Coming Out под знаком N. Исповедь натурала. Книга 1

Следующим утром я проснулся раньше N. Сны были очень пошлые, с элементами жесткой эротики. Ну, а в реальности блондин меня обнимал. «Вероятно, я могу бесконечно смотреть на три вещи — как течет вода, как горит огонь и как спит мой мальчик. Такой чудесный, такой родной. Что-то у меня с гормональным фоном. Никогда я не был сентиментальным». Возникло несколько идей, что сейчас можно сделать: разбудить его, разбудить его оральным сексом (к глотанию он меня больше не принуждал), продолжать любоваться им спящим или свалить из комнаты и дать, наконец-то, выспаться бедному студенту. Он же так мало спит. Проявив всю гуманность, я остановился на последнем варианте. На кухне я встретил моего дорогого друга Феликса. Он пил кофе с сухарями из пачки и читал какой-то журнал. Настроение у меня было замечательное. — Доброе утро, Фел! И приятного аппетита. — Ага! — лишь буркнул он, не отвлекаясь от чтения. — Феликс, дорогой, я пришел с миром. Отчего я так тебе не мил? Давай дружить! Я даже сделал попытку его обнять, но Фел выскользнул из моих рук, как ящерица. — В гробу я видал таких друзей! — А вот N считает меня хорошим другом. — Он не разбирается в людях. И что это за дружба? Вы виделись раза три. Сколько вы уже знакомы? — С сентября! — Давай проанализируем ваши взаимоотношения. Ты приехал, ломался, вел себя как придурок, потом у вас, возможно, был секс. Я точно не знаю. Но вероятность велика. Ты наговорил N про меня какой-то неведомой фигни, которая реальности не соответствует. Затем уехал. Не звонил, не писал, не подавал признаков жизни. А N тебя ждал каждый день. Приехал снова, вел себя как дебил, бросил его, вернулся, вы потрахались, это уже официальная инфа, и ты снова свалил. Теперь зачем-то появился вновь. Скорее всего, вы трахаетесь, раз он такой счастливый, обнимает тебя, и вы спите в одной кровати. Но я уже заметил некую закономерность и теперь ожидаю, когда же ты снова «включишь» идиота. «Против фактов не попрешь!» И все-таки я задал важный вопрос: — И во всем-то ты прав, дорогой. Не подкопаешься! Ты его очень любишь, да? Фел вспыхнул как спичка: — Слышишь, архитектор, что ты понимаешь в любви? Тебе удалось за один вечер разрушить то, что между нами росло и набирало обороты целый год. Нахрена ты вообще появился в этом городе и в нашей жизни? — Ты сам сказал: я делаю его счастливым. — Это видимость! Ты снова отмочишь какую-нибудь хрень и свалишь обратно в Питер, надеюсь, навсегда. А N будет молча страдать, никого к себе не подпуская. Ты просто избалованный, гребаный питерский мажор. Тебе наплевать на живых людей и на то, что они могут чувствовать. Для тебя существуют только бабки, телки и развлечения. Зачем тебе этот мальчик? Он слишком хорош для тебя! Ты же, вроде, натурал! Или в Питере кончились девки, которых ты еще не трахал? Или, как в том анекдоте про дракона, ты попросил в жертву не очередную красивую девушку, а самого прекрасного юношу? Для разнообразия? Зачем, Дима? — Он мне, правда, очень нравится. Мне сложно было понять это сразу, но теперь я даже готов к таким отношениям. Пусть наши встречи будут редки, но приятны. Я постараюсь его впредь не обижать. — Хочешь полезный совет? Найди кого-нибудь другого! N не подходит для твоих извращенных сексуальных утех. — Я бы последовал твоему совету, если бы меня привлекали другие парни. Но, увы. Только один. Мы сидели рядом, почти цивилизованно общались, хотя Феликс заметно нервничал. — Это что еще за новогоднее чудо? Вы прям… разговариваете? В кухню зашел