Рядом с тобой тяжело даже дышать

Хлам. Первое, что пришло в голову парню, когда он вывалил содержимое сумки Колфилд на кровать. Разноцветные ручки, выделители различных цветов. Хотя по внешнему виду не скажешь, что она любит яркие цвета, или вообще цвета. О, её чудо машина – полароид. Сколько ему лет? Нейтан крутил желтую камеру у себя в руках. Со стороны можно было подумать, что он просто-напросто не знает, как ей пользоваться, но нет, причина в другом, и она более тупая. - Семь, - пробормотал Прескотт себе под нос. Ему какого-то чёрта нужно было посчитать, сколько царапин на полароиде. Семь. Думал, что Колфилд дорожит своими вещами. Или же он ещё в хорошем состоянии? В комнате стало темно, и как бы этого не хотел Нейтан, свет пришлось включить, ведь барахла этой чокнутой еще прилично. Но камера интересовала его больше всего. Интересно, что она видит, когда снимает? Чувство намного живее, чем при съемке на цифровую камеру? Сам того не осознавая, он вытянул руку к лампе. Навел аппарат и щелкнул. Быстро. Непонятно. Завораживающе. Чувство, когда он ждал, когда проявится фотография, напоминало что-то вроде заинтересованности, страха, нетерпения. И вот на маленькой бумажке его черная кисть. Меж пальцев, словно водопадом льётся свет. Он мог поспорить, что видит, как он стекает с его ладони. - Это странно, - Прескотт отложил полароид с фотографией в сторону. Парень продолжил дальше осматривать вещи. Тетради с кривым почерком его не интересовали, а вот обклеенная книжица заставила взять себя в руки и открыть её. Это что, блять, личный дневник? Ей двенадцать? Да кто сейчас вообще ведет дневник У Нейтана не было внутреннего конфликта типа: лезть в душу человеку или нет? Он даже об этом не задумался. Просто открыл и начал листать. Вначале были рандомные записи о том, как ей скучно, какой вкусный кофе, мечты стать кем-то там и прочая чушь. С конца августа стал упоминаться Блэквелл. Вот запись где она безумно рада, что преподавать будет Джефферсон, собственно, она, поэтому и вернулась обратно в Аркадию. Знала бы ты тогда, какой он мудила ноги твоей здесь не было бы. В начале октября записи как-то резко сокращаются. Пара слов. Редко предложение. «Я сделала это, но не так, как надо было, надеюсь, теперь всё не полетит к чертям». «Страшно думать о нем». «Прости меня». «УМЕРЛА». «Я не могу её вернуть… Хреново». Это последняя запись. Он пролистал до конца, но ничего. Только паршивая фотография бабочки. Блять, Колфилд от тебя требовалось объяснить, что за чертовщина творится в твоей башке, а не выливать на меня ещё больше непонятной херни. Его это разозлило, и он кинул дневник об пол. Фото! Точно! Он неожиданно вспомнил об этом, но их не было. Всё что осталось так это дешёвый mp-3-шник, спутанные наушники, пара конфет, кошелёк, ключи. И всё. - У неё же всегда дохрена фоток, - Прескотт разговаривал сам с собой. – Или она складирует их у себя под подушкой? Его конкретно всё это взбесило. Нейтан не заботясь о состоянии вещей, скидал их обратно в сумку, не забыв про дневник и единственное, чтоб его, фото. Как же сильно ему сейчас хотелось швырнуть этот мешок в неё. Но даже, если бы он себя не сдерживал, он не знает где она. Может быть, до сих пор бегает по лесу с глазами раненой лани, или уже постанывает от ласк мелкого ублюдка? И второй вариант ему казался наиболее реальным, так как время близилось к комендантскому часу, а Грэхема всё не было. Он же не нарушает. Дохера правильный. Его рожа уже должна была мозолить мне глаза. Или возможно, что он всё ещё её не догнал? Волнение слегка тронуло Нейтана, что мурашки неожиданно пробежались по спине. Он встряхнул головой так интенсивно, что большинство прядей свалились на лицо. Нет, ему не нужна вся эта