Сталкер Ёся

Утром Бычок пинками растолкал спутников. Ёжась от утренней свежести, перекусили и отправились дальше. До Янтаря добрались без приключений, только пару раз обернувшемуся Ёсе примерещился мелькающий за деревьями неясный силуэт. Но сколько он не всматривался, так ничего и не разглядел. Сталкеры и учёный остановились на краю обрыва и присели за бетонную трубу, что валялась здесь со времён ещё первой аварии. С обрыва открывался вид на озеро Янтарь и базу учёных. Научники в данный момент явно развлекались. Над бункером завывала сирена, а с вышек велась стрельба по бесцельно бродящим перед забором людям. Люди выкрикивали бессмысленные слоганы и палили во всё, что движется, в том числе и друг в друга. – Кадавры! – с довольной лыбой пробормотал Удалой. – Первый раз вижу вживую. Потрясающе! – Потряслись и хватит, – осадил его Бычок. – Как к базе прорываться будем? Ученый непонимающе на него посмотрел. – У вас оружие, – напомнил он. – Пристрелите кадавров. – Как просто! А вы видели сколько их? Даже если они окочурятся с первого выстрела, в чем я лично сомневаюсь, патронов всё равно не хватит. – Тогда подождём, пока наши разберутся с ними. – Не нравится мне тут торчать. Как мишень в чистом поле, – ворчал Бычок. – Ваши предложения, – язвительно парировал Эраст Альгердасович. Ёся безучастно слушал их перепалку. Он всё думал об их непонятном преследователе. Что-то было знакомое в неясных очертаниях, выхваченных краем глаза. Ёся снова обернулся и успел заметить фигуру, скрывшуюся за старым грузовиком, стоящим у обочины дороги. И тут его как громом поразило. Потому как он вспомнил. «Здравствуй, милый, – зазвенел в Ёсиной голове девичий голосок. – Я так рада, что ты меня не забыл!» Ёся выругался в девяносто девять петель и стал тихонько биться головой о бетонную трубу. Бычок с Эрастом замолчали и с интересом воззрились на его мучения. – Ну-ну, не надо так отчаиваться, – попенял Ёсе учёный. – Вот увидите, всё образуется, мы скоро будем в безопасности, а вы получите свой гонорар. – Вы не понимаете! – в отчаянии простонал Ёся, и вдруг выпалил: – Мне надо отлить! Он вскочил и помчался к грузовику. – Странно, – подивился Бычок. – К чему эта истерика, подумаешь, поссать приспичило. И чего это он прячется? Утром в двух шагах от нас без всякого стеснения оправлялся. Ёся завернул за грузовик и увидел бабу. Снова. Ту самую, из подземелий Агропрома. Физиономия её кривилась в радостной улыбке. Учитывая особенности анатомии контролёров, выглядело тошнотворно. Широкое, пятнистое лицо собралось морщинами в самых неожиданных местах, свинячьи глазки без бровей и ресниц спрятались в складках кожи, безгубая щель рта растянута чуть не до ушей. Которые отсутствуют напрочь. Срань господня! Ёся отшатнулся, но справился с собой и злобно зашипел: – Ты чего тут позабыла? К большому облегчению Ёси, контролёрша перестала улыбаться. «Я шла за тобой, – растеряно прогудела она. – Я думала, мы соединимся, ты был такой милый». – Ты хотела меня съесть, – напомнил Ёся. «Только не надо обижаться, – торопливо заговорила мутантиха. – Я была голодна и не в себе, ну знаешь – ПМС и всё такое. Но теперь всё в порядке. Я не буду гасить твое сознание, обещаю, а то ты станешь совсем глупый и не сможешь меня жалеть». Почему-то ПМС контролёрши добило Ёсю больше, чем маячившая перед ним перспектива воссоединения с ней. Он поднял «гадюку», направил тварюке в голову… и не смог выстрелить. Да, она