая ему руку для поцелуя. Она не заметила его смущения. — Я надеюсь, наша гостья получила всё необходимое? Я бы хотела, чтобы ты привёл её сюда, — она бросила самодовольный взгляд на Владислава. — Моя госпожа… я… — глаза слуги испугано бегали.       Он сбивчиво, задыхаясь и заикаясь, рассказал всю „историю“. Несколько долгих минут в комнате царило глубокое молчание. Батори гневно тёрла подбородок и изредка шипела на Виктора. Он же тупо смотрел в пол. Нет, не багровые глаза хозяйки пугали его, а чёрный, глубокий взгляд графа. — Он врёт тебе, Элизабет, — наконец сказал Князь Тьмы. — Я вижу, Дракула, — выдохнула она и резко встала. Виктор пошатнулся и опёрся о стену. — Ты хоть представляешь, грязный изменник, что я сделаю с тобой?! Ты будешь выть, молить о смерти, но ты расскажешь, что сделал с этой девкой!!! — Думаю, у меня лучше получится, — Владислав встал и прикоснулся к плечу женщины. — Даже не надейся. Ты в моём доме! Я не позволю тебе пытать кого-либо из моих слуг, даже провинившихся, — быстрый взгляд на Виктора. — И выйдешь отсюда тогда, когда я разрешу, — сказала она уже в глаза графу. И сразу пожалела о своих необдуманных словах. Да, древняя магия крови, которой её обучили в Америке, сдерживала его силы, но он всё равно был намного сильнее любого масана.       Владислав схватил её руку, притянул к себе и одним прыжком оказался около окна и раздвинул шторы. Зимнее солнце уже выплыло из серых облаков и медленно поднялось над лесом. Смертоносные лучи подбирались к окну, на подоконнике которого стоял граф. Он держал женщину спиной к себе, заставляя смотреть на звезду-убийцу. — Ты видишь, Батори? Свет совсем близко, он жаждет убить не меньше, чем любой из твоих упырей. Ты хочешь почувствовать его поцелуй? Я предоставлю тебе такую возможность.       Луч боязливо скользнул сначала по туфлям, потом по складкам платья. Поняв, что жертва беззащитна, он стремительно поднялся к холёному лицу Элизабет. Она закричала. Ей казалось, что в кожу вонзились миллионы тонких, раскалённых иголок. Они проникали всё глубже, оставляя на ней уродливый чёрный ожог.       Владислав ухмыльнулся и сделал шаг назад. Потом брезгливо бросил стонущую женщину на пол. Она извивалась от боли, не в силах кричать или открыть глаза. — Кровь… дай мне… крови… — хрипло причитала она, пытаясь встать.       Граф прокусил вену и заставил Виктора выпить несколько капель. Это должно было обезопасить Бруджу от солнца. На некоторое время. Влад не мог прочитать его мысли: Предусмотрительный щенок. Выпил „слёзы василиска“, пока шёл сюда. Он сильно сжал его шею, прошептал несколько слов — заклинание подчинения, – и они вышли из комнаты. Дракула был уверен, что ни один масан в доме не преградит им путь. Эти твари были слишком напуганы воем полумёртвой госпожи.