КОКОН. Эндорфин

      Рано утром меня разбудила Блейз, суетливо собирающаяся. Я кое-как продрала глаза и некоторое время смотрела на Сиреневую кошку, приходя в себя ото сна и внимая тому, что происходит.       – Домой пора, – кинула Блейз отстраненно. – Нагостилась.       – Да мы тебя не выгоняем, – зевнув, ответила я.       – Понимаю, – улыбнулась девушка. – Всё хорошо, конфетка.       Я поднялась с кровати, расправив шторы. Солнце только-только вставало. Блин. Раннее утро. Насколько я поняла, Блейз вообще не спала. Или спала всего пару часов. Так или иначе, держать её взаперти никто не будет.       Блейз обняла меня и направилась к выходу. Крим звёздочкой разложилась на расправленном диване в зале и мирно сопела. Я уставилась на Блейз. Она же в ответ окинула меня проницательным взглядом, а затем скрылась за лестничной клеткой. Закрыв дверь и вернувшись в комнату, я снова легла, но уснуть уже не могла. Часы на смартфоне показывали 7 утра. Ну что ж, проведем это время с пользой.       Заглянув в рабочие чаты, я обнаружила, что у нас нехватка сотрудников на сегодня. Почему бы и нет? Сегодня всего одна пара. Не особо интересная, но сейчас не время что-либо прогуливать. После учёбы можно и на работу заскочить, так сказать, скоротать вечер. И я успешно вписала своё имя в график работы.       Всё утро я провозилась на кухне, готовя вкусный (как мне кажется) завтрак. Бутерброды всех форм и расцветок, со всем, что только можно. А вместо жареных яиц вполне сойдёт питательная каша, поскольку яичница себя явно и банально изжила.       В какой-то момент я задумалась о вчерашнем. Страшные силуэты тех вояк мелькали перед глазами. А самое жуткое – слова Элиаса, эхом проносившиеся в голове. Внезапно передо мной в мгновение ока возник рыжий силуэт, от чего я, вздрогнув, уронила кастрюлю с кашей на пол. Содержимое мгновенно распласталось по всей кухне.       – Ты чего пугаешь? – завопила я.       – А ты чего шумишь? – сонно пробурчала Крим.       Рыжая девушка протёрла глаза и внимательно посмотрела на происходящее.       – Половую кашу я есть не буду, – улыбнулась она.       Я закатила глаза, злобно глядя на напугавшую меня подругу. Сжалившись надо мной, она принесла из ванной тряпку и помогла мне всё убрать. На завтрак всё же была яичница с кучей импровизированных бутербродов.

