Милорда взять живым!

Они остались одни. Звуки шагов всё удалялись, и через несколько мгновений около входа снова запел сверчок, притаившийся во время шумного суда. Все это время Рейми так и нависал над Марио, наполовину придавив того своим телом. И сейчас — в тишине — он почувствовал, как глубоко омега дышал: его грудная клетка высоко поднималась, упираясь в твердое тело альфы, и покорно опускалась с лёгким выдохом. Глаза Марио были прикрыты, а черные волосы в беспорядке рассыпались по собственным рукам, забранным вверх. Он был прекрасен, и от этого вида по спине альфы побежали неконтролируемые мурашки. Рейми сглотнул. Он вдруг понял, что его фантазии сбываются: они остались одни, и Марио лежит у него в объятьях. От этой мысли кровь застучала в висках Рейми, кружа голову. Сейчас могло свершиться то, о чём он так долго мечтал, или… всё могло закончиться ничем — Марио отправится в Чистилище, послав его на все четыре стороны. Было немного страшно, но Рейми уже не мог отстраниться: возбуждающий омежий запах обжигал нутро и сулил неведомые наслаждения… Чуть наклонившись и проведя носом вдоль тонкой ключицы, юный альфа решил дерзнуть. Он поднял взгляд и встретился со взглядом омеги: глаза Марио затуманились, а зрачки расширились и занимали почти всю радужку.  — Я могу казнить тебя… и тогда игра для тебя закончится, — губы пересохли от волнения, но Рейми отчаянно продолжал, — а могу и помиловать… если… если… Марио не дал альфе договорить. Он высвободил руки из-под ослабшего захвата и положил их на затылок парня:  — Я выбираю второе, — негромко прошептал омега и притянул альфу к себе. Их губы встретились и, ведомые инстинктами, приоткрылись, чтобы слиться в первом несмелом поцелуе. Сначала Рейми растерялся, и Марио взял на себя ведущую роль, исследуя языком перламутровые стенки его щёк, но потом альфа перехватил инициативу. Он почти одержимо впивался в губы омеги, покрывал поцелуями шею, ключицы, щёки, снова возвращаясь к раскрасневшимся губам, выпивая весь воздух из лёгких юноши.  — Сними это, — омега схватился руками за свою рубаху, желая избавиться от её грубости.  — Ты уверен? — с лёгким волнением переспросил альфа. — Да, — одними губами выдохнул Марио, развязывая завязки плаща под горлом. Рейми схватился за края рубашки и потянул вверх, омега изогнулся, чтобы это удобнее было делать, и через мгновение рубашка была отброшена на пол, совершенно без всякой аккуратности. Сейчас это никого не волновало. Пульс у обоих зашкаливал, и в возникшей секундной тишине было отчётливо слышно биение сердец. Рейми во все глаза разглядывал обнажённого по пояс омегу. Он уже видел это зрелище на пляже, но сейчас… Сейчас всё было по-другому. Марио присмирел и как-то смущённо ждал, что будет дальше. Он продолжал глубоко дышать, и его грудная клетка то вздымалась, то опускалась, создавая манящие светотени на коже. В шатре стоял полумрак, и пламя свечей отбрасывало вокруг причудливые отсветы. До сих пор не веря собственному счастью, Рейми начал нежно покрывать поцелуями шею, плечи и грудь омеги, свободной рукой лаская левый бок и живот, пробегаясь пальцами по чуть выпирающим рёбрам, обводя чувствительную окружность соска. В сиянии свечей кожа омеги казалась медовой. Тёплой. Золотисто-янтарной. Изменчивый свет то бесстыдно замирал на ней, то начинал, подрагивая, гладить бока и рассеивать тени, спрятавшиеся в маленьком пупке. Марио был потрясающим. В воздухе пьянящим эфиром разливался запах омежьего возбуждения, заставляя довольно трепетать крылья носа юного альфы. И Рейми ловил каждый его вздох, каждый невесомый стон, ликуя от того, что Марио это нравится, что