Артем. — Темыч, я соскучился! Я тебе протеин привез, хороший. — Спасибо, мужик. С приездом! Мы обнялись с Темой. Фел продолжал сидеть за столом. — А ты что, мелкий? Иди, обними брата. Фел подождал, пока я отпущу Артема и сам его обнял. — Рассказывайте, что я пропустил? И где Малыш с Киром? Они вдвоем казались мне такими милыми, Тема из-за мышц выглядел на пару лет старше брата. «Жаль, у меня нет брата-близнеца». — N еще спит. — А вот и нифига! Вы так орали, что я понял, приехала моя Бусинка. Иди сюда, пупсик. N прильнул к обнимающимся братьям. В этот момент я тоже захотел, чтобы меня обняли. «Всё-таки так здорово, они — настоящая семья. Так берегут друг друга. А я, несмотря на наличие обоих родителей в своей жизни, не чувствовал себя очень любимым ни в детстве, ни в юности. И с Денисом никогда не было той самой братской близости, наверное, из-за разницы в возрасте». Я оттащил N от ребят, обнял сзади и поцеловал в шею. Артем этому жесту очень порадовался. — Вау, Димитрий, ты делаешь успехи. Я уже и не надеялся. Как сам-то? Надолго в наших краях? — К сожалению, совсем ненадолго. Все в сборе? Что у вас сегодня за мероприятие? Я, словно маньяк, вдыхал аромат волос N. Его запах уносил меня куда-то далеко, где кроме нас двоих никого не было. На какое-то мгновение меня накрыло ощущение, что я совсем не хочу отпускать N. «Так бы и стоял с ним, обнимая. Ничего не нужно — ни секса, ни разговоров, ни лишних движений. Вот так стоять и вдыхать его запах целую вечность». Видимо, N мой настрой не разделял. Он поспешил выбраться из моих объятий и занять позицию напротив, оптимальную для продолжения конструктивного диалога. — Дим, сегодня будут все свои, но нас много, по моим скромным подсчетам минимум десять человек. Мирослава даже приведет нового бойфренда. — Офигеть, — отреагировал Темыч. — Ты уж постарайся не набрасываться на него в первые десять минут, вдруг, он окажется ничего. — Я уже обещал вести себя прилично, — обиделся N. Меня разбирало любопытство: — Блондин, у тебя какие-то проблемы с мужчинами Мирославы? — Дима, как бы тебе помягче объяснить. Нет проблем, но они все меня бесят. А я не могу отдать свою девочку в лапы какого-то чмошника. Тема оживился: — Малыш, она тоже имеет право быть счастливой. Не мешай ей в этом, иначе наша Мира будет ждать принца лет до сорока, а потом и ждать перестанет. — Как только появится достойный персонаж, я пожелаю им счастья и сам организую свадьбу. — Ты просто ревнивый старший братец, а, если вдруг появится действительно достойный, ты сам его и трахнешь. Темыч заржал. — Это практически исключено! — насупился N. — Твердые моральные принципы — не уводить мужиков у подруг? — Нет, всего лишь разные вкусы на тех самых мужиков. Хорошо с вами, мальчики, но дайте мне уже чего-нибудь пожрать, и я поеду по важным делам. До этого момента я, наблюдавший за диалогом лучших друзей почти невозмутимо, напрягся. «Куда он собрался? Без меня? Он же мне ничего не говорил». У меня возникло ощущение, что N хочет каким-то образом от меня поскорее избавиться. — Ты один уедешь? — Да, Димуль! Это деловая встреча! — Второго января? Близнецы наблюдали молча. Тут Артем «шепнул» Феликсу достаточно громко: — Исторический момент, братиш. Первая сцена ревности. Я пребывал в негодовании. — Темыч, да причем тут ревность? Просто странно: что за встречи такие деловые, когда все бухают? Вместо ответа N вытащил меня за руку из кухни и завел в свою комнату. Закрыв дверь, он строго спросил: — Лапуль, что случилось? — Да ничего, я к тебе в гости приехал, а ты куда-то