Рядом с тобой тяжело даже дышать

И вновь торнадо налетел на Аркадию Бэй. На этот маленький город внутри Макс, и разнес его к чертям собачьим. Колфилд облажалась. В который раз. И теперь она не сможет отмотать время. Или же… Девушка выбросила руку вперед и до судороги напрягла кисть. Конечность затрясло, а кожа на ней теряла хоть какой-то цвет. - Твою мать! – выругалась Макс на всё заведение. Но всем так же плевать. Вторая попытка – ничего. Третья – ни одного сдвига. Четвертая – никаких ощущений, кроме крови из губы, закусанной добела. Нет, Хлоя… Хлоя, пожалуйста! *** - Прошу всех учащихся и рабочий персонал собраться в главном зале, - по громкой связи объявил ректор Уэллс. И плевать, что занятия давно кончились, и что все, вплоть до живности на стенах в уборных, хотели слинять отсюда поскорее. - Эй, Кейт, - девушку, смотрящую себе под ноги в малой толпе, окликнул парень. - Уоррен? – её голос был тихим, такое чувство, что она хотела бы вообще его не иметь. - Ты видела Макс? – спросил он слишком медленным для него тоном, обеспокоенным тоном. - Она говорила, что поедет к Хлое. Наверное, у неё сидит. А что-то случилось? - Да нет, надеюсь. Она в шесть должна была встретиться с Нейтаном… Парню не дали договорить. - С Нейтаном?! – зрачок Кейт в секунду сжался до маленькой черной точки, а рука накрыла рот. – Ему что-то нужно от Макс? - Нет, скорее это она что-то должна была ему сказать. Кейт, я волнуюсь за неё, - он посмотрел на девушку. Уоррен был напряжен. Выдавали плечи, и то, как он чуть ли не каждую секунду тер шею. - С ней все хорошо, - по крайней мере, так хочется думать Марш. Она до чертиков напугана. Её тело покрывается льдом, стоит только подумать о Прескотте. Он ещё тот ублюдок. Она винит себя за то, что приняла что-то из его рук. Ведь она считала, что все наговаривают на него, да и он был добр к ней. Он не плох, просто мир не принял его таким, каков он есть. Но нет, Нейтан ещё тот ублюдок. Входная дверь академии хлопнула. Это был Прескотт младший. Мокрый и потасканный, будто бы тряпка для пола. И действительно. Колфилд воспользовалась им. А не много ли ты, сука, себе позволяешь? Он не просто зол, его рвало от гнева. И не дай бог кто-нибудь его тронет. Этому придурку не повезет. Что о себе возомнила эта девка? Она думает, что святая и неприкосновенная? Это мы ещё посмотрим. Я Прескотт, а это значит, что каждый грёбаный сантиметр на этой земле и абсолютно любой человек на ней принадлежит мне. Ты поняла, Колфилд? Ты моя собственность. Вещь. Как стул, как эта академия, как этот, мать его, гнилой город. И никто не смеет перечить мне, и уж тем более скрывать что-то от меня. Бесящая сука. - Все собрались? – к микрофону подошел мистер Уэллс. – Ребята, коллеги… Для всех было шоком, что стены нашей любимой академии скрывали такого опасного человека. Я понимаю волнение родителей тех детей, что забрали их домой. Их обучение будет продолжено дистанционно. Об этом позаботится сам Шон Прескотт. Нейтану оставалось только захлебнуться в собственной желчи. Отвратно. Его отец любит строить из себя святого. Словно Бог, который посетил эту забытую всеми дыру. Спаситель. Только вот он, его сын, совсем не Иисус. Сдохнуть ради правды? Или как там? Пошли все нахер! - Спасибо тем, кто остался, - продолжил говорить ректор. – И есть еще одна новость. И она будет похуже, - Уэллс прокашлялся. – Из-за дождя первый этаж общежития, этаж парней, находится в неблагоприятном состоянии для дальнейшего проживания. Поэтому мы посовещались со школьным советом и решили