Глава 38
16 декабря 2015 г., 00:48
Неизвестно, сколько прошло времени. В дверь постучали. Это была Маруся.
— Привет! Ты спишь что ли? Пойдем, поможешь! Других парней нет. Ночью надо спать!
— Иду! А N не приехал?
— Никого нет, только мы с Викой. Ребята за продуктами и бухлом поехали.
Девочки попросили меня подвигать мебель и достать посуду с верхних полок. Маруська орудовала в комнате у братьев. Мы с Викой были на кухне. Я отметил, насколько она прекрасна. Маленькая, хрупкая, большие глазищи, темные волосы до плеч торчали во все стороны. Кажется, у девочек это называется «каскад». У меня как-то секретарша такую сделала стрижку и рассказывала подружке по телефону. Вика ловко управлялась с тряпками.
«Она похожа на девочку-эльфа! На Дюймовочку, которую хочется носить на руках».
— Мужчины вечно грязь разводят, а женщины убирают.
— Разделение обязанностей. Вик, а хочешь, я полы помою?
— Ой, лучше не мешайся, сядь на диван и подними ноги. Отличная будет помощь.
— Небесным созданиям не положено мыть полы.
— Я пока еще живу на земле. К сожалению! Слушай, а что у вас за терки с Феликсом? Он мне так и не сказал. Но рекомендовал держаться от тебя подальше.
— Сейчас все отлично, а раньше были разногласия.
— У мужчин основные причины разногласий — это женщины или деньги. Поскольку мой Фел — студент, могу предположить, что вы не поделили девушку.
— Вроде того! Он же теперь с тобой, значит, проблем больше нет.
— Ты уверен?
— Не совсем. А у вас с ним серьезно?
— А ты хочешь меня отбить?
Она залилась звонким смехом. Такая милая, ямочки на щечках. Глаза искрились.
— Я еще не решил.
— А я не знаю, насколько у нас серьезно. Он хороший человек. Не похож на остальных, не пытается сразу залезть под юбку. Мы много разговариваем, гуляем. Феликс милый, умный и романтичный. Мы даже целуемся, только если я попрошу. Или он спрашивает разрешения меня поцеловать на прощание. И целует так нежно, аккуратно, не страстно и со слюнями. Я еще не встречала таких парней. Он удивительный, понимающий, заботливый, но… а ты N хорошо знаешь?
Неожиданный вопрос застал меня врасплох.
— В каком смысле? Мы друзья. Почему спрашиваешь?
— Да ничего, ладно, забудь.
Виктория смутилась.
— Нет уж, говори, раз начала.
— А ты ему не скажешь?
— Уже секреты? То есть ты мне доверяешь, невзирая на рекомендации своего парня?
— Просто, вдруг ты сможешь мне помочь кое-что узнать? Я не могу попросить об этом Артема или Кирилла. Даже Марусе рассказать не могу. А раз вы дружите с N и не очень дружите с Феликсом, ты — идеальный вариант. Ты же не местный и скоро уедешь. А мне очень нужно с кем-нибудь поделиться.
— Для вас, прекрасная леди, хоть Луну с неба. Говори!
— Только между нами.
— Буду умирать, но ничего не скажу.
Она краснела и мялась. Подошла к двери, посмотреть, что Маруся к нам точно не собирается возвращаться. Очень плотно закрыла дверь, подсела ко мне и шепотом, опустив глаза, залепетала:
— Мне очень стыдно, и я чувствую себя последней шлюхой, но ничего не могу с этим поделать.
Она начала задыхаться, я испугался, быстро встал, налил ей воды. После нескольких глотков, дыхание ее нормализовалось, и Вика продолжила. Я держал ее за руку.
— Поклянись, что не расскажешь N о нашем разговоре.
— Клянусь! Что стряслось-то? — мне передался ее испуг.
— В общем, мы встречались с Феликсом около недели, я знала из его друзей только Марусю и Артема. С Марусей мы подружки с младших классов. И вот он пригласил меня в гости. Я волновалась, но узнав, что Маруся тоже будет, согласилась ненадолго зайти. Мы пили чай за этим столом. И тут я увидела его. Эти глаза голубые с искорками, его неземную улыбку. Мне всегда нравились блондины. А он — это что-то. В общем, теперь он мне снится каждую ночь. А когда он меня касается, берет за руку или обнимает в шутку, во мне творится что-то непередаваемое. Это как одновременно самое большое счастье и желание умереть в эту же минуту, потому что он не мой. Я даже набралась смелости и как-то спросила, есть ли у него девушка. Он ответил, что «нет» и не предвидится. Думала, что Мира — его любимая, но у нее тоже недавно парень появился, а N даже не реагирует на эту новость. В общем, я не знаю, что мне делать. Очень боюсь, что Феликс узнает и бросит меня с позором. Он так нравится моим родителям. А я к нему не чувствую и сотой части того, что у меня к N. Он же невероятный, правда? Если бы ты был девушкой, ты бы понял, о чем я. Дима, что мне делать?