была ужасна и отвратительна, но ведь не сделала ему ничего плохого. Пока. Контролёрша жалобно смотрела на него поверх дула «гадюки» и даже не сделала попытки повлиять на события. Парень опустил оружие. – Значит так, – начал он, но не договорил. – Уза, засранец, ты там надолго? Зомбаков перещелкали, а ты… ОХТЫЖЁХАНЫЙТЫНАХРЕН!!! Возникший из-за кузова Бычок побледнел и схватился за автомат. – Не стреляй, Бычок, все в порядке! – заорал Ёся, заслоняя контролёршу. Бычок не послушался. Он почти выдавил слабину курка, как взгляд его остекленел. Он медленно передвинул ствол автомата и уткнул себе в подбородок. Ёся повернулся. Контролёрша пристально смотрела на его напарника. – Прекрати! – завопил Ёся. «Нет. Он убьёт меня». Ёся подскочил к напарнику и вырвал из его одеревеневших рук оружие. – Видишь, теперь не убьёт. Пожалуйста, отпусти его, – попросил парень. Взгляд Бычка приобрел осмысленное выражение. Сталкер посмотрел на напарника, на контролёршу, на свои безоружные руки. Воинственно встопорщил бороду и начал материться, громко и смачно. Он перебрал всех возможных родственников контролёрши, её создателей, прошёлся по её внешности и способностям, упомянул места обитания. Каждое слово Бычок сопровождал цветистыми прилагательными и увесистыми трёхэтажными конструкциями. Ёся покраснел как свёкла. – Как тебе не стыдно, так выражаться при даме! – возмутился он. Бычок остановил поток эпитетов и внимательно осмотрел парня. – Ты что, не под контролем? – недоверчиво спросил он. – Нет, – заверил Ёся. – Она бы и тебя не трогала, если б автоматом не махал. – Ты говоришь, будто давно с ней знаком. Подожди! – Бычка вдруг осенило. – Агропром? Ёся кивнул. – А здесь как оказалась? – Э-э-э, говорит за мной шла, – смущённо пояснил Ёся. – Она пёрлась за тобой от самого Агропрома? Потом шлялась вокруг Ростка, поджидая тебя и рискуя нарваться на долговскую пулю, и снова пёрлась через Дикую территорию? – Выходит так, – сказал Ёся. Бычок хлопнул себя по лбу. – Ну конечно! Наёмники, перестрелявшие друг друга! Какой же я идиот, только контролёр способен на такие шутки. А полтергейст? – Бычок повернулся к контролёрше. – Твоя работа? Ты взяла под контроль парня? Мутантиха застенчиво кивнула и, потупив глазки, стала ковырять пальцами ног землю. – Ну, Уза, снимаю шляпу! – сказал Бычок. – Эта… эта баба влюблена в тебя по уши, или что там у неё. – Типа того. – Ёся снова покраснел. – Что, она уже объяснилась и предложила лапу и сердце? Казалось, Ёсе уже некуда краснеть, но он справился и стал малиновым. Бычок заржал. Тем же макаром, каким недавно матерился, громко и со смаком. Он взвизгивал, всхлипывал, хлопал себя по ляжкам и снова ржал. Лицо его покраснело, по щекам бежали слезы. «Похоже, я перестаралась и выжгла его сознание, – сказала контролёрша, сокрушённо глядя на беснующегося Бычка. – Давай по-быстрому его съедим и убежим в Рыжий лес. Я знаю там одну шахту…» – О, хватит с меня этого дурдома! – схватился за голову Ёся. – Я не буду есть своего напарника, он мой друг. Я вообще не ем людей и тебе не советую. И ты не могла бы перестать говорить у меня в голове? Общайся голосом. «Зачем? Так быстрее. Что такое друг?» – Друг – это человек, которому доверяешь. Для него ты готов на всё. Ты защищаешь его, а он тебя. Друзьям хорошо и интересно вместе. Я мог бы стать твоим другом. Физиономия контролёрши радостно засияла. – Друзья не соединяются друг с другом, – поспешно добавил Ёся. – Они