объединить общежитие. В зале поднялся шум. Кого-то эта новость обрадовала, кого-то расстроила или вовсе испугала, а кому-то было насрать на всё. - Тишина! – поднял голос мужчина. – Да, это неожиданно, и, в скорейшие сроки будет проведен ремонт. Теперь в комнатах будут жить по двое. Будет установлено расписание пользования душевой комнатой, и, конечно, никто не отменял комендантский час. Списки расселения можете взять у мисс Грант. - Это что ещё за хуйня? – выругался Нейтан. Ещё чего не хватало, так это делить комнату с кем-то. - Ты решил прогуляться под дождем? – к нему подошла Виктория, протянув пачку карманных салфеток. - Не лезь не в своё дело, ладно? Чейз поймет. Чейз не обидится. Она его знает. Уже привыкла к его отношению. Просто улыбнется и пойдет болтать с Тейлор о своём. В этом вся Виктория, она разбирается в Нейтане. И знает, что сейчас лучше оставить его одного, чтобы не попасть под горячую руку. - Это ведь ошибка! Быть того не может! – голос Грэхема раздался на весь зал. - Какого чёрта ты орёшь? Отойди, придурок, - Прескотт локтем отпихнул парня и выхватил листок у преподавательницы. «219 комната: Нейтан Прескотт Уоррен Грэхем» - Блять, это какая-то шутка? – Нейтан зло посмотрел на мисс Грант. – Я буду жить с этим задротом? - Мистер Прескотт, пройдите к ректору, он вам всё объяснит, не задерживайте очередь. Он смял листок и отправился прямиком в кабинет Уэллса. Уоррен же стоял и просто пилил взглядом свое имя, которое было рядом с именем этого придурка. Мало того, что они теперь соседи, так ещё и живут в комнате Макс. Прескотт же всё сломает там. - Мне повезло, я живу с Макс. И мы в моей комнате. Я думаю, она не будет против, - беспокоилась Марш. - А вот я в полном дерьме… Прости, Кейт, - извинился Грэхем за фразу, произнесённую перед ушами девушки. - Посмотри с другой стороны. Ты будешь жить в комнате Макс и не дашь этому… Нейтану делать всё, что взбредёт в его больную голову. - Ты права, - Уоррен похлопал Кейт по плечу. *** - Да понял я! – Нейтан закрыл дверь так, как только он это умеет, с громким хлопком, чтобы вся эта академия развалилась на маленькие кусочки. Верно. Он всего лишь король этого всего, а его отец – закон. И он, Нейтан, тоже должен подчиняться ему. Ну, раз папочка этого хочет. Разболелась голова, да и руки начало трясти. Достав из кармана таблетки, парень зажевал одну. Горько. Привычно. Как всегда. Вот его жизнь. Он уже не может без этих таблеток. Нет их – нет его. Без них он будет сидеть в психушке с завязанными рукавами на спине, и биться башкой о мягкую стену. Готовый на всё, лишь бы ему избавиться от пролившегося котла расплавленного железа внутри него. Дождь уже поутих. Но мокнуть больше не хотелось: Нейтан побежал до кампуса, стараясь не распластаться на скользкой дорожке. Зайдя в общежитие, он почувствовал сырость. Парни бегали по этажу и собирали свои вещи. Пол хлюпал, а на стенах кое-где отлетела краска. Лучшая академия искусств – Блэквелл. Прескотту было плевать на всё, что лежало у него в комнате. Купит. Там ничего не было ценного. У него вообще ничего нет. Он сам иногда сомневается: есть ли он? Поднявшись по лестнице, женский этаж встретил его запахом мыла и непонятных духов. До тошноты. 