В борьбе обретёшь ты... (часть 2) +3601

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Основные персонажи:
Гарри Поттер (Мальчик-Который-Выжил), Драко Малфой, Теодор Нотт
Пэйринг:
Драко Малфой / Гарри Поттер
Рейтинг:
R
Жанры:
Экшн (action), AU, Учебные заведения
Предупреждения:
OOC, Нецензурная лексика
Размер:
планируется Макси, написано 789 страниц, 46 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
«Отличная работа!» от Citius
«Безумно интересно!» от Akva1
«Отличная работа!» от Marridark
«Надеюсь, что не забросите » от Super_Няя
«Великолепно!Потрясающе!Браво!!» от Kannau
«Самый любимый фанфик :*» от Lusiolla
«Отличная работа!» от Bling-blingi
«Вдохновения вам!» от Jetice
«Воистину шедевр!Восхищаюсь им.» от Персефона Андреас
«Вы просто бог всея фикбука» от Алексира
... и еще 101 награда
Описание:
Каким бы вырос Гарри Поттер, будь Дурсли нормальными здравомыслящими людьми? Мерлин знает, но уж точно не героем. Продолжение истории о неправильном герое Гарри Поттере. Второй курс.

Начало: часть 1 - https://ficbook.net/readfic/1938618

Посвящение:
Моим читателям

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Фик - обычная попса, а потому ревнители канона, ценители "вхарактерности" и стилистических изысков, боюсь, не найдут для себя ничего интересного. Авантюрный романчик в интерьерах Хогвартса, вот и всё.

Глава 7

23 февраля 2016, 00:08
В Косой переулок решили идти всей семьёй, мистер Уизли ради этого мероприятия даже на работу не явился. Добираться до Косого постановили камином, и миссис Уизли поинтересовалась у Гарри, пользовался ли тот дымолётной сетью.

– Да, мэм, – не стал он врать. – Целых два раза: от мадам Малкин в Мунго и обратно. Я умею ходить каминами.

Миссис Уизли одобрительно кивнула:
– Но первыми всё равно пойдут Фред и Джордж. А пороха-то совсем мало осталось! Берите понемногу, не просыпайте. Итак, мальчики, произносим адрес внятно и…

– Ой, мам, сколько можно, – Фред зачерпнул горстку пороха из стоявшего на камине цветочного горшка. – Косой переулок!

Зелёное пламя послушно втянуло его в дымоход, а через минуту вслед за братом ушёл и Джордж. «Наверное, в Косом переулке имеется общественный камин, – задумался Гарри. – Адрес как у станции метро».

– Сразу найдём магазин «Всё для квиддича», – азартно потёр руки Рональд. – Если ты нормальную метлу увидишь, то поймёшь, как они устроены. И тогда – ух! – заживём!

Поттер закатил глаза. Что имелось в виду под «Ух!», Рон ему объяснял вот уже четыре дня кряду, после злосчастного ремонта развалившегося помела.

«Ух!» – это место Рональда в квиддичной команде и пристойная репутация Поттера в Хогвартсе. К репутации, кстати, прилагались пара-тройка галеонов в неделю от квиддичных игроков за манипуляции с мётлами.

Гарри многое мог бы сказать по этому поводу: впрягаться в ремонтные работы для чужого Дома он не желал и отлично помнил о Флинте, который до перебирания прутиков не опускался, а «уговаривал» мётлы целиком. Но промолчал, потому что молчание в случае с Уизли было наилучшей тактикой.

С той самой субботы Рональд пребывал в чудесном настроении: не бурчал, не психовал и – самое главное! – не приставал с «каверзными» вопросами насчёт похода в Запретный коридор.

«Там был ещё кто-то! – подозрительно щурился рыжий и в сотый раз пояснял свою мысль: – Мы пришли, арфа уже лежала, и люк был открыт. Потом явился Квиррел, вырубил нас и прирезал Пушка. Потом пришел ты, полез в люк и завяз в Силках. Потом принесло Снейпа, хотя мы думали, будто он нырнул в люк первым. Чья была арфа? А, Поттер?»

«Пушкова! – огрызался Гарри. – Он не высыпался, бедный, попросил снотворного. Чего ты ко мне пристал? Спроси у Дамблдора!»

Рон злился, обиженно сопел, гордо удалялся в противоположную от Поттера сторону, но через какое-то время упрямо возобновлял допрос – в парне явно погибал сельский констебль.

Близнецы тоже расспрашивали Гарри о жизни в Слизерине, но они были намного хитрее своего простодушного братца и на рожон не лезли. Излюбленным их методом было издёвками и подначками довести собеседника до лёгкого бешенства, а потом быстро задать несколько не связанных друг с другом вопросов. Надо отдать паршивцам должное, приёмчик работал как часы. Пару-тройку раз Гарри успевал придержать язык буквально в последний миг.

«Молчание – золото», – решил герой Поттер и принялся практиковаться в игнорировании всяческих вопросов. Теперь он даже на вопль миссис Уизли из кухни: «Гарри, сколько тебе положить сосисок?» – отвечал через раз и лишь хорошенько подумав.

В споры и пререкания он тоже ни с кем из рыжей семейки не вступал – нервы дороже. По этой же причине Гарри не обламывал фантазии о доводке рональдовой древней метлы до выставочных образцов магазина «Всё для квиддича». Придёт время – настанет пора думать, а пока можно наслаждаться почти адекватным поведением Уизли-шестого.

– О чём ты вечно мечтаешь, Поттер? – тычок в спину выдернул его из размышлений. – Пора, иди уже.

Гарри, чуть робея, зачерпнул горстку пороха и опять задумался – зависит ли дальность перемещения от количества пороха? Он взял совсем чуть-чуть, в горшке оставалось на самом донце. Хватит ли этого до Косого переулка?

– Ступай же, Гарри! – поторопила его миссис Уизли, и Поттер бросил порох в колдовское пламя.

– Косой переулок, – неуверенно сказал он, шагнул в огонь и застонал от собственной тупости. Кто ему, болвану, мешал произнести заветное: «Гостиная мадам Малкин»?

Гарри показалось, что на этот раз по дымоходу его несло намного медленнее. Дымолётное путешествие по-прежнему напоминало «русские горки», но сегодня Гарри успевал разглядывать через отверстия чужих каминов примыкающие к ним гостиные.

Тут до него внезапно дошло, что можно выйти в любой камин по своему желанию, и Поттер принялся лихорадочно вспоминать обстановку гостиной мадам Малкин. Оправдание он уже придумал: новые мантии всё равно нужно покупать, разве нет? И ничего, что миссис Уизли собиралась одевать детей у старьёвщика, даже единственную дочь. Поттер – герой, и мантии у него должны быть геройскими.

Краем глаза Гарри заметил нечто вроде портновского манекена и всем телом рванулся в ту сторону. Дымоход взревел и плюнул Поттером в массивную каминную решётку, да так, что на ногах тот не удержался и выкатился из камина на пол, больно стукнувшись локтем и изгваздавшись в саже.

