За кулисами

9 глава. Запах крови перемешивался с запахом гари и гнили, выворачивая наизнанку. По грязному, в щепках полу медленно текла тёмно-красная жидкость. Крови было, пожалуй, даже слишком много для того, чтобы реагировать на неё спокойно: она тоненькой плёночкой растеклась по всему помещению, и шаги по полу отдавались звонким хлюпаньем, заставляющим присутствующих людей закрывать рты руками. Утро выдалось удивительно хорошим. Новость о неотложном задании пришла от Призрака как раз вовремя: Шепард знала, что ей надо отвлечься. Очень многие из её миссий не заканчивались боем: из-за внушающих уважение дипломатических способностей капитана проблемы можно было решить быстро и без кровопролития всего за часик-другой. Такие задания и заданиями-то назвать нельзя, думала Джейн, с негодованием возвращаясь на корабль. Но сегодняшняя миссия была замечательной. Никакой искусственной дипломатии, никаких пустых разговоров, только бои, схватки, заканчивающиеся абсолютно одинаково, жёсткие удары, стоны, крики, оглушающие слух, и слепая ярость, затуманивающая разум покрепче любого алкоголя. Джейн прошла мимо лежащих тел, медленно, будто бы наслаждалась каждым шагом в этом грязном, далеко не приятном помещении. Она выглядела такой расслабленной, что любой, кто увидел бы её сейчас, подумал, что она прогуливается по весеннему парку, вдыхая аромат листьев и упиваясь красотой. Но вместо парка повсюду холодели остывающие тела со стеклянными глазами, вывернутыми руками, сломанными конечностями и окровавленными дырами в броне. Миранда, с отвращением смотрела за действиями капитана и, наверняка, не понимала, почему та ведёт себя так необычно: она находилась словно в иной вселенной и с отрешённым видом наблюдала за происходящим. - Капитан, осталось ещё пара этажей, - девушка попыталась вернуть капитана в этот мир, чтобы побыстрее закончить дело и убраться отсюда. Джейн повернулась и кивком ответила на данную фразу, совсем не понимая, к чему она была сказана. Тейн, шедший рядом с Шепард, перевёл взгляд с непонимающей Джейн на непонимающую Миранду и ничего не ответил, лишь пожав плечами. Он не слишком часто ходил на задания, чтобы знать, как обычно ведёт себя капитан на поле боя, поэтому в её поведении он не увидел ничего странного. Шепард стремительно рванула по лестнице, на ходу машинально меняя термозаряды. Спутники последовали её примеру, щелкая оружием. «Нет, нет, нет, - Джейн сжимала зубы и до боли прикусывала язык, - я не хочу думать о нём, не хочу». Но в голове упорно появлялся образ турианца, в ушах мягко вибрировал его голос, хотя она даже не взяла его с собой. А ведь раньше он присутствовал почти на каждой миссии. Несколько оперативников, хорошо подготовленных и умелых, выпрыгнули до того неожиданно, что даже Шепард успела удивиться, прежде чем выпустить в них несколько пуль, попавших прямиком в отверстия между частями брони. Остальные солдаты выползли откуда-то из углов, и Джейн пришлось спрятаться за укрытием. - Окружайте их! – крикнул кто-то из противников, и Шепард вздрогнула лишь оттого, что поняла, что голос принадлежит турианцу: немного хриплый, грудной, приятно выбрирующий. Вынырнув из укрытия, она быстро нашла взглядом источник звука и несколько раз спустила курок ради его одного. - Ненавижу турианцев, - прошипела она сама себе, обнаруживая, что оружие вновь нуждается в перезарядке. Турианец, не понимающий, с чего бы это ему досталось столько внимания, не успел спросить об этом, упав на пол со смешным булькающим звуком: у него было повреждено горло, и Джейн внутри порадовалась, что последние секунды он будет мучиться. «Страдать… - девушка перебежала ближе к двери и незаметно скользнула за широкий проём, - Я так хотела, чтобы он страдал… А в итоге страдаю я. Снова я!» Она, почти не обращая внимания на истончающиеся щиты, высунулась из-за дверного проёма и выпустила несколько зажигательных патронов, следя, как падают, извиваясь и корчась от боли, её противники. «Проклятье! Я не должна думать о нём!» И Шепард с ещё больше яростью накинулась на ближайшего солдата, человека, который, видимо, считал себя самым умным и сильным. Джейн не пожалела его даже тогда, когда из-за шлема показалось совсем молодое лицо неопытного бойца. Она выстрелила в упор: метко, безукоризненно точно, так, чтобы он не умирал как можно дольше. В глазах паренька сверкнул ужас, и Джейн неожиданно для себя рассмеялась, откидывая жертву назад. Зазвучали звуки ударов пуль о броню, и Шепард поспешила скрыться за ограждением. Она так хотела отдаться битве, так хотела забыть всё, что произошло вчера. Забыть ту непростительную ошибку, что она совершила. Вновь поддалась чувствам, поминки по которым уже давно справила, поддалась эмоциям, о которых, думала, что уже забыла и никогда не вспомнит. Заглянула в его глаза и… Как она тогда смогла его оттолкнуть? Как?! Она уже решила, что выкинет его из головы. Навсегда. Что единственный, кто ей нужен – Тейн: он был с ней всегда, когда ей это было нужно. Он любил её больше памяти. А Гаррус?.. Он любил её? Джейн выставила руку вперёд, припечатывая ещё одного солдата, уже в возрасте, к стене. Его броня затрещала от силы удара, а по губам потекла тоненькая струйка крови. Еще пара ударов – и он присоединился к трупам, заполняющим помещение. «Почему он не мог