***

      Крим уже как пару часов ушла на занятия. Я же заняла себя уборкой жилища и вполне успешно навела красоту. Время уже подходило к тому, что стоило готовиться к выходу. Надеюсь, сегодня обойдется без происшествий и каких-либо приключений. Нет, конечно, это классно. Будет что рассказать на досуге, но не так, чтобы всё вот так разом наваливалось.       Накинув на себя более-менее приличную одежду, я обратила внимание на телефон, который уже несколько минут беззвучно звонил. Номер не высветился, и я насторожилась. Телефон потух и вновь завибрировал. Определитель номера явно не справлялся со своей работой, и вместо цифр снова появилась надпись «Неизвестный номер».       «А знаешь что? – мысленно крикнула я самой себе. – Плевать!»       Палец скользнул по зелёной кнопке.       – Ты труп! – крикнул мой собеседник. Это явно была девушка.       – Это только обещания, – попыталась съязвить я.       – Шутишь? А мне вот не до шуток, – голос был мне отчетливо знаком.       – Салли?       – А кто ещё? Сука!       – Что надо? – холодно спросила я.       – От тебя? – Салли набрала воздуха. – От тебя теперь только сдохнуть!       Я замолчала, не зная, что ответить.       – Не поняла? Ты нас подставила! Мой брат сейчас в жопе из-за тебя. Да! Да, я знаю, что это была ты!       Моё молчание затянулось.       – В общем, до завтра, сука, ты не доживешь!       – Ты о чём? – дрогнул мой голос.       – Не прикидывайся невинной овечкой. Или ты настолько тупая? Вместе с Сильвером будете рыб кормить на дне озера. Можешь прятаться, как Сильвер, но это тебе не поможет.       Из услышанного я поняла, что Сильвера они ещё не нашли.       – И если ты ещё не поняла, то наш уговор, что ты можешь свободно ходить, уже не в силе. Из тебя сделают ежиный омлет.       Телефонная линия разъединилась. Я ещё пару секунд слушала гудки. Руки задрожали. Не понимаю, что делать. Ситуация выходит из-под контроля, если уже не вышла. Поток мыслей не давал мне нормально соображать. Что происходит? Никаких ответов, зато непонятные угрозы.       Я суетливо начала листать телефонную книгу в надежде, что кто-то из контактов поможет мне во всём разобраться. Тейлз был первым в списке, кто мог бы хоть что-то прояснить. Я набрала его номер и стала ждать ответа.       – Тейлз? – нервно бросила я.       – Эми, – ответил собеседник. – Я как раз собирался тебе звонить. Тут пиздец новости.       – Что такое? – снова дрожащим голосом спросила я.       – В полицию поступили анонимные данные о делах Эйкорнов. Я точных подробностей не знаю, но знаю точно, что у Элиаса сейчас проблемы с партнёрами в его бизнесе. Судя по отчетам, с ним разорвали контракты на поставки.       – Поставки наркотиков?       – Нет! Он же метил в открытый и легальный бизнес, а из-за тёмных делишек его отстранили от дел. Контракты аннулировали. Насколько я знаю, от полиции он с семьёй отмазался, а от инвесторов – тю-тю, нисколечко.       – Тейлз… – чуть ли не шёпотом произнесла я. – А тот склад…       – Там не просто держали Сильвера, оказывается. Это лаборатория, где они собственноручно делали палёнку, как выяснилось, отвратного качества. Лабораторию опечатали, а с теми, кто там был, сейчас проводится расследование и разъяснения.       – Тейлз? Тейлз! – я сорвалась на крик. – Мне только что угрожали расправой. Это единственное, за что сейчас можно зацепиться.       – Зацепиться? Постой, – Тейлз поник. – Ты там была?       Я промолчала, уставившись в пол, и кивнула. Кажется, даже не видя этого, Тейлз всё понял.       – Дело плохо.       Эти слова нисколечко меня не приободрили. К горлу подступил ком.       – Я что-нибудь придумаю. Если это не фальшь, то тебя явно нужно спрятать. Ты связывалась с Шедоу?       – Нет, – пискнула я.       – Я с ним свяжусь. Никуда не выходи и жди нас.       – Хорошо.

***

      Телефон тут явно был ни при чём. Хотя он первым полетел в стенку. Так. Нужно успокоиться и всё переосмыслить. Нужно разобраться. Я поплелась на кухню и дрожащими руками налила себе стакан воды. Как же тяжело пить воду, когда руки тебя слушаются через раз. Если выбирать между ночными кошмарами, которые преследовали меня не так давно, и опасными приключениями, нужно быть полной дурой, чтобы выбрать второе. Хотя, скажу откровенно, я предпочла бы не выбирать вовсе.       Шедоу связался со мной минут через пятнадцать, а через тридцать уже был возле моего дома. По его словам, никаких банд рядом и слежки не было. Может быть, тот звонок был шутки ради? В любом случае, перестраховаться стоило. Он что-то говорил. Он много говорил. Что-то, что я должна была слушать, но из-за своего состояния отказывалась это делать. Как только Шедоу пришёл, я вцепилась в него и долгое время отказывалась отпускать. Он прижал меня к себе, прошептав, что всё будет хорошо.       Всё будет хорошо. Не сомневайся.       Черно-красный ёж помог мне собрать вещи на какое-то время. Отзвонился Наклзу и обрисовал ситуацию. Шансы на моё, так сказать, спасение были. Вернее сказать, на то, что я смогу в дальнейшем ходить по улице, не оглядываясь.       Пары на сегодня, как и работа, явно отменяются. Сейчас бы залечь где-нибудь, пока парни разбираются. Если эти разборки вообще к чему-нибудь приведут. Я поняла, что на меня решили спустить всех собак и сделать крайней. Данные, которые получила полиция в своё распоряжение, как я поняла из многочисленных разговоров, как будто слила я. Если Элиас со своей сестрой действительно так думают, то сейчас я в не меньшей опасности, чем Сильвер. Изначально я начала грешить на Блейз, но после разговоров с ней удостоверилась, что в полицию явно ходила не она. Оставалось больше вопросов, чем ответов. Вот так, в мгновение, мои надежды на мирную жизнь улетучились. Грустным оставался тот факт, что я наотрез отказывалась это понимать, но действовала строго по указаниям тех, кто смыслил в подобном больше.       Шедоу пригласил меня к себе на какое-то время. Он говорил, что за городом есть небольшой домик, но на данный момент без ремонта и не предназначенный для жилья. И пока он там доделывает ремонт, можно залечь у него в квартире в пределах города. Ну что ж, вариант достойный.       Забавно, что когда собираешь всё самое необходимое, хватает и одного рюкзака, а не баула с вещами. Так мы и побрели. До Шедоу добрались без каких-либо происшествий. На телефон стала названивать Крим, и я всё в подробностях рассказала, что, мягко говоря, повергло её в шок.