Тряхнув головой, Гарри встал на ноги и тут же открыл рот. Да, это был манекен. Но расшитая золотом и разноцветными блестящими камнями перевязь явно не входила в комплект школьной формы. Оробевший Поттер огляделся и обречённо выругался: он понятия не имел, где находится.

Это место было очень похоже на секонд-хенд, только магический. Огромный тёмный зал заполняли горы странных вещей. В глаза бросились мумифицированные останки человеческой руки и ожерелье из красных камней с какой-то предостерегающей надписью на витрине. Здоровой рукой Поттер почесал в затылке и по-магловски чертыхнулся, поняв, что резинка с волос слетела и аккуратный хвостик рассыпался.

«Будем надеяться, что это всё-таки Косой переулок, а не чей-то мэнор или, скажем, ещё какой бордель», – подумал Гарри, старательно избегая панических мыслей о магических методах избавления от незваных гостей.

Он кое-как отряхнулся от сажи, руками пригладил волосы, и улыбнулся на пробу – робко и просительно. Даст Мерлин, не проклянут сразу, а выслушают и помогут.

– Только что завезли новый товар, – раздался вдруг чей-то заискивающий голос, и Гарри вздрогнул от неожиданности. – Желаете посмотреть?

Поттер облегчённо выдохнул: «Всё-таки магазин. Ура!»

– Я сегодня не покупаю, мистер Боргин, а продаю, – тихий баритон почему-то заставил Гарри вспомнить слово «вкрадчивый». – Министерство объявило очередной рейд. Сами понимаете, мне проблемы ни к чему. Вот список, взгляните.

Зашуршал пергамент, и на некоторое время в магазине стало тихо. Гарри решил дождаться окончания переговоров и только потом подойти к продавцу и узнать дорогу в Косой переулок.

– Занятно, – заискивающие нотки из голоса мистера Боргина исчезли напрочь. – Достойная подборка, милорд. Осталось обсудить размер комиссионных, поскольку…

Детали сделки Гарри не суждено было узнать, потому что откуда-то из-за массивного резного шкафа раздался восторженный и донельзя знакомый голос:
– Папа, это же пряжка ремня самого Герпо Омерзительного! Купи, пожалуйста!

– Драко! – обрадованно закричал Гарри и тут же закрыл рот ладонью: «Идиот! Папа – это Правая Рука!»

– Гарри? Гарри! – Малфой тоже узнал его голос. – Гарри, где ты?

– У камина, – струхнув, Гарри сбавил тон. – Я нечаянно.

Белобрысое пушечное ядро чуть не сшибло его с ног, выбило воздух из лёгких, проехалось носом по щеке и стиснуло ушибленный локоть. Гарри взвыл и притопнул ногой от резкой боли.

– Что с тобой? Откуда ты здесь? Что случилось? – тараторил Хорёк, а герой Поттер с неудовольствием обнаружил, что за лето его переросли на полголовы. Блин, теперь он точно будет самым мелким на курсе!

– Привет, Малфой, – сдержанно ответил Гарри и, стараясь не кривиться, потёр пострадавшую руку. – Я нечаянно выпал из камина. Добрый день, мистер Малфой. Меня зовут Гарри Поттер, я рад с вами познакомиться.

– Взаимно, мистер Поттер, – ответил Правая Рука таким голосом, что Гарри немедленно захотелось сдать экзамен на аппарацию. – Как вы себя чувствуете?

«Сейчас в штаны напущу», – подумал герой и растянул губы в наскоро отрепетированной улыбке: – Такое недоразумение, простите, мистер Малфой. И вы, мистер Боргин, простите меня, пожалуйста.

– М-милорд, п-прошу вас… Не здесь, с-смилуйтесь… – Мистер Боргин слабо икнул, наверняка вообразив, что вот-вот начнётся Третья магическая война, и в изнеможении опустился на стул у своей конторки: – Д-доброе утро, мистер Поттер! Рад видеть вас в моей скромной лавке.

– Чудесная лавка, – поспешно похвалил Гарри завалы магический дребедени. – Здесь столько интересного! Рука Славы, надо же!

– Да уж, – хмыкнул папаша Хорька, и мистер Боргин окончательно сник. – Мечтаете о карьере воришки, мистер Поттер?

– Папа! – тут же выкрикнул Драко и резким движением задвинул Гарри за спину. – Как тебе не стыдно! Это же Гарри! Мой лучший друг!

Мистер Боргин сконфуженно крякнул и вытер вспотевшую лысину.

Старший Малфой приподнял углы губ в «любезной» улыбке и нетерпеливым жестом велел Драко отойти в сторону, а Гарри зажмурился и приготовился ко второй Аваде в лоб. Поэтому чужие пальцы, ухватившие его за подбородок, были восприняты намного терпимей, чем могли бы в другой ситуации. Открывать глаза Поттер не торопился – чего он не видел в этой треклятой лавке?

– Папа!

– Странно, – Гарри отпустили, и он рискнул приоткрыть один глаз. – На газетных снимках мистер Поттер отчего-то получается несколько… эм… глуповатым, не находите? Эдакая кукольная мордашка. А вживую он другой совсем.

– Красивый ребёнок, – дипломатично заметил мистер Боргин и умоляюще посмотрел на Правую Руку. – Герой.

Люциус Малфой чуть пожал плечами и переложил трость в правую руку.

– Идёмте, мистер Поттер, – сказал он и указал концом трости на дверь. – Мы с сыном проводим вас в Косой переулок.

Облегчённый вздох мистера Боргина наверняка был слышен даже в Манчестере.

В полном молчании они вышли из лавки, причём Хорёк крепко держал его за руку. С одной стороны, это было своеобразной гарантией, что его папенька не заавадит бестолкового героя прямо на улице. С другой же стороны, настойчивое заступничество младшего Малфоя ясно давало понять – такая возможность в принципе существует.

«Сходил за учебниками, – мрачно думал Гарри. – Что ж я везучий такой, а? И Драко потом обязательно нагорит за «лучшего друга». Я хочу домой!»

Вдруг его подхватил и закрутил какой-то вихрь. Поттер вскрикнул, вцепился в Драко что было сил и только поэтому не упал.

– Папа! – возмутился Хорёк.

– Прошу прощения, мальчики, я воспользовался порт-ключом без предупреждения. Всё в порядке, мистер Поттер?

Гарри судорожно кивнул и отпустил чужую мантию; руки у него заметно дрожали.

– Присаживайтесь, пожалуйста, – старший Малфой указал на симпатичную садовую скамейку и сам сел рядом.

– Где мы? – рискнул спросить Гарри, озираясь. Похоже на лес, но чересчур ухоженный – ни поваленных деревьев, ни пней.

– Это дальний угол парка Малфой-мэнора, – ответил Драко и недовольно скривился: – Почему здесь?

