Словно зверь, следуй своим инстинктам. Прыгни выше головы.
— Да что за чертовщина здесь творится?! — вскрикнул я, вскакивая с кровати.
Снова... сон? Не думаю. Где вымысел, а где реальность? Где настоящий я, а где иллюзия? Где Джерард, а где галлюцинация?
Мне страшно. Мне очень и очень страшно... Я запутался. В голове всё перемешалось, мой разум затуманился.
Как доказать себе, что не спишь? Как доказать себе существование того или иного человека? Как доказать себе, что не сошёл с ума?
Проходят дни, недели... Я чувствую, что со мной что-то не так. Я отказался от еды. Только тогда, когда почувствую изнеможение от голода, я пойму, что жив. Или, лучше сказать... существую?
Краски моего мира давно потеряли былой цвет. Будни. Серые, никчёмные будни гнетут меня раз за разом... Почему это происходит со мной? Именно со мной...
— Ты в порядке? — шёпотом спросил Боб, легонько хлопая меня по щеке. — Фрэнк, ты выживешь... Слышишь? Живи! — он улыбнулся.
Что... Почему он говорит такие вещи? Я должен умереть?
«Мы должны стать единым целым, Фрэнки... Стань ближе мне».
Как же мне всё это осточертело...
— Боб, пожалуйста, скажи мне, что здесь происходит? — молил я, поднимая на него свой взор.
Ничего. Пустой, пронзающий холодом, отрешённый от реальности взгляд охватывал всё моё существо. Он напоминал куклу. Марионетку.
И почему я не могу найти ответ на один–единственный вопрос? Я хочу узнать, что здесь происходит. Я всего лишь хочу узнать, что, чёрт возьми, творится в этой больнице!
— Ты болен и лежишь в больнице... Есть что-то ещё? — невинно и без колебаний спросил блондин.
Что? Только недавно он сказал, что я «выживу»! Словно за эти пару минут ему промыли мозги... А может их промывают прямо сейчас мне? Может быть, всё это сон? Вдруг сейчас я лежу в какой-нибудь реанимации под наркозом, в то время как у меня копаются в голове, нагло разбрасывая и перемешивая воспоминания? А если всё это просто моё воображение?
— О чём ты?! — почти вскричал я, но сдержался. — Почему я должен выжить? От чего меня нужно спасти? От кого...
— Фрэнк! Очнись! О чём ты? — ласково улыбнулся Боб, продолжая пронзать холодным взглядом. — Не нужно тебя спасать!
Последние слова он произнёс с долей иронии... Быть такого не может. Я хочу прекратить всё это: вывести их на чистую воду.
Я, открыв рот, невольно ахнул, стараясь не отводить глаза от его ничего не выражающего взгляда. Кристальные, переливающиеся точно бриллиантом, они угнетали. Я махнул рукой и пошёл прочь.
Всё слишком сложно... Недосягаемо! Словно первоклассник пытается решить задачу двенадцатого класса. Бесполезно. Это на голову выше моего понимания. Я прыгаю слишком низко, чтобы разглядеть, что творится за стеной.
Очередная суматоха. Я уже привык к ней и, не обращая внимания, присел на диван в холле. Какая-то часть меня всё ещё испытывала тревогу.
Суета. Балаган. Больница на грани закрытия. Я откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза. Как долго я мечтаю о нормальном, здоровом сне?..
— Не советую здесь спать!
Меня резко схватили за плечи, от чего я подпрыгнул на месте. Переведя дух и услышав знакомый голос, я проскользнул и накрыл ладошки собеседника своими. Одна рука выскользнула и начала перебирать мои волосы.
— Джи–и, — протянул я. Как-никак мы в холле. — Не сейчас.
Я невольно улыбнулся. Всё, что мне сейчас нужно, — расслабиться.
Руки дрогнули. Я почувствовал необычайную гладкость кожи, которая обычно бывает у...
— Я не «Джи».