***

      – Какой-то сумбур, – высказала я с некой грустью в голосе.       – Прекрасно понимаю, – спокойным тоном, даже с холодной отрешённостью, ответил Шедоу.       Подумать только. Ещё сегодня утром начинался мой привычный день. А к обеду я уже сменила место жительства на неопределённый срок. Слишком быстро. Слишком запутанно. Слишком непонятно. Голова наотрез отказывалась воспринимать происходящие события за правду. Так не бывает…       Чёрный Ёж приободрил меня и устроил мини экскурсию по своему жилищу. Но выглядело это примерно так: «Тут ванная, здесь я кушаю, здесь сплю, а вот здесь устроим тебе местечко для ночлега».       – Понимаю, что всё это весьма сумбурно и в определённой степени непонятно, – говорил мне Шедоу, изменившись в лице на более понимающее.       – Как-то молниеносно. Не находишь?       – Возможно.       – Я не умею настолько быстро принимать решения.       Чёрный ёж кивнул, подходя ближе.       – В любом случае, – продолжил он, – это ради тебя. Не уверен, что ты захочешь присоединиться к Сильверу, если не хуже.       Я примостилась на большом диване, свесив ноги на пол. Вцепилась в Шедоу терзающим взглядом непонимания. И без конца теребила лямку рюкзака, не спеша раскладывать свои вещи.       – Не зря ли мы панику разводим? Ради чего?       – Ради тебя.       – Давай предположим, что Салли мне звонила просто прикола ради. Просто поугрожать, чтобы вывести из себя. У неё со мной просто личные счёты из-за Соника. А мы тут уже устроили игры в беглянку. Внезапный переезд и всё такое. Просто…       – Просто-просто, – раздражённо высказал мой собеседник, – у тебя всё просто! Начнём с того, что они просто так не угрожают. Соник для них не был так важен. Так что его в расчёт не берём. Но если Салли и Элиас действительно считают тебя виноватой в том, что их лабораторию накрыли, то оказаться в больнице с переломанными руками и ногами для тебя будет за счастье.       Шедоу резко остановился и медленно отошёл, наблюдая за мной.       – Как ты сказала? Рыб кормить на дне озера? Ежиный омлет?       Я уже хотела ответить, но промолчала, опустив взгляд на пол. Да, чего тут непонятного? Меня обещали пустить на омлет. А после скормить рыбкам. Полагаю, что именно в такой последовательности. В голову проникла неотступающая тревожность.       Сейчас мне явно не хватало никотина в организме для успокоения. Спросив разрешения у хозяина квартиры, я направилась на балкон. Дым привычно ударил по лёгким, расслабляя нервные клетки. Накатил ком мыслей. Возможно, этого мне сейчас и не хватало. Буквально пара минут, чтобы всё обдумать и прийти к выводу. Пускай и не самому приятному. Давай-ка ещё раз. Непонятные угрозы расправы. Обвинение меня в случившемся. И переезд в темпе скоростного поезда. Вроде ничего не забыла. Хотя переездом это трудно назвать, а скорее временное пребывание в ином месте для собственной, так сказать, безопасности. Крайняя мысль улетела вместе с выдыхаемым дымом в сторону улицы. Привычный уже мне холодок заставил вернуться в тёплое помещение.       Шедоу, судя по звукам, что-то делал на кухне. Очевидно, я направилась за ним, наблюдая за его привычным бытом. Скажем так, на еду то, что он делал, похоже не было. Или напоминало лишь отдалённо. Как я потом выяснила, он для себя делал витаминный коктейль.       – Крим сказала, что может затусить у Блейз, раз такая ситуация, – как будто невзначай проинформировала я.       – Хорошо, – ответил Чёрный ёж, отвлекаясь на моё появление.       Я около десяти минут простояла, наблюдая за его приготовлениями. Интересно, однако, чем питается наш спортсмен. Однако зрелище однообразное, и я довольно быстро потеряла к этому интерес, направляясь в прихожую.