просто оставить меня в покое? Всё было бы лучше, если бы он не пришёл. Если бы все шло своим чередом. Возможно, когда-то мы бы даже вновь заговорили друг с другом, как ни в чём не бывало, и посмеялись бы искренне над всей этой ситуацией», - Шепард сделала кувырок, застигнув врасплох двух биотиков, засевших в укрытии. - Привет, - ухмыльнувшись, она наставила дуло пистолета в лоб одного из них, а второго резко схватила за горло, нажав пальцами на вздувшиеся артерии. Они что-то пропищали, жалкое и непонятное, но что, скорее всего, должно было быть угрозой, и Джейн быстро убила их, пожалев об этом почти сразу же. Ей нужна была кровь. Нужна была жестокость. Ей нужно было уничтожить эти мысли, эти воспоминания… «Но он… Он не даёт мне забыть. А ведь я уже почти!.. Почти забыла!» - глаза Шепард внезапно засветились, будто бы она вспомнила что-то приятное, «А, может, не стоить забывать? Может, стоит ещё раз?..» Она зло зарычала, заметив, как следующая волна оперативников забирается в помещение из окон и испуганно округляет глаза, глядя на груду тел. Это позабавило Джейн, и она, перебежав в укрытие, тяжело дыша от усталости, которая начала наконец проявляться сквозь отступающий адреналин, успела сделать смертоносный выстрел в голову одному из бойцов. «Нет! Я должна всё забыть! Должна! Иначе…» - Шепард не смогла договорить предложение даже в своих мыслях. Что иначе? Лишь где-то в глубине души капитан осознавала, для чего все это «спектакль», как сказал Гаррус. Для чего она мучает и себя, и его? Просто она, капитан Шепард, безумно боялась. Она, так редко пугающаяся даже на поле боле, по-настоящему боялась не тем липким, знакомым страхом, а другим, пронизывающим все нити души, колющем куда-то в грудь и постоянно напоминающем о себе. Она боялась. Боялась вновь открыться ему, боялась после всего, что произошло, стать ненужной, быть отвергнутой и вновь пережить то чувство, когда весь мир оказывается тебе. Она помнила, как это нестерпимо больно, и шрамы от этих ран до сих пор не заросли. Они безмерно кровоточили, когда она видела Вакариана, и она понимала, что больше всего на свете хочет никогда больше не чувствовать это боль. А она не была уверена, что с Гаррусом это выйдет. Но с Тейном… Шепард не могла себя врать: она не любила Тейна, но, возможно, всё же смогла бы это сделать, и надежды на это исцеление слабым огоньком жила в её душе. Ей всего-то лишь нужно забыться хоть раз в его объятьях. Возможно, она сможет забыть его. Всё же сможет. Один из последних солдат выпрыгнул из своего укрытия до боли неловко и неуклюже, так, что Джейн не смогла сдержать улыбки. Она даже не захотела тратить на него термозаряды. Подбежав к нему, испуганному и ошарашенному, она с лёгкостью повалила его на пол и сильно ударила его в челюсть, почти сразу лишив сознания. «С Тейном мне комфортно. А о большем мне мечтать и не приходится. Наверно, лучше быть уверенной в следующем дне, чем …» Чем что?.. И вновь Джейн не смогла придумать ответ, так как воображение подсказало самые живописные картины их возможной жизни с турианцем. На секунду, лишь на одно бесконечное мгновение она разрешила себе представить, как всё могло бы быть и как никогда не будет. Капитан слабо улыбнулась, хотя никто не мог это заметить. Поймав себя на мысли, что она вновь думает о нём, Шепард скрыла надоедливую, никому не нужную улыбку со своего лица, с шумом выдохнула горячий воздух и с силой опустила ногу в тяжёлой броне на горло ещё живому солдату. - Нет, нет, нет, - шипела она, не переставая, и всё давила ступнёй ему на шею, глядя, как он корчится и ловит ослабшими губами воздух. От разрывающей боли он, к несчастью для себя, очнулся и, вытаращив глаза, уже, наверно, осознавал, что вот-вот ему придёт конец, и молил бога о скорейшей смерти. Издав протяжный хриплый стон, он повернул голову вбок, и его пальцы разжались. - Нет, нет, нет, я не буду думать. Я не хочу думать, - Шепард, не переставая, наступала несчастному на горло, слабо понимая, что он уже ничего не может чувствовать, но не могла остановиться, бормоча себе под нос одинаковые слова, будто бы заклинание, она хотела выплеснуть всю ту злость, что накопилась у неё, била, что есть сил, яростно и бездумно, где-то лишь в глубине понимая, что легче ей не стало. Невидящими глазами она смотрела на красные отметины на горле, становящимися постепенно бурыми и рваными, и её глаза были странно веселы, почти безумны, а губы дрожали то ли от гнева, то ли от распирающего смеха. - Капитан? Он уже мёртв, мы можем двигаться дальше, - Миранда решила вмешаться и подошла к девушке. Та лишь исступленно взглянула на неё, прищурясь и сильнее вжав жертву в пол. - Ты мне мешаешь, Лоусон, - процедила Шепард, заметив, как девушка напряглась и отступила от капитана, тряхнув волосами, мокрыми и грязными после череды схваток. Джейн, постепенно приходящая в себя, отстала от трупа и повернулась к следующей двери. Она понимала, что зря нагрубила Миранде. Но та сама была виновата, подступив в ненужный момент. - Идём, - одними губами прошептала Джейн и направилась в дальний коридор, предвкушая новый, пламенящий бой. *** Гаррус сидел рядом с консолью в главной батарее и молчал, сложив руки на коленях и прислушиваясь к равномерному гулу, который он раньше здесь и не замечал. Оказалось, что замечаешь