Гарри Поттер и дары времени и пространства

      После произошедшего на матче, Гарри очнулся у камина в доме на площади Гриммо.       Но Гарри пребывал в шоке. Сначала он было думал, что это все сон, но сны никогда не бывают такими. Было невыносимо оказаться вдруг одному, брошенному в доме Блэка, не понимая что происходит с его друзьями.       Недовольный Кикимер то и дело бормотал что-то, убираясь на первом этаже, пока мальчик не находил себе места. За время ожидания Гарри успел собрать свои вещи и учебники, потому что это хоть как-то отвлекало его. Поттеру очень хотелось сейчас оказаться в Гнезде, чтобы хотя бы увидеть стрелки часов миссис Уизли, которые не указывали бы на «смертельную опасность».       Казалось, уже прошла целая ночь, когда Сириус вернулся вместе с Римусом. Не было ни Рона с Гермионой, ни мистера Уизли. Никого. — Что ты сделал? Что… что это было? Где Гермиона, Рон, где все? — Они в порядке, Гарри, все обошлось. Мы с Артуром только что вернули их всех домой и … — Только что? — не сдержал нервный смешок Гарри и посмотрел на Люпина. — Я просидел здесь всю ночь, пока все остальные оставались там?!       Сириус и Люпин переглянулись. — Слушай, — продолжил крестный. — Ты представить себе не можешь, как я испугался за тебя… Только мы с Артуром могли бы трансгрессировать и перенести остальных, но нас было слишком много, приходилось бы возвращаться несколько раз.       Внутри у Гарри закипало. Как он посмел? Доктор всегда защищал его, но никогда не бросал одного в неведении. Поттер чувствовал себя преданным, но и сам чувствовал себя предателем. Неужели, Сириус не понимает, что так сделал только хуже? — Я не стеклянный, Сириус! Я бы мог что-то сделать! — О да! И что бы ты сделал против десятка пожирателей смерти?! — не выдержал Блэк. — Третьегодка! Хочешь закончить также, как…       Римус прервал друга, с силой схватив его за локоть. Еще пару секунд назад Блэк был похож на разъяренного зверя, но сейчас выглядел как виноватый пес. — Слушай, Гарри. Думаю сейчас тебе следует отправиться к друзьям, — спокойно предложил Римус. — Кикимер соберёт вещи и…       Но он только кивнул и пошёл к лестнице. Через минуту парень спустился с вещами обратно. Крестного в гостиной уже не было. Гарри крепко сжал протянутую руку Римуса. Гостиная дома Блэков снова опустела.

***

      После ссоры с крёстным шрам Гарри разболелся. Гермиона, конечно, предположила, что это от стресса. Все усугубилось в ту же ночь, когда произошло нападение. Во сне все казалось очень настоящим. Гарри видел в полумраке старого дома того, кто уже дважды пытался убить его. Видел, как он шепчется с кем-то, слышал крик и яркую вспышку. Но было бы странно, если после происходящего получилось крепко поспать.       В поезде все гудели о том, что произошло на матче, строили догадки, обсуждали предстоящий учебный год. Но последующее прибытие дурмстранговцев и шармбатонцев вовсе поставило всю школу на уши.       До четверга все только и делали, что обсуждали турнир трёх волшебников и нового преподавателя защиты от сил зла — Грюма. На первом же уроке Грюм продемонстрировал ученикам действие всех трёх непростительных заклятий, после чего Джинни с Гермионой долго просидели в гриффиндорской гостиной, разговаривая с Невиллом о гербологии и домашке.       Доктора Гарри так и не встретил ни в главном зале, ни в коридорах школы, поэтому в среду направился за стены замка в направлении поля для квиддича, неподалёку от которого стояла будка, но ещё издалека заметил, что поле было абсолютно пусто.       Внутри него будто все рухнуло, но он только повернул обратно. Этого не могло случиться снова.       В какой-то момент он побежал, забираясь вверх по лестницам к горгульям, охранявшим вход в кабинет директора, но пароля он не знал, а рядом никого из преподавателей не оказалось.       Ноги сами повели его вниз по ступеням, обратно. И уже на полпути к подземельям его окликнул знакомый вечно недовольный голос. — Мистер Поттер, неужели вы заблудились?       Гриффиндорец обернулся и как только открыл рот, профессор Снейп прошёл мимо него по направлению к своему кабинету. Когда дверь за ними закрылась, Гарри не успел ничего спросить. — Судя по растерянному виду, вы уже успели сходить к полю… — Просто скажите, профессор, — не выдержал Гарри. — Доктор снова пропал?       Лицо Снейпа исказилось в недовольной гримасе, но он все же ответил. — Доктор был освобождён от своих обязанностей преподавателя в этом году. Его заменил ваш старый знакомый, профессор Люпин. — Но… это значит, что он снова сбежал? — Это все, что я могу вам сказать, — отрезал зельевар, и в кабинете повисло молчание.       Гарри почувствовал себя невероятно глупо. Казалось, что все вокруг считали его недомерком, который не мог постоять за себя, которому можно было не сообщать правды. Когда он вышел в коридор, и дверь за ним захлопнулась, парень испытал злость, которая жгла изнутри. Голова болела, а мысли спутались, но ему не оставалось ничего другого, кроме как вернутся в общую гостиную к друзьям.