***

      Долгое время я не горела желанием доставать свои вещи из рюкзака. Как будто от этого зависела моя судьба и ещё миллионов мобианцев. Однако, пристроив их на одну из полок в шкафу зала, долгое время не выходила из комнаты, разложившись на гостевой кровати и летая в своих мыслях.       Шедоу несколько раз предлагал сообразить чай или кофе, но я раз за разом отказывалась. Есть не хотелось от слова совсем. В один момент меня окутала неловкость всего этого положения. Шедоу же вёл себя буднично. Какой-то он прямо непробиваемый.       Дело уже близилось к вечеру. Чёрный ёж пропал с моего визуального радара. Сначала уходил, не сообщая мне, куда конкретно. А потом и вовсе засел в одной из комнат жилища. На меня давила грусть, и меня охватило желание поговорить, не важно о чём. Главное – отвлечься от происходящего.       Я направилась к закрытой комнате, которую, кстати, Шедоу мне не презентовал во время своей экскурсии. Что ж, надеюсь, он там ничем плохим не занимается. Постучав и предупредив, я приоткрыла дверь и заступила на порог комнаты.       От увиденного я впала в неожиданный ступор. Шедоу сидел на импровизированной скамейке с гантелями в руках, по очереди поднимая и опуская их. Я начала чувствовать, как моё лицо покрывается румянцем от взгляда на накачанный и оголённый торс мобианца.       Пробыла я там буквально несколько секунд и пулей вылетела в коридор. Блин, как же неловко! Щёки прям запылали. Не сочтёт ли он это странным? Я, как маленькая девочка, засмущалась полуголого парня. Он ведь не делал ничего плохого, просто тренировался. А я беспардонно нарушила его занятие. Но чёрт возьми. Не могу не признать, что увиденное мне понравилось.       Дверь отворилась. Шедоу вышел следом и лицезрел меня, всем телом прижимающуюся к стенке. Я закусила нижнюю губу и, как дура, неловко улыбнулась.       – Что-то случилось?       – Нет, просто поболтать хотела…       – Хорошо, но давай чутка позже.       – Я… Давай.       Мне показалось, что Шедоу вовсе не заметил моего странного поведения и вернулся к своим делам. Я же вернулась в прихожую и вновь расстелилась на кровати, коротая вечер.       Довольно скоро Чёрный ёж составил мне компанию. За весьма короткое время он закончил свои упражнения и успел сходить в душ. Его появлению я была несказанно рада, пытаясь завязать разговор на различные темы. В очередной раз Шедоу предложил мне чай и перекусить. И в этот раз от чая я уже не отказалась. Но что самое забавное, у него оставался только пакетик сока, который я с радостью приняла.       Остаток вечера мы скоротали за разговорами, от которых становилось легче. Негативные мысли отскакивали прочь. Теперь я даже не знаю, как ко всему этому относиться. Неужели это всё часть какого-то глобально задуманного плана или простое стечение обстоятельств?

