За закрытой дверью

Если бы злость можно было потрогать руками, то Артура бы уже давно разорвало от клокочущей в нем ярости. Было что-то неестественное в том, чтобы дорога до места, который ты считаешь, пусть временным, но домом, была до отвращения привычной, когда злость застилает глаза настолько, что тебя ведет. Когда каждый мускул тела направлен на то, чтобы сдержать судорожное рычание, совершенно животное, пробивающееся сквозь горло, а руки немеют от попыток удержаться. От чего угодно. В такие минуты нужно кричать, а не стискивать зубы в бессильной ярости. Но у Артура нет этой возможности. У Артура сейчас только пелена перед глазами и отчаянные попытки цепляться за реальность. Если в какой-нибудь вселенной вечер с Утером Пендрагоном мог бы пройти еще хуже, то тот Артур уже явно скручен по рукам и ногам копами. Но этот пока держится. Артур знал, на что шел, когда переступал порог отчего дома. Он знал, что приглашение на ужин после такого затишья мог означать только то, что капкан уже установлен, ловушки расставлены, а папочкины ищейки уже довольно потирают руки, уверенные, что и в этот раз все выйдет так, как захочет всемогущий Утер Пендрагон. На часах было без пятнадцати шесть, когда Артур зашел в просторную столовую и увидел притихшую Моргану и собранного отца. Шесть двадцать три, когда подали второе блюдо; шесть сорок семь, когда подали десерт; и семь ноль пять, когда Артур швырнул в стену первый бокал. - Ты не можешь больше портить репутацию нашей фамилии, - сказал Утер, почти четыре часа назад. - Компании нужен здравомыслящий наследник, а не похотливый мальчишка с пропитым потенциалом и кучей шлюх под боком, - прошипел Пендрагон-старший, отталкивая пытающуюся его успокоить дочь. - Ты эгоистичный неблагодарный ублюдок, - орал Утер Пендрагон в лицо своему сыну, - ты будешь делать так, как я тебе прикажу и мне плевать, что тебе хочется. Наверное, это было ошибкой – трахать дочь одного из соучередителей компании отца, думалось Артуру. Наверное, не стоило бросать ее, игнорируя почти месяц, а потом спать с ее лучшей подругой. Не стоило, шипела Моргана на ухо брату, и тут же бросалась в бой, отстаивая его же право на личную жизнь. Впервые в жизни Моргана сражалась на стороне брата и тот бы обязательно это оценил, если бы не был на грани истерики. Утер Пендрагон требовал от сына помолвки с одной из дочерей инвесторов. И ему было решительно плевать, что там думает Артур по этому поводу. - А что, если я пидор? - зло выплюнул Артур уже у самой двери, смотря в глаза отцу. - Значит, тебе придется очень сильно стараться в постели со своей женой, - ответил Утер. Злость заменилась брезгливостью на его лице. - Ну и катись ты к черту, - уже спокойнее ответил Артур, вытащил из внутреннего кармана кошелек и швырнул в отца стопкой кредиток, - можешь подавиться своим баблом, папочка.

