Глава 16
6 декабря 2015 г., 00:27
Снова проснулся от мерзкого писка будильника. Блондин спал рядом и был похож на ангелочка. Так не хотелось его будить, я лишь легонько потрепал N за плечо и прошептал.
— Вставай, студент, будильник звонит.
— Скажи, я перезвоню, — отрезал он и повернулся к стене.
Я осторожно вышел из комнаты.
На кухне я встретил Артема, который меня явно ждал.
Неужели придется оправдываться за то, чего даже не было.
— Привет, — сухо сказал он.
— Доброе утро!
— Доброта утра напрямую зависит от проведенной ночи.
— Я не мог уснуть в твоей комнате.
— А в кровати N засыпается легко и сразу?
— Ничего не было.
— Я в этом и не сомневаюсь! Дим, не совсем мое дело, что между вами происходит, только зачем ломать комедию? Он хочет тебя, а ты – его, это же видно, хотя ты и отрицаешь.
— Ничего я не ломаю и не хочу своего друга. Я сегодня точно ночую в твоей комнате. Даже если не усну. Ты это можешь и, возможно, должен проконтролировать. А его обязательно будить? — кивнул я на дверь, пытаясь перевести разговор в другое русло.
— Послушай, Дима, я всегда с пониманием отношусь к любому виду отклонений от общепринятых правил при условии, что это никому не вредит. Но в данном случае ты морочишь голову Малышу, строя из себя неприступного натурала, и очень травмируешь психику моего братца. Хотя его тут и нет, Кирилл сливает Феликсу всю информацию. Я-то тебя приглашал, думая, что вы будете вместе с N и хотя бы мой лучший друг станет счастливым. А с братом я как-нибудь разберусь.
Утром, не выспавшись и на пустой желудок, я был явно не готов к таким выпадам со стороны Артема.
— Я приехал по работе, а не для того, чтобы делать кого-то счастливым. Очевидно же, что N просто прикалывается, я ему вообще не уперся.
— Очевидно лишь то, что ты не знаешь, что происходило в этом доме последние два месяца. И я крайне опасаюсь за жизнь и психическое здоровье N, когда ты снова исчезнешь на неопределенный срок, — Тема повысил голос.
— А что происходило? И не кричи, пожалуйста, на меня, — я тоже срывался.
Артем не успел ответить. Дверь распахнулась, и появился хмурый N.
— Мужчины, приветствую, что за шум? Моему организму срочно нужны кофе и сигареты, а погрызу я в универе гранит какой-нибудь из наук. Например, философии, она как раз, кажется, первой парой.
N поставил чайник и залез на подоконник, закуривая сигарету. Он сверлил нас взглядом.
— Ладно, мне пора, — Темыч рванул к выходу.
— Стой! Я тебя не отпущу, пока ты не объяснишь, почему Бусинка орет на моего питерского друга, — N был явно не в духе. — Это из-за того, что он не ночевал в твоей комнате?
— Да пусть спит, где хочет, я же ему не мать родная, лишь бы вел себя по-человечески. А то поведение Димитрия в этом доме я расцениваю как слегка девиантное.
— Темыч, спасибо, свободен!
— До вечера! — буркнул Тема и вышел из кухни.
— А ты тут всех строишь? Давай, я тебе хоть бутерброд сделаю, пока сам под замес не попал.
— Теперь ты! Признавайся, ты жрал мой кактус?
— Не-е-ет! — я засмеялся, намазывая масло на ломтик бородинского хлеба.
— Пил из бачка в туалете?
— Опять мимо.
— Распевал в ночи с балкона песни на древнекитайском?
— Неа!
— Ладно, сдаюсь, что натворил-то?
— А колбаса есть? Осмелюсь предположить, что Артема как-то заботит отсутствие секса в наших с тобой отношениях.
— В холодильнике посмотри! Мутит что-то Темыч.
В холодильнике оказались только пиво и кетчуп.
— Блин, продукты кончились. Вчера все доели. Наверное, он просто за тебя переживает?!
— В его же интересах переживать менее агрессивно.
— Да не, все нормально. А он что-то знает про тот раз?
— Только то, что мог сочинить Феликс.