***

      Ещё один день. Странный? Да не очень. Главное – не привыкнуть к такому образу жизни. Сначала непонятные ухажёры, которые кидаются на тебя на улице. Потом проникновения в лаборатории, где делали наркотики. А теперь я прячусь у друга от криминальной семейки. Да я прямо героиня повести. Надеюсь, что история будет со счастливым концом. А начиналось всё с ночных кошмаров и истерик от того, что, божечки, Соник не мой суженый. Который, кстати, тоже куда-то запропастился. В последнее время никаких новостей или громких историй. Сейчас Шедоу и остальные понятия не имеют, куда он пропал. Ну что ж, одной проблемой меньше.       У Шедоу я пробыла уже не один день. Перестала ходить на учёбу и работу, проводя всё своё время в четырёх стенах. Иногда Чёрный ёж, оказывается, приезжал домой только поспать, да и всё. А временами забирал у меня телефон. Непонятно для чего. Чему я была не особо рада. В общем, одиночество вновь стало моим всем.       Солнечный свет ударил по глазам. Сегодня солнце было особенно ярким, и я пожалела о том, что забыла задернуть чёрные занавески на ночь. Я сползла с кровати и оглядела уже знакомый силуэт нуарного дизайна жилища парня. Когда-то чёрное и красное было в моде, наверное, лет десять назад, хотя по ощущениям – лет двести. Всё кажется таким вычурным. Умывшись и выйдя из ванной, я застала Чёрного ежа, который недавно приехал.       – Доброе утро, соня, – улыбнулся парень.       – Доброе утро, – ответила я, зевая и прикрывая ладошкой лицо.       – Держи, Крим просила передать, – он протянул мне небольшой пакет, в котором я разглядела парочку своих вещей и несколько коробок со сладким.       – Да уж, – протянула я, – самое необходимое.       – А то.       – Завтрак сегодня снова я готовлю? – мне кажется, что данный вопрос в ответе не нуждался.       – Заметь, не я это сказал, – подмигнул мне Шедоу.       Когда этот колючка стал таким… не колючим? Странный вопрос, не правда ли? За последние несколько дней он раскрылся мне явно не тем нуарным парнем, которого я знала всю свою жизнь, а кем-то другим. Кем-то более заботливым и светлым.       – Она ещё кое-что просила передать, – ёж замялся, но в миг вернул себе льдинку в поведении.       Я задумалась.       – И что же?       – Просила чмокнуть в щёчку, – процитировал парень, – исключительно от неё. Потом сказала, облизать шею, а потом… даже не хочу озвучивать, что она дальше там говорила.       – Догадываюсь, – рассмеялась я. – Я бы тоже предпочла не слышать, что она мне по телефону иногда говорит.       Я прошла на кухню с мыслью о том, что ужасно голодна. По шкафам у Чёрного ежа были расфасованы различные витамины, а в холодильнике – комплексные обеды. Ничего лишнего, хотя я и выяснила секрет того, чем питается наш колючка, который держит себя в хорошей форме вот уже много лет.       – Шедоу! – крикнула я. – Ты купил, что я просила?       – Да, – ответил мне ёж, и через некоторое время зашёл на кухню, протягивая пакет с продуктами.       – Вот это уже можно есть, – протянула я, раскладывая немногочисленные продукты на столе.       Приготовив завтрак на двух персон, я разложила тарелки и кружки на столе. Покрутив кружку в руках, я смотрела на Шедоу.       – Спасибо, – кинула я, максимально тихо.       Шедоу вопросительно посмотрел на меня, приподняв бровь.       – За то, что не оставил, – меня пробило на эмоции. – Я много думала обо всём этом. Обо всём происходящем…       Я приблизилась к Шедоу и уткнулась ему в грудь. Тот, в свою очередь, обнял меня в ответ. Прошептал ласковые слова, от чего я готова была замурлыкать. Чёрный ёж начал говорить о том, что Наклз сейчас разбирается с Эйкорнами. Я же устала это слушать и прижала палец к губам Шедоу. Не хочу слушать. Не хочу знать. Хочу насладиться моментом. В определённый миг я несколько растрогалась. Не знаю, сколько мы так стоим, но завтрак точно уже остыл.       – Ты так и не передал, что просила передать Крим, – промурлыкала я.       Шедоу понял, что я имею в виду. Мило улыбнулся и заглянул в мои глаза. В этот же момент я потерялась в его алых бездонных глазах. Моё лицо, словно магнитом, потянулось к его лицу. В этот же момент громко заиграл телефон, информируя о входящем вызове.       – Тебе звонят, – сказал ёж, отпуская меня и садясь за стол.       – Я знаю, – обиделась я.       Звонящим мне мобианцем на сей раз оказался мой преподаватель. Я выслушала лекцию о том, как плохо прогуливать пары, и что меня нет на занятиях вот уже три дня. Я наигранно начала кашлять.       – Простите, но я ужасно заболела.       – Заболела?       – Да, температура под сорок. Уже устала пить жаропонижающие. Ужасно всё болит. Тело ломит.       Я попыталась состроить максимально умирающий голос. Смотрящий на меня Чёрный ёж улыбнулся и закатил глаза. В этот момент захотелось его очень сильно ущипнуть.       – Ну что ж, выздоравливай. Ждём на занятиях.       Телефон отключился, и я демонстративно вздохнула. Прямо операция по спасению своей тушки. Шедоу уже доел свою порцию, а я только села за стол.       – Интересно, долго мне ещё так болеть? – задала я вопрос, будто самой себе.       – Не знаю, но надеюсь, недолго.