Улыбка сошла с моего лица, и я резко открыл глаза: надо мной стояла девушка с белоснежными, высветленными всевозможными средствами жидкими волосами до плеч, сильно крашенными чёрной подводкой глазами цвета янтаря в белой полупрозрачной блузке и нежно–розовом кардигане.
Она смотрела на меня и легонько улыбалась пухловатыми алыми губками. Её вид напоминал внешность куклы. И я не имел в виду ненатуральность или переизбыток макияжа... напротив, она была естественной, несмотря на броский вид; черты её лица были идеальными: большие глаза, аккуратный вздёрнутый носик, пухлые губки... словно с обложки. Совершенно не мой тип. А есть ли он у меня? Нет.
— Меня зовут Сара, — девушка убрала от меня руки и присела рядом. — Странно, раньше я тебя здесь не видела...
Она начала пристально вглядываться мне в лицо, изучая каждую черту, что показалось мне странным. Наклоняя голову вбок туда–сюда, она после двух–трёх минут вопросительно заглянула на меня. Она словно телепат — одного взгляда было достаточно, чтобы я вспомнил, что до сих пор не назвал своё имя. Однако у меня нет желания разговаривать с ней.
— Фрэнк, — холодно отозвался я.
Меня не привлекают девушки, даже пугают.
Она повернулась и посмотрела мне прямо в лицо, нависая в воздухе. В её глазах читалась жизнь, которая с каждым бликом становилась всё ярче.
— Ну-у, — она надула губки, — не будь букой, Фрэнк! Рэйчел говорит, что на лбу рано появятся морщинки, если будешь так хмуриться.
Я усмехнулся. По ней видно, что она умна, но... какого чёрта выставляет себя дурочкой? Не понимаю я девушек.
— Рэйчел? — я вопросительно взглянул на неё, хотя не испытывал ни малейшего желания узнать подробности.
Сара откинулась на спинку дивана, и я следом.
— Не обращай внимания, моя головная боль... Лучше расскажи мне, как ты сюда попал?
Она такая же, как и я? Сомневаюсь... Выглядит обычной. Скорее всего, это была метафора.
Почему люди, похожие на нас, кажутся такими далёкими? Нас притягивают противоположности...
— Не вижу смысла что-либо тебе рассказывать, — отмахнулся я.
Зачем? Меня и так считают сумасшедшим. Не хочу запутаться ещё больше.
Я махнул рукой и ушёл. Думаю, сейчас мне необходима одна дорога. Мой адский путь во тьму. В палату Джерарда.
Дойдя до лестничкой площадки, я услышал пронзительный рёв наверху... Там кто-то ещё?! Спотыкаясь и путаясь в ногах, я с трудом преодолел лестницу. Рёв не прекращался, и я чувствовал всем нутром его приближение. Медленно идя на источник шума, вокруг накалялась атмосфера. Звук исходил из комнаты Джерарда. Я приблизился к двери вплотную и притаился.
«Хв... Хватит, пожалуйста... Не надо!» — судорожным, тихим, кротким голоском молила... девочка? Да, именно. По ту сторону двери слышался голос, полный страха. Я заглянул в щель, но пожалел: дитя стояло на коленях в ссадинах... Измученное выражение лица, образовавшаяся под ней лужа крови, немой плач.
Я с ужасом смотрел на картину, развернувшуюся в комнате...
Над ребёнком стоял Джерард, державший в левой руке кухонный нож, в правой — конверт. По её ещё совсем детскому личику текли слёзы, но больше она не произнесла ни слова, умоляюще глядя на обидчика.
Её взгляд плавно перешёл на меня. В глазах застыл ужас...
— Братик... — прошептала она, указывая пальчиком на меня.
Джерард начал поворачиваться, всё было как в замедленной съёмке. Я увидел его горящие красным цветом глаза и, испугавшись, захлопнул дверь.