— Ты ему ничего не говорил?
— Чувак, обижаешь, я ж тебе обещал молчать. Мирося, может, и догадывается. Она меня постоянно об этом спрашивает. А я принципиально не вру друзьям.
Я налил ему кофе и протянул хлеб с маслом.
— Спасибо, мой хороший, очень вкусно.
— Это обычный бутер, с растворимым кофе.
— Нет, ты обо мне заботишься. Я это очень ценю.
— Просто ты уедешь на весь день, не выспавшийся и голодный.
— Я именно об этом. Переживаешь, это так приятно. Можно тебя поцеловать?
Пока я думал, что ему ответить, N спрыгнул с подоконника и впился в меня губами. Вкус табака на голодный желудок вызвал у меня тошнотворный позыв.
— Никогда, слышишь, никогда больше не целуй меня… сразу после выкуренной сигареты.
— Прости, но это был порыв души, а не запланированная акция. А ты успеешь одеться за сорок пять секунд? Мне уже пора.
Допивая на ходу кофе, N выбежал в коридор.
— Мне сегодня к десяти, вот я и не торопился. Это вчера было общее собрание.
— Окей, тогда возьми мои ключи, а я уже ищу связку Фела.
N появился в джинсах с двумя связками ключей. Одну вручил мне.
— А почему ты не отдашь мне ключи Крашеного?
— Ты же такой чувствительный к его энергетике. А с моей как-нибудь справишься.
Я смотрел на связку из семи ключей с большим брелоком в виде знака «Ом». Ключи были различных цветов и калибров.
N продолжал стремительно собираться.
— А замков у вас сколько?
— Два, как у всех, верхний и нижний. Ты же технарь — разберешься, что к чему. Пока, лапуль! А в 18-00 я у тебя, за ботинками пойдем, — он чмокнул меня в щеку и исчез за входной дверью.
Вскоре я тоже уехал.
В дороге и на работе иногда задумывался и вспоминал утренний наезд Артема и пытался определить, как на самом деле ко мне относится N. А я к нему как? Чего я хочу?
«Дружить, заботиться и …иногда целоваться, не больше».
Да, странно, но именно так. Относился я к нему как к младшему брату, хотя с моим Денисом они были абсолютно не похожи. Вот мне бы такого братишку вместо Дэна. А целоваться я очень люблю, и N тоже любит. Какие вообще проблемы? Это правда, у Темыча что-то с башней.
«А если N в меня влюбился? Да нет, бред, он же обещал после Мистера Ти совсем никого не любить, не влюбляться, и ему не нужны всякие сладкие розовые сопли».
Сегодня пообедать с Олей не удалось, она ушла раньше, а я задержался на встрече.
Вечером в холле меня ждал улыбающийся блондин, как и раньше, во времена наших сентябрьских прогулок.
— Ди, пойдем быстрее, я все узнал, магазин «Всё для рыбалки» работает до семи.
— Идем! Давно хотел спросить, что у тебя за мания к сокращению моего имени? Однако остальных ты называешь длинными родными именами.
— Тебе еще повезло, — он смеялся, — Артемку я вообще называю Бусинкой. Он же привык!
— Да уж, — брутальная бусинка. Просто Ди созвучно с Ти, а я бы не хотел вызывать у тебя негатива, как он.
— Вот ты замороченный, я даже не думал об этом. Так, ты против? Негатива ты у меня не вызываешь, сплошной позитив.
— Если так, то я согласен быть Ди. Всё же лучше, чем Бусинка.
В рыболовном магазине мы купили сапоги моего размера, рюкзак, коврик-пенку и шляпу с москитной сеткой. Я еще заглядывался на спиннинг, но N меня отговаривал, объясняя тем, что с нами едут люди опытные. Они обещали поделиться удочками и сопутствующими инструментами.
— Ди, а ты мне скажешь, зачем тебе шляпа с москитной сеткой в конце ноября? Комаров на рыбалке точно не будет.
— Она мне понравилась.
— И что ты с ней будешь делать до мая следующего года?
— В ролевых играх сексуальной направленности использовать. Мне же идет? — я примерил шляпу.