Марио всё больше млеет от его ласк. Тело настоятельно требовало идти дальше, но Рейми боялся поторопиться, боялся всё испортить — из всего прочитанного и услышанного он помнил одну мысль: что будет последним чмошником, если забудет об удовольствии омеги — поэтому старался не обращать внимания на собственную нужду и продолжал целовать Марио, спускаясь губами ко впалому животу и рисуя на нём чувственные влажные узоры языком и губами. Наконец, он нерешительно потянулся к завязкам брюк. Он не знал, может, ещё слишком рано, чтобы идти дальше, но Марио без слов приподнял бёдра, разрешая стянуть с него эти страшные холщовые штаны. — У тебя когда-нибудь было… — Рейми сглотнул, набираясь решимости закончить предложение. Но Марио понял его и без этого, он отрицательно покачал головой и тихо добавил:  — Но я хочу… сейчас.  — Я буду очень нежен, — чуть сипя от внутреннего трепета, пообещал Рейми, — ты не пожалеешь! Через несколько секунд неловких движений штаны были отброшены к рубашке, и Рейми лихорадочным взором забродил вдоль стройных обнажённых ног омеги. Их вид затуманивал разум и рождал безудержный жар в альфьем паху. Казалось бы, те же бедренные кости, те же колени, те же лодыжки и ступни, как у него. Однако всё было совсем-совсем по-другому. Марио одними своими ногами мог свести с ума любого альфу, и тот бы ползал за ним по пятам, лишь бы иметь возможность провести по ним рукой и прижаться губами. Рейми с лёгкой внутренней дрожью прикоснулся к бедру и провёл по нему рукой, ожидая реакции омеги, но тот лишь выдохнул и прикрыл глаза от удовольствия, безмолвно разрешая делать с ним всё, что хочет альфа. Сердце участилось до бешеного галопа. Рейми начал прерывисто гладить и выцеловывать колени, бёдра, живот… подбираясь к вожделенному бугорку на белье омеги. Альфа осмелел настолько, что отогнул пальцем ткань и исследовал губами весь зубчатый след от резинки, а затем через ткань поцеловал и потёрся носом о небольшой возбуждённый член омеги, вызывая у того сладкий прерывистый вздох.  — Можно… — прохрипел Рейми, не в силах связно говорить.  — Да, — выдохнул Марио, наблюдая за альфой из-под полуприкрытых ресниц. Его пальцы словно одеревенели, руки вдруг сделались большими и нескладными, но Рейми решительно схватился за бельё и потянул вниз. Такого он не мог представить и в лучшем сне — он собственными глазами лицезрел очаровательный, шелковисто-розовый член омеги и даже мог к нему прикоснуться! Раньше он видел его только в порно-роликах, которые втихушку от взрослых посматривал по ночам, а потом рассказывал байки приятелям, сочиняя про собственный опыт по омежьей части… Марио тоже нерешительно замер, не зная, что же делать дальше… может, надо что-то сказать? Но тут Рейми решительно придвинулся к его телу и осторожно прикоснулся к обнажённой чувствительной коже промежности. Он провёл рукой по яичкам — кожа там была нежная, словно тончайшая мягкая замша — потом переместился выше и обхватил, наконец, нетерпеливо подрагивающий член. Омега тихо сглотнул и скомкал пальцами простынь, подавляя стон и побуждая Рейми исследовать его тело дальше. Впервые в своей жизни альфа провёл языком по нежно розовеющей коже от самого основания до симпатичной головки, а потом стал пробовать всё то, что видел в фильмах. Марио это явно нравилось, он выгибался в спине и рвано дышал, подаваясь вперёд — навстречу Рейми. Альфа понял, что всё делает верно, и ринулся доказывать омеге, что тот абсолютно правильно решился ему отдаться и никогда не пожалеет. Для Марио все эти ощущения тоже были впервые, он тонул в наслаждении, блаженно закрыв глаза и нетерпеливо поджимая