Острее лезвия меча

      — Ух ты, — Жерар с восторгом смотрел на вошедшую в зал девушку, он готов был поклясться, что его щёки слегка покраснели от возбуждения.       Эльза смущённо посмотрела на выглядывающие носки белых туфелек, в то время как тонкие пальчики мяли нежно-голубую ткань юбки.       — Ты так реагируешь, будто до этого меня в платье не видел, — неловко пробурчала она и несмело взглянула на любимого в потрясающем тёмно-синем камзоле.       Он молча протянул к ней руку и Эльза, немного поколебавшись, всё же её приняла.       — Такой трогательно-невинной, я бы даже сказал, воздушной я тебя ещё не видел, — Жерар обезоруживающе улыбнулся, от чего сердце девушки пропустило удар.       — Дурак, — смущённо буркнула она и повернула голову в сторону, стараясь скрыть довольную улыбку.       Принц не пытался скрыть свою.       — Любой станет дураком в обществе такой обворожительной леди, — учтиво произнёс принц и галантно поцеловал ей ручку.       Эльза приподняла одну бровь в немом удивлении.       — Ты пытаешься заигрывать со мной?       Жерар как-то по-мальчишески усмехнулся и посмотрел в любимые вишнёво-карие глаза.       — Я не пытаюсь, я заигрываю, — и подмигнул.       Алая почувствовала, как щёки опалило жаром и закрыла лицо одной рукой, опустила голову. Принц недовольно нахмурился и подался вперёд.       — Не прячься от меня, — мужчина поддел пальцем женский подбородок и мягко приподнял его. — Неужели тебя настолько вывели из равновесия эти невинные заигрывания? — и проказливо улыбнулся.       Эльза вспыхнула повторно, на этот раз от негодования.       — Не в этом дело! — выдернула руку и отошла на пару шагов, независимо вздёрнула подбородок.       Жерар зажевал очередную улыбку.       — Тогда в чём же? Сомневаюсь, что тебя могло смутить нечто подобное, учитывая градус наших предыдущих «разговоров», — последнее словно было произнесено с явным подтекстом.       Эльза оглянулась дабы убедиться, что их никто не подслушивает.       — То, что происходит в спальне и здесь не одно и тоже! — вспылив, прошипела девушка. — К тому же дома я всегда чувствую себя не в своей тарелке, словно стоит сделать один неверный шаг или жест, как меня тут же отругают, — уже совсем подавлено произнесла Алая и даже сгорбилась от нахлынувшего напряжения.       Жерар осторожно приобнял девушку за плечи, давая так необходимые ей тепло и поддержку.       — Ты невероятно сильная, смелая, умная и красивая девушка. Тебя не за что осуждать. К тому же, как мы оба, а ещё тысячи рыцарей и жителей Империи знаем, ты отлично умеешь держать оборону и не позволишь дать себя в обиду.       Эльза сделала глубокий вдох, черпая силу в его словах и безграничной уверенности в ней.       — Ты прав, — она решительно выпрямилась и откинула волосы с глаз.       На губах заиграла уверенная улыбка.       — Я Эльза Алая Роза. Я не трепещу от страха перед врагами, а заставляю обратиться их в бегство!       — Вряд ли здешние обитатели являются твоими врагами, — кисло произнёс Фернандес в спину хохочущей Эльзе, чью фигуру словно обуяло пламя решимости.       Боковым зрением он заметил, как несколько слуг с опаской выглядывали из-за неприметной двери. Жерар понимающе усмехнулся. Если бы он не знал Эльзу настоящую, тоже бы относился к ней с некоторой настороженностью – как к пороховой бочке, на которой ты не просто сидишь и куришь, но ещё и размахиваешь зажжённым факелом.       Из коридора послышались мужские голоса и несколько зловещий смех тут же затих. Эльза степенно сложила руки на юбке и выпрямила и без того прямую спину, подбородок поднялся вверх, а на лице появилось выражение вежливой скуки. Такая отработанная мимика вызвала в Жераре желание вывести любимую из равновесия, чтобы она перестала скрывать свои настоящие эмоции. По истине, высший свет Фиеры уже давно перестал придавать значение чопорности, перенимая у соседей желание веселиться на приёмах, а не вышагивать с постной физиономией весь вечер. Очевидно, такое поведение закрепилось ещё не везде. А жаль.       