— Ты у меня такой милый придурок!
В магазине возле дома N мы купили продуктов домой и с собой на рыбалку.
— Дима, бери гречку. Мужики сказали, — рыбы гречку едят!
— Два кило взял. Хватит твоим рыбам?
— Не знаю я, давай три, на всякий случай, и домой пачку.
Дома мы приготовили ужин, вернее готовил N, я лишь исполнял короткие команды: подай, помой, принеси, порежь. Отдельно сварили огромную кастрюлю гречки и сели смотреть какое-то кино про девушку, решившую покончить с собой.
— Слушай, а в теткином доме ты же не собирался сделать что-то подобное с собой, зачем литературу искал?
— Разве я похож на суицидника? Честно, я хотел подстроить что-то для нее, ну там… крысиного яда в борщ налить. Чтобы выглядело все как несчастный случай.
— Да ну, ты не способен на убийство.
— Откуда ты знаешь? Мне в фильмах, например, очень нравится, когда кому-то отрубают голову. Лучше мечом. Я, наверное, латентный маньяк. И еще я мазохист.
— А это почему?
Он выдержал паузу.
— Вот я сейчас сижу с тобой рядом и та-а-а-а-к тебя хочу, что просто трындец, а вместо того, чтобы грязно домогаться, даже пытаюсь поддерживать конструктивный диалог.
— Да ты гонишь! — я почему-то даже не удивился такому смелому заявлению. — У тебя секса давно не было?
— Восемь дней, девять ночей.
— Наверное, это давно. А мужчина постоянный у тебя появился?
— Конечно, нет. Но очень надеюсь, что скоро появится.
— Ты решил изменить своим жизненным принципам?
— Меняется жизнь, меняются и принципы.
Мы услышали, что кто-то пришел. N заговорчески прошептал:
— Ди, ты слышишь этот шорох? Это Брутальная Бусинка вернулась с работы.
Темыч зашел и бросил взгляд на экран телевизора, мы смеялись до слез.
— Такую жесть смотрите, а ржете, как на комедии. Психи!
— Бусинка, тебя кормить человеческим ужином или вареной гречкой, как рыбу?
— Малыш, перестань меня так называть, и давай без стрессов для организма, у меня был тяжелый день.
— Зато завтра у тебя будет секс, а я отмечу девять дней воздержания.
Темыч бросил на меня презрительный взгляд. Но в присутствии N он меня не напрягал.
— Артем, а ты старше Феликса?
— Младше на 10 минут.
— Дим, у них вообще прикол во время появления на свет случился, — N поставил ужин Артема на стол. — Роды были в полночь, Феликс первый, родился в 23-55, 15 марта, а Темыч, соответственно, в 00-05, но уже 16 марта.
— Так вы дни рождения в разные даты отмечаете?
— В один! Любой! Но в документах даты разные, мама так захотела.
N снова сел рядом со мной и погладил по руке.
— Спасибо, до свидания, все было вкусно, надеюсь, это не рыбий провиант. — Тёмыч заметил серьезный настрой N в мою сторону и поспешил удалиться.
— Ди, ты же не будешь снова со мной спать? Еще одну ночь я могу не выдержать.
— Нет, сегодня я веселю нашу Бусинку.
— Это правильно, какой-то он мрачный.
Пока мы собирали вещи к рыбалке, домой вернулся нетрезвый Кирилл с очень красивой девушкой. Молоденькая миниатюрная брюнетка, светлая кожа, длинные прямые волосы, челка, красные пухлые губы.
— Парни, разрешите представить вам Ир-р-рэн, — Кирилл разговаривал с трудом.
— Ой, Кирюшка, какие у тебя красивые друзья, — девушка была еще пьянее Кирилла. — Можно я их поцелую?
Она стала целовать меня и N в щеки, оставляя красные следы помады.
— Ирэн, оставайтесь на оргию. Будет весело. Кстати, вам уже исполнилось восемнадцать? — хозяин дома проявлял гостеприимство как умел.
— Кирюш, пойдем, мне кое-что нужно забрать из твоей комнаты, чтобы потом вам не мешать. Они с N вышли. Я остался с барышней.