219. Парень прошел до конца коридора и открыл правую дверь. Странно, что она не заперта. Тело сопящее на кровати он заметил сразу. Но не так быстро он понял кто это. Это она. - Колфилд, какого?.. Она поёжилась и перевернулась на другой бок – к стене. Обхватив одеяло руками и ногами, она свернулась, как кошка, когда ей холодно. Маленькая. Хрупкая. Сука. Что он делает? Он просто стоит и смотрит на неё. Смотрит на её худые руки. Взглядом отчерчивает острое плечо, которое видать из-за немного сползшей футболки. Для неё она слишком большая. Оголенная поясница стала следующей мишенью для его глаз. Он нервно сглотнул застрявший ком в горле. Девушка опять заворочалась в постели, ногами спихивая одеяло на пол, но держа его руками при этом. Её ноги. Такие бледные. Она же постоянно ходит в джинсах. Взгляд от маленьких и хрупких ступней пошел вверх. С каждым сантиметром он становился всё быстрее, пока не застыл на границе шорт. Грёбаные шорты. Они тебе не идут, Колфилд. Как и все вещи в этом мире. Лучше носи мешок. - Эй, - Нейтан ударил ногой по кровати. – Проснись и сваливай. Макс приоткрыла глаза. Перед ней стоял долбаный Прескотт. Да и она была в своей комнате. Как? Она не помнит. Её вещи, все мокрые, валялись на полу, а сама она была в пижаме – так она это называла. Она только помнит разговор с Джойс, несколько пустых попыток с движением времени, то, как вышла из «Двух китов». А потом… Нейтан в её комнате. Он насквозь промокший. Ещё больше с их последней встречи. И явно зол. Всё как всегда. У него нет других лиц: гнев или же полное игнорирование мира. Попробуй улыбнуться, может, треснешь. - Боже, что у тебя с лицом, - видимо, отвращения в его голосе было недостаточно, он ещё и лицо скривил. А вот и третья маска. Косметика. Видно она и во сне плакала. О чём? Хлоя. Хлои теперь нет. Окончательно и бесповоротно. Без перемотки. Хлоя. - Выметайся, - его голос раздражал. - Это моя комната. Сам проваливай. Макс встала с кровати, поправив шорты и футболку. Ноги держали, но слабо. Она что, всю дорогу прошла пешком от «китов»? Волосы были мокрыми и липли к лицу. Она убрала их, легко касаясь пальцами раздутых щек. А в отражении зеркала, она увидела раскрасневшееся лицо с черными потёками с глаз. Разбитая, да? На неё смотрел Нейтан. Она выглядела побитой. Слишком слабая. Сейчас. Что с тобой, Колфилд? Ты всё-таки отхватила от кого-то? Довыёбывалась? - И что стоим? – она смотрит на него, как на идиота. - Если бы ты тут не спала, то знала бы, что я теперь живу тут с твоим голубком, - он протянул ей скомканный лист. Её пальцы слишком холодны для неё. Молчание. Глаза третий раз пробегают по строчкам. Она не верит. Добро пожаловать в клуб идиотов. Увы, ты не первая. - Что это? – спросила Макс. - Распоряжение придурка-ректора. Ничего не поделаешь. Отец позаботился об этом, - цокнул парень и уселся на диван. – А теперь исчезни с моих глаз. И что ты будешь делать, Макс? Сколько ударов ты вынесешь? Первый прямо под ребра, чтобы сбить дыхание – смерть Хлои. Второй где-то в район головы – гребаный переезд. Что будет третьим? Что мне отобьет почки? - Макс! – голос и голова Уоррена появилась из проёма. – Мы тебя искали. У меня новости…, - парень перевел взгляд на Нейтана. – Ты уже в курсе? – Макс кивнула. - Ты можешь мне всё объяснить? А то я что-то запуталась. - Блять, Колфилд, это что, слишком трудно для твоих крохотных мозгов? – начал Прескотт. – Это…, - он обвел руками комнату. – Теперь моё. Убирайся. - Заткнись, по-хорошему, - пригрозил Уоррен. -Оу, - поднялся Нейтан и подошел к нему. – А то, что? Заставишь пробирки мыть, Грэхем? - Успокойтесь оба, - встряла Макс. - Задолбали. Чтобы когда я вернулся, тут не было ни тебя…, - его холодные глаза остановились на Макс. – Ни твоих вещей. Он закрыл дверь. Громко. Хлопнув ей. Бесит. Ещё одна таблетка отправилась в рот Прескотта.