муть. Ему плевать и даже лучше будет, если она потеряется. Нет Колфилд – нет проблем. А что, хорошо звучит. Так же хорошо и отчетливо, как и тот её истерический смех, от воспоминания которого прошла новая волна мурашек. Надо бы уже признать, что он не отделается от Максин Колфилд. *** Ей не плохо, ей по-настоящему хреново. Видимо на фоне стресса появились галлюцинации. Только вот что ею было? Звонок или только преследование? И Макс бы очень хотела, чтобы ей оказался звонок, а лучше всего, и весь Блэквелл. Сейчас она, приняв душ, и закутавшись по нос в плед, старалась не смотреть на Кейт. Напуганную и одновременно опечаленную. У неё тряслись руки, поэтому, когда она помешивала сахар в чае, ложка сильно часто стучала о края чашки. - Двух хватит? – Марш старалась спросить так, чтобы голос не дрожал. - Спасибо, но я не хочу. Девушка присела рядом с Макс, оставив дымящийся чай на тумбе у кровати. - Тебе тяжело, - она приобняла Колфилд за плечи. – Но сейчас ты можешь это всё отпустить. Я буду рядом. - Спасибо, Кейт. Макс решила прислушаться к ее словам. И была очень благодарна, что подруга не стала расспрашивать её. Потому что врать ей не хотелось, а по-другому не получится. Никто не обрадуется новости, что серийный убийца позванивает бывшему ученику. Минимум начнется паника, а максимум все сойдут с ума, как она сегодня. Чай был травяной, и это нравилось Колфилд. Кейт пыталась её всячески приободрить, показывая ей свои рисунки, и, рассказывая о своих планах про карьеру детского писателя. Нельзя сказать, что это заставило забыться Макс, но отвлекало от мыслей отлично. Она улыбнулась, даже рассмеялась. И Марш была рада. Она не видела её такой со смерти Хлои. Вся история с Джефферсоном оставила на каждом свой след, но на Колфилд его было виднее всего. - Я здесь! – в комнату без стука залетел Уоррен. – Нашел телефон. Валялся за стеллажом, - он передал его Макс. – Отключился. Пришлось мне излазить на коленках всю библиотеку. - А сумка? - Больше ничего, ну, кроме тонн книг, - решил пошутить парень. Но потом серьёзно спросил: - Там было что-то важное? - Моя камера. - Я думаю, миссис Бот отдала её охраннику, - предположила Кейт. - Точно! А телефон не нашла, поэтому вот он. Логично, - Уоррен хлопнул в ладоши, словно нашел решение трудной задаче. Но Макс было все же не спокойно. Она крепко сжимала телефон в руке и молила, чтобы неизвестного номера просто не было в вызовах. Торопиться его заряжать девушка не стала. Как только она останется одна, только тогда узнает всё. А сейчас посмотрит на бессмысленные попытки Уоррена уговорить Кейт устроить марафон «Звездных врат». - В другой раз, а сейчас тебе пора. Мы сегодня все устали, - Марш убрала пустую чашку на стол. - Вот вообще не хочется туда идти. Когда уже этот ремонт сделают? – Грэхем топнул ногой, указывая так на первый этаж. - Я слышала, что только недавно начали приводить в порядок подвал. Думаю, вас к концу ноября переселят обратно, - Кейт всегда пыталась успокоить. - Всё так плохо с ним? – эту тему явно никто не хотел продолжать, но Макс всё же спросила. И молчание. Уоррен пинал носком пол, сжимая кулаки в карманах толстовки. Ему не хотелось казаться слабаком в глазах Макс. - Он…, - парень цыкнул. – Он сказал, что мне лучше не ночевать в комнате. И вновь оно – молчание. Кейт копошилась у стола, пряча руки, которые начинали дрожать при одном упоминании о Прескотте. Уоррен поник лицом. А Макс вспомнила о дурацком поцелуе. И нет, не залилась краской и не поспешила спрятаться в пледе с головой. Она ощутила недоотвращение, недозлость. И на кой чёрт ему это надо было? «Этого не было, Колфилд». Какой же гадкий у него голос. Сильно не такой, как тогда. Такой другой, что тошнит. - Ладно, с этим ничего не