Сказать, что я был в шоке — ничего не сказать. Я пытался переварить информацию. Сидел и молчал, ожидая продолжения. Но Вика больше ничего не собиралась говорить, а ждала ответа на вопрос.
— И чего ты молчишь, Дим? Я смешная дурочка, да?
— Нет, ты умница и красавица. А чем я могу помочь? Ты же просила в начале меня что-то сделать?
— Сможешь очень аккуратненько, без подозрений узнать, как N ко мне относится? Нравлюсь ли я ему? Если не нравлюсь, то хорошо. Я переживу как-нибудь. А если нравлюсь, то я бы хоть попыталась что-то сделать. Но это совсем не в моем стиле. Я очень застенчива. У меня еще не было мужчин, и теперь меня не покидает навязчивая мысль, что «моим первым» должен быть именно N. Если, конечно, он этого захочет.
Я вообще не знал, как все это прокомментировать. Но чувства Вики мне были вполне понятны.
«Я опять чувствую себя последней сволочью! Я же сегодня планирую жестко трахать твоего возлюбленного. Ведь он тоже этого хочет. Может, сказать ей, что он больше «по мальчикам»? Так мне запретили распространяться об этом. Хотя он же бисексуал, вдруг ей повезет. А как же я?»
Девушка терпеливо ждала ответа.
— Вик, я попытаюсь получить максимум информации по этому поводу.
— Спасибо, Дима, и «никому», помнишь?
— Разумеется.
В дверь стал кто-то ломиться. Рывком N распахнул её.
— Еще бы стол придвинули, чтобы совсем не открыть. Опа! А где все? Я не помешал какому-то таинству? У вас такие лица, будто вы тут любовью планировали заняться.
Вика густо покраснела и отсела от меня на безопасное расстояние.
— Привет, дорогая!
N чмокнул Вику в щеку. Она сидела, боясь шевелиться, и не смотрела ему в глаза. На шум пришла Маруся.
— Явился — не запылился? До тебя вообще невозможно дозвониться!
— И тебя с Новым годом! Уже трудишься? В моем номере зеркало грязное и полы. Белье давно не меняли.
— Да пошел ты, сам уберешься! Еще вот твою комнату я не драила.
N поцеловал Марусю в нос, та зажмурилась.
— А твой благоверный без труда со мной связался и все указания передал. Я сейчас!
Он метнулся в коридор и вернулся с пакетом.
— Это тебе, Золушка!
Вручил Марусе белый сверток и большой кусок сыра.
— Колбаса только такая была, уж извиняйте. А вот это великолепной принцессе Тори.
N передал Вике бутылку вина.
— Фел сказал, другое ты не пьешь.
— Благодарю, я вообще не пью, а немножко винца можно. Это мое любимое.
— Отлично! Я дамам угодил? Я молодец? Могу теперь личными делами заняться?
Маруся командовала, как хозяйка.
— Можешь, но возвращайся поскорее сыр тереть. Пиццу будем печь. Мы с Викой сейчас тесто замесим.
— Слушаюсь, будущая мадам. Димуль, за мной!
N снова затащил меня в комнату.
— Ну? Ничего не хочешь мне рассказать?
— Например?
— Почему ты пытаешься всех трахнуть в этом доме?
— Да не пытался я, мы просто разговаривали.
— Пренебрегая пионерским расстоянием? Да ты ее просто вжал в спинку дивана. И держал за руку, тяжело дыша ей в лицо. Я всё видел.
— Она поделилась со мной секретом.
— На второй день знакомства? Мило! И что же это за секрет?
— Я не должен тебе говорить!
— Ох**ть не встать! Ты серьезно?
— Абсолютно!
— Феликс тоже не может узнать?
— Никто из присутствующих. Прости, я, правда, не могу сказать. Но зуб даю, к сексу я ее не склонял, как ты мог подумать. Или ты тоже ревнуешь?
— С чего бы? Мне только важно, что вы с Феликсом не соберетесь убивать друг друга сегодня из-за Вики, чем испортите мне чудесный вечер.
— Нет, дело в другом. Так где ты был?
— А это тоже секрет!
— Трахался?
— Почему ты так решил?
— Рожа больно довольная!
— Нет, берегу все для тебя.
