Идеальные супруги

      Поколебавшись пару секунд, Шарлотта протянула своей собеседнице новую сигарету и зажигалку. Растрепанные рыжеватые волосы и огромные светлые глаза на изможденном лице девушки придавали ей безумный вид, но, в отличии от большинства находящихся в общей комнате, она, казалось, была в здравом рассудке.       - Кто ты? Как тебя зовут? - с любопытством спросила девушка.       - Я Шарлотта Тр...кх-кх, - Шарлотта попыталась изобразить кашель, но глаза девушки все же слегка сузились. - Кх- Кин. Шарлотта Кин. А ты?       - Я Грейс Бертранд, но фамилии тут совсем не нужны. Мне уже давно не нужна. Мы не на свободе. Тебе, как и остальным, присвоили номер.       - Как в концлагере? - невесело усмехнулась Шарлотта.       - Ну, тут конечно, плохо. Но все же не настолько, хотя лучше не зли местных нацистов. Так за что ты здесь, Шарлотта Кин? - Грейс поудобнее устроилась на подлокотнике и закурила, с любопытством глядя на собеседницу. Такое пристальное внимание Шарлотте было неприятно, но она подумала, что, скорее всего, этой девушке просто скучно, и она хочет пообщаться с человеком, который еще на это еще способен. И ей самой, поняла Шарлотта, знакомство вовсе не повредит. Лучше разговаривать хотя бы с кем-то, чтобы не дать себе сойти с ума в этом бедламе.       - Мой муж убил женщину, - прошептала Шарлотта, чуть придвинувшись к Грейс, - и я об этом узнала. Он сунул меня сюда, чтобы я никому не смогла это рассказать, особенно полиции, - делиться подробностями семейных тайн миссис Тредсон пока вовсе не желала.       - Вот ублюдок, - странная собеседница сделала глубокую затяжку. - Так ты сама никого не убила?       - Нет, конечно! - Шарлотта была поражена этим вопросом.       - Нечего так возмущаться! - фыркнула Грейс. - Надеюсь, ты знаешь, почему я спросила. Мы же в Брайрклиффе! Это тебе не детская поликлиника.       - А ты сама что натворила? - возмутилась Шарлотта. - За что тебя упекли сюда?       - Отец насиловал меня, а мачехе было на это плевать, - Грейс, казалось, тяжело давались эти слова. - И я убила их.       Боже, боже, есть в этой клинике хотя бы кто-то, кто никого не убил??? Миссис Тредсон захотелось провалиться сквозь землю. Она свихнется в такой компании, точно свихнется...       - Видишь, я сказала это, - спокойно сказала Грейс, глядя Шарлотте прямо в глаза. - Признала все, как есть, - она говорила это с вызовом, но на кого был этот вызов направлен? - Это гад, Тредсон, заставлял меня принимать свои проступки как данность. Монашкам было плевать, можно было забыть обо всем и просто следовать правилам, влачить свои жалкие дни. А этому все нужно вытащить на свет. Это гадко. Хотя кому-то такая дрянь помогает, Честеру, например. Я рада, что теперь меня больше не заставляют думать об этом, меня уже очень давно не лечат. Я видела, что ты уже познакомилась с нашим добрым доктором?       - Да, - Шарлотта насторожилась, решив разузнать побольше. - Но почему Тредсон гад? Мне кажется, приятный человек.       - Были тут и более мерзкие с виду гады. Но этот приятный весь такой, что и бесит. Разыгрывает из себя добренького, - фыркнула Грейс, - а сам упек моего Кита в тюрьму и забрал нашего сына! Сахар из него так и сочится, пара девок тут мечтала из-за этого на него запрыгнуть, - Шарлотта слегка напряглась, но тут же одернула себя, - но мне так и хочется съездить по очкам и надутой...       - Погоди, Кита? - перебила ее Шарлотта. - Какого Кита?       - Кита Уолкера, - Грейс с каждым словом раздражалась все больше. - Тредсон засунул его в тюрьму, хотя Кит не был маньяком, он был таким добрым парнем...       - У тебя был сын от Кита Уолкера? - от Кровавого лика? От лже-Кровавого Лика?..       - Есть сын, а не был. Томас, - сжала зубы Грейс. - Ему скоро должно исполниться четыре года. Спасибо Тредсону, теперь у него нет родителей! Теперь я могу выбираться отсюда только раз в году, так ненадолго! Мы с Китом хотели быть семьей... хотели растить Томаса вместе... а он! - девушка начала закипать. Шарлотта понимала, что это очень больная тема, и почему ее муж так ненавистен Грейс, но... разве психиатрическая больница и компания множества ее пациентов подходят для маленького ребенка? В этом она была абсолютно согласна с Оливером, и на его месте поступила бы также. Даже если бы Грейс и Кит вышли бы отсюда, кто дал бы гарантии, что дальше с ними и Томасом было бы все хорошо?       - Мне очень жаль, Грейс, - мягко сказала вслух Шарлотта, догадываясь, что доводы рассудка тут не подойдут. - Оли... доктор Тредсон ужасно поступил с тобой. Это непростительно.       Что-то тут не так. Шарлотта когда-то знала, что именно Оливер в свое время упек Кита Уолкера за решетку, но совсем забыла про этот факт. Может, он подставил бедного Уолкера? И именно так дал Кровавому Лику исчезнуть... до поры до времени. Ей требовалось глотнуть воздуха. Не думая, Шарлотта двинулась к закрытому окну, желая распахнуть его, невзирая на предупреждение Грейс, но ее остановил резкий крик.       - Эй, - по-хозяйски кричала ей пожилая женщина со спутанными светлыми волосами. - Эй, поди сюда! Лана Банана! Ты вернулась!       Местная королева? Странное прозвище Шарлотта не поняла, но решила, что лучше подойти. Она видела на лице женщины узнавание и какой-то страх, но все это испарилось, когда на лицо самой Шарлотты упал свет из окна.       - Ты не Лана? - спросила женщина и тут же ответила на свой вопрос. - Ты не Лана, - она опустила голову, но через мгновение справилась с собой. - Как тебя зовут? - спросила женщина, стуча сигаретой по столу.       - Шарлотта.       - О, как ее, - женщина постучала пальцами на лежащей перед ней книгой. Это были "Джейн Эйр" и "Учитель" в одном томе. - Ну что, сыграешь с нами в покер, мисс Шарлотта Бронте?       - Давайте, - пораженная Шарлотта уселась за стол, и ее новая знакомая достала карты. Светловолосая женщина с выпученными голубыми глазами тут же подбежала к ним и села рядом.       - Это Лидди, - объяснила подошедшая Грейс. - Она почти не разговаривает вне игры.       Сразу же за ними за стол подтянулся и фокусник Честер, который иногда внезапно начинал говорить сам с собой, но сразу же одергивал себя, что выглядело жутковато. Игра началась, и вскоре пожилая женщина, которую звали Бетти Дрейк, оставила Шарлотту без половины пачки сигарет. -       Ничего! - грубовато воскликнула она, подбадривая девушку. - Еще научишься, у нас куча времени впереди! - эти слова обдали Шарлотту холодом. Кто знает, сколько времени она еще здесь проведет?       - Будь тут моя подруга Пеппер, - продолжала Бетти, - она разнесла бы тебя в пух и в прах, Шарлотта Бронте, в пух и в прах, будь уверена! - после этих слов женщина внезапно отвернулась и потеряла интерес к своим соигрокам. - Пеппер... Умерла... Пеппер... И Лана... - бормотала Бетти. Шарлотта потянулась, чтобы дотронуться до ее плеча и спросить все ли в порядке, но Грейс удержала ее.       - Теперь она может долго не заговорить, - рассказала девушка. - Она может долго так сидеть. Ее били током, знаешь, по голове, но она держится молодцом! Когда у Бетти просветление, она включает музыку, и мы играем в покер.       - Лана, - бормотала Бетти, схватившись за виски. - Лана Банана... Я ее спасла...       - Я тоже раньше любила играть с подругами в покер, - с легкой грустью сказала Шарлотта, когда они вернулись в кресло и снова закурили. - Когда-то очень давно, когда училась.       - Ты и в колледже училась?       - Да, училась. У меня есть, то есть, была, наверное, хорошая работа, я занималась схемами для вязания, - Грейс ухмыльнулась. - И муж никогда меня ни в чем не подводил. Он казался таким хорошим. Я была практически счастлива еще пару недель назад.       - Идеальная жизнь?       - Почти.       - Эх, Шарлотта, - вздохнула Грейс. - Теперь тебе очень не повезет, если ты вернешься к своей почти идеальной жизни. Это будет значить, что тебе основательно промыли мозги.       Шарлотта пожала плечами. Она знала, что уже не вернется к той жизни, что у нее была. Во всяком случае, не с Оливером. Резкая боль кольнула ее прямо в сердце. Да, она знала, что старая жизнь теперь закрыта. Но как же она по ней скучала! "Лучше бы я ни о чем не знала", - эту не раз являвшуюся мысль Шарлотта тоже старалась отогнать. Быть обманутой страшным маньяком - плохая перспектива, даже если он не собирается тебя убивать. Но как же раньше было хорошо... Было бы все это ночным кошмаром...       - А тут есть кто-нибудь, кроме тех, с кем мы играли, с кем можно поговорить? - спросила Шарлотта, с отвращением наблюдая за иссохшим парнем, тянувшим руку к себе в штаны и тут же отдергивающим ее, словно там, куда он пытался залезть, находилась раскаленная печка.       - Это Руди, хронический онанист, - поморщилась Грейс, взяла Шарлотту за локоть, и они отвернулись в другую сторону. - Не смотри на него, мало ли что. Сейчас он хотя бы сдерживает себя, а раньше целыми днями этим занимался. А что насчет вменяемых... нет, нет тут никого, кто все бы хорошо понимал. Таких очень быстро лечат и отправляют в тюрьму. Раньше тут было еще много ложных неадекватов, но их всех вычислили. Теперь тут только я, Бетти и Честер, когда на них не находит. Только Честер довольно опасным был в свое время, так что с ним будь аккуратнее. Я видела, что вы разговаривали, смотри, чтобы он в тебя ни влюбился.       - Я просто была вежлива.       - Ты вроде настоящей леди, да? Обходительной и вежливой? Так тут лучше не церемонься, если что.       Шарлотта кивнула. Что ж, первые уроки жизни в психиатрической больнице получены. Тут ужасно, но потерпеть какое-то время можно, а там она найдет способ выбраться отсюда. И было еще одно, что ее заинтересовало - если Грейс такая адекватная, то что она делает в этой больнице?       Тем временем, Оливер сидел в своем кабинете и занимался другими пациентами. Однако, мысли его возвращались к Шарлотте. Он строго приказал санитару Карлу присматривать за новой пациенткой, но все равно, даже зная, что ничего плохого не случилось, Оливер хотел пойти проверить, как дела у Шарлотты. Он знал, что хотя бы неплохо ей, мягкой, домашней девочке, в этом учреждении не будет. Он даже рассчитывал на обратное. Но как же тяжело было побороть свое беспокойство. Странно, Шарлотта подвела его, испортила их совместную жизнь, но теперь Оливер беспокоился за нее, как никогда до этого. Так же было и с Ланой. Может, он сам идиот и просто любит страдать? Доктор Тредсон привык анализировать свое состояние и понимал, что это не так. А может, это просто время, которое он провел с обеими женщинами сыграло роль?       