очень многое, когда в твоих мыслях – сущий ад. Эти мысли, они были осторожными, тихими, но быстрыми и острыми, как ветер, не дающими покоя, на позволяющими сосредоточиться ни на чём, кроме как ни них, они то медленно проплывали, колеблясь в безмятежных волнах, то стремительно прорывались вперёд, заставляя сжимать пальцы и сдавленно рычать. Гаррус рычал от злости, от обиды. Шепард не взяла его на задание, предпочтя ему своего нового любимца. Она даже не взглянула на него, когда сегодня утром он пронёсся мимо неё и посмотрел, несмотря на всё своё желание, так, как будто готов схватить её прямо здесь и, отведя в своё убежище, уж точно не упускать свой шанс. Но этот его взгляд остался незамеченным, и, возможно, Гаррус даже был немного этому рад, самую малость. А всё вчерашний день… Тогда он решил, что не будет обращать внимания на Джейн, если это ей действительно надо, решил, что переступит через себя и сможет всё стерпеть, несмотря на ноющую боль в груди. Решил, что он не тот, кто имеет право мешать ей, кто значит теперь хоть что-то в её жизни. Не тот, кто действительно должен быть с ней, если она так хочет. Он смотрел на неё, когда она сидела с Тейном. Смотрел, когда она обнимала его. Смотрел, когда она целовала его, прижимаясь всем телом и быстро вдыхая воздух, пропитанный запахом алкоголя. Их глаза встретились, и он не мог отвести взгляд. Она смотрела на него так, будто бы сейчас сорвётся с места и в одно мгновение окажется рядом с ним, смотрела так, будто бы кругом больше ничего не было, будто бы хотела пронзить его этим взглядом и, кажется, это у неё неплохо получалось. Тали, сидящая рядом с ним, не могла не заметить этих взглядов. Она мягко взяла его за руку, но Гаррус даже не почувствовал этого, оставаясь неподвижным. Все его мысли были сосредоточены лишь на Шепард, на том, как она закрывала глаза, прикусывая губы, как извивалась в руках проклятого дрелла. Духи, как ему хотелось пробудиться от этого кошмара! Неужели она делала это специально? Гаррус отвернулся, когда услышал, как Джейн чуть слышно вскрикнула, мгновенно оказываясь под Тейном. И Вакариан видел, что она не хотела этого. Он видел, как она сопротивлялась. Видел, как она уже почти смирилась… Его мысли пылали, заставляя голову гореть. Руки сами схватили инструментрон, настроили на нужную частоту. Гаррус даже не думал о том, правильно ли поступает, не думал, что он будет делать дальше. Его не волновало, раскроется ли его «сюрприз». Тали спокойно наблюдала за ним, не говоря ни слова, и сказать, что Вакариан чувствовал себя не в своей тарелке, - это ничего сказать. Гаррус закрыл лицо руками, сдавив пальцами в твёрдые пластины. Он даже не ощутил боли, а ему так хотелось заглушить ею свои переживания. Турианец вспомнил, как он пошёл за Шепард, не сказав кварианке ни слова. - Ну зачем я это сделал? – спросил Гаррус пустоту и не услышал ответа. Сознание подставляло всё новые картины. Вот он стоит рядом с ней, закинув все здравые мысли в дальний угол и выпустив наружу себя настоящего, немного сумасшедшего и нахального, вот он касается её губ, таких мягких и податливых. Вот она надевает свою новую маску и отталкивает его, зло кривя губы, от неё веет холодом и ненавистью, о чём она и говорит так просто и складно, что всё внутри у него сковывает льдом. Гаррус резко встал с ящиков и начал ходить по отсеку, надеясь хоть так избавиться от мыслей. «Надо оставить её в покое. Надо перестать издеваться над собой и над ней. Надо вернуть всё на прежние места… Надо…» Вакариан облокотился на стену и уперся в неё головой, зажмурясь. Ощущение болезненного бессилия всем своим грузом давило ему на грудь, прерывая дыхание. «Ну почему я не могу?..» *** Джейн вернулась с задания усталая и раздражительная: она с силой стискивала зубы, чтобы не закричать, а её руки судорожно двигались, словно она вот-вот взорвётся и убьёт первого, кто попадётся ей под руку. Девушка зашипела, прижавшись телом к запертой двери: даже вид крови, чувство злости и адреналина во время схватки не дали желаемого результата. Они помогали на мгновение забыться, даже получить некое подобие только лишь солдатам понятного удовольствия, но ничто из этого не вытесняло ту аномальную бурю, что прочно поселилась у неё в душе. Она нервно расстегнула броню, и та с громким стуком свалилась на пол, оставив обладательницу в обычной одежде, прилипающей к телу. Шепард медленно подошла к зеркалу, глубоко вдыхая свободный, приятный и такой привычный воздух: только сейчас она осознала, как сложно ей давалось дыхание на миссии. Она не жалела ни себя, ни других, потому и крови и других «осложнений» было в разы больше, и источали они не самый приятный аромат. Решившись, Джейн нахмурила брови, взглянула на гладь запотевшего от дыхания зеркала и поморщилась, борясь с желанием разбить это неправильное зеркало или, по крайней мере, отвернуться. - Боже мой, я думала, хуже уже не будет. Отражение хмуро смотрело на девушку, испачканную кровью, и горько усмехалось, едва заметно дёргая холодными губами. В глазах читался немой вопрос «ну, и что ты хотела?», на который девушка не ответила, тряхнув головой. Волосы встрепенулись, открывая верхнюю часть шеи: на ней ещё оставались следы укусов турианца, почти незаметные для других, но яркие и кричащие для неё: а ведь она могла уже