***

      Я уже говорила, что сидеть в четырёх стенах довольно скучно и утомительно? Если да, то повторю ещё раз. Скучно. И. Утомительно. Очередной мой день близился к вечеру. И в очередной раз Шедоу уехал по своим делам. Всё как всегда. Скучно и однообразно.       В голове мелькали ровно такие же мысли, когда я сидела дома, переполненная грустью, в объятиях меланхолии и тоски. Прогулки мне заменили походы на балкон – единственный источник свежего воздуха на данный момент. Пошарившись в своей сумке, я обнаружила, что у меня не осталось сигарет. Обычно их покупал мне Шедоу, но сегодня, видимо, забыл про них.       Живот предательски заурчал, а на кухне, по шкафам и холодильнику, оставались только различные смеси из витаминов. Продукты, купленные утром, за день уже разлетелись. Я состряпала несколько бутербродов из остатков уже несвежего хлеба, но этого оказалось ужасно мало, и есть захотелось ещё сильнее.       Сколько бы мне Шедоу ни говорил, что нельзя выходить из дома, я всё же решила пройтись до магазина. Купить себе сигарет и хотя бы чуть-чуть продуктов. А то помру тут голодной и безникотиновой смертью. Когда Шедоу вернётся, я точно не знала – это может быть час, может два, а то и три. Я накидала ему список того, что нужно купить, тот с неохотой согласился на часть не совсем обязательных продуктов. Видите ли, не хочет он мармеладных червячков. А я вот хочу.       Небольшой магазин находился прямо за углом. Я накинула на себя тёплую кофту (поняла всё же, что при такой погоде лучше ходить в тёплых вещах) и влезла в чёрные джинсы, которые когда-то давно принадлежали Чёрному ежу и уже поизносились. Зато на мне они смотрелись прилично. Ну как… Я бы сказала, вызывающе, подчёркивая бёдра, которые у парня были явно меньше моих.       Я вышла из подъезда и направилась в сторону магазина. Солнце уже собиралось уходить за горизонт и щадящими лучами пыталось слепить глаза. Всё же лучше, чем свет ламп и люстры. Стоило насладиться моментом и вдохнуть воздуха полной грудью.       Внезапный удар со спины отозвался дикой болью, от чего я пошатнулась вперёд. Попытавшись обернуться, дабы рассмотреть того, кто меня ударил, я получила ещё один удар кулаком, но уже по лицу. Я зажмурилась, и меня тут же сбили с ног. Следующий удар уже пришёлся ногой в грудь. Я откашлялась. И тут понимаю, что меня пытаются удержать, закрывая глаза. Попытавшись в очередной раз встать и отбиться, я порвала часть кофты, за которую мёртвой хваткой держался нападавший. Он был не один, и последнее, что я помню – удар сзади по голове. Очень сильный. Я почувствовала, как падаю на землю, теряя сознание.