– Я ещё не проверял дом после обыска, – сказал Правая Рука и потёр виски. – Мистер Поттер, у нас, как я понимаю, мало времени, поэтому буду краток. Прошу прощения, но я был нездоров и не смог лично поблагодарить вас за отчаянную храбрость в той истории с Запретным коридором. Спасибо, Гарри. Я рад, что у Драко есть такой друг, – тут старший Малфой одарил сына особым «родительским» взглядом, которым папа смотрел на Дадли после разбирательств в кабинете директора школы. – Надеюсь, мой сын не станет злоупотреблять вашей добротой и начнёт пользоваться мозгами.

Хорёк опустил голову и тяжко вздохнул. Гарри ошеломлённо приоткрыл рот и хлопнул глазами.

– Я прошу прощения за безобразную сцену у Боргина, – продолжил между тем Люциус Малфой. – Некогда объяснять, но поверьте – так было нужно.

Гарри заторможено кивнул – происходящее не слишком укладывалось в голове.

– А теперь расскажите, как вы очутились в Лютном переулке.

– Где?! – запоздало испугался герой Поттер. Ему живо вспомнились все страшные истории, услышанные в слизеринской гостиной. – Я не знал! Я нечаянно.

– Тихо-тихо, Гарри, – Малфой-старший взял его за плечи и заглянул в глаза. Поттер обомлел. Не было никакой Правой Руки, – на него смотрел вполне нормальный мужчина, немного уставший и слегка задёрганный.

– Да, сейчас, – Гарри не стал вырываться, лишь зажмурился и подышал на счёт, успокаиваясь. Затем он коротко изложил историю своего вынужденного пребывания в гостях у Уизли.

– Сейчас, по идее, я должен бродить по магазинам, – закончил он под тихое рычание Хорька. – Не знаю, что случилось с камином.

– Похоже, с камином случились вы, мистер Поттер, – улыбнулся старший Малфой. – Хотели очутиться в другом месте, признайтесь?

Гарри смутился и кивнул.

– Впредь будьте осторожнее, у вас явно присутствуют признаки фамильного дара, – предупредил Малфой. – Как вам помочь?

Поттер тяжко вздохнул и криво улыбнулся:
– Ну, домой вы меня отправить не в силах, поэтому просто…

– Почему же не в силах? – совершенно по-мальчишески ухмыльнулся лорд Малфой, а у Гарри бешено заколотилось сердце от внезапно вспыхнувшей надежды провести остаток каникул с родными.

– Только мне нужно знать, мистер Поттер, сумеете ли вы впасть в истерику?

– Даже не сомневайтесь! – воскликнул Гарри и счастливо засмеялся. – Это единственное, что я умею делать хорошо!

***



– Папа, что мы делаем? – Драко использовал свой самый-самый безразличный тон, но отца было не провести.

– Сидим в засаде, – усмехнулся он. – Посмотри, как спокоен мистер Поттер, и устыдись своей нетерпеливости.

Драко Малфой тут же устыдился и замолчал, а Драко Блэк у него в голове издал негодующий вопль и толкнул нецензурную речь о воздаянии рыжим тварям, нагло разевающим вонючие пасти на чужое добро.

Малфою стоило некоторого труда заткнуть дурную половину, но на сей раз с выводами Блэка он был полностью согласен: нужно калечить, убивать и жрать сердца поверженных врагов, а не торчать в тёмном закоулке неподалёку от «Боргин и Бэнкс». «Ещё крушить дома и бесноваться на руинах!» – добавил неугомонный внутренний голос, и Драко огорчённо вздохнул: заманчиво, но кто же даст?

Строго говоря, в засаде они не сидели, а стояли. Узкая щель между добротным двухэтажным особнячком и каким-то жутким скособоченным сараем служила им укрытием. Папа внимательно всматривался в редких прохожих, а за его спиной расположились Гарри и Драко.

– Если ты устал, можешь на меня опереться, – шепнул Малфой герою на ухо. Тот неловко переступил с ноги на ногу и, не оборачиваясь, молча привалился спиной к Драко. Отец даже не шевельнулся, хотя младший Малфой был уверен – веселится вовсю, но не желает смущать и без того растерянного Поттера.

Драко опять вздохнул, от души треснул внутреннего Блэка за непочтительные мысли о родителе, аккуратно обнял Гарри со спины и сомкнул пальцы в замок на тощей геройской груди.

– Моргана-мать! Что я вижу? Люци, детка, ты ли это? – раздался насмешливый женский голос, и Драко вытянул шею, стараясь разглядеть эту бойкую даму.

– Счастлив лицезреть тебя, прекрасная Элеонора, – отец отвесил старомодный поклон.

Гарри испуганно ойкнул, а Драко расцепил руки и потянулся за палочкой – на них смотрела ужасная старуха, всклокоченная, вся в бородавках и с гнилыми зубами.

– Ах, душа моя, люди жестоки и циничны, – сказала старая ведьма сокрушённо и лихо сплюнула прямо на тротуар. – Никто не желает скрасить безрадостное существование несчастной пожилой дамы и купить немножечко ногтей. – Она тряхнула переносным лотком с какой-то дрянью. – Ужасный мир.

– Увы, милая, – сказал папа. – Хлеб наш чёрств и горек удел. Два галеона за услугу, радость моя, согласна?

– О да, – блеснула глазами старуха, – услуга для сиятельного Люци! Впору самой доплачивать. Излагай, сладкий мой.

– Ты должна провести этого юношу до выхода в Косой переулок. Но сделай это так, будто испуганный мальчик удирает от тебя.

– Какая симпатяжечка! Любовник?

– Родственник. Элеонора, я могу на тебя положиться?

– Всецело. Ох, Люци, из-за тебя у меня неделю будут мокрые сны!

– Две недели, готов поспорить. Итак, Элли, вот мальчик, – папа выдернул Поттера из-за спины и подтолкнул к старухе, – а вот галеоны. Приступай, драгоценная, я в тебя верю.

Старуха мерзко хихикнула, а потом насупилась и забормотала, тряся головой:
– Ногти! Ногти для сглаза и приворота! Купи, мальчик!

Гарри растерянно попятился и умоляюще посмотрел на старшего Малфоя. Тот спокойно кивнул и указал рукой на старую кирпичную арку за пять-шесть вывесок от места «засады». Герой сглотнул и, оглядываясь, пошёл к арке. Старуха визгливо расхохоталась и кинулась за ним. Гарри припустил трусцой, а страшная ведьма с неожиданной для её возраста резвостью двинулась следом.

– Оборотка, что ли? – дошло наконец до младшего Малфоя.

– Да, – отец взял его за плечо и оглянулся вокруг с неприятной усмешкой. В домишке напротив резко захлопнулись ставни. – Это Кевин-Бубонтюбер. Опасный тип, между нами. Аппарирую, приготовься.

Приземлились они на огороженном верёвками пятачке у Гринготтса, и папа быстрым шагом направился вниз по Косому. Драко шумно сглотнул, усмиряя перекрутившиеся во время прыжка кишки, и кинулся вслед за отцом.

– Что значит опасный? – возмущался он на ходу. – И ты доверил ему Гарри?