давно избавиться от них, да только времени не было, видимо. Другого объяснения этому Джейн не находила. Вернув волосы в исходное положение, Шепард наклонилась, ощущая, как расслабляются и приятно покалывают мышцы спины, и глубоко вздохнула: чем больше она хотела не думать о Гаррусе, тем больше она о нём думала. Даже лишь взглянув в зеркало, она нашла зацепку, чтобы вспомнить о нём. Это происходило не специально, а произвольно, будто бы никаких других мыслей в голове быть просто и не должно. Но это было настоящим проклятьем, нависшим над ней и причинявшим одну лишь боль. «Я должна привыкнуть», - Шепард распрямилась, выгибая спину, потягиваясь и сонно зевая. «Я сделаю это. Хоть и не сама» Вновь бросив взгляд на зеркало и тут же пожалев об этом, Джейн хмуро поджала губы и медленно сняла с себя одежду, не удержавшись от нового тяжёлого вздоха. Всё тело было в розовых ссадинах и мелких царапинах вперемешку с синяками, которые к тому же ещё и немного болели, что удручающе подействовало на девушку. «Думаю, Тейн выгонит меня, если увидит в таком виде», - невеселая мысль проскользнула в голове Шепард и вынужденно спряталась, уступив место желанию поскорее смыть с себя налёт этого дня в душе. *** В инженерном отсеке почти никогда не происходило ничего интересного, то есть всё исправно работало, и все исправно работали, никаких чрезвычайных ситуаций или поломок, бунтов или дебошей, ссор и вообще каких-то непривычных происшествий. Также здесь было тихо, как под землёй, лишь Донелли с Дэниелс иногда перекидывались парой колких фраз, но на этом все разговоры обычно и заканчивались. Ничего не менялось: пара инженеров стояла у своих консолей, словно приклеенные, а Тали, что-то бормоча себя под нос, работала одна, но, скорее всего, так ей было удобнее, во всяком случае, эффективность у неё была высокая. Лишь в последние дни она стала немного нервная. Часто пропускала ошибки в своих расчётах, рассеянно отвечала на приветствия и вопросы, приправляя их к тому же ироничными и иногда резковатыми высказываниями. И, в общем, все на корабле знали причину таких изменений, но никто никогда бы не стал лезть в эти дела. Особенно потому, что в них замешана капитан. А Тали… Тали тоже иногда боялась, сама не зная чего. Заламывала пальцы от переживаний, кусала губы и успокаивала себя лишь тем, что ей действительно есть, за что бороться. С каждым днём уверенность в этом возрастала, а вот уверенность в своей победе неминуемо падала. Но сейчас! Тали никогда не была так уверена в себе, как сейчас. Она выходила из инженерного отсека, быстро, громко топая ногами, будто её вес неожиданно увеличился в полтора раза, её голова слегка кружилась, а в горле стояло неприятное чувство, оставшееся после принятия некоторых необходимых лекарств. Кварианка шла по твёрдому полу и сама удивлялась себе: не может быть, чтобы она решилась, чтобы она так быстро пересилила себя и уже почти не боялась. Тали не хотела терять что-то настолько ценное из-за своих страхов, которыми её кормили с самого детства. Чёрт возьми, да пусть она заразится всеми болезнями и её иммунитет навсегда потеряет свою силу, но она сделает это. Чтобы не уступать… Шепард… Она знала, что всё так и выйдет. Сильная женщина, многие назвали бы её великой и непобедимой. Бесспорно, красивая. Крепкая. Для неё отношения – та же война, и по-другому она не умела и не умеет. Наверно, поэтому страха у неё нет. Ведь Шепард ничего не боится, никогда. Тали передёрнуло. Иначе и быть не могло: она, обычная кварианка, ничем не выдающаяся, совсем молодая и неопытная, вряд ли могла произвести на Гарруса такое же впечатление. А если учесть, что дело не доходило и до поцелуев, а основой отношений являлись объятия и разговоры… И вот сегодня она хотела… нет, должна была исправить это, несмотря на свой страх, взволнованность и чувство обиды, которое она упорно заглушала. Секунды бежали с неимоверной скоростью будто бы наперегонки, а Тали хотела и не хотела одновременно оказаться в главной батарее. Она держалась на одном только убеждении, что её действия необходимы, если она ещё верит, что может вернуть турианца. Девушка сама не заметила, как оказалась на нужном этаже. Она не заметила, как экипаж мельком смотрел на неё и говорил о чём-то за её спиной. Дверь отсека раскрылась, встретив кварианку задумчивым видом турианца, смотревшим в одну точку на стене. Выглядел он не слишком здорово: у девушки появилось чувство, что Гаррус серьёзно заболел, но она, как никто другой, знала истинную причину. Увидев Тали, он встал с места и потупился: со вчерашнего дня они так и не разговаривали. Он понимал, что, скорее всего, им предстоит серьёзный разговор, который не будет простым, как раньше. Он продумывал слова, которые мог бы сказать, вопросы, что она может задать, но всё же абсолютно не был готов на них отвечать. - Гаррус, - девушка заговорила не сразу, наверное, ожидая, что начнёт турианец, но этого не произошло. Вряд ли он был настроен сейчас говорить. Голос Тали оказался до боли мягким, отчего Вакариан поёжился, совершив над собой усилие, чтобы не отвернуться и заткнуть уши. «Вот только жалости мне сейчас не хватало». Он хотел сделать шаг к кварианке, но не смог: его ноги будто бы припечатались к полу и потяжелели, как и всё тело. Гаррус был удивлён этим новым свойством