N прижался ко мне лбом.
— Ди, ты собираешься быть в этой майке?
— А это важно?
— Дамы будут. А я хочу увидеть тебя в рубашке, которую я потом на тебе расстегну, с каждой новой пуговкой, буду целовать тебя, пока не дойду до твоего льва.
— Если ты про тату внизу живота, то это — тигр.
— Да хоть дикобраз, Ди, я так хочу тебе отсосать. Хорошо бы прямо сейчас.
— Трезвый и такой возбужденный, ты не под кайфом? Где был-то?
— Ты тоже возбудишься, когда увидишь завтра. Я очень на это надеюсь, меня впечатлило.
— У тебя же завтра экзамен?
— Ой, не напоминай, это утром, а потом у нас одно мероприятие.
— Ага, билеты тебе в Питер купим, паспорт не забудь.
— Да, купим, можно и позже. Питер 300 лет простоял и еще 300 лет никуда не денется.
— Я весь в нетерпении. Так дамы будут?
— Ага, можешь вдуть любой, кроме Вики и Маруси. Мне совсем не хочется снова ссориться с братьями. Хотя Маруська на дешевые провокации не ведется. И еще, баба Макса тебе тоже не даст. Она вообще у него с прибабахом. Не советую. Ревнивая ведьма, но Максимку обожает.
— А кто еще-то будет из женщин?
— Мирослава и Маринка.
— Алмаз твоего сердца меня не привлекает, who is Маринка?
— Двоюродная сеструха Макса, тоже рыжая, на мальчика чем-то похожа и на самого Макса, стрижка очень короткая.
— Вот спасибо! Вариантов не остается.
— Ну чего ты такой привередливый? У тебя всегда есть я!
— Я о том же.
Мы целовались несколько минут, потом вернулись к девчатам. Они были в фартуках, все в муке и что-то месили на столе.
— Я пришел, мой генерал, тереть на терке твой сыр! А Димка колбасу нарежет. Или хочешь поменяться? — последний вопрос был адресован мне.
— Нет, колбаса меня устраивает. А почему ты сам не готовишь?
— Когда творят дамы, я прикидываюсь скромным подмастерьем. К тому же пицца — коронное блюдо Марусеньки.
Артемкина барышня скомандовала:
— Руки только помойте, Мира звонила. Они скоро будут.
— С новым кентосом?
— Тебе виднее.
— Интересно, какой он? Ваши предположения, коллега?
Я вспомнил Мирославу.
— Снова пари?
— Угадал! Итак?
— Среднего роста, пухлый, темные волосы, старше нее, возможно, в очках.
— Какого-то ботана сватаешь за мою сладкую девочку. А я думаю, он высокий дрищ, с дебильным выражением лица, цвет волос не важен. Дамы, присоединитесь?
— Нет, извольте, своих забот хватает, — ехидно ответила Маруся.
— Ваше право, какова ставка?
— Предлагай, N!
— Ок, если я окажусь правым и это будет худосочный двухметровый паренек, ты едешь завтра со мной на экзамен по истории, успокаиваешь меня и поддерживаешь при любом результате. Платочки, плечо друга для слез, крепкий алкоголь. Все включено. Вероятность того, что я сдам около 10%. А если он будет невысоким и жирноватым, то… Дим, какие у тебя есть фантазии?
— Звезды на крыше! В телескопе! Завтра, при любой погоде! И билеты купить, сам знаешь куда, обязательно.
Девочки немного удивились моему ответу. Маруся нахмурилалсь и покрутила у виска.
— Клоуны! Как вы только нашли друг друга? Закончили паясничать? Может, уже приступите к работе?
Она вручила N терку, сыр и тарелку, а мне — колбасу, нож и доску.
N начал старательно натирать сыр, а я все еще думал, как резать колбасу — кружками или соломкой.
— Ай-ай-ай, Дима, скорей, помоги мне, это снова случилось!
— Что?
— Нос чешется ужасно! У меня всегда начинается чесаться нос, когда я утрачиваю способность его почесать.
Я почесал нос блондину, мои руки были еще чистыми. Маруся снова повернулась к нам.
— N, ты когда-нибудь собираешься взрослеть?
— Зачем ты мне эти глупости предлагаешь, женщина? Мне и так хорошо.
«Суровая барышня!», — подумал я.
— Марусь, а как колбасу нарезать?
— А ты много вариантов знаешь?
— Минимум два!
— К какому склоняешься?
— Кружочками.
— Вперед, мой чудный ослик!
«Вот теперь я еще и осликом стал. Куда катится мир?»
