Бездна: стражи последнего чистокровного.

Эйден. Сказать, что я был удивлен, не чего не сказать. Это было полное потрясение. Мы лишь единожды бывали в будущем, и видели смерти собственного дедушки, но не знали что ему будет отведено всего-то не чего. Что больше нас удивляло, следующим правителем должен был стать Ной Аккерман — не рожденный младший брат, наделенный внешностью нашей бабушки. Мы с Анилом, лишь переглянувшись, быстро поняли, что у Амаранто не просто есть воля, но еще оно хитро. Оно сделало правителем того, кого мы никогда бы не смогли убить — нашего младшего брата. И что самое печальное, мы понимали, что если воспоминания о прошлом после игры сохраняться в нашей голове, то воспоминания о будущем сотрутся, а фрагмент сражения Каина в будущем, просто исчезнет. Каин появился перед нами. Первая победа команде белых, но пировать было еще рано. Еще одна битва, и скажу я вам, расклад не в нашу сторону. Каин обернулся, и без лишних слов, подошел к Анилу. Он взял того за запястье, опуская рукав рубашки, и раскрывая печать жнеца, что принадлежала ему. Каин коснулся печати, закрыл глаза, и в тот момент, вместо Каина появился Лука. Верно говорил Ани: холодный, и держащий подле себя всего пару человек. Уверен, Ной в будущем тоже об этом не раз задумывался. -Ну что ж, последний ход за мной, — сказал я, и в тот момент шагнул вперед, взяв в руку стеклянную карту. «Шестой участник, Эйден Аккерман. Ваш ход третий» — я опустил карту. Передо мною появились кости. Не задумываясь долго, я, даже не прокручивая кости в руке, просто кинул их на поле. Камер подлетели к костям, высвечивая на экране последний ход. «Вам выпал номер 8» — в тот момент пешка начала двигаться с отметки 15 на 8 ходов вперед. Вот совпадение вышло, Каин кинул кости на 5 ходов вперед. Если бы мы играли в 3 хода, и все зависело от расположения пешек на поле, мы бы уже проиграли. Пешка остановилась на отметке 23, после чего засветилась белым цветом. Одновременно с тем, на экране высветилось моя задание, повергнувшее меня и брата в шок. «Ваше время — эпоха полукровок, год 2082, канун исчезновения Кукловодов. Категория: сражение» — сказал компьютер. Второй раз уже повторилась категория «сражение». Стоп. 2082 год? Канун исчезновения Кукловодов? Тогда я взглянул на Анила. Он был удивлен не меньше моего.  — Эйд… это же… — Анил сделал шаг назад. Он боялся показывать все наше прошлое на показ, и я вполне его понимал. Лишь Лука, стоявший в стороне, не понимал что происходит, и почему мы так остро реагируем на это.  — Все в порядке, Ани, — в тот момент, я положил руку на плечо брата. Я улыбнулся, хоть и читал страх в глазах его глазах. — Придется пойти на это. Лучше все узнают правду, чем мы проиграем эту битву, отав целый мир на растерзание Люциферу, — тогда, Анил лишь послушно кивнул. Я взглянул на табло, где уже начался отсчет 30 секунд, но я благополучно все прослушал. Впрочем, правила я знал, и этого было вполне достаточно. Я появился уже в совершенно другом месте. Было утро. Еще веяло холодом, но на улице стояла радостная атмосфера. Вокруг были ларьки, заполненные сладостями, разными вкусностями и безделушками. Множество разных рас, и среди всего этого появился я. Я поднял прозрачную карту, и увидел время. На все про все у меня какой-то час. Хотя, Ани было не лучше. За 20 минут еле что решишь. Я ходил по улицам города, рассматривая ларьки, и не понимая, что мне делать. Всем остальным попадались хоть какие-то подсказки: Анилу в сражении сразу пришел Микаэль; Каин, пытаясь разобраться что да как происходит, встретился с Ноем; даже Хару-сан повстречал дядю нашей прапрабабушки, Освальда. А я как гулял по улицам, так и гулял, не имея не малейшего понятия, куда податься, и с кем махать кулаками. Я собирался отправиться прямиком к академии, надеясь повстречать там кого-нибудь из прошлого, но в итоге так и не сложилось. Я почувствовал, как меня потянули за плечо. Я удивился, обернулся, но не кого не увидел. Что происходит?  — Мелкий засранец, какого хера ты забыл в этом времени? — услышал я, и в тот момент, вновь обернулся. Этот голос… Передо мною стоял мужчина, неудавшийся ростом, впрочем, я был не выше. Белые растрепанные волосы, красные, налитые кровью глаза. Бледная кожа. Альбинос, другими словами. Так сказать: я узнаю его из тысячи. Удивлюсь, ахерею, и устрою веселую жизнь, с покушением на его жилплощадь.  — Деда Дин, — воскликнул я. Ну да. Он вообще не изменился. Подобно Рену-сану, годы ему не подвластны. Впрочем, как и дедушке. Деда Дин же более спокойно отнёсся на мое появление в этом мире. Нет, скорее не так. Он просто был занят уплетанием сладостей, а так, как и сзади стоящий него, повернувшийся ко мне спиной дедушка, у которого в руках было припасено неимоверное количество сладкого. И не только. Его просто закидали всякими безделушками, на подобии карт, кукол, масок, фурин, ветряных мельниц мини размера. Очень трудно описать мое состояние в ту секунду. Толи ржать, толи плакать. Можно было описать так: тьма вышла погулять. Или нет: короли ада возжирают сладости. Нет, не возжирают, им их преподносят, вместе с остальным хламом, что было нацеплено на моем дедушке. Более в глупом виде я его раньше не видел. Мы с дедой Дином смотрели на него как на идиота, но как вы понимаете, он был более увлечен подношениями, чем взглядом младшего непутевого брата, и того самого внука из будущего, каким-то макарым оказавшимся в прошлом. Пока дедушка увлеченно продолжал обходить рядом стоящие ларьки, деда Дин взглянул меня, осмотрел, наверное, раза 3, после чего тяжело выдохнул, и видимо понял, что в нашем времени твориться не то.  — Мика, отлепи свой зад от конфет. У нас гости, — дедушка обернулся, и только в тот момент заметил мое присутствие. Он не был особо удивлен. Наоборот, продолжал уплетать что-то сладкое, удерживая в руках другие сладости, при чем учитывая что рукава его плаща были очень длинными, и по логике вещей, все это уже давно должно было свалиться. Так, особо не переговариваясь, и не заставляя ждать, мы остановились возле небольшого уличного кафе, куда дедушка скинул все свои сладости, а нам оставалось лишь заказать по чашечке горячего чая. К нам даже претензий не было на счет того что мы пришли со своим. Стоило официантам увидеть дедушек автоматически все покупки оказались за счет заведения. Кстати в будущем дедушка Юя убрал эту проблему, связанную с дедушкой Микой и дедой Дином, после того как им статуи возвели, а то место назвали «площадью Аккерманов». Все это происходило без дозволения дедушки, и с криками «да у меня нервов на вас не хватит», он запретил отдавать что-либо дедушкам за так, если нет на то веского повода.  — Рассказывай, что забыл в будущем, — сказал деда Дин. Я понимал, что мне сейчас надо было все рассказать, но уверен, что даже если и не видно, сейчас за нами наблюдала камера. Тогда, я поднял руку, и приложил ее к своим губам, но внешней стороной ладони. В то мгновение, деда Дин и дедушка переглянулись. Дедушка сам поднял руку, и стоило ему лишь щелкнуть пальцами, как нас окружила полная тьма, оставляя в полной изоляции от внешнего мира. Один из множество знаков, что мы придумали, когда были маленькими, означающий «за мной следят». Так, без лишних слов, я сказу начал излагать всю суть ситуации.  — Дедушка, тебе ведь должен быть точно знаком чистокровный демон по имени Аморай Рихавэйн, я взглянул на своего дедушку. Тот кивнул. Но как оказалось, вспомнил его не только дедушка.  — Рихафэн? Из королевской семьи? — спросил у меня деда Дин. Он тоже его припомнил, я тоже кивнул, после чего перевел взгляд на дедушку. - Да. Рихафэны, королевская семья чистокровных демонов, особо известные в эпоху демонов. Если Аккерманы славились магией льда, и своей неуязвимостью, Ферриэсы своими побочными способностями, и врожденными чувствами, то Рихавэйны все поголовно были некромантами, специализирующимися на управлении кровью, хоть изначально это врожденный талант Аккерманов, — тогда дедушка взглянул на деду Дина. — Когда ты пропал после сражения с небесами, в тот промежуток, перед борьбой с Люцифером и 4-мя всадниками я вновь встретился с Амораем. Я сражался бок о бок с Аленом, но он лишил его жизни, а после возродил, используя в своих целях. Я запер его, а как ключ, использовал душу Алена. Это было его последнее желание. - Да, это было так. Но 5 декабря 2087 года, врата открылись. Тем, кто отпер их, был я, этого не скрою. Но перед тем, воля предыдущей Смерти поглотила Хару-сана, и забрала его тело. Смерть забрал бусину, и усыпальницу мог открыть любой, в чьих жилах течет кровь чистокровных. Сейчас, в будущем, мы сражаемся с ним. Но силы слишком велики. Аморай поглотил тьму с глубин Амаранто, когда выбрался из клетки дедушки Юи, и теперь он недосягаем даже для вас.  — И для этого, ты хочешь изменить прошлое? Какой-то факт? — спросил дедушка, но я лишь покрутил головой, отрицая его догадку. - Нет. Вы знаете игру «Отрада»?  — Детская игра? — переспросил деда Дин. Я на мгновение удивился, откуда он ее знает, но быстро догнал. Луче сейчас 6 лет. Она уже сейчас, конечно, буйна, но я более чем уверен, что их семья играла в эту игру, когда Луче была еще мельче. - Да. Мы схитрили, и предложили Амораю сыграть с нами, что бы не причинить урона мирным жителям. Но вполне осознавая что играть в маленькую игрушку он не будет, мы усовершенствовали игру. Вместо заданий на карточке, мы пересекаем время, благодаря ковчегу, выполняем задание, и возвращаемся в наше время.  — Что вы поставили на кон? — спросил, внезапно, у меня деда Дин. Я взглянул на полном серьезе на дедушку.  — Свои души, — они смотрел на меня непонимающе, первое время. — Я и Ани, мы замена вас. Он хочет, что бы мы приняли метки Люцифера, тем самым открыв его клетку.  — Вот в чем дело. Тьма не может принять метку обратно, — в тот момент, дедушка опрокинулся на спинку стула, взглянув на меня.  — Именно. И сейчас, мне нужно одержать победу. Вот только вопрос, над кем?  — Раз ты не можешь найти, то скорее дело не так в том, кого ты ищешь, нежили в самой дате. Вспомни, 6 марта 2082 года. Чем был примечателен этот день? В тот момент я задумался. 6 марта… Это весенний фестиваль, что проходит каждый год с 1 по 6 марта. Последний день, и нам было по 13 лет. Стоп, к Лерою мы ходили на могилу 5 лет назад, начиная со своих 13 лет, это получается… В тот момент я подскочил с места.  — Я вспомнил. В тот день мы встретили того черноволосого юношу. Он был единственный, кому мы проиграли, и были ужасно озлоблены этим. Но были мы не в городе, а на большой открытой арене, которая 3 марта была разрушена после гладиаторских игр, и представления там не проходили, так как была угроза того, что арена обвалиться.  — Отправляемся туда, — сказал деда Дин. Он щелкнул пальцами, и тьма рассеялась. Прям вот так, стоя возле небольшого кафе, дедушка и деда Дин вызвали врата ада. Мне было не привыкать, вот только другие обитатели Амаранто малек приахирели. Мы зашли по ту сторону врат, и в тот момент врата закрылись. Мы толком не сдвинулись с места, и я не мог понять почему. Вот только спустя пару минут догнал, что время в аду идет иначе. Все это время, что они стояли возле врат, направляя туда тьму, так это регулировали время, и направляли врата куда надо. Это не заняло много времени, буквально около 2-ух минут, после чего врата вновь открылись, и мы оказались на большой, на самой верхушке арены в Ривинктоне. Да, вот страшная тайна, которая раскрылась перед всеми. Камера, как оказалась, имела свойства телепортации, и оказалась прямо над ареной, показывая всю нашу тайну не только всем в Амаранто из будущего, но и моим дедушкам. Я и Анил, в 13 лет, последний