своего организма так реагировать на ситуацию, но вида не подал: - Тали, мне… - начал он, глядя Тали прямо в глаза, отчего та сглотнула ком: только Гаррус умел смотреть так даже через её шлем, сквозь которые практически невозможно разобрать черты лица. - Не говори ничего, - резко перебила турианца девушка и, оставив все сомнения за дверью, подошла к нему совсем близко, заглянув в глаза. – Вчера мне было немного не по себе, когда ты меня оставил, - она выжидающе замолчала. Молчание затянулось. - Извини, - голос Гарруса звучал так безразлично, что даже он удивился сам себе. Он совсем не хотел обидеть Тали и даже не понял, зачем он сказал эти слова именно так. - Нет, это, наверно, моя ошибка, - пожала плечами кварианка и поднесла руку к шлему, - Глупо было надеяться, что тебя устроят платонические отношения. Тали провела тонкими дрожащими пальцами по застёжкам на подбородке и по бокам. Спустя секунду, она держала в руке маску и смущённо смотрела на турианца. Гаррус внимательно осмотрел лицо Тали. Она была красива, хотя многие кварианцы были похожи между собой. Тали не была исключением: такой же маленький носик, тонкие губы, миндалевидные глаза непонятного цвета. И всё же её внешность была миловидной, и её можно было бы сравнить с человеческой. Единственным отличием были тонкие полоски на немного сероватом лице. - Я люблю тебя, Гаррус. Очень сильно, - в голосе девушки зазвучала отчаянность, которой раньше не было. Она подняла глаза и посмотрела на турианца, - Я приняла лекарства и антибиотики. Мой организм усилил иммунитет на некоторое время, так что… Кварианка опустила руки Гаррусу на грудь и поджала губы. - Мне страшно. Но я действительно очень тебя люблю, - она приподнялась на пальцах и поцеловала его в жвалу. Вакариан наблюдал за кварианкой и не мог закрыть глаза. Что-то в душе не давало ему расслабиться. Он смог заставить себя положить руки ей на талию, после чего кварианка облегчённо вздохнула и обхватила его руками за плечи. «А, может, действительно стоит бросить все свои попытки? Я же хотел вернуть всё назад. Это вполне возможно, тем более, сейчас, когда Тали хочет этого. Мне просто стоит забыть всё. И уже скоро я вздохну спокойно, глядя на неё». Тали аккуратно нашла своими губами его и поцеловало осторожно, неловко, и Гаррус невольно вспомнил, как его целовала Шепард. Совсем по-другому: быстро, резко, пламенно. Она вся была будто из огня, она была груба и нежна одновременно, и это завораживало, как новое чудо света. Хотя, наверно, она таковым и являлась. «Не думать о ней! Не думать!» Вакариан прижал кварианку плотнее к себе и сильно нажал когтями на спину. Тали зашипела от боли и дёрнулась. - Прости. Всё нормально, - лицо Тали скривилось гримасой боли, хотя она и пыталась скрыть это за фальшивой улыбкой. Но всё было ненормально. Вакариан понимал это и ослабил хватку, теперь еле касаясь девушки. Ему не хотело причинять ей боль, но также он осознавал, что, скорее всего, сделает это. Тали перенесла свои руки ему на шею и провела пальцами по небольшим пластинам и коже между ними. Её прикосновения были приятными, ласковыми. Но они были не такими, совсем не такими, как у… неё. Тали сделала один шаг вперёд, заставив Гарруса вжаться в стену. Она аккуратно притянула его к себе. «Я не буду думать о ней. Я не буду…» Раздался смех. Такой знакомый. Такой родной. Вакариан знал, кому он принадлежит. Не дающий покоя разум с такими же беспокойным воспоминаниями подсказали: Джейн Шепард была сейчас на третьей палубе, и Гаррус на самом деле не понимал, как он сумел почувствовать это. Лишь на секунду все его чувства обострились, а голова потяжела, закружившись в вихре, казалось, давно забытых эмоций. Шепард шла по коридору, и даже здесь, в главной батарее, он чувствовал её необычный запах, тот самый, когда она пришла к нему. Воспоминания с новой силой нанесли свой удар, заволакивая пёстрыми волнами мир вокруг. Только в этот раз Джейн прошла мимо его дверей. А это значило лишь одно: она направилась к Тейну. «Что ж, вот и славно». Гаррус с силой сжал руки, вполне осознавая, что причиняет боль Тали. Но в груди у него безмерно болело, сердце сжало тисками, и он был готов выплеснуть эту боль как угодно, лишь бы она угасла, лишь бы перестала рвать его изнутри, лишь бы растворилась в воздухе, и он забыл о ней навсегда. В ушах снова раздался её смех: совсем невесёлый, будто бы вынужденный. Но он затих так же быстро, как и появился, будто бы и не было ничего. «А, может, мне показалось?» - Гаррус зарычал, злясь на себя за то, что снова, снова! Думает о ней. Ведь он с Тали, девушкой, которая его по-настоящему любит, которая готова ради него на всё… Что же ему ещё нужно? Кварианка углубила поцелуй, пытаясь найти застёжки на одежде турианца. Гаррус мысленно усмехнулся: ему не хотелось помогать ей. По правде говоря, ему вообще ничего не хотелось. Всё внутри переворачивалось от неприязни к самому себе, от неприязни к Тали, хотя она не была ни в чём виновата, от неприязни к Шепард… «Шепард…» Гаррус почти сказал её имя вслух, но вовремя одумался. Её образ стоял перед глазами, не желая меркнуть, и он почти ощущал её прикосновения вместо прикосновений той девушки, что сейчас была с ним, почти слышал её голос. «Неужели она будет с Тейном? Неужели он будет чувствовать её, так, как тогда её