Нужно срочно что-то подставить! Ворочаясь из стороны в сторону, я быстро подхватил сбоку стул и подставил к двери. Как раз вовремя... За дверью по-зверски кричали и долбились. Я держался из всех сил... Раз, два... Его сила была больше моей, и я уступил, отходя.
Дверь со свистом открылась, и я зажмурился...
Меня охватила тьма... Он обнял меня и зарычал. Что мне делать? Я замер, зажмуривая глаза...
Джерард прикусил мочку моего уха, обнимая. Плавными поцелуями он перешёл на мои губы, и я не сопротивлялся. В любом случае, это Джерард... Так что ничего плохого, верно? Подросток накрыл мои губы своими, плавно исследуя мой рот языком. А, отстранившись, немного спустился вниз, покрывая поцелуями всё лицо и шею.
Раз за разом он покусывал мою шею, зализывая укусы и спускаясь всё ниже и ниже... Мы касались друг друга, по телу пробегала дрожь... Его руки жадно скользили по коже, он примкнул к моим соскам... Он спустился до моего паха, становясь на колени, и схватил его рукой. Я глухо простонал, принимая его ласки.
— Дж... Джерард, — хрипло прошептал я.
Я спустил штаны, и дыхание подростка опалило мой член, который в момент среагировал. Он взял в рот до самого основания, вырывая из меня протяжные стоны... Я инстинктивно подавался бёдрами вперёд и сжимал его волосы в своей руке, управляя ситуацией.
Я стонал и извивался, пока Джерард отсасывал мне, теребя соски... Кончив, я выкрикнул его имя. Чёрт, я так его люблю...
Я пришёл в чувства, и меня охватила паника.
Только что... Только что мне отсосал Джерард! Чёрт, не об этом... Что случилось с девочкой? Где она? Сбежала?
Джерард обхватил моё лицо руками и нежно поцеловал в губы.
— Фрэнки, ты только мой...
Я открыл глаза. Здесь никого не было... Что за чёрт? Как так? Я застегнул штаны и оглянулся: действительно, тишина...
Я, буквально, вбежал в комнату: никого... Ничего! Ни Джерарда, ни девочки, ни крови!
Показалось?
Как такое могло показаться?! Я в смятении, потрясении... Обескуражен.
Тихим шагом я направился к койке Джерарда... Я дождусь его, обязательно дождусь и спрошу обо всём...
***
«Огненный вихрь окружил меня. Спаси, Фрэнк, спаси...»
Огонь был повсюду. Что мне делать? Как мне отсюда выбраться?
Больница воспылала.
Стены, на данный момент заменяющие уголь, пылали. Кто-то окатил их бензином...
Я в больнице, и здесь Джерард. Он зовёт на помощь, но я не могу найти его... Подай мне сигнал, ну подай же!
Я ринулся вдоль пылающих стен по инерции... И я нашёл его! Он без сознания. Именно в этот момент моё горло охватило жгучее пламя, и я начал задыхаться... Почему мой сон — этот второй «реальный мир» — стал реальным? Почему я начал чувствовать всё, что происходит здесь? Да, я осознаю, что это сон...
С этими мыслями я коснулся Джерарда и понял, что всё, что здесь происходит, — реально, и я не призрак...
Яркое пламя никого не жалело на своём пути. Я взял Джерарда на руки и старался миновать огонь с наименьшим вредом, но задыхался... Едкий дым заполонил лёгкие, и я еле добрался до выхода, но он был вне досягаемости. Палящее тело Джерарда источало сладкий и такой родной запах... Нельзя отвлекаться.
Собрав свою волю в кулак, я поднялся на второй этаж — в самое пекло — и выбил пластиковое окно, за которым была запасная лестница. На первом этаже к ним было не подобраться, да и рискованно выбивать деревянные — больница могла обломиться.
Я выскочил с Джерардом на руках наружу, из последних сил отошёл подальше и рухнул на траву, перед этим положив Джерарда рядом. Я почувствовал лёгкое прикосновение к руке и повернулся в его сторону. Джерард, еле открывая глаза, улыбался из последних сил. Его улыбка внушала надежду.