день, когда мы с гордостью представлялись Кукловодами, в тот день мы играли с парнем лет 20. Он желал что бы мы заглянули в его будущее, и привели его если что на пусть истинный. Честно говоря, в тот день мы знатно поржали. Но как и следовало, взамен, мы требовали енчто равноценное. Если он хочет, что бы мы изменили его судьбу к лучшему в будущем, естественно, мы бы потребуем соответствующую плату. Именно с разговора все и началось. Но он был глупцом. Мы быстро одержали победу в обычной детской игре, и взамен требовали его жизнь. Но в отличии от Лероя, мы не собирались сохранять его ему. Мы собирались его убить. - Так, вы и есть Кукловоды? — спросил у меня дедушка. В тот момент, я кинул, смотря на то, как Анил ранит руку, а 20-ти летний юноша старался убежать от нашего безумия. В тот момент, он использовал способности крови, и воссоздавал кровавые стрелы.  — Вот как раз в этот момент появился он, — сказал я, смотря на эту картину. Но нет. Анил выстрелил в руку бедняги, а затем и ногу. Тот не смог бежать, и свалился на землю. Тогда, я младший разжег пламя в своей руке, и ступил вперед. Я ненавидел все это время того самого юношу, что остановил нас, но в тоже время был ему и благодарен, ибо он остановил нас. А потом я осознал кое-что очень важное. Я взглянул на дедушку, после на деду Дина. В тот момент, я откинул все сомнения в сторону. Я достал прозрачную карту.  — Отрада! Запрашиваю блокировку моих способностей демона. Как древнего, так и чистокровного. «Зарос принят. Приятной игры» — послышался металлически голос из карты, и в тот момент, я почувствовал, как силы демона начали покидать мое тело. Но не было времени на это. Схватив дедушку за рукава его белого плаща, я одернул его, оставляя тому лишь белую рубашку. Я одел белый плащ, и снял маску с его головы, надев на лицо. В отличии от дедушки, деда Дин быстро схватил мою задумку. Я собирался уже рвануть вперед, как тот схватил меня за голову. Я почувствовал, как меня наполняет тьма, видел, как белоснежная челка, что падала мне на глаза, приобретала черный цвет.  — Вперед, Эйд, — сказал он мне после. Я кивнул, и особо не раздумывая, рванул вперед по длинным ступенькам. Это занимало слишком много времени. Я мог опоздать. Тогда, я порезал собственную руку, но вместо того что бы рисовать печать, призвал ее в собственной руке.  — Стань моим орудием из самой бездны. Разгрузи своими клыками создания земных и низменных. Пробудиться кровь твоя, принадлежащая древним и чистокровным, полукровка, рожденный в ночи, душа темная, погрузившая мир в бедствие — Лоренс. В тот момент, передо мною, прямо на бегу, появился черный огромный волк с золотыми глазами. Не вдаваясь в детали, прям с разбегу, я запрыгнул на его спину, вцепившись руками в шерсть Хейга.  — Эйден? Что ты тут забыл? — спросил у меня прадедушка. Не смотря на разговоры, он мчался быстро, но в то же время сдерживая силы, что бы я не свалился.  — Нет времени объяснять. Дедушки потом все расскажут. Сейчас хватай того парнишу, и вали куда глаза глядят, — волк лишь послушно кивнул. Мы спрыгнули с зрительских мест как раз вовремя. Ворвавшись в круг пламени, я спрыгнул с его спины. Парниша удивленно смотрел на меня. Я подхватил того, и кинул на спину Лоренсу, после его ударил по спине, указав им бежать. Тот сразу умчался. Я повернулся в тот моменту к себе и Ани младшим, и стряхнул кровь. Да, теперь все вставало на свои места. Эти озлобленные глаза, смотрящие в мою сторону. Категория «сражения». Я и был тем, кто предотвратил смерть того парня. А потом сам себе и ненавидел и благодарил одновременно. Без лишних раздумий, я младший возвысил пламя выше, вот толку от этого оказалось мало. Мне стоило лишь ударить ногой по земле, как появился второй слой земли, что накрыл пламя, не давая ему распространиться дальше. Я поднял руку вперед, пусть сама рука была скрыта за слишком длинными рукавами плаща