чувствовал я? Неужели она будет ласкать его и шептать его имя? Неужели она будет любить его?..» - и вновь когти Гарруса впились в кожу Тали даже через костюм, но теперь царапины появились на бёдрах, и кварианка плотно сжала губы, чтобы не закричать. Гаррус помнил, что Шепард нравились его прикосновения, несмотря на ту боль, что он ей причинял… Она желала его всего, со всей нежностью и со всей жестокостью, со всей болью. А теперь она будет рядом с этим дреллом, которого… любит? Гаррус заставил себя откинуть эту мысль: она была слишком острой и мучительной, пусть она скажет ему это в лицо. Пусть скажет, глядя в глаза, если это действительно так!.. Чёрт возьми, Шепард и Криос… От одной этой мысли всё внутри холодело. Он всем своим нутром не хотел этого. Ощутив странный подъём эмоций, он понял, что готов на всё, лишь бы этого не произошло. «Шепард боролась за меня и отступилась в последний момент… Почему же я должен сдаваться, засыпая в объятиях нелюбимой?» - Гаррус поймал руки кварианки, ощущая, как тёплая волна, зародившаяся внутри живота, постепенно угасла, и отрицательно покачал головой: все слова застряли у него в горле и раздирали его до крови. Тали испуганно отпрянула, сразу же осознав, что это движение ни к чему хорошему не приведёт. В её глазах сверкнули слёзы, и она выглядела донельзя обиженной и потерянной. Гаррус был уверен, она прочла всё по его глазам, а, возможно, даже знала заранее: не зря она так волновалось из-за Шепард, почти до истерик. И всё же каким-то невероятным чудом она улыбнулась: так необычно искренне и открыто. Кварианка больше не попыталась даже обнять турианца, она отстранилась, осторожно, будто в замедленной съёмке. - Вали, Вакариан, - и она, не удержавшись от истерического смешка, кивнула на дверь, ухмыльнувшись ещё более странно и шмыгнув носом, - Или я, клянусь, убью тебя. Вакариан и на это ничего не ответил. Он знал лишь одно: ему нужна была только Шепард, прямо сейчас, он должен увидеть её, сказать… хоть что-то сказать! Возможно, он ещё сможет.... Ему было смешно, что он понял это так поздно. Смешно оттого, что он чувствовал себя последним дураком во вселенной. Смешно, потому что он не знал, что ему теперь делать. Ведь, если смотреть правде в глаза, он уже давно всё испортил. «И всё же… И всё же…» - Гаррус вышел из главной батареи с горящими глазами, и казалось, он одним взглядом сейчас испепелит здесь всё. Наверно, он и сам не думал, что может быть таким, всего-навсего, как мальчишка, влюбившись в своего капитана. * * * Двери лифта открылись намного быстрее, чем это происходит обычно, и голоса с новой силой ударили по ушам Шепард, вышедшей из небольшой кабинки. Хотя, скорее всего, всего этого не было и на деле ничего не поменялось, и лишь для Шепард время неслось с удвоенной скоростью, сжимая всё тело холодом и обдавая кожу морозом. Она не сразу поняла, что уткнулась во что-то твёрдое, хотя глаза её были открыты. Она лишь успела различить знакомый запах и рассмеяться над своей неловкостью, которыой становилось с каждым днём всё больше и больше. - Шепард, - Тейн, довольный случаем, не преминул им воспользоваться и обхватил Джейн руками, прижимая к себе, - Куда-то спешишь? - В столовую, - девушка подняла голову, мечтательно облизнувшись, - Хотела съесть что-то вкусное, но уже передумала. Я нашла что-то повкуснее… - воспользовавшись тем, что её никто не видит, Джейн легко коснулась губ дрелла, и уже ловко, что Тейн и не заметил, двигая руками под его курткой. - Я вижу, ты настроена серьёзно, - промурлыкал Тейн, вдыхая аромат волос девушки. - А почему бы могло быть иначе? – Джейн скрепила руки за спиной дрелла. - Ну, - было видно, что Тейн не слишком хочет касаться этой темы, но что-то его заставляет, - Я думал, что … кхм… кое-кто мог тебя переубедить. Шепард засмеялась сразу же, лишь услышав эти слова, и порадовалась про себя, что ей удалось это сделать настолько непринуждённо и открыто: кажется, никто не мог догадаться, что в самом деле творилось у неё на сердце. Вместо ответа она снова поцеловала Криоса, который был вполне доволен этим своеобразным ответом на свой вопрос, уже более требовательно и смело, заставляя его отвечать на поцелуй. - Идём к тебе, - отстранившись, шёпотом проговорила Джейн, обдавая Тейна горячим дыханием. - Да, - он улыбнулся немного хищно, - Заберём наш вкусный десерт. Шепард вновь прильнула к губам дрелла, не отпуская его, и Тейн, подавив удручённый вздох, повёл её к себе в каюту, хотя в глубине души не сопротивлялся такому необычному способу перемещения. В системе обеспечения они уже оказались раскрасневшимися и горячими, и Джейн нетерпеливо стянула с Тейна эту ужасную, только мешающуюся куртку. Ей в одно мгновение стало невыносимо жарко, и захотелось глотнуть свежего воздуха. Отстранившись от Тейна, она закинула голову наверх и жадно задышала, глотая сухой воздух. С её губ сорвался стон, когда пальцы Криоса зарылись в её волосы, а другая его рука провела по шее. Вслед за ней кожи коснулись горячие губы дрелла, и девушка, задрожав, обняла его одной ногой. Тело безоговорочно слабело, и ноги подкашивались, и дрелл каким-то чудом предугадав это, крепче обхватил её за талию, а свободную руку опустил ей на бедро, подхватив его. Пальцы Шепард тоже пробивала мелкая дрожь, но она, как могла, пыталась