поделаешь, в конце концов, это и моя комната. Я без боя точно не сдамся, - Грэхем начал немного боксировать, чем вызвал улыбку девушек. Хах, ты его точно уложишь. После того, как парень ушел, подруги пожелали друг другу «доброй ночи» и каждая отвернулась к стене со своими мыслями. Тянуть уже было некуда. Поэтому включив телефон, и, убрав оповещения о семнадцати звонках Уоррена, Макс сильнее прикусила губу. «Неизвестный номер». Страшное стало явью. И пускай Макс надеется, что сегодня поспит. *** Одно слово идеально описывает день – лениво. Прескотт не пошел на занятия. Главной причиной было: нахер это надо вообще, есть проблемы поважнее, чем какой-то пропуск. Но также мозг долбила и другая: меньше шанс с ней встретиться. И она медленно перетекала в основную благодаря сообщениям Виктории. Девушка его с самого утра решила задолбать. Сначала она поинтересовалась где и как он, а потом кратко докладывала о событиях дня (конечно, упоминая сраную Колфилд). Пустой треп. Нейтан больше одного слова не читал. И ближе к часу он опять уснул. Поспать ему не дал настойчивый стук в дверь. Сначала он подумал, что это Чейз пришла за ним, чтобы отправить его на собрание клуба, но на часах было только три, а «Циклон» в четыре. Ему сегодня напомнила подруга раз пять. А стук продолжался. Сука, по башне своей ебни. Не в силах больше терпеть, парень резко встал и открыл дверь. Он не знал её. Темные волосы, очки, серая толстовка. - Дверью ошиблась, - он не спрашивал, больше было похоже на угрозу. - Мне нужен Уоррен. Она, что? Проигнорировала? Так даже сука-Колфилд не поступала с ним в их малочисленных беседах. - А мне нет. Съебывай, - больше раздражения в голосе. Не нарывайся, тварь. Нейтан хотел закрыть дверь, но девушка уперлась в нее рукой. - Где он? Она, блять, бессмертная? Инстинкт самосохранения сломался? - В душе не ебу. А теперь…, - он схватил её за предплечье и резко его вывернул, на что брюнетка зашипела. – Уматывай, пока руку не сломал. Оттолкнул и закрыл дверь. И что это было? Этот Грэхем альфа-самец, что ли? Колфилд, Марш, а теперь еще какая-то стрёмная деваха. Нейтан ещё раз выругался. Ещё разбираться в личной жизни придурка ему не хватало. Взгляд упал на сумку. Можно передать через Викторию, но когда это Нейтан отказывался от долбанутых идей. Передам сам, и в этот раз она мне всё расскажет. Прескотт запихал ее вещь в свой рюкзак. Ещё не хватало, чтобы меня увидели с этим. Сходив в душ, и, накинув на себя вещи поприличней, парень уже собирался выходить, но ему повезло, столкнулся в дверях со своим соседом. - Ой, - Уоррен оторвал взгляд от телефона. - Свали. Больше слов не надо. И так сегодня много сказал людям, не имеющим значение. Грэхем, обходя его, пробормотал: - Можно было бы просто попросить. - Заткнись. Ты меня бесишь, - проговорил Нейтан, смотрясь в зеркало, поправляя ворот рубашки из-за пуловера. - Да меня целый день в комнате не было. - Зато твои суки бегают сюда на твой запах. И я не собираюсь быть твоей ебаной секретаршей. Это было последнее, что он сказал, перед тем как закрыть дверь с другой стороны. Ему теперь нужно было сделать четыре или пять шагов до комнаты Виктории, но Нейтан не торопился. Ему нужно было покурить. С того вечера, как в него врезались глаза Колфилд он не притронулся к сигарете, а сейчас дрожали руки. Благо пачку не забыл. Прескотт спустился на первый этаж, где пахло плесенью и сыростью. А они не торопятся с ремонтом, да? Темно и грязно, прямо как внутри у Нейтана. И от этого чувства родства стало не по себе, хотя напряжения от пребывания здесь у парня не было. Прикурив, он пошел прямиком к своей старой комнате. "111" Прескотт был единственным, кто почти ничего не забрал из своих вещей. Исключением были лишь