***

Злость потихоньку отступала. С каждым шагом, приближающим к двери в комнату, Артур чувствовал лишь невообразимую усталость, все сильнее давящую на плечи. На место душащей злобы приходила пустота, а разрывающийся от звонков телефон хотелось лишь выбросить в пасть какому-нибудь животному пострашнее. Чтобы больше никогда не слышать. Артуру казалось, что он открывает дверь почти вечность, ворочая ключом так медленно, будто время и правда изо всех сил пытается остановиться. Поэтому, когда ему навстречу из тишины комнаты шагнул Мерлин, бережно беря за предплечья и втягивая в темноту, Артуру казалось, что это все не с ним. Мерлин тихо закрыл дверь, и шагнул к Артуру, застывшему на середине дороги к своей кровати. Сил, чтобы сделать еще пару шагов и рухнуть туда не осталось. - Мне позвонила Моргана, - почему-то шёпотом начал Мерлин, - она рассказала, что случилось. Боже, Артур, мне так жаль, - парень нерешительно поднял руки и обнял друга. - Забей, - безжизненно ответил Пендрагон, не делая попыток ответить на объятья, - забей, Мерлин. Это такая фигня. Мерлин сильнее сжал руки, заставляя Артура судорожно вздохнуть, вцепиться в талию парня и уткнуться носом в изгиб шеи. Молчание затянулось. Мерлин слышал, как скрипели половицы в комнате по соседству, как шумели первокурсники из корпуса напротив, как Артур хрипло дышит, пытаясь затолкать остатки ярости, что еще плескались в горле. - Он хотел как лучше, - тихо прошептал Мерлин, чувствуя, как напряглась спина под его руками после этих слов, - может, он… Артур судорожно глотнул воздух, чувствуя, как злость в груди снова начинает нарастать и стиснул зубы. Что? - Что? – повторил парень, отодвигаясь от соседа и пытаясь разглядеть его выражение лица, - Как лучше? Он эгоистичный уебок и ты не имеешь права его выгораживать, - только затихшая злость полыхнула с новой силой, окончательно снося остатки разума. Мерлин открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Артуру не нужны были жалкие оправдания. Голова кружилась от кипящей злости. Блондин одним слитным движением оттолкнул Мерлина к стене, угрожающе нависая над ним. Эмрис непонимающе моргал, не делая пока никаких попыток вырваться. Лишь внимательно следил за искаженным гневом лицом Артура. Артур придвинулся еще ближе, касаясь носом открытой шеи Мерлина и чувствуя стойкий мужской запах раскаленного тела. Тела, которое очень сильно хотелось и которое у него, пусть косвенно, но, пытались отнять. И это окончательно сорвало все предохранители. Сдавленно застонав, Артур высунул язык и широко мазнул им по шее, проходясь так, как давно хотел. Застывший в неверии Мерлин лишь смог судорожно глотнуть воздуха, прежде чем почувствовал, как грубая рука Артура ползет вниз по его футболке, ныряя под нее и ложась на живот. - Артур, - Мерлин поднял руки, чтобы оттолкнуть от себя друга, но тот лишь приглушенно зарычал и схватил его за запястья, фиксируя и не давая вырваться, - Артур, не смей. Блондин лишь нагло усмехнулся, будто издеваясь, подвинул лицо еще ближе и прошелся языком по нижней губе Мерлина, тут же прихватывая её зубами и сильно оттягивая, вызывая тонкий всхлип парня. Свободной рукой Артур медленно повел вверх, очерчивая впалый живот, надавливая на ребра и с силой сжимая бока, чтобы на них точно остались отметины. - Артур, прошу тебя. - Мерлин запрокинул голову, сам того не понимая, давая больший доступ к своей шее и позволяя Артуру скользнуть губами вниз, по изгибу челюсти, кадыку, к ключицам. Прикусывая и вылизывая молочно-белую кожу. Мерлин вжался в стену спиной, вытягиваясь как напряженная струна. – Мне плохо, не надо. - Ты не представляешь, как я хотел это сделать, - промурчал Артур, вылизывая ключицы и ощущая на языке соленый вкус. – Ты невероятный, Мерлз, я хочу тебя попробовать. Артур поднял на Мерлина совершенно дикий расфокусированный взгляд и, хищно ухмыльнувшись опустился на колени, прижимаясь щекой к бедру парня. Когда рука Артура почти коснулась ширинки, Мерлин, судорожно вздохнув, изо всех сил ударил Артура коленом по челюсти, заставляя отшатнуться и упасть. Пендрагон взвыл от боли и схватился за лицо. За это время Мерлин успел сделать два шага к двери и, рывком открыв дверь, выскочить в коридор. И только тогда лежащий на полу Артур начал понимать, что натворил.