Оливер знал, зачем женился на Шарлотте. Идеальная семья - это знак того, что ты состоялся в обществе. Признак того, что ты "порядочный человек". Но это было не главным. Главным было то, что Шарлотта очень подходила той роли, которую он готов был отвести женщине в своей жизни. Оливер хотел детей, и Шарлотта была готова их ему подарить. Она была той женщиной, которая смогла бы стать прекрасной женой, матерью и хозяйкой - мягка, добра, не помешана на работе, не любопытна и не воинственна. Очень домашняя и почти всегда спокойная. До последних событий жена только страдала из-за своей давней потери, пусть с помощью Оливера и меньше, чем несколько лет назад, и это дополнительно привязывало Шарлотту к мужу - его готовность облегчить ее боль, ее благодарность. Из-за этого он не помог ей больше, хотя и мог. Теперь это пригодилось. Он мог бы сделать Шарлотту абсолютно счастливой, но ему этого не хотелось, ведь она могла до неузнаваемости измениться и пить сейчас коктейли где-то в Сан-Франциско, без него. И Оливер даже сейчас замечал, не мог ни думать о том, что Шарлотта - полная противоположность Ланы. Но, странное дело, если бы он мог выбирать из этих двух женщин, он бы выбрал... Лану. Это было глупо, полностью безрассудно! Их брак с Шарлоттой был продиктован ему разумом. Но Лана... Это были бы глупые чувства, ведь все между ними пошло не так, и она его так ненавидела...       - Как проходит день? - заботливо спросил Оливер, когда жену привели в его кабинет и она села напротив него.       Шарлотта неуверенно пожала плечами. Она приняла таблетки, сама не зная какие. Однако, Оливер знал, что это просто очень слабое успокоительное и витамины. Он не собирался пичкать Шарлотту настоящими лекарствами, ведь она не была сумасшедшей. И ей еще предстояло родить Оливеру детей после того, как они вернутся домой.       Какое-то время они посидели молча. Оливер не знал, что спросить у жены после того, как она огрызнулась на вопрос, с кем она сегодня поговорила и чем занималась. Потом он неуверенно протянул руку и накрыл лежащую на столе ладонь Шарлотты. Жена насупилась, но руку высвободила осторожно, а не грубо вырвала.       - Я правда очень волнуюсь, - сказал Оливер и не соврал.       - О себе ты волнуешься, - ответила Шарлотта, но в ее голосе не было злости, лишь констатация факта. - У меня к тебе есть деловое предложение.       - Интересно, какое?       - Отпусти меня, - Шарлотта старалась говорить твердым голосом, глядя мужу прямо в глаза. Она давно хотела ему это предложить, но не хватало духа, а теперь терять было уже нечего. - Выпусти меня отсюда, и давай просто разойдемся, и я уеду в Атланту. Богом клянусь, я никому ничего не скажу. Нормальные, хорошие люди разводятся каждый день, так давай просто станем одними из них!       Оливер вздохнул. Он давно ждал, когда она начнет так торговаться.       - Даже если ты на чем-то попадешься, - жена заговорила быстрее, видя, понимая, что это не работает, - я скажу, что это чушь, и ты всегда был прекрасным человеком, не способным на убийство. Я никогда тебя не выдам, даже буду тебе помогать во всем, хоть напильник в пироге пронесу! Только отпусти меня, и я буду вспоминать только хорошее, ведь мы провели вместе действительно хорошие три года! Оливер, ради всего, что у нас было, - ее глаза наполнились слезами. - Молю тебя.       - Шарлотта, как ты не понимаешь, - у него на все был уже готов ответ. - Я держу тебя здесь не потому что хочу причинить тебе вред. Я хочу помочь!       Да, да. Тебе все померещилось, это все твоя депрессия, тебе надо подлечиться, тебя нельзя отсюда выписывать в таком состоянии. Все это Шарлотта слышала уже ни раз. Ей не удалось достучаться до Оливера. И, когда он, наконец, закончил свою тираду, она только спросила:       - Можно я пойду в общую комнату?       Оливер кивнул. Он знал, что пройдет несколько дней, и рутина этого отвратительного места затянет Шарлотту с головой. Таблетки, общение с наиболее адекватными пациентами, бесконечная пластинка "Доминик", которая ужасно раздражала бывшую сестру Джуд... Вскоре Шарлотта начнет сомневаться в том, в чем всегда была уверена. А нормальна ли она? Этот тот вопрос, который ей придется себе задать.