– Очень опасен, – подтвердил отец. – В торговле дурманящими зельями и запрещёнными ингредиентами хорошие мальчики как-то не приживаются. Но он маглорождённый, Драко, и мистер Поттер для него личный кумир. Не волнуйся, сейчас мы их встретим на этой стороне.

– Маглорождённый? В Лютном?!

– Вообрази, насколько он умён и жесток, сын. Закончил Хогвартс лет семь тому назад и даже пытался работать посыльным в какой-то лавчонке. Знает несколько языков, великолепен в зельеварении и легилименции. Говорят, недурён собой, – папа хмыкнул. – Сам не видел, Кевин встречается с заказчиками только в облике, подобном нынешнему. Шутник.

– Он точно не тронет Гарри?

– Пару лет назад он вспорол брюхо какому-то егерю за непристойный анекдот о мистере Поттере. Героя он узнал, ставлю галеон. Наверняка прямо сейчас мистера Поттера весьма почтительно допрашивают о причинах визита в Лютный и о моей роли в этих событиях.

Отец остановился у витрины аптеки Малпеппера и указал концом трости на покосившуюся лавчонку с полустёршейся вывеской и горой грошовой ерунды в немытой витрине:
– Видишь слева нечто вроде калитки? Этот вход-выход в Лютный. В этом квартале пасётся треть аврората и треть же законтрактованных наёмников – паритет.

– Папа… – потрясённо выдохнул Драко Малфой, а его дурная половина Блэк заорал, заходясь от восторга: «Мой отец – лучший!»

– А вот и мистер Поттер, – сказал папа и озабоченно нахмурился: – Что такое?

Драко посмотрел на «вход-выход» и оторопел – растрёпанный и угрюмый Поттер шёл, баюкая левый локоть, а сзади топал школьный лесник Хагрид и выговаривал герою, гневно и громогласно:
– Гиблое место! Опасное! А если бы тебя там кто-нибудь увидел?

– Накинь капюшон и подойди поближе, – скомандовал папа. – Узнай, что случилось.

Драко кивнул, набросил капюшон, чтобы не отсвечивать белыми волосами, и, лавируя в толпе, приблизился к Гарри.

– Туда нельзя! – разорялся Хагрид. – Ни один порядочный волшебник…

– А ты что там делал? – спросил Поттер.

– Так это… Средство искал от этих… плотоядных слизней. Неровен час, сожрут у нас всю капусту!

– Капуста тоже плотоядная? – голос у героя был усталым, и Драко едва удержался, чтобы не схватить того за шкирку и не унести порт-ключом в гости к Ноттам.

Отец посмотрел вопросительно, и Драко кивнул в ответ – всё в порядке.

***



Бабка точно была не бабка. Едва Малфои пропали из виду, она перестала кривляться и спросила серьёзно и сочувственно:
– У вас всё в порядке, мистер Поттер? Малфой не обидел вас?

– Спасибо, всё хорошо. Я случайно здесь очутился, перепутал каминный адрес, – сказал Гарри и удивлённо ойкнул, когда ведьма достала откуда-то из лохмотьев мятую пачку магловского «Кента», ловко выбила оттуда сигарету и с явным наслаждением затянулась вонючим дымом.

– А отец одноклассника согласился помочь, да?

Гарри опасливо кивнул. Как ни боязно было довериться Правой Руке, развязная старушенция пугала ещё больше.

– Странные дела творятся, – задумчиво сообщила Гарри старушка и ткнула сигаретой влево. – Пойдёмте. Я бы взял у вас автограф, мистер Поттер, да не прихватил фотографию, вот же беда.

– Автограф? – Гарри окончательно потерял нить разговора и почувствовал, что вот-вот разревётся – денёк выдался тот ещё. Опять заныла ушибленная рука. – Зачем?

– Чтобы всем хвастаться, конечно, – усмехнулась странная ведьма. – Вы легенда, мистер Поттер. Символ надежды.

– Надежды на что? – горько спросил Гарри. – Что Авада может отскочить?

Старушка захохотала, едва не обронив сигарету.

– Нет, мистер герой, – сказала она, отсмеявшись. – Не отскакивает, сука, ни от кого, проверено. А надежда… Это надежда на лучшее. Что мразь, поднявшая руку на ребёнка, получит по заслугам. Что сила – ещё не всё, и доброта что-то значит. Что любовь и справедливость существуют. Магам тоже нужны сказки.

– Ничего не сказки, – угрюмо буркнул символ надежды Поттер и с болезненным шипением потёр локоть. – Всё это правда.

– Гарри! – чей-то яростный рёв заставил старушку выбросить сигарету и отскочить от подопечного. Хагрид собственной полувеликаньей персоной нёсся по переулку и потрясал огромными кулачищами. – Отойди от мальчика, погань! Убью!

– Везунчик Люци, – ухмыльнулась старушенция. – А я-то разнадеялся стрясти со скользкой гадины услугу. Дальше вас проводят, мистер Поттер, приятно было познакомиться.

– Если вы скажете почтовый адрес, я пришлю сову с автографом, – пообещал Гарри, сам удивляясь своему порыву. Бабка явно была каким-то донельзя мутным типом, но вот захотелось порадовать… поклонника.

– Кевину Чепмену, аптекарю, – подмигнула бабка и резво умчалась куда-то в глубину Лютного. Лоток с отвратительным содержимым остался стоять у ног Поттера.

– Гарри! – запыхавшийся Хагрид пнул злосчастный лоток и поволок героя за собой. – Как ты здесь очутился? Хорошо, что я мимо проходил! Это опасное место! Как ты только додумался! И на письма не отвечал! Я ужас как переживал.

Поттер на бегу рассказал, отчего он не отвечал на письма и как очутился в Лютном, но вывод Хагрида потряс его.

– Проклятые маглы! – прорычал Хагрид и втолкнул Гарри в обшарпанную калитку. – Вот и Косой. И всё-таки зря ты туда пошёл! Гиблое место! Опасное! А если бы тебя там кто-нибудь увидел?

Гарри вздохнул, прижал к себе больную руку и побрёл в сторону Гринготтса. Осталось только пережить обещанный Малфоем спектакль, и если повезёт, заснёт он сегодня в собственной кровати. Только эта мысль и держала его на ногах.

– Гарри! Хагрид!

Ага, вот ещё одна счастливая встреча. Гермиона Грейнджер стояла на ступенях Гринготтса и махала ему рукой; её пышные кудри трепал лёгкий ветер. Прилично одетые мужчина и женщина, то и дело бросающие шокированные взгляды на гоблина-привратника, явно были её родителями.

«Идиотка, – внезапно озлился Гарри. – Притащила своих маму и папу в этот мордредов вертеп. Мозги есть у этой девицы?»

– Привет, Грейнджер, – сухо сказал он. – Рад видеть. Да, не писал, а ты беспокоилась. Так вышло, задолбался рассказывать. Добрый день, миссис Грейнджер, мистер Грейнджер. Меня зовут Гарри Поттер, я однокурсник вашей дочери.