избавиться от неё, привыкая к телу Тейна и водя пальцами по рукам, плечам и шее. Джейн неожиданно вздохнула, когда почувствовала, как зубы Тейна слегка прикусили её кожу на шее. Она сразу поняла, какие воспоминания за этим последуют. Девушка зажмурилась, до боли закрывая глаза и, обхватив голову дрелла ладонями, приблизила её к своему лицу. Тейн ухмыльнулся, накрыв губы Джейн своими. Его язык не останавливался ни на секунду, и девушка была благодарно ему за это: волна наслаждения уже постепенно захлёстывала её сознание, вызывая тёплые волны, блуждающие по телу. Резко освободив свои руки от прежнего предназначения, заключавшегося в изучении тела Тейна, она уперлась ими в его грудь, заставляя его сделать несколько шагов назад и упереться в край стола. На его губах играла довольная улыбка, когда он опустил руки ей под одежду. Он неожиданно развёл руки в стороны, рывком расстёгивая рубашку, и несколько пуговиц полетели вниз. Теперь уже Джейн могла чувствовать своим телом его, и от этого перед глазами поплыл туман, хотя в её голову успела закрасться одинокая мысль, что, похоже, у всех мужчин тяга к уничтожению одежды. Тейн провёл пальцами длинную дорожку от шеи девушки по ключицам, груди, животу до талии и сжал её, вырывая из Шепард новый стон. За дверью послышалось шубуршание, но Джейн не обратила на это внимание: никто не заходил к Тейну, кроме неё. Но постепенно этот звук приобрёл ясные очертания. Это были шаги. «Кого там несёт?» - подумала Джейн, уже зная ответ на вопрос. Эти шаги она узнала бы и через много лет. Что-то заставило её отпрянуть от Тейна, за секунду до того, как дверь с шипением открылась. Дрелл удивлённо посмотрел на Шепард, которую выпустил из своих объятий только лишь от неожиданности. Но, увидев причину такого действия, выпрямился и сложил руки на груди. Его поза и взгляд прямо говорили о его состоянии: недавняя возбуждённость ещё не прошла, о чём говорило его учащённое дыхание и блеск в глазах, но она верно сменялась острой ненавистью, коей он пронизывал прибывшего. Гаррус выглядел растерянным, но не это чувство главенствовало в нём. Скорее, его можно было назвать сейчас отчаянным, готовым на всё, осознающим безнадёжность своего положения и всё же чертовски самоуверенным, и эта самоуверенность особой аурой исходила из него, перемешиваясь с деланным спокойствием и смущением. А смущаться было отчего: он успел заметить, что Джейн быстро запахнула свою разорванную рубашку, и её раскрасневшиеся щёки ясно говорили о том, что здесь происходило. Но то, что он застал их обоих одетыми, на самом деле несказанно его радовало. Лишь на мгновение Вакариан позабыл все слова, что можно сказать, заглядывая в глаза Шепард, которая, поначалу опускавшая взгляд, вскоре прямо смотрела на него то ли с вызовом, то ли с сожалением. - Шепард… Джейн… Ты не должна этого делать… - Гаррус сказал эти слова полушёпотом, практически не надеясь на то, что это поможет. - Выйди, Гаррус, - вместо девушки ответил дрелл и сделал шаг вперёд. Он снова выглядел как сама невозмутимость, припорошенная лёгким раздражением. Он практически не двигался, но всё в нём говорило о его истинных эмоциях. Вакариан никак не отреагировал на слова дрелла и даже не посмотрел в его сторону. - Джейн, ведь ты не любишь его, - турианец сделал несколько шагов в её сторону, и Тейн значительно напрягся. Однако Шепард снова никак не реагировала. - Ты ничего не можешь знать обо мне, - голос Шепард предательски дрогнул. - Скажи мне, что не любишь меня, - почти потребовал Гаррус, и Джейн не заставила ждать. - Я не люблю тебя. Дрелл довольно усмехнулся, но никто не взглянул в его сторону. - А теперь, - Гаррус, казалось, был доволен. Он медленно подошёл к Шепард на расстояние вытянутой руки и слегка наклонил голову так, что она почти чувствовала его дыхание у себя на щеке, - А теперь посмотри мне в глаза и скажи то же самое. Джейн вымученно улыбнулась и закрыла глаза, выравнивая дыхание. В этом нет ничего сложного, думала она, открывая глаза и видя перед собой его. Девушка сглотнула и раскрыла рот. - Я… - воздуха предательски не хватало. Ей приходилось смотреть ему в глаза, и это высасывало у неё все силы на разговор. Ей показалось, что легче справиться с шайкой бандитов, чем говорить, глядя ему в глаза, - Я не… Джейн коснулась пальцами лица и поняла, что руки просто заледенели, и, казалось, они вот-вот ещё и корочкой покроются. А вот кожа на лице горела, и девушка догадалась, что она сильно покраснела. - Я… Гаррусу нравилось, что Джейн колеблется. Он прекрасно понимал, что, возможно, ещё не всё потеряно, что это может быть его шансом. Но также он знал, что если Джейн захочет, она сможет сказать всё что угодно в глаза и потому лишь смиренно ждал её слов, слушая бешеный ритм своего сердца. Тейн внимательно наблюдал за этой сценой, и уже несколько раз ему хотелось поскорее прекратить её, и неважно, как. Но что-то не давало ему этого сделать. Он сомневался, скажет ли Шепард ему те слова, которых от неё ожидает Криос, но надеялся на это. Он верил, что его старания не прошли даром, просто не могли пройти. - Я не… Мучение было слишком долгим и ранящим, казалось, Джейн специально тянет время, чтобы позлить их обоих, и лишь она одна знала, что это не так. Все её мысли испарились несколько секунд назад, и сейчас она с