***

      Следующим вечером в большом зале все с нетерпением ожидали объявления чемпионов. Волнение охватило всех, только Фред и Джордж все ещё недовольно кривились, вспоминая как обросли сединой после попытки обмануть кубок. Уже в конце ужина Дамблдор поднялся из-за стола, и все ученики тут же замолкли.       Отбор выглядел невероятно завораживающе и каждый раз перед объявлением чемпиона сердца сотен человек в зале замирали. Как только директор назвал Седрика Диггори, все в едином порыве аплодировали. Конечно, слизеринцы не соизволили порадоваться вместе со всеми. — Мне кажется, победит Крам, — вдруг выдал Рон, схватив кекс с тарелки. — Не может быть, чтобы обычные школьники смогли его победить.       Гермиона в ответ только закатила глаза. — Если он такой известный, это ещё не значит, что он на голову лучше всех остальных, верно, Гарри? — Мне бы хотелось, чтобы Седрик победил, — признался он. — Кажется, для него это важно.       Рон прыснул от смеха и откусил здоровый кусок кекса. — Ну да, конечно, если бы все работало именно так.       Гарри повернулся к Гермионе, но она выглядела так, будто ее сейчас стошнит. Только сейчас он заметил, что стало очень тихо.       Голос Дамблдора раскатистым эхом прогремел в зале. — Гарри Поттер!       Гарри медленно встал и в полной тишине прошёл к директору, не чувствуя ног. Этого не могло произойти. Но вот в его руке оказался опалённый листок с его именем.       Проходя, Гарри заметил смятение в глазах профессора Снейпа, и это испугало его в разы сильнее, чем озадаченное лицо Люпина. Он почувствовал, как мягкая рука направила его к двери.       Всего через мгновение Дамблдор вошёл в комнату. Каркаров и мадам Максим разбрасывались обвинениями, Крауч призывал их к порядку. Среди этой какофонии сложно было услышать свои мысли. — Я не хотел участвовать, — наконец заговорил Гарри. — Никто в здравом уме на тебя не подумает, — гаркнул Грюм. — Только опытный волшебник способен на такой подлог. — Это кто-то из ваших, — вопил Каркаров. — Не в наших интересах устраивать такое! — Это немысльемо! — причитала мадам Максим.       После продолжительных дебатов раздался строгий голос министра Крауча. — Правила непреложны. Решения кубка огня — это обязательный магический контракт… У мистера Поттера нет иного выбора, кроме как стать чемпионом и участником турнира.       Когда Гарри выставили за дверь, жаркие споры вновь разгорелись за каменными стенами кабинета.

***

— Мы не можем допустить этого! Нужно запретить Поттеру участвовать, — настаивала МакГонагалл. — Наплевать на Барти и его правила. Министерство не смогло защитить школу в прошлом году. С чего бы нам доверять им жизнь мальчика?! — Я уверен, что это не случайное стечение обстоятельств, но чтобы понять смысл происходящего, может, нам какое-то время не вмешиваться, — спокойно произнёс Снейп.       МакГонагалл всплеснула руками и обернулась к Грюму, но тот предпочёл даже не выбирать для себя ничью сторону. Напротив, Римус не собирался дожидаться, пока ему дадут слово. — Теперь, когда у Гарри есть опекун, мы должны поставить Сириуса в известность прежде чем решать судьбу Гарри так скоро. Более того, гость в доме Блэка вряд ли одобрит участие мальчика в этой авантюре.       Макгонагалл похлопала Римуса по плечу и, кажется, даже немного смутилась своего порыва.       Поразмыслив, Дамблдор одним взмахом палочки разжег камин в своём кабинете и протянул каждому из присутствующих небольшую урну с летучим порохом, попросив Минерву все-таки остаться и присмотреть за школой и Гарри в их отсутствие. — Насколько я помню, — обратился Дамблдор к профессору Люпину. — Камин на Гриммо двенадцать никто так и не отключал?