Мистер Грейнджер пожал ему руку, а миссис Грейнджер мило улыбнулась. Но глаза у них всё равно остались испуганно-настороженными. Гарри их понимал. Мрачный лохматый пацан, с ног до головы перепачканный в саже и с огромным бородатым фриком в качестве сопровождающего, никак не тянул на респектабельное или хотя бы просто приятное знакомство.

– Уизли не видела? – вздохнув, спросил он у Гермионы. – Я тут вроде как заблудился.

– Гарри! Га-а-арри!

Легки на помине. Пока Хагрид, размахивая руками, докладывал, от скольких опасностей он уберёг беспечного героя, миссис Уизли достала из сумки платяную щётку и кое-как отряхнула Гарри от сажи. Мистер Уизли поминутно вытирал лысину и корил его за беспечность, Персик со скучающим видом рассматривал свои ногти, близнецы и Рон наперебой выспрашивали об ужасах Лютного переулка, а Джинни краснела и смущённо комкала носовой платок.

Потом мистер Уизли заметил Грейнджеров, и Гарри чуть сквозь землю не провалился от стыда, слушая восторженные вопли главы рыжего семейства: «Вы маглы! Вы настоящие маглы! Это надо отметить! Смотри, Молли, настоящие фунты!»

Наконец папаша Уизли оставил полуобморочных Грейджеров в главном зале банка и поволок семью вместе с Гарри в подвалы к сейфам. Хагрид, видимо, вспомнил прошлогоднее катание на гоблинских тележках и сбежал, отговорившись делами.

Когда миссис Уизли открыла свой сейф, Гарри воспитанно отвернулся. Однако она трагичным голосом тут же озвучила баланс: галеон с какой-то мелочью. Поттер только плечами пожал. Не могла мать семерых детей не знать состояние своего счёта, а зачем ей нужен этот спектакль, один Мерлин ведает.

В своем сейфе Гарри как можно быстрее отсчитал сто галеонов, потом подумал и добавил ещё полсотни. «В дедов кошель спрячу, – решил он. – На всякий случай».

На мраморных ступенях банка компания опять разделилась. Мистер Уизли утащил старших Грейнджеров в «Дырявый котёл» отмечать знакомство. Близнецы встретили своего дружка Ли Джордана и тоже умотали. Миссис Уизли поволокла Джинни в лавку подержанной одежды, а Перси буркнул что-то о новых перьях. Встретиться уговорились через два часа в книжной лавке «Флориш и Блоттс».

Гарри остался в компании Грейнджер с Уизли и подозрительно огляделся. Старший Малфой, обманщик, опоздал с обещанным представлением. «Блин, похоже, я здесь застрял, – с тоской подумал герой. – Тогда нужно хоть письмо маме с папой написать».

– А теперь во «Всё для квиддича!» – воодушевлённо сказал Рональд. – Гермиона, прикинь, у Поттера талант обнаружился. Он может мётлы зачаровывать. Моё помело починил. Скорость та же, но вёрткая стала, как… как… В общем, круто! Я на вратаря буду пробоваться. Вратарю большая скорость ни к чему.

– Тогда зачем тебе магазин? – спросила Гермиона.

– Хочу, чтобы Поттер разобрался, как правильно чары наложить.

– К мадам Малкин, – постановил хмурый Гарри. – А то я на чучело сейчас похож.

– Ты обещал!

– Я не отказываюсь. Но сначала к мадам Малкин. Гермиона, ты со мной?

– Я уже заказала себе мантии, Гарри. Такие модели, как были у тебя, стоят дороже, поэтому мы и пошли в Гринготтс – галеоны закончились.

– Всё-таки ты девчонка, Поттер!

– Да пошёл ты, придурок, – оскорбился Гарри и решительно зашагал к магазинчику мантий.

***



– Миссис Малкин, вы добрая фея из сказок, – торжественно сказал Гарри, прижал руку к сердцу и склонил голову.
Мадам Малкин всплеснула руками и засмеялась:
– О, Гарри! После пары пирожных жизнь выглядит намного лучше, верно?

Говоря по правде, пирожных было не два, а полдюжины. Ещё в улучшении жизни участвовали большой стакан тёплого молока, разрешение воспользоваться ванной и уборной и минут сорок спокойного сна на диване в гостиной. В ванной Гарри не только умылся, но и сумел залечить локоть – синяк был огромным, на него пришлось «пошептать».

Потом отдохнувший и повеселевший Гарри рассказал о своих приключениях, привычно опуская самые шокирующие подробности, вроде визита в парк Малфой-мэнора или разговора со старушкой-аптекарем. Мадам Малкин покачала головой:
– Бедный ребёнок. Лютный – отвратительное место, неудивительно, что ты расстроился. И меня не оставляет мысль, будто мы с мистером Сметвиком оказали тебе дурную услугу.

– Я очень скучаю по дому. Надеюсь, мистер Малфой сдержит обещание.

– Гарри, милый, это кажется мне сделкой с Мордредом. Ужасная семья, без шуток.

– Драко мой друг, – Гарри потёр шрам, тонкий и почти незаметный. – У меня были случаи убедиться в этом.

– Ты ещё совсем мальчик, – тихо сказала миссис Малкин. – А я… Я овдовела в войну. Мой муж был обычным портным. Он вышел из дома перекинуться парой слов с поставщиком да купить булочек к чаю. И не вернулся. Бой на улице, шальное заклинание. Он даже палочку достать не успел, мой Эдвин.

– Я соболезную вам, миссис Малкин, – Гарри побледнел. – Простите.

– Малфои и им подобные затеяли эту бойню. Без них Тот-Кого-Нельзя-Называть никогда не обрёл бы свою чудовищную силу.

– Простите, – повторил Гарри. – Но я учусь в Слизерине. Там тоже много сирот. А война после войны – это неправильно. Простите.

– Это ты меня прости, милый, – грустно улыбнулась мадам Малкин. – Я не хотела тебя огорчать. Но эти люди опасны, как бы смирно они не вели себя. Будь осторожен, прошу тебя.

Поттер кусал губы, стараясь не разреветься. Почему всегда приходится выбирать? Между домом и Хогвартсом, между Слизерином и Гриффиндором, между мадам Малкин и «опасными людьми», которые – Гарри это видел своими глазами! – тоже люди, и очень неплохие.

– Мерлин великий! – всполошилась мадам Малкин. – Не слушай глупую ведьму, язык у меня что помело. Мистер Сметвик всегда велит мне помалкивать. «Оливия, – кричит, – с тобой свихнуться можно, кончай кудахтать!»

Гарри невольно улыбнулся и сморгнул слёзы:
– Это единственное, в чём он неправ, миссис Малкин. Вы самая лучшая!

– О! – портниха проворно вскочила со стула и взмахнула палочкой. – Акцио, мантии Гарри Поттера! Кое в чём я и вправду лучшая. Смотри-ка!

Она распаковала свёрток и с гордостью показала Гарри дюжину самых разных мантий: форменных, повседневных и парадных. Потом они, как всегда, поспорили об оплате этого великолепия, и герой Поттер проиграл бой вчистую.