трудом выдавливали из себя первые два слова. Отчего-то третье давалось намного тяжелее, застревая в горле и царапая до крови. Новая попытка не увенчалась успехом, и Шепард мысленно выругалась на себя и мельком покосилась на дрелла, который выглядел будто бы спокойно. Но Джейн смогла разглядеть, как время от времени подрагивают его пальцы, а губы беззвучно двигаются, выговаривая неслышно, наверняка, не самые приятные слова в сторону Гарруса. Поймав взгляд девушки, Тейн посчитал это немым призывом к действию и резко сорвался с места. Он в два шага оказался рядом с турианцем, отводя правую руку назад. - Пора это заканчивать. Решение пришло незамедлительно, но в дальнем уголке разума Тейн понимал, что оно вряд ли понравится Шепард. Сомнения, хоть и несильные, одолевали, вопрошая о правильности задуманного, сомнения всегда приходили не вовремя, как это случилось и сейчас, и чрезвычайно мешали, и поэтому, размахнувшись, Тейн уже знал, что промахнётся, так как его движения были слишком медленными. И его ожидания оправдались: Гаррус заметил этот замах и вовремя отпрянул, даже не вставая в боевую стойку. - Тейн, прекрати! – Шепард возмущённо воскликнула и сверкнула глазами, но с места вновь не сдвинулась. - Тебе нужно уйти, - прошипел дрелл, обходя турианца и прицеливаясь для нового удара. - Мне нужно услышать ответ, - незамедлительно парировал Гаррус. - Вот тебе ответ, - Криос в этот раз был быстрее, и его рука целилась в шею: слабое место турианцев, наиболее чувствительное и болезненное при ранениях. Вакариан еле успел пригнуться, но в этот раз он решил не отделываться гневным взглядом. Развернувшись, он чуть присел, обрушивая удар обеих рук дреллу в живот. Пальцы прошлись по коже, оставляя мелкие царапины, но Криос дёрнулся в сторону, предотвращая серьёзное ранение. - Гаррус! – голос Шепард пронёсся над головами турианца и дрелла, заставляя их обоих вздрогнуть. Было слышно, что она недовольна происходящим, но пока ещё надеялась на благоразумие. - Посмотри, турианец! – рыкнул Тейн, указывая на порезы на своём животе, - И ты можешь ещё на что-то надеяться с Шепард? Если ты даже обнять её не можешь, не проткнув кожу своими когтями? Это было больно, подумал Гаррус, но ответить ничего не смог. Это было горькой правдой: Гаррус был другим, он был потенциально опаснее и жёстче, и это неимоверно его злило. Он никогда не хотел причинять боль Джейн, но… - Нечего ответить, да? Из задумчивых размышлений Гарруса вывел сначала звук удара, а потом и боль в правой части лица. Турианец истошно зашипел: шрамы не зажили до конца, и даже прикосновения к ним вызывали боль. А удар, наносимый разъярённым, умелым дреллом был похож на разверзнувшийся в щеке вулкан. Вакариан зажал пальцами щёку, ощущая, что рана открылась и сквозь его пальцы пока что совсем тоненькими струйками течёт тёмная кровь. Однако боль длилась лишь несколько коротких секунд, после которых Гарруса захватила ненависть, и он начал наносить удары Тейну в область груди, плеч и шеи, быстрые и точные. Криос уворачивался от них и блокировал с невероятной лёгкостью, не убирая с лица довольную усмешку. - Я говорил, ты не сможешь сделать её счастливой, - дрелл попытался ударить Вакариана ногой, но тот успел увернуться и ударить Тейна локтём в бок. По его глазам он понял, что боль была ощутимой. - Это не тебе решать, - процедил Гаррус, вытирая капающую кровь. Щека вновь начинала болеть. Случайно дотронувшись до чувствительного места на ране, турианец поёжился, слегка наклонившись от боли. - Ты не знаешь Шепард, - усмешка сошла с губ дрелла, когда он направился к турианцу. Этот удар должен был быть последним, но Вакариан смог заглушить боль, которая не хотела уходить, и тоже занёс руку для удара. Это длилось всего секунду, но Шепард казалось, что целую вечность. Ни один из них не поставил блок, а значит, всё зависело от того, кто быстрее. Удар выдался глухим. Гаррус и Тейн удивлённо смотрели на Шепард, стоящую посередине и сдерживающую их руки своими. Она смогла блокировать удары одними ладонями, однако поза, в которой она стояла, была ужасно неудобной. Но выглядело со стороны это так, будто Джейн всего лишь выставила руки по сторонам и не прилагает никаких усилий, чтобы сдержать натиск. - Я не потерплю такого на моём корабле, - одними губами прошептала девушка, опуская руки. Сейчас она не была Джейн, она была капитаном Шепард, и в её глазах невозможно было прочитать ни единой эмоции, ни единого намёка на чувства. - Прости, - буркнул Гаррус почти неслышно и попытался взять ладонь девушки, но та даже не заметила этого, убрав руки за спину. Одарив обоих убийственным взглядом, она отошла к двери. - Ты думаешь, что знаешь меня, Криос? – Джейн, не мигая, смотрела на него и пыталась понять, зачем задала этот вопрос, но он был задан, а ответа так и не последовало, и она обратилась к Гаррусу. - Сказать, что я недовольна тобой, Вакариан, значит, ничего не сказать… То, что Шепард окончательно перешла на фамилии, совсем не понравилось турианцу, но сказать что-то он просто не мог. - …Ты, кажется, хотел поговорить? Что ж, давай поговорим. Джейн, не оборачиваясь, вышла из каюты. Она не попрощалась с Тейном, даже не взглянула на него. Впрочем, то же касалось и самого турианца. Зло посмотрев на оставшегося дрелла, он ушёл вслед за девушкой.