— Спасибо, Фрэнки. Ты снова меня спас...
И он сжал мою руку, которую я обхватил в ответ.
Моя свободная рука истекала кровью. Чёрт, поранился...
За всё это время, проведённое во второй реальности, я привязался к этому хрупкому созданию. Да, Джерард, я люблю тебя.
***
Я открыл глаза. Белый потолок с едва заметными жёлтыми пятнами. Яркий свет из окна и три пары косящихся на меня глаз. Всё как обычно. Я в своей палате.
Бред ли это всё или наяву? Различий между сном и явью практически нет... Больше я ничего не чувствую. Я уверен, что являюсь просто марионеткой в чьих-то умелых руках. Мне всё равно.
В палату заглядывает медсестра.
— Фрэнк Айеро, в кабинет врача.
Всё по сценарию. Она заходит исключительно за мной, что кажется весьма странным. Я ни разу не замечал, чтобы заходили хоть за кем-то, кроме меня... Почему всё так сложно?
Пусть делают со мной всё, что захотят. Я расскажу всё.
Твёрдо это решив, я встал с кровати и пошёл к врачу. Мне надоело всё держать в себе.
— Фрэнк, — начал тихо, но уверенно Рэй, — не делай того, о чём пожалеешь.
Я кивнул, не собираясь слушаться. А зачем? Я сам вершу свою судьбу.
Почему я должен кому-то подчиняться? Я не последую за стадом... Я не дам себя в обиду.
С этими мыслями я постучал в кабинет... Спустя тридцать секунд, я услышал приглушённое разрешение войти и отворил дверь. Передо мной был всё тот же врач. Он оживлённо смотрел на меня, словно знал, что я хочу всё рассказать... Скорее всего, он ждал этого момента.
— Здравствуй, Фрэнк. Как твоё самочувствие? Не хочешь мне ничего рассказать?
Он выглядел слишком весёлым, и это отталкивало...
Такое чувство, словно и он изменился. Изменилось всё и все, даже я. Он, вероятно, чувствует себя вершителем судеб, а я подыгрываю. Я — марионетка в его руках.
— Всё прекрасно, — я нахально улыбнулся. — Я расскажу Вам всё.
Врач заинтересованно взглянул на меня и на его лице запечатлелся вопрос: «Неужели?» Как я уже говорил, его настрой меня отталкивал, я даже в глаза смотреть ему не могу... Именно по этой причине я опустил взгляд на руки. Я замер... На одной руке, на ладошке, была свежая царапина.
— Ох, Фрэнк, как же ты... — обратил внимание на мою рану врач. — Нужно обработать.
Он спохватился пойти за аптечкой, которая находилась в рядом стоящем шкафу. Мужчина взял вату и какое-то средство с щипцами. Защепив вату, он окунул её в дезинфицирующее средство. Он подошёл ко мне и, поддерживая ладошку рукой, стал обрабатывать рану.
Я подозреваю, откуда она, но... как рана попала в реальность? Я отчётливо помню, как после пожара моя рука истекала кровью... Этого просто не может быть...
— Тебя что-то беспокоит?
Отстранившись, врач сел напротив меня. Пора... Я должен всё ему рассказать.
— Как я уже говорил, в моей голове поселился некий Джерард...
И я рассказал ему всё. О реальном Джерарде, о вещах в лесу, о пожаре... Только утаил пару деталей, а именно — мою близость с Джерардом.
— Ну что, док, каков диагноз? — в шутку спросил я, когда закончил.
Да, от такого потока информации каждый зависнет... Так и врач сидел в ступоре минуты три — похоже, он всё обдумывал.
— Признаки шизофрении, подозрение на биполярное расстройство, — серьёзно ответил врач, даже не взглянув на меня. — Ты видишь невозможное, Фрэнк. Это нужно исправить.
«Фрэнки... А я говорил тебе никому не доверять».