Жерар преувеличенно громко вздохнул, чем вызвал немой вопрос в карих глазах, и поприветствовал вошедших мужчин. Герцог не особенно затягивал с повторными приветствиями в отличие от его старика, который так и норовил вывести Эльзу из душевного равновесия. Его постоянные вопросы по поводу личной жизни, отношений с ним, в частности, планов на семью начинали немножко его подбешивать. В конце концов, это его привилегия смотреть, как краснеет Эльза! А всякие старые пни, которые задолбали своих жён так, что те свалили к старшей дочери понянчиться с внуками ещё полгода назад, пусть не лезут к его девушке!       Жерар сдержал дикое желание схватить любимую, забросить на плечо и утащить в свои покои. Только мысль о том, что достанется ему потом не слабо, его останавливала. Ну и правила приличия, чтоб их! Иногда он жалел, что не является, например, Гажелом, который так долго пытался подобрать слова, чтобы пригласить Леви на свидание, а по итогу плюнул на, как он выразился, «пустую болтовню», закинул девушку на плечо и был таков.       Когда вопрос зашёл о количестве внуков, которых хотел Алазар, Фернандес не выдержал и чуть ли не отодрал своего отца от герцогини. Любопытно, что всё это время герцог Алый не сделал ровным счётом ничего – только стоял и смотрел. Что-то тут явно не чисто. Да и откуда папаша знает об их отношениях? Официально это стало известно после того, как тот свалил на охоту вместе со своим закадычным другом, а гонцы в те буреломы, в которые те обычно отправляются, зареклись ездить. Похоже, кто-то при дворе балуется голубиной почтой. Нет, ему, конечно, могли и по возвращении рассказать, но что-то слишком уж он осведомлён. Да ещё так радуется, утопить в соуснице хочется!       В общем, не договаривают что-то их старики, ох не договаривают. Жерар бы даже сказал – скрывают, причём не особо тщательно. Когда десерт был подан, а количество переглядок за небольшим круглым столом в малой обеденной зале достигло красной зоны, Жерар лениво откинулся на спинку стула и в упор посмотрел на довольно переглядывающихся мужчин, которые восседали напротив друг друга. Эльза же, напротив, усиленно не отводила взгляд от белоснежной тарелки, лениво кромсала бисквитный треугольник трезубчатой вилкой и изредка отправляла маленький кусочек в рот. Вкуса Алая не чувствовала. Как и аппетита, поэтому за ужином впихнула в себя от силы пару ложек. Присутствие двух самых влиятельных фигур в её жизни – Императора и отца – по обе руки от неё как-то не способствовало благодушному настрою. На Жерара же Эльза вообще старалась не смотреть – после всех тех бестактных вопросов от монарха, она вообще избегала его взгляда, хотя и чувствовала на себе его тяжесть время от времени. Сейчас же атмосфера накалилась до того уровня, что ей хотелось просто встать и сбежать. Желательно, подышать свежим воздухом. И дышать им до тех пор, пока все не разбредутся по покоям и она сможет беспрепятственно проскользнуть в свою комнату.       — Господа, вам не кажется, что интрига затянулась? — бесстрастный, с налётом скуки, голос любимого разрезал повисшую тишину как нож масло.       Эльза прекратила издевательство над тортом и с удивлением посмотрела на принца. То же сделали и остальные присутствующие за столом. Краем глаза Эльза отметила, как напрягся Его Величество и слегка нахмурила брови. Безусловно, вечер окончательно ей разонравился.       — О чём ты говоришь, сынок? — император издал нервозный смешок и отпил из бокала.       Жерар приподнял бровь и хищно улыбнулся, одна рука лежала на столе и лениво крутила серебряный нож.       — Неужели? — протянул наследный принц и растянул губы в несколько зловещей улыбке.       Эльза тяжело сглотнула – не хотелось бы, чтобы он когда-нибудь улыбался ей подобным образом, да ещё и держа в руке нож! Даже её отец напрягся, что уж говорить об Алой, чьи нервы вовсе не были такими стальными, как все вокруг считают. Особенно, если дело касается любимого мужчины, которого она временами откровенно побаивалась.       — Знаешь, дорогой отец, мне с самого начала показалось странным то покушение, равно как и твой приказ о назначении Эльзы моим «телохранителем», — последнее слово было выделено особой интонацией.       Монарх слегка оттянул ворот – ему вдруг начало казаться, что тот его душит. Император просто ещё не понял, что то было предчувствие медленно затягивающейся удавки, которую набросил на обоих мужчин Жерар.       — К тому же, ты оказался чрезвычайно осведомлён о наших с Эльзой отношениях, — пазл в голове мужчины окончательно сложился. — Ты бы не стал просить докладывать о нас пока был на охоте, если только чего-то не ожидал.       Со стороны герцога раздался короткий смешок.       — Не знаю, как ты, Алазар, а я чувствую себя будто на допросе.       Эльза впервые за этот вечер в упор посмотрела на родителя и твёрдым голосом произнесла:       — Дайте ему сказать, — и усмехнулась, посмотрела в любимые синие глаза. — Мне тоже стало интересно.       Улыбка Жерара стала запредельной.       — У меня есть все основания полагать, что то памятное покушение на меня было подстроено, так как ничего за столько времени выяснить не удалось. Да и Нацу с Греем, какими бы идиотами ни были, спят о-очень чутко, а тут их даже пушкой было не разбудить. А дальше ты решил наказать командира отряда, в котором они находились. И им оказался никто иной, как очень красивая, исключительно умная и боевая девушка, да ещё и принадлежащая к древнему роду, который весьма уважаем в нашей империи. Но и это не всё – её отец ближайший друг Императора, которому этот самый император уже не первый год жалуется на нежелание единственного сына обзавестись женой, ну и, естественно, в, последствии, семьёй. В то же время, несчастный герцог озабочен будущим своей единственной дочери, которую замуштровал до такой степени, что та даже себя привлекательной не считала, что уж говорить о большем, — последнее предложение было единственным, в котором за время монолога можно было услышать эмоции.       Эльза поджала губы, вспоминая, сколько времени Жерар убил на доказательства её красоты – как внешней, так и внутренней. Да он и сейчас продолжал ей это показывать. Взгляд невольно скользнул по невозмутимым лицам мужчин, ни один из которых не желал уступать.       Эльза скомкала салфетку и бросила в тарелку с недоеденным тортом. Ей не нужно было слышать доказательств правоты Жерара – выражение их лиц говорило лучше всяких слов. С такими лицами прожжённые картёжники мухлюют в игре. Вот только она более не желала быть участником той игры, которую затеяли их родители.       В полной тишине Эльза поднялась из-за стола и окинула двух мужчин ледяным взглядом. Те едва сдержались, чтобы не поёжиться.       — Я сыта по горло и этим ужином, и вашими играми в великих интриганов. Впредь, попрошу не впутывать меня в ваши «коварные» замыслы. Понимаю, что для мужчин, наделённых подобной властью, люди всё равно, что пешки. Однако прошу вас не забывать, что эти самые «пешки» живые, дышащие люди, у которых есть не только эмоции, но и чувство собственного достоинства и оно не меньше, чем у каждого из вас. А теперь прошу меня извинить, мне надо на воздух, — и, шурша юбками, удалилась.       Слуга вежливо закрыл за ней дверь и вопросительно уставился на высоких господ.       — Я бы попросил оставить нас наедине, — вежливо проговорил Жерар, хотя внутри у него всё клокотало от злости.       