Вика все время молчала и украдкой поглядывала на N. Только теперь я заметил, КАК она на него смотрит. Мы трудились с блондином, сидя за столом. Девушки колдовали над тестом у плиты. Закончили все одновременно. Маруся негодовала:
— Дождаться бы овощей и остального, где же наши мальчики?
— А я голодный! — подал голос N.
Казалось, он немного побаивается Марусю.
— Всех нужно подождать! Потерпи, Малыш.
— А пива хоть можно мне, тетя Маруся?
В дверь раздался звонок.
— Ой, это, наверное, мальчики, я открою. Нельзя пива!
Маруся убежала.
Но вместо близнецов появилась Мирослава с высоким и очень худым темноволосым парнем.
«Похож на богомола. N выиграл».
Мы все еще сидели вместе за столом.
Не обратив внимания на Вику и игнорируя остальных, Мирося принялась топить меня и N в своих объятиях и эмоциях.
— Какие же вы милые. Я так скучала, дорогой, все эти долгие четыре дня. С прошлого года! А Дима стал еще красивее. Ой, как я рада, что ты здесь. Она целовала блондина, пока ее парень, опешив, смотрел на это.
N вольностей себе не позволял, лишь единожды поцеловал Миросю в щеку.
— С Новым годом, поближе, моя хорошая. Представь нам своего мужчину.
— А это — Женя. Жень, это N, Дима, Маруся и Виктория.
Мы по очереди пожали руку богомолу.
— Джонни, — с налетом пафоса произнес богомолообразный спутник Миры.
— Ужели сам мистер Депп в наших краях? — спросил N.
— Нет, тезка.
— Проходите, не бойтесь, сейчас и вас Марусенька озадачит оригинальным квестом.
Маруся моментально отреагировала:
— Все просто! Открываем банки с консервацией, я принесла, ждем ребят, общаемся.
Блондин только тяжело вздохнул:
— Как же мне повезло, что не моей женой ты станешь. Лжедепп, ты куришь?
— Бросил.
— Похвально! Дим, пошли в подъезд! Покурим.
Мы вышли на площадку.
N закурил у открытого окна.
— Мне нужен глоток свежего воздуха, литр алкоголя и немного секса. Эта женщина сводит меня с ума. Она меня морит голодом, унижает перед друзьями и прессует в собственном доме.
— Да ладно тебе. Меня она осликом назвала, а я людьми руковожу, а не студент какой-нибудь и старше Маруси лет на пять. Забей, эта такая категория женщин. Зато хозяйственная и держит все под контролем. Готовить умеет. Из таких отличные жены получаются.
Он фыркнул:
— Тебе откуда знать? Ты еще даже не женился! А невеста у тебя — мужик. Сигарету хочешь?
— Закурю только после секса!
— Тут?
— Ты спятил, блондин?
— Я должен был попытаться.
К нам вышла Мирослава.
— Родная, где ты его откопала? Это же какое-то двухметровое чудовище без чувства юмора.
— А я знала, что ты его сразу забракуешь. Где я тебе красивого найду?
Мира посмотрела на меня.
— Как дела, Дим?
— Отлично всё! Жив, здоров и счастлив!
— Молодец! — девушка продолжила, обращаясь к N. — Вика такая у Феликса симпатичная, я все не налюбуюсь.
— Привыкнешь, она с нами надолго.
Мирослава окинула нас каким-то особенным взглядом.
— Мальчики, а вы можете поцеловаться? Тут, сейчас!
— Фу, извращенка! Я же курю, Дима не любит, когда я курю.
— А ты не куришь? — снова мне.
— Нет!
Внимание Мироси вернулось к блондину.
— Дорогой, что у тебя с сессией?
— Завтра последний экзамен. Не сдам.
— Сдашь! Я в тебя верю! Дим, а ты?
— А я утешу, поддержу — платочки, жилетки, коньячок.
— Чего?
N ответил вместо меня, затушив окурок:
— Неважно! Вернемся, друзья, вдруг деппообразный богомол уже охотится на хрупких девственниц?
«Забавно, N тоже заметил сходство Жени с богомолом».
Открылся лифт, и из него вышли Феликс и Артем с пластиковым ящиком продуктов.
— Фигасе, парни! Пир горой! Хоть кто-то пожрать принес. Ура!
Мирослава оскорбилась:
— А я принесла вино, холодец и домашнее печенье. Сама испекла.
— Чего же ты молчала, женщина? Тормозим? Нехорошо!
N открыл дверь парням.
— Не закрывай, там еще Макс с девчатами поднимаются, машину паркуют.
— Что ж за день сегодня?! Еще и Максимка за рулем. С кем пить-то?