сваливаешь. Почему я не могу поехать с тобой? — Во-первых, если мы будем всю неделю 24 часа в сутки проводить друг с другом, это дико надоест кому-нибудь одному или, что хуже, обоим. Во-вторых, у меня важная встреча, на которой ты присутствовать, увы, не можешь. И, в-третьих, ты нужен здесь, помочь ребятам, я не знаю, когда вернусь. — N, я тебя уже утомил? — Бл**ь, конечно же, нет. Я очень хочу тебя, прямо сейчас. Блондин прижался ко мне вплотную, провел рукой по спине, до шеи, сжал ее и притянул к себе. Поцелуй был потрясающим, но недолгим. — Любимый, мне, правда, пора, я тебе потом все объясню. Ты веди себя, кстати, посдержаннее. Иначе Темыч постоянно будет стебаться, а Фел беситься. И при девочках никаких э-эм фривольностей в мою сторону. — Почему? Мира и Маруся же в курсе. — Ага, а Вика — нет. Ни к чему ей это. Еще папе расскажет, что ее возлюбленный бойфренд проживает в логове гомосЭков. Не думаю, что его это обрадует, начнет еще нашего пупсика проверять на гомоустойчивость. Я заржал. — А он не устоит. — Всё может быть, поэтому и не нужно афишировать и омрачать ауру прекрасного вечера. — Ок, понял, не дурак! Так ты еще хочешь быть со мной? N взял мою руку и положил себе на ширинку. У него стоял. — Комментарии излишни? — Угу, а куда собрался? К мужику? — К мужику, но по делам. Мне приятно, что ты ревнуешь. — Да я вообще не ревнивый, мне пофиг, просто спрашиваю. — Как скажешь. Не ревнивый, так не ревнивый. Завтракал? — Нет еще, болтали с Феликсом, пока Артем не пришел, а потом и ты. — Разговаривали? Прям ртами? Как цивилизованные люди? Обязательно расскажешь, когда я приеду. Пошли пожуем. Мы поцеловались и вернулись к братьям. После завтрака N сразу уехал. Я немного поболтал с Темычем о встрече Нового года, а сам думал о том, что недавно сказал мне Феликс. «Я гребаный, избалованный мажор, которому захотелось экспериментов? Возможно, но мне очень нравится этот мальчик. И скорее всего я действительно начинаю ревновать. Иначе почему меня так цепляет, что он куда-то уехал вдруг? Присутствие Фела опять же нервирует. Крашеный даже не скрывает, что не переваривает меня и будет драться за N до последнего. Ой, как все сложно! Надеюсь, сегодня будут симпатичные телки, нужно отвлечься». Феликс ушел кому-то звонить. Артем, заметив мою отрешенность, выдернул меня из мыслей: — Димон, ты далеко? — Нет, тут я, а что? — Как тебе наш Малыш? Ты еще не влюбился в него? — Нет, а должен был? — Ведешь себя странно. — Чего вы все меня в странностях обвиняете? Вон у брата своего спроси: он один, по ходу, в курсе, что происходит. — Не обращай внимания на Феликса, он до сих пор не может спокойно смотреть на N с кем-то другим. — А Вика? Отвлекающий маневр? — Милая девушка, он ей нравится, а она ему. И этого на данном этапе их отношений вполне достаточно. — Ты не знаешь, Тём, куда мог поехать твой лучший друг? — N — очень свободолюбив, куда хочет, туда и сваливает. Но, раз обещал вернуться — вернется. Ты же здесь, ему больше не у кого остаться ночевать в гостинице. Не будь таким Отелло. Темыч похлопал меня по плечу. — Дим, я, правда, рад, что ты разобрался во всем. — Мне бы твой оптимизм. Да и не разобрался я, вообще не понимаю, как он ко мне относится. — А что он сам говорит? — Разное, в любви признавался. — А ты не веришь? — Не очень. — А хотелось бы? — Чтобы N в меня влюбился? — Ага, без памяти и на всю жизнь. — Не знаю, я к такому не готов. — Так время покажет, расслабься и получай удовольствие. Ты ж, Дима, получаешь удовольствие? Или нет? Он мне ехидно подмигнул. — Да, отвали