Победитель

С появлением пучеглазика мое спокойствие усилилось, и я стал высыпаться. Но почему я так легко ему поверил? Почему я ничего не сделаю, я просто плыву по течению, плыву вслед за ним. И сейчас я открываю глаза, а яркое солнышко греет мое исхудавшее тело и впавшие щеки, но на лице играет улыбка. Что бы я не думал, я рад, что он есть рядом, потому что так спокойнее, я могу засыпать, с точностью зная, что проснусь. Верчу головой в разные стороны - его снова нет, но рядом лежит кучка аккуратно сложенных трав. Видимо, это завтрак. Я резвенько принимаю сидячее положение, потираю ладони и принимаюсь за трапезу. Собственно, я быстро управился, трава все-таки. Облизываясь, активно оглядываюсь по сторонам – куда же делся мой пучеглазик? Встаю на ноги, поправляю штаны и обхожу окрестности. Его вещи на месте, только лука нет. - Может, пошел тренироваться? – удивленно бурчу себе под нос. Делать нечего, иду в чащу на поиски своего нового друга. - Кенсу! Кенсу-я! Вглядываюсь в листву, и тут, чуть не протаранив мне башку, вылетает стрела. Практически сразу за ней появляется собственно и сам Кенсу, виновато улыбаясь. - Похоже, мне придется к этому привыкать, - улыбаюсь я и иду ему навстречу. Кенсу дожидается, пока я сравняюсь с ним, неловко хватает меня за кончики пальцев и тащит за собой. - Куда мы? Ааа … наверное, тренироваться. Я угадал? – с самого утра улыбка не сползает с моего лица, видно, твердо обосновалась. А я словно попал в какой-то другой мир, я забыл обо всем, я просто здесь, просто иду за ним. Мы останавливаемся, и он указывает вперед. Передо мной ряд деревьев с черными метками. Он отпускает мою руку и снимает с плеча лук. Его лицо сразу меняется, становится серьезным, глаза открываются еще шире, чем обычно, полные внимательности и сосредоточенности. Он достает стрелу, натягивает тетиву и медленно прицеливается в одну из черных мишеней. Я внимательно слежу, пытаясь детально запомнить позу, положение рук, его взгляд. Он резко отпускает натянутую стрелу, и она стремительно летит прямо в цель. Открываю рот от удивления, а он все так же стоит, не меняя позы, и чуть сбивчиво дышит. - Где ты научился так стрелять? Кенсу поворачивается ко мне и пожимает плечами, сам того не зная. - Дай-ка попробовать, - не терпится мне. Кенсу радостно протягивает мне лук и стрелу. Сначала я устанавливаю стрелу, потом минут пять сосредоточенно подбираю позу и выпрямляю руки с луком вперед. Я долго целюсь и отпускаю стрелу. - Блин … она даже в дерево не попала. Кенсу-я, как ты это делаешь? Парень пожимает плечами, корчит смешную рожицу и дает мне новую стрелу. К вечеру я вымотался, пот стекал с меня ручьями, я упорно стрелял весь остаток дня, даже один раз задел кору. Кенсу бегал мне за стрелами, но где-то пол часа назад ушел на поиски ужина. - Все, последний раз … хотя я упертый, - я сдуваю мокрую челку с глаз и снова натягиваю тетиву. Прицелившись, я закрываю глаза и медленно выдыхаю. Я поднял руки так высоко, что лук касается моих растрепанных волос. Отпускаю стрелу и только после этого открываю глаза. Полное попадание – моя стрела в десяти сантиметрах от стрелы Кенсу. Неужели я сделал это? Не медля ни секунды, я бегу в наше пристанище, радостно подпрыгивая. Кенсу сидит на корточках и перебирает в руках какие-то ягоды. Я наваливаюсь на него со спины и оповещаю о том, что у меня получилось. - Дружище, бинго! Я сделал это, айда молодец, правда? Кенсу широко улыбается, и в этот момент я понимаю, что его улыбка так мне знакома. Я ложусь рядом, подложив одну руку под голову, и смотрю на то, как он делит собранные ягоды и травы на двоих. Он изредка поглядывает на меня и смущенно улыбается, а я, кажется, схожу с ума. Все ужасы, что творились со мной, за секунду испарились, а на их месте появилось это чудо. - Хочешь научу тебя метать ножи? – неожиданно даже для самого себя спрашиваю