– Милый, я обязана тебе солидной прибылью. В этом году весь Хогвартс будет щеголять в мантиях от «Золотого мальчика». Так и договоримся – студентам я шью твои прошлогодние модели, а ты носишь новые – особенные. Это будет рекламой, верно, мистер герой?

Когда Гарри, нагруженный свёртками, очутился у магазина «Всё для квиддича», Рональд находился в практически невменяемом состоянии.

– Полтора часа, Поттер! Полтора часа торчать перед зеркалом! У тебя совесть есть?

– Есть, – кивнул Гарри. – Я бы мог там остаться жить, но пришёл сюда. Цени.

Гермиона злорадно хихикнула, видно, рыжий и её успел достать до печёнок.

– Вот. Это «Нимбус-2001», – благоговейно прошептал Рон. – Смотри внимательно.

– Мистер Поттер желает приобрести метлу? – немолодой приказчик улыбнулся и провёл по полированному метловищу рукой. – Мы будем рады сделать вам существенную скидку, и вручить набор для ухода за метлой в подарок.

Рональд застыл не дыша, а Гермиона озадаченно уставилась на Поттера.

– Благодарю вас, мистер…

– Смиттерс, сэр.

– Мистер Смиттерс, я не слишком хорошо летаю, – улыбнулся Гарри, – эта красавица достойна большего.

Он тоже погладил метлу, ещё раз улыбнулся приказчику и вышел из магазина.

– Поттер, ты свихнулся! Он сказал – скидка!

– Ронни, это несколько сотен галеонов. Даже со скидкой. У меня их нет.

Уизли тяжко вздохнул и пробормотал:
– Да. Мама точно не согласится дать тебе ключ от сейфа. Она обещала вернуть его профессору Дамблдору.

– Вот видишь, – пожал плечами Гарри и обругал сам себя: «Надо было побольше денег достать, идиот, и переложить в сейф на имя Дурсля».

– А чары? Ты посмотрел на чары?

– Тупик, Рональд. Во-первых, я ничего не понял. Во-вторых, у меня просто сил не хватит такое повторить – уж очень крутая метла.

– Но у тебя же дар! Поттер, ты не врёшь?

– Я полукровка, Уизли. У меня ошметки дара. Я три часа перебирал прутья, и дохлая рухлядь превратилась в рухлядь обычную. А чары полёта вообще твой папа накладывал. Так что ничего не выйдет, смирись.

– Гарри, ты так говоришь, будто способности зависят от происхождения, – осуждающе сказала Грейнджер. – Каждый сам…

– Гермиона, – перебил её Гарри. – Выполнишь мою просьбу? Отлично. Как только приедешь в Хогвартс, расспроси у своих приятелей о наследовании магических способностей. И Уизли, и Лонгботтом родом из старых чистокровных семей. Невилл вообще, кажется, из лордов. Спрашивай, пока не признаются. Помнишь историю с Фламелем? Так вот, тряси их, как авроры Пожирателя, и узнаешь много интересного.

– Х-хорошо, – растерянно сказала Гермиона, а Рональд побагровел, но удержал язык на привязи.

Дальнейший путь они проделали в неловком молчании.

По дороге в книжную лавку Гарри докупил писчих принадлежностей, зашёл в аптеку за ингредиентами, а потом приобрёл пакет с самым дорогим совиным печеньем – перед Буклей следовало извиниться. Молодой весёлый приказчик в зоомагазине узнал Гарри, похвастался парадной мантией от мадам Малкин – «Как у вас, мистер Поттер! Вся премия ушла, но моя Лиз назвала меня сладеньким!» – и взял автограф для своей невесты, некоей Элизабет. В благодарность он уменьшил покупки и помог уложить их в холщовый мешок из-под корма для клобкопухов.

Гермиона надолго застыла возле клеток с книзлами и грустно вздыхала, сокрушаясь о дороговизне породистых животных. «Жабу возьми, – недовольно буркнул Рон, – и замуж за Лонгботтома выйди. Он тоже лорд. Как Малфой, только Пупс».

Гарри рассмеялся, а Грейнджер обиделась. Что удивительно, на Гарри.

У книжного магазина собралась огромная очередь, и Гарри непроизвольно попятился назад. Создание фан-клуба он не планировал, а толпа у входа в лавку отчего-то страшно нервировала.

– Это же Гилдерой Локхарт! – восхищённо взвизгнула Гермиона и уставилась влюблённым взглядом на объявление в окне магазина: «Гилдерой Локхарт подписывает автобиографию «Я – волшебник» сегодня с 12.30 до 16.30».

Рональда перекосило.

– И ведь сам на среде настоял, – простонал он. – Чуешь, Поттер, насколько не мой этот мордредов день?

– Тот самый увеселитель упырей? – обрадовался Гарри. – Прикольно. Так это его тётечки собрались? Гермиона, а ты откуда об этом бойце знаешь?

Магазин действительно осаждали дамы средних лет, возраста миссис Уизли или чуть помладше. Сама мать рыжего семейства уже стояла у самых дверей и энергично махала сыну.

– Это великий маг, Гарри, – проговорила Гермиона мечтательно. – О нём все знают.

– Особенно упыри, – вставил Рон, и Поттер схватился за живот от смеха. Бедный боевик Локхарт наверняка не рассчитывал на подобный кошмар.

– Большое спасибо, миссис Уизли, я и не мечтала увидеть мистера Локхарта воочию, – пролепетала Грейнджер.

Мамаша Уизли растроганно обняла её, а стоявшая рядом Джинни посмотрела на Гарри, уставилась в землю и заполыхала всеми оттенками красного цвета. Герой Поттер подавил нестерпимое желание сплюнуть на тротуар, как давешняя старушенция из Лютного, и ткнул Рональда локтем в бок:
– Где остальные?

– Уверен, прячутся, – пробурчал рыжий. – Только мы с тобой и встряли, – он всмотрелся в гомонящую толпу и кисло добавил: – Ан нет. Вон папа с Грейнджерами идут, вон близнецы чешут, а вон и Перси подгрёб. Видно, мать обещала оставить их без ужина.

Гарри фыркнул в сложенные ладошки, и тут подошла их очередь.

– Проходите живей, – поторопил усталый волшебник на входе. – Соблюдайте порядок.

– Нам ещё учебники, – робко напомнил Гарри, но тот только рукой махнул.

Учебники в стопках, разложенных по курсам, громоздились на ближайших ко входу полках и столах, а в глубине магазина сидел улыбчивый парень в окружении собственных портретов.

– Какой красивый! – ахнула Гермиона.

– Совсем молодой, – изумился Гарри. – Он с первого курса за контракты взялся?

– Голубая мантия, – с отвращением пробормотал Рон. – Поттер, я тебе родню нашёл.

– Я твою тоже поищу, – пригрозил ему Гарри, – в Запретном лесу. Это не мой родич, Ронни, а дамблдоров. Смотри – лазурная мантия, шляпа в тон, кольца…

– Неужто и коз любит? – хохотнул какой-то маг с пышными усами и пивным животом и тут же схлопотал от своей супруги увесистую затрещину.