***

      – Избранная? – эхом пронеслось вокруг.       Я почувствовала вкус крови во рту и попыталась откашляться. Что происходит? Руки и ноги будто скованы невидимыми цепями. Тело ужасно ноет от разрывающей изнутри боли.       – Если ты не можешь справиться с этим, то… – голос замолк. – Это позор.       Попытки ответить были тщетными. Я просто мычала, пытаясь что-то сказать.       – У тебя рот связан, – голос продолжал говорить с явной издевкой. – В прямом и переносном смысле.       В темноте молнией сверкнул зелёный отлив изумруда.       «Что?» – вокруг пронеслось ещё одно эхо.       – Вот, – отчеканил голос. – Так уже лучше.       «Что происходит?» – это явно был мой голос.       – Я не знаю. Тебе лучше знать, что у вас ТАМ происходит.       Моё тело отлетело в сторону, и я увидела знакомый взгляд мобианца из своих кошмаров.       – Не дай себя завалить, конфетка. Но учти, помогать не буду. Зачем нам вообще тогда нужны избранные, если вы дохнете как мухи?       Я не понимаю, что здесь творится. Просто не могу понять. Голова, как и всё остальное тело, ужасно зудела.       – Хотя давай так, – голос на миг показался мне задумчивым. – Ты не умираешь, а я…