— Я тебе нравлюсь? — она обнажила одно плечо, стащив кофточку.
«Не-не-не, мне только с Кирюхой осталось поссориться».
Я помотал головой.
— А, точно, ты же гей, мне Кирюшка говорил.
Я очень надеялся, что она путает меня с N.
— Такая жалость, а ты мне понравился. Давай я тебя страстно поцелую, и ты снова будешь любить женщин?
Девушка подошла очень близко и уже тянулась к моим губам.
— Вы начали без нас? — в дверях стоял N, за ним показался Кирилл.
— Что начали? Ирочка, тебе уже хватит пить, не соглашайся! Я так решил, ик! Пойдем в мою комнату, — он утащил подругу за руку.
— А ты времени не теряешь.
— Она сама…
— Эх, знал бы я, пришел бы позже, да и Кирилла мог задержать минут на двадцать. Вот с ней я бы на тебя посмотрел.
— Это же его девчонка!
— У него каждую неделю новая подружка, переживет. Хочешь, я ее для тебя приведу? Трахнешь ее в моей комнате или прям тут, — снова этот порочный взгляд N и томный голос.
— Нет, спасибо, обойдусь. Завтра вставать рано. Я лучше спать пойду.
— Отдыхай, звуковой фон будет этому только способствовать.
Парочка за стеной, действительно, очень громко занималась сексом.
Темыч проснулся.
— Вот я ненавижу N за это, у него самая дальняя комната. Там хоть обтрахайся, ничего не слышно, и он сейчас ничего не слышит с этого края. А ты определился? — спросил Артем у меня.
— С чем?
— Со своей жизнью, — саркастически уточнил Темыч.
— Да, я буду жить! Вот чего ты на меня наезжаешь постоянно?
— Дим, ты знаешь, что Малыш — сирота, и у него было тяжелое детство и юность? Над ним все издевались и некоторые продолжают издеваться до сих пор. Но в универе все знают, что мы лучшие друзья, а я за него любого урою.
— Знаю, это ты к чему?
— Он в своей жизни никого не предавал и напрасно не обижал.
— И?
— А после твоего отъезда они с Фелом рассорились напрочь, хотя отлично общались во всех смыслах этого слова больше года. А все потому, что ты успел что-то брякнуть N про Феликса, скорее всего не соответствующее действительности. Думаю, Малыш в тебя втрескался, хотя и непонятно, что он в тебе нашел. В общем, ты имеешь на него большое влияние, и, если ты его обидишь, а ты доверия у меня пока не вызываешь, я сломаю тебе ребра.
Брутал, конечно, стал за два месяца еще брутальнее, зато я был почти на голову выше. В последнее время тоже много времени уделял спорту, и скорее всего, если допустить возможность нашей драки, дело закончилось бы боевой ничьей. Хотя, с другой стороны, я дрался класса до пятого, потом решал все проблемы альтернативными способами — убеждение, деньги, привлечение третьих лиц. Может, Темыч мне и наваляет. Но за что?
— Артем, N очень милый мальчик и отличный друг, но я, как и ты, убежденный натурал, мне не хочется его обижать, но и делать нашу дружбу более тесной я не стану.
— Опять свою шарманку завел про натуральность, ладно, спи уже, а то на рыбалке будешь клевать носом вместо рыб.
— Тёмыч, вот скажи честно, ты считаешь меня геем? Мне же так нравятся женщины!
— Не считаю, но ответь, почему ты постоянно целуешься с N?
— Он сказал, что целует всех своих друзей. Даже натуралов!
Тёма так заржал, что, казалось, упадет с кровати.
— И ты поверил? — спросил он сквозь слезы. – Ай, респект Малышу. А я за него еще переживал. Да он круче тебя. Дим, ты видел, чтобы я с ним целовался взасос? Или хотя бы можешь представить себе эту страшную картину? А мы ведь лучшие друзья.
— Не видел и не буду пытаться представлять, это отвратительно, — честно ответил я.
— Спокойной ночи, Дима! И как говорит N — все люди бисексуальны, просто некоторых приходится в этом убеждать!
Мне снова долго не спалось, но я решил во что бы то ни стало из комнаты до утра не выходить.