Гарри покраснел – эту сплетню он слышал от Флинта, причем речь шла не о самом профессоре, а о младшем брате того – и счёл за благо сделать вид, будто незнакомый маг ничего такого не сказал.

Миссис Уизли затормошила Джинни:
– Посмотри, посмотри, это же сам мистер Локхарт! О, Мерлин!

Вокруг парня в голубом суетился колдограф, а тот принимал картинные позы и раздавал воздушные поцелуи. Гарри насторожился, потому что внезапно не смог представить ни одного из знакомых боевиков в голубой шляпе с золотым галуном. Вместо картинок модного показа перед глазами почему-то всё время представал Маркус Флинт с перекошенной от бешенства рожей и разбитая в щепки парта из кабинета зельеварения.

– Осторожней! – заорал Рон, которому колдограф отдавил ногу, и в лавке наступила тишина.

Гилдерой Локхарт поднял голову, всмотрелся в толпу и вдруг вскочил, словно у сиденья его стула отросли зубы.

– Гарри Поттер! – закричал он, и присутствующие в магазине дружно ахнули в неподдельном восторге. – Наш герой Гарри Поттер здесь!

Струхнувший герой поискал глазами выход и понял: не пробиться.

Между тем, Локхарт подскочил к Гарри, потряс ему руку в крепком рукопожатии и потащил героя к своему столу.

– Улыбку, Гарри! Мы украсим первые полосы!

Поттер послушно оскалился в колдокамеру, нашёл взглядом Рональда и тоже послал ему воздушный поцелуй. Джинни насупилась, а Рон сделал вид, будто его сейчас стошнит.

Между тем Локхарт притянул Поттера к себе почти вплотную, покровительственно обнял за плечи и в цветистых выражениях пообещал подарить герою комплект своих книг.

Дамы зааплодировали. Гарри тут же принял свой самый кроткий вид, смущённо потупился и был вознаграждён хоровым «А-ах, какая он прелесть!» умилённых дам.

Локхарт оказался парнем неревнивым: он звонко засмеялся, погладил героя по голове и мановением руки потребовал тишины:
– Леди и джентльмены! Я с превеликим удовольствием и гордостью сообщаю вам, что с первого сентября я приглашён занять пост профессора защиты от темных искусств в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс»! (1) Отныне ты, Гарри, и твои друзья получат в своё распоряжение не только мои книги, но и мой бесценный опыт – весь без остатка. Всё для процветания магической Британии!

Бурная овация длилась минут пять, не меньше. Занервничавший Поттер использовал это время с толком – он тщательно принюхался к новому обладателю проклятой должности и внимательно пригляделся к покрою его щегольской шляпы. Предполагаемый самоубийца благоухал приятным и ненавязчивым парфюмом, а его затылок в золотых кудрях был на виду. «Пока всё в порядке», – постановил Гарри и облегчённо выдохнул.

Гилдерой Локхарт торжественно вручил Поттеру подарок и наконец отпустил с миром. Миссис Уизли всплеснула руками:
– Ах, Гарри, как же вам повезло! Занятия у мистера Локхарта – это должно быть незабываемо!

– Не сомневаюсь, мэм, – вежливо склонил голову Гарри и спросил у Гермионы: – Ты себе учебники уже купила? Отдай, пожалуйста, свой комплект Джинни, а я тебе подарю эти, с автографами.

– Но Гарри! – воскликнула потрясённая Гермиона. – А как же ты? Это же…

– А я себе куплю обычные, мне без разницы.

– Но… Сам мистер Локхарт… Автограф…

– Грейнджер! – прикрикнул Гарри, подражая Ургхарту. – Бери и не выделывайся! Автограф я и сам кому хочешь дам!

Счастливая Гермиона бросилась Гарри на шею, а Джинни что-то буркнула, покраснела и уставилась в пол.

– Вижу, ты счастлив, Поттер! – вдруг раздался за спиной полный яда голос. – Не успел купить учебники, как уже попал на первую полосу «Пророка»! А ведь слава, Поттер, это ещё не всё.

«Драко! – сердце у Гарри на миг остановилось, а потом зачастило, сбиваясь с ритма. – Ура, пришёл!»

Он обернулся:
– Привет, Малфой! Тоже за учебниками? Как дела?

– Похуже, чем у тебя, – усмехнулся Драко и пожал Гарри руку. – Ни славы, ни оваций. Обидно.

– Не приставай к нему, – сказала вдруг Джинни резко. – Он этого не хотел!

– Чего не хотел? – не понял Гарри и вопросительно уставился на седьмую Уизли. Насколько он помнил, это были первые её слова за всё время их знакомства.

– Поклонница, Поттер? – скривился Драко. – Страшненькая.

– Молодой человек! – возмутилась миссис Уизли. – Как вам не стыдно!

Малфой завел глаза и с показным смирением вздохнул:
– Прошу прощения, мэм. Поттер, ты всё купил? Подожди меня, и пойдём к Фортескью. Встречу нужно отметить.

– Гарри никуда с вами не пойдёт! – отчеканила миссис Уизли. – Мы собирались домой.

– Поттер, тебя усыновили? А почему именно Уизли, получше никого не нашлось?

Миссис Уизли задохнулась от возмущения, а Гарри напрягся. Чётких инструкций старший Малфой не оставил, и Поттер никак не мог сообразить, что ему делать. Судя по тону Драко, тот изо всех сил нарывался на скандал. Может быть, пора впадать в истерику?

– Драко, пожалуйста, – дрожащим голосом сказал он. – Я в гостях до конца лета.

– Гостям, – растягивая гласные, процедил Малфой, – принято угождать. А это больше похоже на… Тебя что, держат насильно?

Поттер замотал головой.

На шум потихоньку подтягивалось всё рыжее семейство: Мистер Уизли и близнецы пробирались через толпу, а Перси настороженно застыл у полок с учебниками. Родители Гермионы стояли в сторонке, с удивлением и страхом наблюдая за разгорающейся ссорой.

– Отстань от него, Хорёк! – не выдержал Рон. – Сказано тебе, мы идём домой!

– Вали, куда хочешь, Уизел, – махнул рукой Драко. – Поттер, ты точно здесь по доброй воле?

– Мистер Малфой, – запыхавшийся мистер Уизли встал перед Драко и погрозил ему пальцем. – Будьте добры, отпустите Гарри. Мы закончили с покупками и торопимся домой.

– Кого я вижу, – этот вкрадчивый баритон не узнать было невозможно. – Артур Уизли!

Люциус Малфой неторопливо подошёл к сыну и опустил руку ему на плечо. Протискиваться сквозь толпу бывшему УПСу не пришлось – маги с такой поспешностью освобождали ему дорогу, что становилось не по себе.

– Здравствуйте, Люциус, – холодно сказал мистер Уизли и воинственно выпятил подбородок.

– Отдыхаете от ночной работёнки? – криво ухмыльнулся старший Малфой, и Гарри немедленно обзавидовался: эту чудесную ухмылочку он подсмотрел у Драко и долго отрабатывал её перед зеркалом, но она ему никак не давалась. – Сверхурочные вам хоть платят?