уже. Я еще вот с тобой свою сексуальную жизнь не обсудил. — Ты хороший парень, но я тебя за него убью, если что. — Я в курсе. А много у него было мужчин? — Мне почем знать? Я свечку не держал, да и другие дела есть. — Я больше про отношения хочу узнать. Ты же его хорошо знаешь, вот и расскажи, сколько у него было мужиков, которых он, не знаю, как сказать, не просто хотел. — Любил? — Типа того. — Дим, Малыш никого не любит, или любит всех сразу. Мне кажется, он этого пока не умеет, его нужно учить любви. — Что за чушь? — Вот у тебя родители есть? — Есть! — Они любят друг друга? — Конечно! — А тебя любят? — Да и меня, наверное, тоже. — А перед ним не было любящего примера, его никто не любил с шести лет, его только использовали как бесплатную рабочую силу и мальчика для битья. Он об этом редко распространяется, чтобы жалости не вызывать. А тебе рассказал, значит, доверяет. Значит, ты не просто «очередной». Дим, если научишь любить Малыша, я буду тебе очень признателен. С женщинами было бы проще, но пока ни одна его так не зацепила, как ты. — Не знаю, Тём, это такая ответственность. — Ты справишься, я в тебя верю. — А что делать нужно? — То, что ты уже делаешь. Только не пропадай больше. Просто будь рядом. — Я же далеко живу. — Это не важно, иногда человек, находящийся за 1000 км, может найти способ быть ближе любого ближнего. В 21-м веке же живем. Телефон, интернет. Всё есть. — Я попробую. — А что насчет тебя? — А что я? — Расскажи мне сам, что у вас за отношения? — Ты же знаешь. — О, да! Он мне тогда позвонил и сообщил, что вы трахались. А при встрече еще сказал, что это случилось два раза подряд. — Что еще ты хочешь узнать? — Да, в принципе, только то, что для тебя это не проблема. — Я уже смирился, хотя, я думаю, что так быть не должно. Так же не бывает. — Значит, бывает. Меньше думай, это вредно. — Артем, мне по-прежнему нравятся девушки и не нравятся остальные парни. Я хочу только его, одного. — Да и хрен с ними, с остальными. А насчет девушек, я тебя понимаю. Они же такие клевые, как они могут не нравиться?! И, если тебя это успокоит, я тоже никого, кроме Маруськи, не хочу. Вернулся Феликс, и я решил пойти в комнату N. Он перед отъездом вручил мне ключи. «У меня есть ключ от квартиры N, от комнаты, осталось получить ключ от его сердца. Обалдеть, я снова скучаю. Интересно, с кем он сейчас? Чем занимается? Почему мне не сказал, куда уехал?» На тумбочке лежал ноутбук, я включил его. На рабочем столе одна из папок носила название «Фотки. Осень». Я вспомнил, что в этот новый год мы даже не сфотографировались. «Хочу общую фотографию!» Открыв папку, я увидел, что это какая-то вечеринка. Некоторые лица были знакомыми. Мирослава, Феликс, Макс, незнакомые парни, красивая девушка, N, еще девчонки, Никитос. Артем с Марусей, как новобрачные. Такая пара замечательная. Снова фотки обычной отдыхающей молодежи. Стоп! Я отлистал назад. На одном из снимков целовались со всей возможной откровенностью двое мужчин. Сомнений не было, одним из них был мой блондин. Мой, сука, мальчик! Второго я не знал. Стояла дата 30.10.01. «Скотина! Ты же уже любил меня. Ты должен был страдать и надеяться, что я вернусь, а не целовать других парней». Я брезгливо закрыл ноут и вернул его на тумбочку. «Да, я тоже целовался и занимался сексом с девушками. Но я ему ничего не обещал. Я даже не знал, что снова приеду сюда. Ладно — я, он-то как мог?! Это же не Демон, и даже не Феликс. Кто это вообще? И что между ними было?» В терзаниях я прилег на застеленную кровать N и вскоре задремал.