Глава 13. В следующий раз
28 января 2016 г., 21:29
Кэтрин спрашивает себя, какого она не прекратит всё это, пока они не зашли слишком далеко. Ответ оказывается простым — они уже зашли. Девочка-таблетка сидит за её туалетным столиком и снимает потёкший макияж, методично выбрасывая чёрные от подводки и туши ватные диски. Пирс нравится наблюдать, как лицо девчонки приобретает свою натуральность и почти детскую невинность.
— Почему ты так ярко красишься? Тебе больше идёт так, как ты ходишь в офис, — подает голос Кэт, чтобы тишина хоть немного меньше давила на голову.
— Тебе не нравится? — Стонем поворачивается к ней.
— Ты красивая, это ни к чему, — выдыхает брюнетка, запоздало понимая, что сказала, тут же краснея.
— Спасибо, — Эффи чуть улыбается. — Просто это как маска, мне так удобнее, — говорит она, поднимаясь и ложась поверх одеяла рядом с Кэт. — Так ты не оставишь меня? — осторожно уточняет она.
— Маска от чего? — вампирша игнорирует вопрос, судорожно придумывая, что ответить.
— Ото всех. Я всегда густо подводила глаза. Такую меня видишь только ты, — шепчет девчонка, рисуя пальцем в воздухе круг на уровне своего лица.
— Неужели даже Фредди не видел? — Кэтрин не хочет спрашивать этого, но самодовольство внутри тянет за язык.
— Даже Фредди, — уверенно кивает Эффи.
Пирс прислушивается и понимает, что её пульс не ускорился, это значит, что девочка-таблетка не врёт, а ещё, что она больше ничего не испытывает при упоминании о своей бывшей любви. Кэт непроизвольно кривится от фразы "бывшая любовь" в своей голове, понимая, что, кажется, теперь она — её "настоящая".
— Так ты бросишь меня? Или попытаешься стереть память? — всё не унимается Стонем.
— Или убью тебя, чтобы убрать улики и предотвратить утечку информации, — передразнивает её тон брюнетка.
Они смотрят друг другу в глаза, Эффи первая прыскает со смеху, это слишком заразно, поэтому Кэт заходится следом, пытаясь вспомнить, когда вообще в последний раз она смеялась так искренне, до боли в животе, слез и спертого дыхания. Странно, но девчонка оставляет этот вопрос, находя целую кучу новых.
— Расскажи мне о себе. Тебе и вправду пятьсот с лишним? — наивно спрашивает она.
— Да. А что, не заметно? — Пирс улыбается, пытаясь свести всё в шутку, впрочем, ситуация действительно немного забавная.
— Ну, скажем так, ты неплохо сохранилась, — Стонем заливисто смеется, за что получает легкий пинок от Кэтрин, наверно, со стороны они выглядят, словно давние подруги. — Это какой-то специальный камень? Он защищает от солнца? — отсмеявшись, спрашивает девушка, легко прикасаясь к дневному кольцу на её руке.
— Да, специальный. Но это не значит, что любой может сделать себе такое. Для этого нужна ведьма, на нём специальное заклинание, — вампирша сама не понимает, зачем рассказывает всё это, но они впервые нормально общаются, пусть и на такие ненормальные темы.
— Ведьма?! То есть они тоже существуют?! — Эффи подпрыгивает на кровати, едва не завизжав от восторга.
— Да, как и оборотни. Есть ещё охотники, мы убегаем от них, — спокойно продолжает Кэт, мысленно радуясь тому, что девушка будто ожила, даже румянец появился на щеках.
— Кроме тебя, есть и другие вампиры? Их много? — Стонем с интересом заглядывает в её глаза.
— Есть. Не много, но достаточно, — кивает брюнетка.
— Почему ты не с ними? — этот вопрос застаёт её врасплох.
Кэтрин делает глубокий вдох, не зная, как она должна сказать о том, что ей всё надоело и она просто хотела покончить со всем этим в их первую встречу.
— Я всегда сама по себе, — отвечает она.
— А как ты обратилась? Тебя укусил другой вампир? — сине-зелёные глаза Эффи так близко, она спрашивает это так тихо и предвкушающе, но вопрос такой предсказуемый, что Кэт не выдерживает и смеется ей прямо в лицо.
— Нет, конечно. И где ты начиталась этих сказок? — Пирс замечает легкую обиду во взгляде напротив и невольно касается ладонью щеки девушки, получается более трепетно, чем она планировала, отчего Эф замирает, будто боясь спугнуть момент. — Превращение происходит иначе. Человек должен умереть с кровью вампира в себе, — объясняет она.
Девчонка смотрит на неё ошеломленным взглядом, кажется, тот факт, что Кэтрин умерла, окончательно вгоняет её в ступор.
— Тебя превратили насильно, или это случайность? — решается спросить она, вампирша неприятно морщится.
