Глава 53
26 декабря 2015 г., 02:55
Едва N успел отнести ноутбук и гитару, вернулись парни. Всё мужское «общежитие» в сборе. Я не мог вспомнить, когда последний раз мы все вместе, без девушек и посторонних, вот так собирались. Никто никуда не торопился. Уютно. По-домашнему. Как семья. Отчего-то я ощущал себя здесь своим. Увидев пятилитровую кастрюлю вареников, Тема одобрительно воскликнул:
— Малыш, у тебя сегодня рождественское кулинарное вдохновение?!
— Угощайтесь, мои хорошие, мы с вами поужинаем.
Снова это «мы» резануло слух.
«Не я и Дима, а мы. Возможно, я накручиваю, но впечатление, что он уже все решил за меня. Я — его, он — мой. Правда, мой! Вместе — мы. Черт! Как же не хочется уезжать».
Вареники были изумительны, не совсем такие, как у бабули, но тоже очень вкусные. Через несколько минут коллективного молчаливо-довольного жевания Фел начал, обращаясь к N:
— Что-то не помню я, чтобы ты нас раньше так баловал.
Блондин, гордый собой, заметил:
— Да я их лет пять не лепил, заморочек много, но Дима убедил меня вспомнить. И я не жалею. Дешево, сердито, съедобно!
Феликс мне почти улыбнулся.
— Наконец-то он начинает делать что-то хорошее, пусть и за день до отъезда.
Я послал Крашеному воздушный поцелуй и порцию немого сарказма. Сам решил прояснить всё с Темычем.
«Как ни крути, он и мне друг, и его мнение важно для меня. Не хочу, чтобы оставался негатив, тем более из-за какой-то пьяной бабы».
— Артем, у тебя еще есть ко мне какие-то неразрешенные вопросы?
Казалось, Тема уже забыл об утреннем инциденте.
— Димон, забей! Это было что-то вроде спектакля для любимой женщины. Думал, ты догадаешься. Должен же я был сделать вид, что мне не все равно от того, что ты наехал на Марусю. Совершенно справедливо, кстати. Я сам хотел её наказать.
Обычно молчаливый и часто отсутствующий Кирюха встрепенулся:
— Ой, вы за тот случай? Мне понравилось, Димон — молодец. Я б не догадался ей так ответить. Оскорбление, это же тоже гомофобия, да? N, как ты там говоришь про них?
Блондин жестом показал, что увлеченно жует и не способен говорить. Я снова перевел взгляд на него.
«Заверните мне его с собой, ну пожалуйста! Я же сдохну от тоски и одиночества! Как мне жить пять недель без этих синих глаз, которые постоянно меняют оттенок».
Темыч ответил вместо N:
— «Всякий, входящий в этот дом, подтверждает свою крайнюю толерантность к сексменьшинствам. В противном случае, гомофобов здесь позорно забивают тапками, как тараканов». Я именно это и напомнил Марусе утром. Она совершенно лояльна, но проблемы есть у ее родителей. Это они — тараканы. Особенно папа. Такой жирный рыжий и усатый гомофобистый таракан. Сам лично видел и слышал. Его любимая фраза — «Сжечь к х*ям всех пид*ров!»
Услышав знакомые слова, я не выдержал:
— Мой отец говорит так же. По-моему, это не лечится!
N заметно напрягся, опустил взгляд, закусил губу, что-то прикинул в уме и обратился в философию:
— Интересная жизнь ждет тебя, Артемка, если ты свяжешь себя с их семьей узами брака. С одной стороны — родители жены, с другой — родной брат и его нетрадиционные друзья. Да, Сладенький? — на последних словах N едва улыбнулся и потрепал Фела по волосам. Феликс ластился к нему как котенок.
«Вот как их вместе оставлять? Не верится мне, что между ними только дружба осталась. Слишком нежная дружба».
Темыч отвечал со всей серьезностью:
— А я не собираюсь с ними жить, только с ней. И чего вы все думаете, что мы поженимся? Может, и нет.
Заслуженный «специалист по отношениям» Кирилл Мельников вставил свое веское слово:
— Ясное дело — поженитесь! Иначе, зачем столько времени тратить на одну бабу, когда есть дохрена других? Брось ее и живи свободно, радуясь жизни.
— Нет, Кирюш, у нас типа любовь! Мне не нужны другие женщины.
«Бедный, бедный Темыч приговорил себя на всю жизнь».
