Гарри Поттер и дары времени и пространства

Весь хогвартс кипел нетерпением в предчувствии надвигающихся экзаменов, а сразу после — продолжительных летних каникул, которые для Гарри в этот раз должны были быть более приятными, чем предыдущие. В прошлый раз Доктор пропал надолго и Дамблдору не оставалось ничего иного, как отправить его к Дурслям на время летних каникул. Для Гарри время, проведенное в их доме, казалось настоящим адом. Он не представлял, что такие отношения вообще могут быть у людей, связанных хоть какими-то родственными узами. В то лето Рон со своей семьёй отправились в путешествие в Египет, а Гермиона с родителями — во Францию, поэтому провести каникулы с ними он так и не смог. Дурсли оказались мерзкими людьми, и Гарри представить не мог, как бы он прожил с ними в том случае, если бы Доктор не забрал его. В своих редких письмах Гермиона выражала озабоченность подобным положением дел, но указывала на то, что Гарри как-никак провел всю свою жизнь в так называемых «путешествиях», если так можно было назвать скачки во времени и пространстве, и немного оседлости ему не помешает, пусть даже с такими людьми, как Дурсли. В какой-то момент Гарри поймал себя на мысли, что он торгуется с судьбой, обещая, что стерпит эту семью всё лето в том случае, если следующие каникулы сможет провести в другом месте. Однако мальчик ещё не знал, что ждёт его впереди, а синяя будка на грядке фиалок в саду тёти Петуньи так и не появлялась. После летних каникул он, наконец, вернулся в Хогвартс, встретил друзей, а затем и Доктора, как всегда свалившегося в тот момент, когда его уже и не мечтаешь увидеть. Больше всего Гарри пугало, что казалось, будто могло пройти и шестьдесят лет, но надежда на то, что Доктор обязательно появится вот-вот, в следующую секунду, никуда не денется. Рону Доктор приходился по душе, а вот Гермиона относилась к нему с настороженностью, в том числе потому, что ей казалось будто он даёт слишком мало заданий. Даже сейчас, когда разговор зашел о Докторе, она изменилась в лице. Вчера он наделал много шуму и ещё не выходил из больничного крыла, но уже сегодня Доктор должен был провести у них Магловедение. — Думаешь, теперь он задержится надолго, — пробубнил Рон, жуя яичницу с гренками, на что Гермиона фыркнула. — Не думаю, что Доктор специально оставил Гарри, — справедливо заметила она, пытаясь заодно успокоить Поттера. — Тем более я слышала, что до его возвращения сюда каким-то образом попала женщина. Ситуация интересная, но как бы последствия страшными не оказались. — А что такого, Дамблдор же не был против? — нахмурился Гарри. — Невилл сказал, что все вокруг говорят об этом, и они якобы маглы, поэтому если кто-то узнает… — Так вот, кто у нас главная сплетница! Невилл, — рассмеялся Рон, накалывая вилкой очередной кусок курицы. — Надо запретить ему ходить рядом с нами, а то вдруг и наши секреты всем разболтает. — Между прочим, он просто был неподалёку. Собирал травы для урока, когда она появилась посреди поля. После этого пришёл Дамблдор, Макгонагалл, а потом и Доктор. И вообще, — недовольно скривилась Гермиона, немного отстраняясь от стола. — Уж лучше бы тебе запретили ходить рядом с нами, а то эта твоя мерзкая крыса… Хоть бы на завтрак её не брал! Гермиона первая прекратила завтрак, поднимаясь из-за стола. У самого выхода она остановилась и жестом позвала Гарри и Рона поторопиться. В вестибюле происходила очень странная картина. Доктор был практически прижат к стенке профессором Люпином, наставившим на него палочку так, что она впивалась мужчине в шею. Гарри много времени проводил с профессором с того момента, как в поезде на него напал дементор, но за всё это время он не видел профессора в таком состоянии. Его руки тряслись и, судя по лицу, от злости. Он говорил что-то Доктору, но Гарри не мог слышать, что именно. — Профессор Люпин! — Гарри выбежал в вестибюль, но Римус тут же резким движением свободной руки попросил его остановиться. — Отойди Гарри… Мне нужно, чтобы ты позвал профессора Снейпа, этот… — Нет, профессор, прошу вас! Не трогайте его! — Беги за Снейпом! — закричал профессор, и Гарри опешил от от этого. Доктор попытался вырваться из хватки, но тут же был обездвижен заклинанием импедимента. В это же время на эти крики из подземелий поднялся профессор Снейп. — Эвердо статум — произнес зельевар за секунду до того, как наставленная на Доктора палочка Римуса чуть не привела к необратимым последствиям. Профессора тут же отбросило от его жертвы. — Неужели ты заодно с ним, Северус? С сумасшедшим Краучем?! –донеслось злобное шипение профессора Люпина, который явно испытывал боль от внезапной встречи с каменным углом вестибюля. Повисла тишина. За Гарри собралось уже около десяти студентов, испуганно глядящих на происходящее. — Всем разойтись по кабинетам, — холодным голосом процедил профессор Снейп. — Тех, у кого уроки по зельеварению, защите от темных искусств и магловедению, старосты отведут в гостиные. Еще до того, как ученики добрались до своих комнат, новость уже знал каждый, все строили теории и обсуждали произошедшее, придумывая даже то, чего не было, но Гарри с друзьями возвращалась в тишине.