Гарри Поттер и сила, которой он лишился

Место битвы. 25 мая, 14:36. Рон продолжал двигаться, как если бы он заболел хоть от одной минуты сидения. Его мысли были заняты только телами в его ногах. Взрывы повсюду разметали трупы и фрагменты тел. Реддл был найден почти сразу, тело — на одной стороне поля; голова, по какой-то причине несгоревшая — на другой. Пока что удалось найти шестерых выживших, которых передали в руки министерских Авроров, появившихся, как обычно, «вовремя». Первым делом Авроры приказали всем остальным покинуть зону битвы для «сохранности улик». Их слова были полностью проигнорированы. Тогда один из Авроров (тот самый, который ещё в сентябре спросил Сьюзен, не сама ли она привела нападавших в купе. Совпадение?) попытался силой заставить Невилла покинуть поле. Аврор был сбит с ног 19-ю различными заклинаниями одновременно. К счастью Аврора, Бруствер появился до того, как разгорелась новая война между Аврорами и ДА. Тонкс оказалась той, кому было суждено найти ЕГО. Гоблинская кольчуга была не лучшей одеждой в жару, но защитила его тело от огня. Его сапоги по-прежнему дымились; лицо было обгоревшим, но узнаваемым; кольчужный капюшон упал на спину, когда она приподняла его, предав ветру беспорядочные волосы Гарри. Рон отказывался этому верить, пока не стянул латную рукавицу с правой руки Гарри. Он полностью потерял самообладание, когда увидел проклятое доказательство. Кровь, выступившая из шрамов от пера на тыльной стороне ладони, отчётливо показала фразу «Я не должен лгать». Слова, которые он написал сам, защищая друзей от злой женщины. Он всегда был на стороне добра и света. Кто мог быть настолько сильным и светлым одновременно? У него не было шансов для трансгрессии. Не было портала. Гарри Поттер совершил свой последний поход, полагаясь не более чем на силу своего тела. Смог бы я так же спокойно уйти в свой последний путь, чтобы спасти мир силой Рона Уизли? Хогвартс. Больничное крыло. 25 мая, 14:45. Волосы Лаванды уже отросли, но мадам Помфри предупредила, что окончательное заживление наступит только к завтрашнему ужину. Лаванда оставила Парвати, присоединившись к Падме и Ханне, что утешали Гермиону. В больничное крыло вбежала Сьюзен. — Они нашли его, — она с состраданием обняла Гермиону. — Прости, Гермиона, он не выжил. Министерство хочет забрать его тело, но Рон настаивает на том, чтобы его вернули в замок. ДА сейчас удерживает министерских жлобов от их намерения. Гермиона тупо кивнула в ответ. Мадам Помфри дала ей дозу особенно сильного успокоительного. Ей было трудно думать. — Добби? Послышался щелчок и маленький эльф возник перед ней. — Да, Гермиона Поттер? Девушки заметили изменение фамилии и окинули Гермиону внимательным взглядом. — Добби, ты не мог бы отправиться в Гринготтс? Пожалуйста, передай директору, что мне как можно скорее нужны мои родители. — Добби сделает это, Гермиона Поттер, — сказал он и исчез с очередным хлопком. Крайстчёрч, Новая Зеландия. Отель «Латимер». У бассейна. 27 мая. Стук в дверь прервал утреннюю трапезу. Драко извинился и вышел из-за стола, чтобы открыть. Посетителем оказался гоблин в магловском костюме. — Добрый день, вы Дэниел Грейнджер? Одно из немногих мудрых высказываний его отца, что запомнил Драко — быть всегда вежливым с гоблинами. Потому что они контролируют доступ к твоим деньгам. — Нет, сэр, он завтракает. Изволите войти? — Драко провёл гоблина к столу, за которым его мать и Грейнджеры внезапно перестали есть, удивлённо таращась на необычного посетителя. — Это Дэниел Грейнджер, сэр. Мистер Грейнджер, это? — О, мы не всегда выполняем эти формальности, друг мой, но если для вас это так важно, зовите меня Оддбит. Я здесь по поручению банка. Леди Поттер хотела бы видеть своих родителей как можно скорее. — Леди Поттер? — Мы тоже были удивлены два дня назад, теперь нет. Меня попросили передать вам этот портал, который отнесёт вас прямо к главному офису. Трое взрослых смотрели друг на друга в замешательстве. — Всех нас или только её родителей? — спросил Драко. Оддбит пожал плечами. — Мне без разницы, но если вы не желаете оставаться, портал доставит вас намного быстрее, чем один из этих самолётов, — Оддбит хлопнул себя по лбу. — Ой, я забыл передать вам сообщение: Волан-де-Морт мёртв. Нас всех в офисе Брисбена интересует, кто это? — Поверьте, он не имел никакой важности. Я думаю, мы готовы. Цисси? Драко? Вы с нами? — Думаю, мы должны, Дэниел. — Возьмите лишь то, что вам действительно нужно. Об остальном позаботится банк, это наш долг — помогать лучшим клиентам. — Спасибо, Оддбит, — ответила Эмма, сгорая от нетерпения увидеть свою дочь. Место битвы. 28 мая. Совместными усилиями было принято решение похоронить Гарри в месте финальной битвы. Профессор МакГонагалл трансфигурировала большой камень, что притащил Хагрид, в восьмифутовый обелиск. На каждой из сторон Гермиона выгравировала стихи из Библии. Обелиск покрыли брезентом, до его обнародования на официальной церемонии. Время, которое Гермиона не тратила на обелиск, она проводила с родителями. Директриса подошла к ней с просьбой обратиться к присутствующим. Но Гермиона не смогла этого сделать. — Пусть это сделает Рон. Это будет весьма запоминающимся, — предложила Луна. — Луна, я не говорю на публике! — Даже в честь Гарри? — Чёрт… простите, профессор. Ладно, я сделаю это.