***

      Сознание начало проясняться. Скажу честно, лучше бы я не понимала, что происходит. Вокруг темно и тесно, и я не могу пошевелиться. Через какое-то время понимаю, что мои руки и ноги связаны, а я сама лежу в багажнике движущегося автомобиля. Кричать не давал налепленный на рот скотч. В виски ударила сильная пульсирующая боль, а в голову пробралась неистовая паника.       Вот так, допрыгалась. Вот тебе и приключения. Но, видимо, счастливого конца не будет. Руки и ноги ужасно затекли, но как-то поменять своё положение я не могла. Мы ехали уже довольно долго, и я своим телом чувствовала буквально каждую кочку. Животрепещущий страх нарастал буквально с каждым километром. Счёт времени потерялся. Я даже не знаю, сколько прошло с того момента, как очнулась. Не более пятнадцати минут или уже больше часа?       В какой-то момент я понимаю, что машина останавливается, и слышу хлопки дверей. Багажник отворяется, и открывается взор на толпу мобианцев. Они явно не были теми вояками со склада. Каждый одет в хрен пойми что и вёл себя соразмерно неадекватно. Меня, практически бессильную, вытащили из багажника. Стоять почти не было сил. Ужасно тошнило и кружилась голова. Я замечаю, как один из мобианцев достаёт нож и подходит ко мне. Лезвие ножа неприятно прошлось от горла до груди, оставляя небольшой след. Данное действие было демонстративным, на что обратили внимание другие члены банды. Но и этого хватило, чтобы ужаснуться от происходящего чуть ли не до ещё одной потери сознания.       Мне развязали ноги и толкнули в сторону леса, у которого мы остановились. В определённый момент я уж думала бежать, но вдруг слышу звяканье оружия у неприятелей. Ситуация становилась всё более патовой и безысходной.       Кое-как перебирая ногами, я двигалась вглубь леса. Каждая моя остановка от бессилия заканчивалась толчком вперёд и сильным ударом либо по голове, либо по спине или ногам. После очередного удара я удивилась, как вообще продолжаю держаться на ногах. Движения также сковывала кромешная темнота леса. Несколько раз зацепившись о ветки деревьев, я окончательно разодрала свою кофту, и начали расходиться джинсы.       Они меня не обыскивали. Поскольку карманы были набиты теми же предметами, что и когда меня схватили. Пока мы шли, несколько раз глухо вибрировал телефон, что я отчётливо чувствовала, но не подавала виду. Посмотрев по сторонам, я посчитала их. Мобианцев было четверо. И если уж от одного или двух ещё хоть как-то можно было убежать, то от всех уже никак. Глаза наполнились влагой. Я попыталась отереть глаза завязанными руками, но чуть-чуть замешкалась и получила очередной удар ногой в спину.       Мы зашли уже довольно глубоко в лес и остановились.       – Развяжи ей руки, – прозвучал хриплый голос одного из парней. – Пускай копает.       Мобианец, который шёл позади, подошёл ко мне, кинул лопату в ноги и развязал мне руки. Первым делом я протёрла глаза от слёз, которые уже некоторое время слепили меня.       Мне чётко и ясно дали понять, что резких движений лучше не делать. А лопатой я сейчас буду копать себе яму. В любом случае, исход однозначно предрешён. Я с ужасом начала делать то, что от меня просят, дрожащими руками откидывая землю в стороны. Минут через пятнадцать руки начисто забились, и я уже не была в силах что-либо делать.       – Достаточно, – ко мне подошёл один из них, видимо, самый главный.       Я попыталась рассмотреть его лицо. Мобианец медленно пальцами провёл по моему лицу, а после рывком сорвал скотч и так же медленно отошёл мне за спину.       – Хочешь что-нибудь сказать напоследок? – ухмыльнулся парень.       После же я услышала щёлканье пистолета. Обернувшись, я точно поняла, что направил он его на меня. Меня охватила паника. Губы задрожали, а перед глазами мелькали отрывки из жизни. Я упала на колени перед ямой, готовая забиться в дикой истерике. Из глаз новым потоком полились ручейки слёз. Сердце билось в ужасной конвульсии.       – ЧТО Б ВЫ ВСЕ, СУКА, СДОХЛИ, ТВАРИ!!! – крикнула я.       Я уже понимала, что это конец. Мне искренне этого хотелось. Чтобы семейка Эйкорнов никому не отравляла жизнь, и чтобы с этими бандитами тоже случилось что-нибудь ужасное. Во тьме сверкнул изумрудный отлив.       Раздался выстрел. Я зажмурилась. Почувствовала, как взвизгнула пуля, а потом ещё одна и ещё… Открыв глаза, я увидела несколько лежащих рядом трупов. И то, как мобианец достаёт оружие из куртки, но стоящий за мной тут же стреляет ему между глаз. Он падает замертво, так и не успев достать пистолет. Я обернулась и увидела, как тот с хриплым голосом направляет дуло пистолета себе к виску, а затем стреляет. Мёртвое тело свалилось на землю, и я начинаю словно сходить с ума.       Вскочив с места, я оглянулась. Вокруг лежало четыре трупа. Их застрелил тот, который стоял у меня за спиной, а потом… Потом и себя застрелил.       Отшатнувшись в сторону, меня стошнило. Голова продолжала предательски пульсировать. Боль в теле не отступала. А эмоции смешались в кашу, напоминая дикого монстра. Из последних сил я побрела к выходу из леса, наотрез отказываясь понимать происходящее. Было темно, и, достав телефон, освещала себе путь. Несколько раз падала и снова из последних сил поднималась в надежде добраться до дороги.       Фонарика телефона явно не хватало для активного перемещения по лесу в тёмное время суток, но через какое-то время я всё же вышла на дорогу. Недалеко стояла машина тех преступников. Я совершенно не понимала, куда и в какую сторону мне идти. Ситуация казалась безвыходной. В любой момент я готова была свалиться с ног от усталости. Дорога была явно не центральной, и по ней мало кто ездил.       Пройдя примерно около ста метров, я заметила приближающийся автомобиль. Меня вновь окатила волна страха. Если это снова кто-то из бандитов, то это точно конец сказочки. Но… Я его узнала. Это была машина Чёрного ежа. Автомобиль медленно подъехал и остановился возле меня. Затем я вижу подбегающего ко мне Шедоу.       Я, медленно перебирая ногами, побрела к ежу, а после, падая, вцепилась в него.       – Шедоу… – всхлипнула я.       Он прижал меня к себе. Шептал убаюкивающим голосом. Ярости в его глазах не было предела. Но я понимала, что злился он не на меня. Шедоу аккуратно усадил меня в машину, а после поехал в город. Настолько быстро, насколько это было возможно.       – Шедоу… – вновь прошептала я безжизненным голосом. – Они мертвы…       – Так им и надо!       – Я не понимаю. Они поубивали друг друга. Звучит как бред, но так оно и было. Он застрелил остальных, а потом себя…       Чёрный ёж увидел, как я начинаю впадать в истерику, и взял за руку.       – Самое главное, что ты жива.       Я начала рыдать. Шедоу остановил машину и крепко обнял меня, прижимая к себе. Я уткнулась в его плечо, разрыдавшись ещё сильнее.       – Ты говорил, – провопила я. – Говорил! Говорил, чтобы я никуда не выходила.       Несмотря ни на что, он продолжал обнимать меня, из раза в раз прижимая всё сильнее. Продолжал успокаивающе шептать на ушко. Продолжал легонько водить ладонью по волосам.       – Не зря я тогда установил в твой телефон отслеживающее устройство.       – Не зря.