дедушки, и сжав руку, из-под земли появились стебли, окруженные шипами. Стоило лишь махнуть рукой, как стебли с огромной скоростью начали нападать на младших нас. Анил отбивался порывами воздуха, и взлетал, а вот я поджигал стебли. Тогда, стебли начали чернеть, и на них перестало действовать пламя. Вновь топот ногой, и нас окружили стены из земли, словно куб. Свет не проникал не в один уголок, и не давал нам младшим даже шанса двинуться. Вот только в отличии от младших, мои стебли двигались, окутывая весь куб стеблями, до той секунды, пока один из стеблей не нашел одного из нас младших. Я знал, что это был не я младший, а Анил. Да, он был фанатиком страшилок, но когда доходило до реальности, он всегда прыгал на меня, и дрожал. Не многие знают, но Анил до смерти боится темноты, поэтому, мы всегда спали при включенной лампе, и даже у меня постепенно выработалась подобная привычка. Я этим и воспользовался, окутав младших себя стеблями. Да, в те времена мы были гораздо слабее, и практиковали только древнюю магию и каждый свой главный элемент. Мы были глупы. И вот почему мы проиграли тогда. Стены обвалились, а я смотрел как младшие мы, окутанные стеблями в шипах, истекали кровью. Анил уже находился без сознания, из-за своего собственного страха, а я был еще в сознании, и вполне все осознавал. Но тогда я понимал, что с победой придет одновременно и мое время исчезнуть. Я завел руку за спину, показывая кулак. «Нужна помощь», шифр понадобился как никогда. В тот момент, дедушки тогда и явились к нам, и стали нашими спасителями. Они спасли нас от стеблей. Я рвался в бой, но дедушка держал меня в руках, успокаивая. Дедушки делали вид, что собираться сейчас напасть на меня, что бы отвести подозрение. Да, младшие мы не должны знать этого. Тогда я сделал шаг назад, и слегка приподнял маску. Поместив собственные пальцы в рот, я громко свистнул. Да, я еще не отзывал Лоренса, так что он еще должен быть тут. И верно, через 5 секунд, он на огромной скорости примчался на мне. Я взобрался на него, видя также на его шерсти капли крови, что не принадлежали ему.  — Вперед, — сказал я, ухватившись за шерсть волка, после чего мы на такой же высокой скорости скрылись с арены, оставляя себя младших на попечение дедушек. Вот только даже сам я не успел не чего сказать Лоренсу. Передо мною появилась камера, что начала отсчитывать время. Мои 30 секунд. И когда они прошли, а Лоренс остановился, от меня и след простыл. Когда я вновь открыл глаза, оказался уже на арене. Я взглянул на Анила. Мои волосы еще были черными, на лице маска, и одет я был в дедушкин белый плащ. Я поднял маску, оставляя ее на свои волосах, и взглянул на Анила. Он был удивлен. Однако, Лука был удивлен не меньше Анила. Наоборот, он и догадаться не мог, что мы и есть Куловоды. Ведь о нас легенды ходили даже за пределами Амаранто, хоть основную опасность представляли мы именно здесь.  — Так это был ты… Я лишь послушно кивнул. Тогда, я заметил, что постепенно мои черные волосы начали вновь белеть. Да, деда Дин благодаря тьме просто усилил способности мага, что передалась мне от бабушки. А из-за того что тьма была блокирована Отрадой в тот промежуток времени, вместе со способностями демона, мои волосы как побочный эффект, приняли черный оттенок.  — Я тебя тогда сильно испугал. Прости, — Анил не держал на меня злобы. Наоборот, он улыбнулся, а я видел лишь в его глаза благодарность. Благодарность за то, что это был именно он. Видимо, в отличии от меня, злобу на черную часть моего сознания он не держал. «Игра — окончена» — сказал компьютер. Я обернулся, взглянув на экран. «2-ве победы команды белых, 2-ве победы команды черных. Результат игры — ничья. По правилам игры, выставленное на кон, исполняется лишь на половину. Аморай Рихавэйн — будет заточен в клетку, а ключом от клетки станет проигравший команды белых — Анил Аккерман. На этом все. С вами была Отрада. Приятной игры». В тот момент, экран погас, а барьер, что защищал все это время поля игры, был отключен, вместе с камерами, что снимали нас все это время. Теперь решение было за нами. Но я был совершенно против такого решения.  — Я отказываюсь! Я не позволю что бы чистокровный забрал твою душу! — закричал я. Вот только в отличии от меня, в ком бушевала немереная ярость, Анил был спокоен. А после, я вздрогнул. — Ты знал…  — Я догадывался… Вероятность была всего 60%, что выберут проигравшего.  — Я не позволю! Мы переиграем! — закричал я.  — Ты смешен, Эйд. Надо держать обещания, что мы дали. Я был с самого начала готов к худшему исходу. Но нам повезло, что сыграла ничья, — в тот момент, Анил обошел меня, но я ухватил его за рубашку. Я почувствовал, как накапливалась его злоба, пока в одну секунду, он не погрузил меня в воздушное пространство, из которого я не мог выбраться.  — Да как ты не понимаешь, Эйден! Если мы сейчас не запрем его, даже на время, мы проиграем эту войну. Он накопил все свои силы, и открыть врата, вместе с тем что бы разрушить весь ковчег, ему не составит труда! — в тот момент, Анил перепрыгнул на поле, где стояли пешки. Я кричал вновь и вновь, прося его не делать подобной глупости. Но как только он вот-вот должен был подойти к Амораю, на другую сторону поля, за ним появился Микаэль. Анил обернулся, удивившись, но и сказать не чего не успел. Уловив момент, Аморай перешел на поле, и закрыв рукой рот Анила, проткнул его сердце на сквозь. Мы лишь могли с шоком наблюдать за этой картине. В ту же секунду я и понял, что Амораю была выгода эта ничья. Он усмехнулся, и взглянул на дедушку, что стоял рядом, в крови собственного внука, и смотрел как его жизнь быстро угасает.  — АНИЛ… — мои ноги и руки задрожали. Я упал на землю, смотря на эту картину, и понимал, что не в силах выдержать собственные эмоции. Анил… ты кретин.  — Микаэль, Микаэль. Я так давно мечтал увидеть это выражение на твоем лице. С тех пор, как ты заточил меня в той усыпальнице, без возможности выбраться. Но я не против еще не много выждать. Мне сейчас не выгодно открывать врата Люцифера. Еще рано.  — Ты… ТЕБЕ НЕ ЖИТЬ! — крикнул дедушка, и хотел напасть, но даже не смог прикоснуться к Амораю. Он действительно был недосягаем для тьмы.  — Не трать время понапрасну. Мне еще понадобиться душа этого мальчишке, и ступать в ад ради нее будет весьма проблематично. А ты ведь не хочешь, что бы твой внук умер, так, Микаэль? — тогда Аморай выпрямился, удерживая в руках Анила. — Тогда перестань страдать хуйней, и преобразуй его душу! Тогда, я первые видел, как дедушка был совершенно беспомощен. После он рассказал мне, что Аморай бл прав. Душа Анила постепенно угасала, и дедушке не чего не оставалось, кроме как преобразовать его душу в бусину. Аморай забрал бусину, бросил пустое, умирающее тело брата, и исчез. Я орал на дедушку за то, что он просто так отдал душу Амораю, но дедушка ушел в себя. Он словно потерял часть себя. После я узнал от деды Дина, что у чистокровных в 100 поколении есть 1 слабость, которой раньше были подвластны и им с дедушкой, до того, когда они стали тьмой. Дав обещание — они обязаны его исполнять. Так, спустя некоторое время мы узнали, что Аморай вернулся обратно, в Парей, где запечатал сам себя в той же усыпальнице, использовав душу брата как замок. В итоге, мы так и не сдвинулись с места, и вернулись к исходной точке. Но теперь все изменилось, и цели у нас были совершенно иными. Парей.  — Эйден… Эйден… Слышь, козел, соизволь повернуть свою розу в мою сторону, и помочь! — тогда, я тяжело выдохнул, обернулся, и взглянул на свою спутницу. Это была девушка, с красивыми, длинными русыми волосами, примерно по пояс. Сама она была бледная, словно поганка, и одета в фиолетовую кутку, в мехе. Вот только одно, но меня не устраивало — она застряла по самый пояс в сугробе, и сейчас размахивала руками вправо и в лево, в попытке докричаться до меня. Мало того, она была охренено далеко.  — ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ? — крикнул я, и все же собрал всю злобу и волю в кулак, направился обратно, по собственным следам, аж по колено, перемещаясь на встречу девушке. Это заняло какое-то время, но в скором времени, я стоял прям возле нее. Девушка подняла голову, взглянув на меня своими красными глазами, и подняла руки ко мне, всем своим видом говоря «вытаскивай меня как хочешь». Тогда, я тяжело выдохнул, и ухватил девушку за талию. Та обхватила руками мою шею, после чего, без особого труда, я поднял ее. Вот только когда хотел отпустить, она отказывалась меня отпускать.  — Ну что на этот раз? — поинтересовался я, тяжело выдохнув, и все также держав в руках девушку. Девушка некоторое время молчала, уткнувшись носом в мои волосы. Я понимал, что сейчас она просто в очередной раз обнюхивала меня, но она остановилась, отцепилась от меня, пусть я все еще держал ее на руках.  — Тащи меня, мой верный конь, — заявил внезапно она. Я посмотрел на нее как на идиотку, после чего просто отпустил, тем самым вернув обратно в сугроб. Без всяких объяснений, я потом дальше, одновременно слушая возмущения девушки, а также какой я урок, козел, идиот, и.т.д. и.т.п. Когда словарный запас у нее начал заканчиваться, а я вырвался далеко вперед, я обернулся. Волноваться о том, что она замерзнет не было смысла, поэтому где-то около пару минут я наблюдал за тем, как она перешагивала огромные сугробы, и вот-вот бы заплакала. Вот только не снова. Я вернулся обратно вновь, хоть из-за того что мы шли навстречу друг другу, все вышло куда быстро, и мы преодолели хоть малую часть пути, а не стояли на месте. Я протянул руку девушки. Та принципиально отвернула от меня голову, не желая принимать помощь. В очередной раз я спрашивал сам себя, зачем ее взял, если люблю путешествовать один, но после вновь сам себе отвечал на этот вопрос. Я подхватил девушку на руки, и в конечном итоге сам потопал вперед. Девушка крепко держалась, довольно улыбаясь. Вечно я так держать ее не смог, поэтому вторую часть пути мы прошли все же пешком, но снега, постепенно, становилось все меньше. Уже постепенно время начало идти к вечеру. Здесь темнело гораздо быстрее, поэтому различить что-либо становилось трудно. Но нам этого было уже не надо. Хотя, девушка даже при таком маленьком количестве снега, умудрялась отставать, ссылаясь на то, что она устала. Много руин. Нам пришлось остановиться в них, что бы не много отдохнуть, минут 20, и перекусить. Но уже через это время, когда совсем стемнело, мы выдвинулись вперед. Я остановился. Вновь я ушел далеко вперед, оставив девушку позади. Я смотрел на большой ледяной дворец. В тот момент, ко мне подошла девушка. Она тяжело отдышалась, и взглянула на дворец, после чего, на ее лице появилась улыбка. - Мы, наконец, добрались до сюда. Я думала что откинусь быстрее, — сказала та, и в тот момент, рванула вперед, в припрыжку, радуясь, словно ребенок.  — Сейчас же опять шлепнешься, Ева, — в ответ, я лишь лицезрел ее надутое лицо. Но она не стала вместо меня дуться, в схватила меня за руки, утягивая за собой вперед, и радостно улыбаясь. Мы остановились возле двери, закрытую с помощью белоснежной бусины.  — Не будь таким вредным, Эйд. Не думаю, что Ани спустя столько лет хотел бы увидеть твою унылую мину, — Ева также улыбалась. Я лишь наклонил голову на бок, улыбнувшись.  — Думаю, ты права, — я открыл глаза, взглянув на огромную дверь от усыпальницы. — Столько лет прошло, и игра, наконец, продолжиться. Но в этот раз будет все иначе. Правда ведь, брат? С тех пор, как ты покинул нас, много что изменилось. Многое тебя поразит, много обрадует, и огорчит. Но одно неизменно — нам пора заканчивать эту игру. Шел сентябрь 2104 года. С того времени, мой дорогой старший брат, минуло ровно 16 лет.