Учитель: уровень - "Бог"

Устоявшуюся в классе тишину нарушало тиканье часов. Если бы не эта неловкая ситуация с опозданием, то всё бы прошло как обычно: учитель покачал бы головой из-за безответственного отношения учащихся к урокам, а Кира б просто прошла на своё законное место за партой. После появление Киры прошло где-то меньше минуты, а она всё так же продолжала стоять столбом у двери, не в силах пошевелиться. Мягко говоря, этот новенький преподаватель Константин Сергеевич (как гласила надпись на доске), застал её врасплох. Ведь Владислав Андреевич не предупреждал своих учеников о своей же замене. — Да уж, — кротко бросил преподаватель, отставив журнал в сторону. — Судя по вашим офигевшим лицам, вы слегка удивлены. Но поймите, я тоже жертва обстоятельств. Скажем так, Владя меня наглым образом подставил. — Учитель встал со своего учительского стула и, сделав несколько небольших шагов вперёд, остановился не так далеко от новоприбывшей ученицы, и под конец своего многословно-сдержанной речи, сложил руки на груди. — Так можно я сяду? — слегка наклонив голову на бок, Кира указала в сторону одной из парт первых рядов. — Это надо заслужить, но так уж и быть, сегодня я добрый, как ёж. Миронова решила не спорить, испытывая терпение учителя, а воспользоваться шансом, данным ею судьбой. Константин Сергеевич тоже взял пример со школьницы и сел на своё законное место за учительским столом. — Продолжаем, на чём остановились. Носов! Некоторые из школьников продолжили шептаться друг с другом. Девушке даже на какое-то мгновение показалось, что они специально делали это как можно тише, чтобы не привлекать внимание нового педагога. Видимо, пример с ней показался им более чем наглядным, весьма убедительным, и не хотели повторения прошлого… — Шепелев! — Громко продекламировал блондин, бросив взгляд на учеников, и тут же спохватился, будто что-то вспомнив, — а-а-а, мой любимый маляр! — На этой фамилии Константин Сергеевич заметно оживился. Услышав свою фамилию, Алексей поначалу не обратил внимания, но на «маляра» ему пришлось как-то среагировать и перестать болтать с Соколовой. — А?! — Только и смог выдавить из себя парень. — А что такое? — Похлопал невинно своими голубыми глазами Власов. — Маляр — нормальная кликуха. Знали бы вы, что для меня придумывал сам Романыч, — ехидно пробурчал себе под нос мужчина, напрашиваясь на комплименты школьников. Вновь все начали активно шушукаться меж собой. Кира лишь закатила на это глаза. — И что же придумывал вам Владислав Андреевич? — не сдерживая своего любопытства, спросил Лёша. — С ума, что ли сошли? Несовершеннолетним нельзя о таком рассказывать! — педагог игриво высунул кончик своего языка. — Вот, когда доживёте до выпускного, тогда, может, и поговорим, — прислонив кончик карандаша к своим губам, нараспев произнёс преподаватель, — правда, меня уже тут и не будет, но это другой разговор… — сказав максимально тихо, чтобы никто не услышал, продолжил проверять по списку учеников. Наконец, с грехом пополам, Константин Сергеевич справился с этой задачей. Довольно встав на свои ноги, он прошёлся к доске, а после облокотился о неё. — Сейчас, конечно, для вас будет трудное испытание, но попробуйте вспомнить, на какой теме вы остановились по русскому языку? — подняв бровь, слегка улыбнулся Власов, глянув на своих подопечных. — На правописании одной и двух «н», — послышался голос Насти. Преподаватель хорошо запомнил эту ученицу. Ещё бы с её видом, забыть эту особу весьма трудно. — О-о-о, — протянул учитель, слегка почесав указательным пальцем свой нос, — я вам не завидую. А, ну-ка! Раненый! Сколько «н» будет в суффиксе? — его ухмылка стала ещё шире. Казалось, ещё бы чуть-чуть и он бы начал потирать свои ладошки, как это делают злодеи в мультиках. — Две! — сказанул кто-то из аудитории, выкрикнув. Но кто это сделал, Константин Сергеевич так и не понял. Трудно за раз всех запомнить. — Ой, кто-то договорится и получит такую же оценку в журнал! — облизнув кончиком языка сухие губы, мужчина сделал несколько шагов вперёд. — Миронова, может, ты просветишь нас? — Одна «н», — не задумываясь, ответила шатенка. — Почему? — так же быстро спросил педагог. — Потому что слово — исключение, — коротко объяснила Кира, что-то вырисовывая на бумаге. — Optime*, Миронова! Сто баллов Гриффиндору! — подойдя к ученице, слегка погладил по голове. На этот жест, девушка никак не отреагировала, но её