— Вот поэтому женись, чего тянуть кота за..? Я б тоже женился, было бы на ком. Так нет же! Для семейной жизни я еще женщину не встретил, все только для секса годятся. Ни одна ни стирать, ни готовить не умеет. Как такой жене хозяйство доверить?
— Вы слишком избирательны, друг мой! Такими темпами поиски рискуют затянуться на годы, — напомнил N Кирюхе.
— Кто бы говорил, по крайней мере я нахожу себе девушек из ЭТОГО города.
Кирилл явно не хотел задеть N, но последнее заявление доконало блондинчика.
— Твоя правда! Ой, как бухнуть охота, прям, тоска! — N обреченно посмотрел на меня, словно любуясь в последний раз.
Мне очень хотелось как-то заткнуть Кирилла, но он не успокаивался.
— Для тоски рано, а бухнуть всегда можно. Что у тебя там грядет после отъезда Димона?
— Время Великой Депрессии с элементами запоя! — снова ответил Темыч за N, посмотрев на него, поздно спохватившись, решил уточнить: — Это ж не секрет, да?
N тяжело вздохнул, окинул взглядом всех присутствующих и медленно встал из-за стола.
«Как вы меня все за*бали!», — отчетливо прочел я в его взгляде.
— Не секрет! Пойду я прилягу, скучно с вами, сплетницы, — N положил свою тарелку в мойку и вышел из кухни.
Я ждал, что он как обычно заберет меня с собой. Но не в этот раз.
«Несчастный мой мальчик, ему так плохо. Мне тоже плохо. Я бы поднял его на руки и отнес в спальню, долго бы целовал, а потом подарил бы ему незабываемую ночь. Только нашу ночь».
Но меня останавливала отстраненность N, я решил уточнить у Темы, звание «лучшего друга» кому попало не дают.
— Что это с ним? И мне нужно идти?
— Минут пятнадцать подожди, пока рано. Очень плохо, Дим, что ты уезжаешь. Очень! N снова бухать будет.
— Он собирался работать!
— Собирался работать, а будет бухать. Известно, когда ты еще приедешь?
— Нет, но... — я чуть не сказал Артему про Питер, как хорошо, что меня остановили.
— Дим, оставайся, а? — оживился Кирюха. — Ты, вроде, нормальный парень, N точно против не будет. Живи здесь, работу найти тоже сможешь. Я охранником работаю в супермаркете, а ты же с «вышкой» уже, что-нибудь и лучше себе найдешь. Хоть менеджером в магазин.
Перспектива менять должность архитектора в известной питерской компании на «хоть менеджера» меня не особо привлекала, но я старался оставаться вежливым и спокойным. Очень хотелось пойти успокоить N. Кирилл, пусть и не намеренно, всё же сильно подпортил блондину настроение. Феликс, молчавший до этого момента, тоже встал, собрал у всех пустые тарелки и начал мыть посуду.
— Кирюш, дорогой, у Димы в Питере все нормально, квартира своя и работа хорошая. Ему нахрен не нужен этот город, включая всех его обитателей. Да и кроватей у нас по количеству проживающих, или ты уступишь ему свою, вместе с комнатой?
— До сих пор они как-то справлялись без лишней кровати, — Кирюха заржал, а меня очень зацепили слова Феликса.
Крашеный меня раздражал одним своим присутствием в этом городе. Не могу я спокойно уехать, зная, что N с «бывшим» снова счастливо живут в одной квартире, а я хрен знает где.
— Фел, ты прав в том, что у меня есть хорошая работа и своя квартира в Питере. Жить я здесь пока не планирую, но одного чудесного человека с радостью с собой бы увез.
Феликс очень недобро на меня зыркнул.
— Ага, как сувенир на память. В интерьере твоего пентхауса не хватает статуи красивого обнаженного юноши? Хрена с два ты его с собой утащишь.
Я резко встал.
«Черт! Я же его сейчас ударить могу. Побежит сразу жаловаться N. Дима плохой, всех избивает, оскорбляет и провоцирует. Я же обычно спокойный».
Темыч почувствовал приближение серьезного разговора, при котором ему совсем не хотелось присутствовать. Повернулся к Киру.
— Пойдем, ребятам нужно поговорить наедине.
Мельникову спектакль явно пришелся по вкусу.
— Да? Мы мешаем? Вроде, интересно должно быть. Вдруг тоже свидетели нужны?
— Пойдем, я сказал! — Темыч настойчиво дернул Кира за плечо. — Только не убивайте друг друга, кровь тяжело отмывается.
— Ага, и не трахайтесь, — попытался шутить Кирилл.