— Я выбрала этот путь сама и пошла на это добровольно. Мне причинили боль, и я хотела отомстить. Я монстр, — выдыхает она, пытаясь хоть как-то вбить девушке в голову, что она не просто плохая, она ужасна. — За всё своё существование я убила тысячи людей по всему миру. Я всегда делала это ради мести и еды, — продолжает она, пытаясь напугать Стонем, но её пульс и дальше бьется четко и ровно. — Иногда ради забавы, — добавляет Пирс, но даже этот факт ничего не меняет.
— По всему миру? — удивленно переспрашивает девочка-таблетка, будто из всего она услышала только это. — Где ты родилась вообще?
— В маленьком посёлке на юге Болгарии, — отвечает Кэт.
— Так ты знаешь болгарский? — зачем-то уточняет девушка.
— Немного помню его древний диалект. А вообще я побывала всюду, но мне всегда больше нравился Нью-Йорк, — хмыкает брюнетка.
— Это круто. Я бы тоже хотела увидеть, — мечтательно говорит девушка. — И ты пережила Средневековье? И эпоху Возрождения? И две мировых войны? — с восторгом спрашивает она, Кэтрин с улыбкой утвердительно кивает на каждый вопрос.
— На самом деле войн было куда больше. Наиболее комфортно вампирам было в эпидемию чумы. Европа тогда утопала в крови из-за нас, хорошие были времена. Люди умирали каждую секунду, никто даже толком не считал трупов, можно было пить сколько влезет, — Пирс довольно прикрывает веки, пытаясь наконец-то поймать страх, исходящий от Стонем, но вместо него улавливает такие неправильные восхищение и эйфорию.
— И ты тоже превращала кого-то? — выдыхает девушка.
— Иногда. Но это были мои любовники, — незамедлительно отвечает Кэт.
— Почему? Ты любила их и хотела быть с ними вечно? — от этого вопроса вампирша снова зависает, вдруг вспоминая Деймона со Стефаном, прокручивая в голове свои недоотношения с Элайджей.
— Не любила, просто так сложились обстоятельства, — хрипло решается она.
— А меня бы обратила? — вот сейчас пульс Эффи несется, как загнанная лошадь.
— Нет. Потому что новообращенного нужно учить контролю и постоянно следить, чтобы он не сорвался, чтобы не отключил чувства, — объясняет брюнетка, заметив изогнутую бровь девчонки. — Да, это мы тоже можем. Вампир с отключенными чувствами теряет свою человечность и превращается в убийцу-психопата, мы называем таких мясниками.
— А ты отключалась? — интересуется Эффи.
— Нет. Это рискованно, к тому же потом не так просто всё вернуть. А что, ты хочешь, чтобы я тебя превратила? — вопрос сам срывается с губ, и Кэтрин мысленно чертыхается.
— Нет, — без раздумий выдыхает девочка-таблетка.
— Нет и всё? — от такого ответа даже Пирс теряется.
— Нет, это круто, но я не хочу, — уверенно повторяет Стонем.
— Кстати, пока в тебе вербена, это невозможно. Она отторгает вампирскую кровь, словно яд, — зачем-то уточняет Кэт. — Чёрт, да я бы даже не смогла исцелить тебя, если с тобой что-то бы случилось, — чертыхается она под нос.
— Исцелить? — Эф уже в который раз удивленно отрывает голову от подушки и всматривается в шоколадные глаза напротив.
— Да, наша кровь может залечивать живых людей. Если это не рак, конечно, — добавляет вампирша.
Кажется, вопросы у Стонем наконец-то заканчиваются, она просто лежит рядом и переваривает всё услышанное.
— А ещё у тебя есть сверхскорость, да? В тот раз мне понравилось — когда ты сделала это пальцами и так быстро, — Эффи краснеет и отводит взгляд. — Я бы хотела повторить это ещё раз.
— А ещё сверхзрение и сверхслух, — довольно кивает Кэтрин. — И я слышу твоё сердцебиение прямо сейчас. Всегда слышала и должна была догадаться по нему, что на тебя не действует внушение, — продолжает она.
— Ты когда-нибудь трахнешь меня так ещё раз? — Стонем будто не слышит её.
— Да. В следующий раз. А сейчас уходи, — брюнетка сама не знает, зачем отпускает её.
— Пока, — Эффи легко чмокает её в губы. — Я люблю тебя. И ты мне сказала, что тоже.
Девочка-таблетка поднимается с кровати, хватает свою сумочку и уносится на выход. Её не нужно просить дважды, хватает и того, что вампирша отпустила её и не стерла память, давая надежду на следующие встречи. Пирс продолжает лежать, не в силах прийти в себя после такого странного и неожиданного утра, понимая, что делает сейчас самую большую ошибку.
Где-то на улице всё ещё слышатся отголоски шагов девчонки, кажется, она там бежит вприпрыжку. Кэтрин снимает дневное кольцо и приподнимает руку, на пальцы попадают солнечные лучи, мгновенно обжигая их. Вампирша убирает руку в тень до того, как она успевает вспыхнуть огнем, а затем повторяет эту пытку снова и снова, хмыкая себе под нос. Ей бы сейчас рассвет и на крышу...