одноклассники засмеялись от забавного комментария блондина. — Соколова, «раненный в живот» сколько «н?» — А что сразу Соколова? — возмутилась брюнетка. — Не нравишься ты мне. Вот и хочу сделать твою школьную жизнь невыносимой, — загадочно улыбнулся Константин Сергеевич, но тут же посерьёзничал. — Твой ответ? — Одна, — не задумываясь, повторила за Кирой. — Не правильно, Соколова. Не разочаровывай Пушкина, у него и так жизнь — не сахар была. — Ученики должны были отдать должное их новому классному руководителю. Он отлично держался и был на своём уровне, продолжая веселить учащихся. — А что нам скажет Беляков? Нет, он не мог не вспомнить этого паренька с забавными очками! Гарри Поттер, прям, нервно курит в сторонке. — Две. В данном контексте слово «раненый» с зависимым словом. Он так и знал, что этот очкарик его не разочарует! — Возьми с полки пряник! Совершенно верно. У кого ещё какие вопросы по этой теме? — Пробежав глазами по классу, спросил Константин Сергеевич. — Я вижу лес рук! — сделав неутешительные для себя выводы, проговорил педагог. — Тогда, у меня к вам вопросы. Открываем тетради! Протянув скучное «у-у-у», школьники зашелестели своими тетрадями, предвещая «весёленький» опрос… *** — Скажите, а вы раньше здесь учились? Константину Сергеевичу даже не надо было поднимать глаза, чтобы понять, что обращалась к нему никто иная, как Стелла Аркадиевна. Ну, конечно! Кто кроме неё ещё может игнорировать «игнор» мужчины, рьяно, пытаясь добиться его расположения? Она упорно рвалась в бой и просто напрашивалась на тролль. Мужайся, Власов, мужайся. Стисни зубы! Старайся не обращать внимания, так и, продолжая сидеть в кресле, опрокинув голову назад, закрыв полностью лицо открытым журналом… — Так вы учитель русского языка? Нет, блин, препод по пчеловодству! А что? Например, в Башкирии это очень распространённая дисциплина! Молчи, окаянный, молчи! — А мне нравится Пушкин, — на выдохе тихо произнесла назойливая математичка. Ну, всё! Дамочка сама напросилась! Резко убрав с лица журнал, мужчина уже был готов к красноречивому ответу, как в учительскую зашла Наталья Георгиевна. Блондин облегчённо выдохнул, так как директриса спасла и без того шаткую репутацию, его — неопытного преподавателя. Низкий поклон, Наталья Георгиевна! — Приветствую Вас, коллеги. И рада видеть всех на педсовете! Власов окинул взглядом аудиторию. И когда здесь все успели собраться? Примерно час назад учительская была практически пуста. Учителя поспешно стали рассаживаться по местам, дабы поскорее начать собрание. Никто совершенно не знал о причине сбора и надеялись, что все быстро смогут отделаться. — Я буду кратка. Во-первых, позвольте, представить Вам нашего нового преподавателя по русскому языку и литературе, Константина Сергеевича Власова. Прошу любить и жаловать. — Как только его имя было произнесено, педагог вежливо встал с места, приветствуя коллег. Надо же показать, что с этикетом знаком… — Во-вторых, я б хотела обсудить с Вами предстоящий праздник — День Учителя. В этом году сделаем небольшие изменения. — Всё это время женщина стояла возле своего кресла и чётко говорила о сути вопросов. — Какие? — отозвалась учитель по информатике. — А то, что участвовать должны не только ученики, но и преподаватели тоже. А это значит, что педагог совместно готовит номер с учеником. Допустим, Вы, Жанна Борисовна, отлично играете на фортепиано. Почему бы Вам не взять себе в помощники кого-нибудь из учеников и не подготовить вместе один номер? — Плохая идея, Наталья Георгиевна… Несколько десятков пар глаз устремились на новичка. Однако это было очень смело с его стороны. — И скажи же мне, Власов, почему ты так считаешь? По-моему, это прекрасный шанс сблизить учителей и учеников. — Директриса вела себя сдержанно, не подавая виду, что эмоции бушевали ураганом внутри неё. — Думаю, со мной согласятся многие, что помимо работы у многих дополнительные занятия с отстающими школьниками, проверки тетрадей, не говоря уж про семьи… Голубые глаза встретились с серыми. И только их обладатели знали о внутренней войне, которые вели они же друг с другом. Директор и учитель, когда-то бывший её ученик. Наталья Георгиевна отметила то, как повзрослели эти глаза, и то, как они смотрели на окружающий мир… — Власов, я считаю, что примерно два раза в неделю каждый может уделить подготовке номера к предстоящему празднику, — не отрывая взгляда, шатенка поправила на