я. Кенсу с минуту смотрит на меня, видимо, что-то анализируя, потом снова улыбается и утвердительно кивает. Он пододвигает мне мою половину ужина, и мы принимаемся есть. Все это время мы практически не сводим друг с друга глаз, иногда улыбаясь. Он так аккуратно ест, и все время облизывает губы. - Это так мило. Кенсу удивленно смотрит на меня – неужели я сказал это вслух? - Нет, ничего … - оправдываюсь я. До конца трапезы, я ни разу на него не посмотрел, я был смущен и мне было немного стыдно. Я первым встаю на ноги и спрашиваю: - Сколько у нас ножей? У меня один, у тебя? Парень показывает два пальца. - То есть всего три ... Ну ладно, и этого достаточно, пойдем, я покажу тебе, что я умею. Кенсу тут же подскакивает, оттряхивая штаны и поправляя свитер, и следует за мной. Мы возвращаемся туда же, где тренировались с луком. Затем он снова садится и со всем вниманием вылупляет на меня свои глазенки. - Ну что, начнем? Он удовлетворительно кивает и складывает голову на свои милые ручки. Я невольно умиляюсь этой картине, но тут же беру себя в руки. А точнее не себя, а ножи я в руки беру. Кладу каждый между пальцев, рассчитываю расстояние между мишенями и предполагаю траекторию полета. Выпрямляю руку и, сделав резкий поворот на 180 градусов, попадаю по всем трем мишеням одновременно. Довольный собой, поворачиваюсь к Кенсу, он с открытым от удивления ртом смотрит на меня и часто-часто моргает. - Давай, ты тоже попробуй. Вставай, а я пока ножи принесу. Принеся ножи на родину, даю ему один клинок. - Вот, держи крепче, - он встает в позу, пытаясь скопировать мою, и принимает полностью сосредоточенный вид, - Держи голову прямо и рука обязательно должна быть прямой, - Кенсу так напряжен, что пропускает мои замечания мимо. Я улыбаюсь ему куда-то в область уха и нежно беру за руку, поправляя в ней нож, - Держи крепче. Он немного смущается, но потом сжимает клинок сильнее и готовится к броску. Я отхожу, и он, еще немного потоптавшись на месте, неуклюже кидает нож, который летит прямиком в землю. - Ты прям весь в меня. Значит, это не твое, не расстраивайся, - смеюсь я. Он смотрит на меня своими большими глазами, чуть улыбается, подходит практически вплотную и обнимает. Я немного удивляюсь, но приобнимаю его в ответ. - Скоро начнет темнеть, пойдем. Кстати, меня тут заинтересовало, а сколько тебе лет? Он размыкает объятия, достает палочку и пишет на земле «20». - Старше меня??? - Исин, ты думаешь, это сработает? - Мы же должны что-то сделать, весь день работали. Ну как тебе? – парень довольно осматривает их самодельную катапульту. Весь день парни таскали бревна, камни, листья и прочее. Они в полной решимости пробить стену и выбраться наружу. Чего они только ни делали – били ее камнями, ножами, пинали ногами. Казалось, ее невозможно разрушить, - Ну что, на счет три? - Раз … два … - Три… - они вместе отпускают рычаг, огромный булыжник летит в никуда и, встречаясь с невидимой преградой, разбивается на мелкие кусочки, - Давай еще раз. Минсок помогает другу затащить еще один булыжник побольше, они плотно связывают его веревками и встают на исходные позиции. - Готов? Отпускай, - кричит Исин, и камень со свистом летит в стену. Он с грохотом ударяется, но это снова не возымело никакого успеха. Исин злится, в бешенстве заряжая мелкие камни, которые находит, и пуляет их в стену. Он кричит и плачет от этой самой злости, срывается с места и несется бить в стену кулаками. Сбивает руки в кровь и кричит, чтобы его выпустили. Минсок несется к нему, крепко обнимает и плачет вместе с ним, - Пожалуйста, я прошу тебя … все будет хорошо, мы найдем выход. Минсок отрывает кусок от своей футболки, на скорую руку заматывает Исину руки, затем закидывает его на спину и относит в сторону. И никто не заметил, как в стене появилась трещина, пропускающая свет внешнего мира в этот закупоренный аквариум.