ягодицы. Удовольствие было столь непривычным и сильным, что омега не мог долго терпеть — когда Рейми в очередной раз сменил губы на чуть грубоватые руки, и провёл пару раз вверх-вниз, мощный оргазм раскрасил прикрытые веки Марио. Зажмурившись, он с протяжным звуком кончил, украшая жемчужными каплями свой живот. От этого вида юный альфа непроизвольно дёрнулся, и яркая вспышка удовольствия пронзила и его тело. Рейми уже давно был головокружительно возбуждён, каменный стояк мучительно оттягивал его пижамные штаны, и хватило одного неосторожного движения, чтобы закончить эту жаркую пытку. Рейми с ужасом разлепил глаза, боясь увидеть разочарованного юношу. Он думал, что Марио заметил его «позор» и будет подшучивать. Но тот лишь блаженно улыбался, полуприкрыв ресницы и тяжело дыша:  — Прости, я не выдержал, это было слишком хорошо, — уронил он.  — Ничего, всё нормально… я могу повторить. Волна огромного облегчения прокатилась по телу: Марио ничего не заметил и можно начать всё сначала. Но омега мягко добавил:  — Давай сегодня остановимся на этом? Я передумал заходить дальше… я не готов.  — Хорошо… — обречённо согласился Рейми. — Но спать ты будешь со мной!  — Ладно, — хихикнул Марио. — Ты же взял меня в плен. И, немного повозившись, они задули свечи в плафонах легли в кровать. Сначала юный альфа был немного расстроен, что всё закончилось на полпути, но потом рассудок вернул его на землю — у него был секс! Ведь это же можно считать сексом? Во всяком случае, теперь у него был настоящий незабываемый офигенный опыт интима с омегой, чем не могли похвастаться его друзья. Он-то знал: все их рассказы - сплошные байки. А у него теперь есть реальный опыт! Только вот Рейми понял, что вряд ли станет трепаться о нём друзьям. Это было слишком личным. Ещё полночи от избытка чувств Рейми не мог уснуть. Он прижимал к себе стройное тело Марио и тыкался носом в шею, обдавая его ухо горячим дыханием. Он говорил омеге комплименты, признавался в симпатии и строил планы на дальнейшее общение. Марио тоже шептал ему всяческие глупости, находил в темноте сухие губы альфы и прижимался к ним своими. Наутро Марио встал первым. Его внутренние часы не подвели, и он проснулся до горна. Он аккуратно сполз с постели, натянул свою игровую одежду и огляделся по сторонам.  — Где же ты прячешь свой плащ? — тихо прошептал парень, заглядывая под кровать. — По правилам он должен быть с тобой. Плащ нашёлся в тумбочке, плотно завёрнутый в целлофановый пакет — чтобы заглушить запах. Марио быстро сорвал с петлиц все красные платки, символизирующие жизнь, и запихнул в карман штанов. Времени было мало, надо было уходить. Омега нервно оглянулся на почесавшегося во сне парня, тот снова замер и выглядел таким безмятежным. Глаза подрагивали под тонкой розовой кожицей, а губы расслабленно приоткрылись. Марио захотелось провести по щёке ладонью, запустить её в жёсткие белобрысые волосы, погладить по груди… Но он не стал этого делать. Ему действительно нравился Рейми. До самозабвения. Но игра была превыше всего. И он не собирался сдаваться, оставаясь в постели с Главой Тайной Полиции. Может быть, потом он всё объяснит Рейми, и они смогут встречаться? Ведь они живут в одном городе, и доехать друг до друга не составит проблемы! Он надеялся, что альфа поймёт его поступок и сможет простить. Марио ещё раз глянул на крепко спящего любовника и выбежал в холодный утренний мрак. Ему нужно было успеть помыться, пока все спят, и сдать платки Мастеру. Начинался новый игровой день, и он опять должен был стать неприметным горожанином. Рейми продолжал спать и даже не догадывался, что был «убит» коварным шпионом.