***

Мерлин вернулся только в середине следующего дня, когда Артур, совершенно разбитый и подавленный, вернулся с пар, где не услышал ни слова. Эмрис как обычно зашел в комнату, переступил через ворох эскизов, рассыпанных по полу, и приземлился на свою кровать, запуская ноут и никак не реагируя на пристальный взгляд Артура. С этого самого дня Артур перестал существовать для Мерлина вообще. Первые пару дней Артур искренне пытался извиниться и объяснить, что, да, он полнейший мудак, сволочь и дальше по списку, и что Мерлин не должен был все это чувствовать и видеть. Но получал лишь равнодушное молчание и взгляд сквозь, если оказывался на пути у соседа. Артуру лишь оставалось смотреть издалека, как Мерлин приветливо общается со своими одногруппниками, смеется над шутками какой-то мулатки, садящейся с ним за столом в кафетерии, как проходит мимо него быстрым шагом, будто и не знает вовсе. Спустя неделю глухой обороны Артур был готов лезть на стену. Не помогали даже завтраки, заботливо приготовленные Артуром для своего соседа. Пендрагон изо дня в день находил их в мусорном ведре вместе с тарелкой. Финальным гвоздем в сердце Пендрагона стал субботний ужин, когда они столкнулись на кухне. Мерлин усердно раскладывал купленные продукты в холодильнике, когда Артур зашел сделать себе кофе. - Мерлз, я хотел бы извиниться, - сказал Артур, наблюдая, как сосед вытаскивает овощи из пакета и пытается утрамбовать на своей полке, - как пятьсот девяносто шесть раз до этого. Ответом как всегда служило молчание. Артур хотел было уже отвернуться, как одна из упаковок выскользнула у Мерлина из рук и полетела на пол. Артур на автомате наклонился, пытаясь поймать злосчастные томаты, но случайно схватил за запястье Мерлина, тоже потянувшегося за беглянкой. Мерлин вздрогнул от прикосновения, озлобленно зашипел и отступил назад, больно ударяясь бедром о край стола и коленом о стул. Артур, движущийся на рефлексах шагнул уже было к Мерлину, чтобы удержать, но тот еще сильнее отшатнулся, морщась от боли и прошипел: - Не трогай меня. Артур замер и взглянул в глаза Мерлину. О чем тут же сильно пожалел. В синих глазах плескалось такое сильное разочарование и страх, что Артуру показалось, что из него разом выбило весь воздух. Сердце предательски сжалось в груди, окончательно обрывая надежду, что все наладится. Стало решительно невозможно больше оставаться в одном помещении, поэтому Артур позорно сбежал. И уже сидя за столом на кухне у Морганы позволил себе тихо заскулить, словно выброшенная из теплой машины на бесконечную трассу собака. Моргана не стала спрашивать, что случилось. Понимающе улыбнувшись, она вытащила из ящика бутылку конька и наблюдала, как брат молча надирается. Через сорок минут Артур заговорил. Еще через двадцать попытался уйти обратно. Еще через час Моргана ласково гладила брата по волосам и, уткнувшись в плечо, говорила, что все будет. Не факт, что хорошо. Но как-нибудь обязательно будет. - Знаешь, - сказала она, легонько толкая Артура в бок, - вот я наконец и дожила до того момента, когда ты влюбился. - И все просрал. - пьяно отозвался Артур, с тоской рассматривая янтарную жидкость в стакане, - Комбо.

***

Шатающийся Артур ввалился в комнату именно в тот момент, когда Мерлин был на полпути к своей кровати. Равнодушно посмотрев на вошедшего, Мерлин поднял валяющийся перед ним эскиз и недоуменно посмотрел на него, словно спрашивая «это точно я рисовал?». - Мерлин, я мудак, – прислонившись к косяку резюмировал Артур. Мерлин никак не ответил. – Ну пожалуйста, хоть наори, хоть прокляни, но не игнорируй меня, - Артур несчастно посмотрел на застывшего возле кровати Мерлина и пришел к выводу, что это уже прогресс, - Я готов миллиард раз признать, что повел себя как полнейший козел. Но хватит меня игнорировать. Артур прошел пару шагов и опустился перед Мерлином на колени. - Это убивает, Мерлз. - и поймав растерянный взгляд Мерлина, Артур продолжил, смотря ему прямо в глаза, - Ну прости же меня. Мерлин вздрогнул, все еще в шоке рассматривая Артура, сделал шаг навстречу и, схватив за предплечья с силой рванул вверх, заставляя Пендрагона подняться с колен. Артур пошатнулся, но остался стоять. - Не смей ни перед кем становиться на колени, Артур, - тихо сказал Мерлин, не сводя глаз с друга. И тут же отвернулся.