просто дружат. Сияние померкло. Несколько минут контролёрша размышляла, а потом плотоядно посмотрела на Бычка. Тут уже Ёсю пробрало. – Нет, – сказал он, сдерживая смех. – Ты не в его вкусе. «Я могу его заставить», – упрямо сказала контролёрша. – Можешь, – кивнул Ёся. – Но тогда ты никогда не узнаешь – каково это, когда у тебя есть друзья. Контролёрша с обидой посмотрела на парня, повернулась и заковыляла прочь. «Мне надо подумать, – прошелестело у Ёси в голове. – Ещё встретимся». – Куда это она? – спросил Бычок, подходя к напарнику. Ёся пожал плечами. – Пойдём, заберём зарплату, – сказал он, протягивая Бычку автомат. – А то учёный наш вон уже, у ворот базы. *** Если существовал в Зоне оазис, то это был бункер учёных. Приятелям, в виде бонуса к основному гонорару, было позволено вымыться под горячим (горячим!) душем, почистить и починить снарягу и переждать Выброс, который научники прогнозировали на эту ночь. Бычок сбрил бороду и из спитого бомжа превратился в улыбчивого сорокалетнего мужика. Ёсины волосы, после знакомства с шампунем, из бурых сосулек восстали в белый ореол вокруг головы, из-за чего парень стал похож на одуванчик. Поблескивая вымытыми лбами, друзья устроились в отведённом для них боксе с двумя узкими койками и достали бутылочку водки, решив перед сном дезактивировать организмы. Через минуту к ним заглянул Эраст Альгердасович и с таинственным видом извлёк из рукава бутылку коньяку. Водка отправилась в ссылку под кровать, а троица принялась уничтожать продукт из солнечного Дагестана. Через полчаса в дверь робко постучался мэнэс Телепукин. Поощряемый Эрастом, он выставил на стол бутылку вискаря и два лимона. Заполировали. Развалились на койках и принялись решать мировые проблемы. Научную беседу прервал новый стук и в дверь протиснулся лаборант Замогильный. В руках его булькала литровая фляжка с медицинским спиртом. Спирт под лимончик пошёл не хуже вискаря. Заговорили о контролёрах. – Эх, нам бы такой экземпляр, – мечтательно сказал мэнэс. – Особенно самку, они так редко попадаются. Даже мёртвых ни разу не приносили. Бычок пихнул ногой Ёсю и скорчил рожу. Ёся показал кулак и отрицательно помотал головой. – Что? Что? – загалдели учёные. – Один мой знакомый, – подмигнув Ёсе, сказал Бычок, – встретил контролёршу на Агропроме. А она его не только не убила, но и таскалась за ним по всей Зоне и даже защищала. Интересно почему? – Она наверняка находилась в поиске пары, – предположил Удалой. – Тогда что ей мешало взять его под контроль и осуществить желаемое? – спросил Бычок. Ученые, икая, чесали шевелюры. – Возможно, у зомбированных нарушается репродуктивная функция, – вынес новую гипотезу Эраст Альгердасович. – А ей нужна была не только пара, но и потомство. – Младенец контролёра, это наверное нечто! – в экстазе вскричал мэнэс Телепукин. – Хочу! Хочу! Ёся с ужасом представил, как знакомит Телепукина с контролёршей, и они воссоединяются в ярко освещенной лаборатории, под взглядами десятков учёных с блокнотами в руках. А через девять месяцев счастливый папаша, пуская слюни, нянчит большеголового сынишку, и малыш, агукая, откусывает от папы по кусочку. А контролерша находит среди учёных новую пару. И контролёры наводняют Зону, и на Свалке среди них не протолкнуться, а на Кордоне плюнуть нельзя, чтобы не попасть в контролёра. Ёся даже протрезвел от такой перспективы. «Нет уж! – подумал он. – Не приносят вам контролёров, и не надо». Учёные, впрочем, уже