Он смерил презрительным взглядом всё рыжее семейство, особо задержав его на Джинни и миссис Уизли, вздохнул с притворным сочувствием и выплюнул:
– Судя по всему, нет. Так стоит ли позорить звание волшебника, если за это даже не платят?

Мистер Уизли побагровел:
– У нас с вами разные представления о позоре.

– Воистину, – обронил лорд Малфой и перевёл тяжёлый, давящий взгляд неприятно светлых глаз на Грейнджеров. – По ночам – обыскивать жилища честных магов, а днём – якшаться с маглами. Ниже падать некуда, Артур Уизли.

Гермиона побледнела, да и сам Гарри, честно говоря, струхнул. Вот сейчас в пыточные бригады верилось легко: для полноты образа Малфою не хватало только эсэсовской фуражки. А так – палач палачом.

«Сделка с Мордредом», – вспомнил Гарри; его передёрнуло.

Тут мистер Уизли внезапно сорвался с места и с криком: «Не сметь обижать моих друзей!» – ухватил старшего Малфоя за грудки и с силой толкнул его. Тот врезался спиной в стеллаж; посыпались книги.

– Так его, папа! – заорали близнецы, а миссис Уизли принялась умолять мужа прекратить драку.

Гарри тихо выругался и укрылся за ближайшим столом на случай если противники примутся обмениваться заклинаниями. Но старший Малфой лишь оттолкнул мистера Уизли, наседающего на него с кулаками. Теперь папаша Артур тоже барахтался под горой книг.

Дамы завизжали, и толпа ринулась к выходу, сметая книжные полки. Продавцы безрезультатно пытались прекратить панику. Гилдерой Локхарт с весёлым изумлением наблюдал за побоищем; он даже со стула не встал.

– А ну-ка разойдись! – громыхнул знакомый бас. В лавку вломился Хагрид и кинулся разнимать драку. – Чисто сумасшедший дом! Все на улицу, живо!

– Не торопитесь! – недобро сверкая глазами, сказал Малфой. Его зловещий вид не портил даже внушительный фингал. – Я вызываю аврорат, Уизли. Вы на меня напали при свидетелях. Кроме того, я намерен заявить о похищении ребёнка, – он ткнул концом трости в сторону Гарри. – Вы силой удерживаете мистера Поттера в своём доме.

– Нет-нет, – вмешался Гарри. – Не нужно вызывать аврорат, милорд. Давайте, я просто отправлюсь к моим родственникам, и мы всё забудем.

– Я был бы рад, мистер Поттер, – протянул старший Малфой, скривившись, – вверить вас вашей незавидной судьбе. Но увы, распределение в Слизерин заставляет меня печься о вашем благополучии. Случись с вами какое-нибудь несчастье, меня мигом обвинят в организации покушения на драгоценную жизнь героя. Пусть авроры разбираются в этой странной ситуации, а ещё я немедленно поставлю в известность министра и главу департамента магического правопорядка.

Персиваль побледнел, а мистер и миссис Уизли встревоженно переглянулись. Грейнджеры порывались уйти, но никак не могли уговорить Гермиону последовать за ними.

– Господа, – раздался звонкий и мелодичный голос Гилдероя Локхарта, – какое-то затруднение? Не могу ли я чем-либо вам помочь?

Правая Рука мазнул по нему взглядом и взмахнул палочкой, вызывая патруль.

Тройка авроров после яростных препирательств с Малфоем отправила послание начальству, а Драко незаметно сжал Гарри пальцы и встал рядом со своим отцом.

Потом явился хозяин книжной лавки и, заламывая руки, побегал от авроров к Локхарту и обратно с какими-то невнятными просьбами и извинениями. Локхарт, выслушав его лепет, царственно кивнул, сверкнул напоследок улыбкой и покинул разгромленный магазин.

Через некоторое время в лавку заявился сам Руфус Скримджер в сопровождении ещё трёх авроров.

– Что здесь происходит? – хмуро осведомился он. – Помолчите, Малфой. Мистер Поттер, с вами всё в порядке?

Герой понял – пора впадать в истерику. Но он уже настолько устал, что эффектной истерики не получилось. Гарри, вздрагивая и зябко ёжась, тихо поведал Главному аврору о своих сегодняшних мытарствах: от визита в Лютный переулок до недавней потасовки глав чистокровных семей. Уже на упоминании Лютного Скримджер со свистом втянул в себя воздух и сказал пару непечатных слов, даже не подумав извиниться перед дамами.

– А почему вы покинули дом своих опекунов, мистер Поттер?

– Меня забрали. В смысле, пригласили погостить, – поколебавшись, ответил Гарри.

– Правду, мистер Поттер! – мигом учуяв заминку, рявкнул Скримджер.

Пришлось рассказывать всё с самого начала и при этом тщательно подбирать слова. Ссориться с кланом Уизли не хотелось – это грозило немалыми проблемами в будущем.

А вот Скримджера перспектива разругаться с рыжими, похоже, только обрадовала.

– Партизаним, значит, – нехорошо улыбаясь, протянул он. – Подменяем законные органы правопорядка и присваиваем их полномочия. Ты, лысый хрен, не забыл, что ваш траханый орден распущен десять лет тому как?

– Мистер Скримджер, – напомнил о себе старший Малфой. – Мне хотелось бы…

– Благодарю за бдительность, милорд, – не оборачиваясь, процедил Главный аврор. – Ваше присутствие уже не требуется.

– Но мистер Поттер…

– Будет доставлен по месту постоянного пребывания и помещён под охрану.

– Я этого так не оставлю! – пригрозил Люциус, ухватил сына за руку и стремительно вышел из лавки, не забыв бросить презрительный взгляд на Гермиону и её родителей.

– Мистер Поттер, вы всё приобрели для школы?

Гарри схватил с уцелевшего стола стопку учебников для второго курса, оставил деньги и кивнул.

– Тогда мы аппарируем к дому ваших родственников. Не волнуйтесь о своей безопасности, за вами будет вестись наблюдение. Готовы?

Поттер опять кивнул, собрал прочие покупки, торопливо попрощался с Грейнджерами и Уизли, особо улыбнулся миссис Уизли – «Мне было хорошо у вас дома, мэм. Благодарю за чудные каникулы!» – и выбежал вслед за аврорами.

Истерика всё-таки случилась.

Как только Гарри увидел свой дом, он разревелся. Скримджер неловко гладил его по спине и бормотал, что осталось потерпеть совсем немного. «Скоро в Хог, а здесь вы в безопасности. У рыжих слишком много недоброжелателей, сами видели. Крепитесь, на следующее лето мы что-нибудь придумаем обязательно».

Гарри мысленно застонал, но решил не портить себе настроение. К следующему лету он тоже что-нибудь придумает. Затем он поблагодарил Скримджера за помощь и участие, ещё раз высморкался и пошёл домой.
_________________________________
(1) Дж.К.Роулинг «Гарри Поттер и Тайная комната» (пер. изд-ва «РОСМЭН»)