себе очки, — к тому же, я припоминаю, что вы ранее занимались танцами. — Вас жестоко подстебнули, — отведя взгляд от женщины, кашлянул Константин Сергеевич. — Сожалею, но в моей школе вы будете играть по моим правилам, хотите ли вы этого, Власов, или нет, — переместив взгляд на остальных, добавила, — педсовет — окончен! Всем спасибо! Учителя стали собираться. Мужчина так же не планировал здесь более задерживаться. Он должен был догадаться, что этот диалог будет бесполезен. Ему оставалось лишь смириться с решением «главы школы» и поторопиться в кабинет, где его должна была дождаться одна ученица, чтобы отработать своё наказание. Путь в кабинет был не таким уж и длинным, однако этого времени вполне достаточно для того, чтобы целиком и полностью отдаться нахлынувшим воспоминаниям… *** Молодая женщина оторвала взгляд, перенаправив его, с окна своего кабинета и, останавливаясь, на только что пришедшем к ней школьнике 13 лет. Романова Наталья Георгиевна сняла с себя очки и начала протирать вспотевшие линзы салфеткой. Казалось, директриса уже привыкла к постоянным встречам с этим, весьма «трудным» подростком, если можно было это так назвать. — Ну и, Костя? Который раз на этой неделе? Знаешь, если б не этот давний случай с Владом, то я б не знала, что с тобой делать. Ты же хороший мальчик! И я не знаю, как это доказать всем учителям? Я кричу, Костя, кричу им об этом. А они мне не верят… Она даже порой жалела, что именно ребёнок Власовых спас её сына от публичных унижений его сверстников. Тогда… давным-давно… Если б не Костик спас тогда её любимого и дорогого Владика? Если юный потомок Власовых не заступился б за своего друга? Но, это же сделал никто иной, как Костик. Было б гораздо проще, если б за сына постоял кто-нибудь другой. Костя… Костик… Женщина устало облокотила правую руку о стол и упёрлась лбом о свою ладонь. Вновь выглядывая из-под ладони на мальчика, надеясь встретиться с его ясными голубыми глазами. Однако подросток гордо отвернул голову в сторону, избегая зрительного контакта с Романовой. — Так и будешь молчать? Скажи мне на милость, почему ты начал спорить с Тамарой Олеговной, со своим новым учителем русского языка? — надев очки, молодая директриса наполнила свой пустой стакан прохладной газированной водой. — Она не должна учить нас, — отчеканил мальчик скороговоркой. — Вот оно как! — от такого неожиданного и самоуверенного ответа, Наталья Георгиевна чуть не выронила из рук стакан. — Да! Тамара Олеговна ничему не сможет научить, не зная свой предмет! Хочу, чтобы Надежда Александровна вернулась, — последнее предложение юнец сказал на пониженном и более спокойном тоне. Директор увидела, как он начал теребить края своей длинной рубашки. — Константин, — прикрыв глаза, ответила женщина маленькому собеседнику, — она же на пенсии… Сделав небольшой глоток воды, шатенка всё же не смогла унять сухость в горле. Не уж-то, от волнения? — Беспредел! — неожиданно грубо отрезал юный Власов, притопнув ножкой. Убедившись в собственном бессилии, подросток не выдержал и сам решил избавить «главу школы» от изнурительного разговора. Никак не прокомментировав дальше своё последнее слово, этот хулиган просто покинул помещение! Наталья Георгиевна вздрогнула из-за шумного хлопка дверью. Но внутри женщина понимала, что совсем не злилась, хотя, была уверенна, что другая б на её месте хорошенько проучила наглеца. Однако, как ей быть, если русский язык и литература два единственных предмета, которые, действительно, удавались мальчику? Ведь все свои силы маленький Костя тратил только лишь на этот предмет, а на другие даже не смотрел. Почему он так поступает? Неужели, ему настолько плевать было на остальные школьные предметы? Сколько вопросов оставалась без ответов. Не смотря на это, Романова Наталья знала точно: мальчик должен был закончить школу. Это единственное, что она могла сделать ему в благодарность за своего единственного сына… Тем временем ученик Власов Константин Сергеевич, в бессчетных попытках сдерживая слёзы, всем своим хрупким тельцем, облокотился спиной к двери, ведущей в директорскую. Этому свидетельствовала позолоченная надпись на ней, гласившая: «Директор Романова Н. Г.» Сжимая маленькие кулачки, ученик 7-А класса со звонком прошёл в свой класс, роняя одинокую слезинку на холодный пол школьного коридора…

\\\To Be Continued///

Прим. Автора: Optime* — в переводе в лат. «отлично», «замечательно».