забыли свои нечестивые желания и спорили о каком-то связном компактном хаусдорфовом пространстве. Веселье прервал академик Сахаров, явившийся на шум. Он объявил всем выговор с занесением и разогнал учёных по боксам. После допил со сталкерами спирт, распрощался и ушел спать. Выброс произошел в 02.38, точно по расписанию, но за толстыми стенами бункера никого не потревожил. Тем более что большая часть его обитателей была сильно под мухой. Наутро друзей вежливо, но твердо вытурили из бункера, не позволив даже поправить здоровье. Повздыхав, натянули снарягу и покинули это спокойное место. Ёся предложил поискать артефакты, но Бычок его осадил, сказав, что аномалий тут нет, а посему и на артефакты рассчитывать не приходится. А вот на снорков нарваться очень даже можно. В унынии напарники дотопали до приснопамятного грузовика. Но, сколько Ёся не вертел головой, контролершу так и не обнаружил. – Бросила тебя твоя подружка, разлюбила, – подначивал Бычок, шагая дальше. – Пошел на фиг, – огрызался Ёся. Впереди замаячил мост с жарками, до Дикой территории рукой подать. Бычок вдруг остановился и достал бинокль. Минут пять пялился в окуляры, потом протянул оптику напарнику. – Туда нам хода нет, сам посмотри, – сказал он. Посмотреть было на что. За мостом мелькали синие камуфляжи. Много. Ёся также разглядел пару пулемётов и несколько снайперов в расколоченных провалах окон. Наёмники сильно расстроились из-за погибших товарищей. Ёся вернул бинокль напарнику, и оба, не сговариваясь, свернули в заросли ёлок и поспешили в обратном направлении. Дойдя до грузовика, уселись на обочине, достали выжившую после попойки с учеными водку, разложили закуску. – Пикник, мать его, – хмыкнул Бычок. Ёся непонимающе на него посмотрел. – Эх, молодёжь! – отмахнулся Бычок. – Незаслуженно забываете классику. Он глотнул из горла, довольно крякнул и протянул бутылку Ёсе. Парень выдохнул, приложился к бутылке, как вдруг… «Привет, милый». От неожиданности Ёся выплюнул всю водку напарнику в физиономию. – Спятил?! – завопил Бычок. Ёся, не отвечая, стал оглядываться. Контролёрша, свесив голову из кузова грузовика, смотрела на сталкеров. Она казалась очень довольной произведенным эффектом. – А, это ты, – неожиданно добродушно сказал Бычок. – Присоединяйся. Контролёрша неуклюже выбралась из кузова и присела со сталкерами. Бычок быстро соорудил громадный бутерброд с колбасой и протянул ей. – Как звать тебя, девица? – спросил он. «Чего ему от меня надо?» – спросила контролёрша у Ёси, подозрительно глядя на бутерброд. – Он хочет, чтобы ты это съела и сказала, как тебя зовут, – объяснил парень. Контролерша взяла бутерброд и откусила сразу половину. «Последний раз меня называли Образец №ЖО-258036», – сказала она. – Она что, общается с тобой ментально? – спросил Бычок. Ёся подтвердил. – Охренеть, – констатировал сталкер. – Чё говорит? – Говорит, что её зовут образец какой-то. Я не запомнил, много цифр. – От бедняжка! – ужаснулся жалостливый Бычок. – Будешь Варвара. Контролёрша перестала жевать и шепотом повторила имя. – Почему Варвара? – с любопытством спросил Ёся. – Она напоминает мою бывшую, – ностальгически сказал Бычок. Ёся посмотрел на контролёршу и содрогнулся. Теперь ясно, почему Бычок сбежал в Зону. Парень поспешил сменить тему. – Как же мы теперь попадем на «Росток»? – спросил он Бычка. «Я вас отведу, – вмешалась Варвара. – Подземельями. Милый, дай ещё бутерброд, будь человеком».