Вышколенная прислуга учтиво поклонилась и тихо исчезла за неприметной дверью. В помещении повисло гробовое молчание.       — Ну а теперь, — раздавшийся тихий голос наследника престола показался зловещим, — раз уж с нами больше нет единственной причины, по которой я чудом мог сдерживаться, мы с вами побеседуем…       В любимом мамином саду было как никогда тихо. Эльза поёжилась и плотнее закуталась в выданную дворецким тёплую шаль. Вечера в герцогстве Алой розы всегда были холодными из-за пронизывающего ледяного ветра с заснеженных гор неподалёку. Днём это было не особо заметно из-за палящего солнца, а вот ночью температура заметно снижалась. Наверное, именно этим Фале Иллорианской местные края напоминали родину.       Эльза тихо прошлась по каменной дорожке, нежно прикасаясь к алым бутонам, которые словно льнули к её руке, моля о внимании и ласке. Воздух был наполнен до боли знакомым ароматом, только не хватало сладкого запаха клубники, чтобы его завершить. Девушка набрала полную грудь воздуха и подставила лицо выглядывающей из-за чёрной ваты облаков среброликой красавице. Она чувствовала, как всё её существо заполняет умиротворение. В этом саду она ощущала особую связь с матерью. Его атмосфера окружала и наполняла её, здесь она могла представить себя словно в колыбели материнских объятий. Эльза тяжело вздохнула.       Интересно, как сложилась бы её жизнь при живой матери? Наверное, они целыми днями бы проводили вместе: играли, наряжались в различные туалеты, а Эльза бы тайком стаскивала материнские украшения и навешивала на себя. Алая хихикнула от представшей перед глазами картины и тут же грустно улыбнулась. Её детство было таким в Иллории до тех пор, пока отец её не забрал. И те краткие моменты, когда она приезжала на родину матери, так разительно отличались от времени, что она проводила дома. Рядом со своими многочисленными тётушками и кузинами, одним-единственным кузеном и дядей с дедушкой она чувствовала себя счастливой. Чувствовала себя дома. А сейчас домом для неё стал ещё один человек, с которым (подумать только!) их свели их неугомонные отцы. Пожалуй, плюсы в их плане перевешивают минусы. Хоть ей и неприятно было оказаться объектом чьей-то игры, но, она вынуждена была это признать, будь всё на прежних позициях, они с Жераром вообще могли бы не сблизиться. На миг ей даже стало интересно, как бы развивались события без этого мнимого покушения? Проверять ей не хотелось.       — Хорошо, что твой отец знал, где тебя искать, а то я бы заблудился в этих коридорах.       Эльза замерла от звука весёлого голоса и медленно обернулась. К ней навстречу шёл мужчина, который последние недели занимал все её мысли. Его синие глаза загадочно отражали лунный свет, а на губах играла греховная улыбка. Эльза даже слегка порозовела от удовольствия его созерцания.       — Я поговорил с ними, — встал напротив неё Жерар. — Они клятвенно пообещали, что больше так не будут и о предыдущей их проделке никто не узнает, — Жерар говорил таким тоном, словно речь шла о неразумных детях лет пяти.       Эльза невольно прыснула.       — Они хоть ещё живы?       Жерар показательно надулся.       — Я, конечно, чудовище, но не настолько же, — однако в конце фразы не выдержал и хулигански усмехнулся.       Эльза улыбнулась в ответ и сделала шаг вперёд, обвила талию мужчину руками и прижалась к нему всем телом, приложила ухо к груди, стала слушать мерный стук сердца. Сильные руки сомкнулись на её талии, после чего Жерар опустил подбородок ей на макушку.       — Успокаивает, да? — тихо поинтересовалась Эльза, наслаждаясь моментом.       — Угу, — невнятно пробурчал Жерар и закрыл глаза.       Вместе им было так тепло, уютно и хорошо – настоящая магия, учитывая всё то, что им довелось пережить за последние несколько дней.       — Я хочу тебе кое-что сказать, — прозвучал через несколько минут слегка неуверенный мужской голос.       Эльза удивлённо от него отстранилась и поймала его взгляд, тем не менее, не разрывая объятий.       — Что? — тихо спросила она.       Ей показалось, или он действительно занервничал. Судя по ускорившемуся «ту-дум, ту-дум» не показалось. Жерар сделал глубокий вдох, собираясь с духом, и уже без сомнений и излишнего волнения продолжил:       — Я всегда за тобой следил. С момента нашей первой встречи, я неосознанно начал тобой интересоваться, — (Эльза во все глаза смотрела на возлюбленного, боясь поверить собственным ушам). — Как ты, наверное, знаешь, в королевском архиве существует тысячи записей обо всех аристократах Фиеры. На каждого дворянина при его рождении заводится личное дело, записи в котором ведутся на протяжении всей его жизни (королевская семья должна знать всё о тех, в чьих руках сосредоточена власть). Обычно я не особо этим интересовался, от силы мог прочитать отчёта два, однако записи о тебе я изучал вдоль и поперёк. Меня заинтересовала хрупкая девушка, которая, будучи единственной наследницей древнего и уважаемого титула, совершенно не походила на своих сверстниц. Когда ты стала рыцарем и начала появляться при дворе, мой взгляд невольно выхватывал тебя из окружения, но я никогда не пытался подойти к тебе.       Эльза задумчиво прикусила губу и невольно опустила взгляд. Знал бы он, что она сама постоянно искала его в толпе, каждый день надеялась увидеть гордый профиль, прекрасные синие глаза и завораживающую улыбку.       — Видимо, мой отец понял то, что ускользнуло от моего внимания – в ту памятную встречу девять лет назад я влюбился в аловолосую девочку, которую её отец привёз представить ко двору, — Эльза задохнулась от шока и во все глаза уставилась на Жерара. Тот понятливо усмехнулся. — Я не одобряю метод отца, но, вынужден признать, что без его вмешательства топтался бы на месте ещё неизвестно сколько. Вероятно, до того момента, как какой-нибудь щёголь попытался бы тебя увести.       Эльза хотела громко возразить, что ни за какого щёголя она бы точно замуж не пошла, да и вообще вряд ли поверила бы хоть одному мужчине и начала с ним встречаться, если уж на то пошло, но вовремя прикусила губу и заставила себя хранить молчание. Она себе никогда не простит, если не даст ему сказать то, что он хотел.       Жерар нежно улыбнулся и потянул наверх её левую ручку. Под полным смущения и неуверенности взглядом, осторожно поцеловал основание безымянного пальца.       — Я не делаю предложение сейчас – нам ещё рано об этом думать. Но я обещаю тебе, — он серьёзно посмотрел в любимые глаза, — однажды, если ты всё ещё будешь хотеть остаться рядом со мной, на этой руке будет красоваться подаренное мною обручальное кольцо.       Эльза не в силах была вымолвить и слова, лишь молча стояла и хлопала глазами как окончательно и бесповоротно выжившая из ума. Что ж, по крайней мере, сойти с ума от любви к такому мужчине будет весьма неплохо.       Эльза медленно согнула губы в соблазнительной улыбке и поднялась на цыпочки.       — Буду ждать с нетерпением, — шепнула игриво ему на ушко и, вернувшись в исходное положение, проказливо подмигнула.

*************************анонс к следующей главе**********************

— Мадам, как вы смотрите на то, чтобы переспать с шафером? — А вы, как погляжу, приверженец старых традиций? — Безусловно! Это наша обязанность сделать всё, чтобы семейная жизнь новобрачных была счастливой. Так что скажите? — Ну-у, право не знаю… видите ли, у меня такой ревнивый молодой человек, полагаю, если застанет нас вместе, убьёт обоих. — Да что вы говорите? — И, боюсь, столь рьяное исполнение заветов предков с нашей стороны его не остановит. Как вы думаете, между кем идёт сей занимательный диалог? ^.^