комп, камера, фото и тупая грамота. Лучший сын. Лучший ублюдок. Как он и думал, комната заперта. А где ключ? Кажется, он его выбросил. От дерганья ручки его оторвал звук сообщения. Вик: «Всё уже на месте, ждем тебя». Нейтан отправил короткое: «иду», и, не спеша докурил сигарету. Он бы еще с час постоял у двери в этой давящей темноте, но Чейз с него потом не слезет. Если он забьет на «Циклон». А ведь он действительно сейчас на него класть хотел. Не до этой ему всей детской фигни сейчас. Его мозг поебывают другие проблемы и Колфилд в том числе. Нет, серьезно, с ней надо что-то делать, или она что-то сделает с ним. И от этого ему не будет хорошо. Ебанная жизнь. Нейтан даже не постучался, просто открыл и зашел. Ему даже понравились эти взгляды, которыми смотрели на него. Напуганные. Встревоженные. Некоторых тянуло пошептаться. Поздно, ваш повелитель уже здесь. - Итак, - Виктория начала. – Я поговорила с Уэлсом. И он сказал, что мы можем провести вечеринку при ряде условий. Первое, присматривать за нами будут четыре препода. Я думаю, вопросов не будет «почему?». Конечно, нет. В Блэквелле полно придурков, но соображать пока умеют. Вообще странно, что нам разрешили устроить вечеринку. После всего, что произошло. - Второе, все деньги за билеты пойдут на благотворительность. Народ завозмущался. - А что вы хотели, школе нужно как-то поднять себя в глазах города и штата! – запищала Чейз. Она всегда так делала, когда приходилось объяснять элементарные вещи. - И последнее, никагого спиртного. - Это условие было всегда, - сказал Логан. - И мы отлично на него забивали, - подал голос Нейтан, завалившийся на кровати подруги. Никто не ожидал, что Прескотт хоть что-то скажет, не то, что поучаствует в разговоре. И все смотрели на него чуть ли не как на восьмое чудо света. Заебали. Парень поднялся и выпрямился на кровати, после продолжил говорить: - Вечеринка будет тридцать первого. В субботу. Правильно, - он смотрел на Вик. - Да, бассейн в нашем распоряжении. Ректор дал добро. - А что с темой? – спросила Дана. - Я думала сделать узкую, типа посвятить десятилетию, литературе или же историческому событию, но мы обойдемся простой хэллоуиновской вечеринкой. -На мне будет статья? – Джульет подняла руку. - Не только, нас меньше, а работы много. Логан, Зак, - блондинка посмотрела на парней, которые отвлеклись, а этого она не любила. – Вам две недели, чтобы сделать VIP-зону и перетаскать столы из подсобки, ясно? Парни молча кивнули. - Уотсон, на тебе флаеры и билеты, - девушка записала что-то в блокнот. - Я, Тейлор, Дана и Сара займемся оформлением. Завтра с вами соберемся и обсудим, что нужно будет купить и сколько. - Меня два дня здесь не будет, - заявила Уорд. Вик только вопросительно посмотрела на неё. Никто не смеет рушить планы королевы Блэквелла. - У меня запись ко врачу. Логан как-то странно посмотрел на девушку, сведя брови у переносицы. А Нейтану становилось скучно, поэтому он это подметил, пока набирал сообщение. - Отлично, будешь в городе, я тебе скину список. Купишь по возможности. - И Нейт, - Чейз оставила его напоследок. На десерт. Он знал, что от него требовалось. Каждую вечеринку одно и то же. - Как обычно, я понял, - Прескотт опять завалился на кровать, потягиваясь. - Да, но в этот раз будь осторожнее, - это Виктория сказала намного тише, чем до этого. Понял, не тупой. Парень кивнул. Все понимали, что опрометчиво доверять ему выпивку. Но никто не посмел укусить руку, которая их кормила. Нет Прескотта. Нет денег. Нет «Циклона». Математика для даунов. Все просто. - Ладно, вы тут можете еще посидеть, а мне идти надо, - Нейтан встал, поправил штаны, проверив, на месте ли зажигалка и сигареты. – Сегодня второе свидание. *** Нейтан: «Твоё никчёмное барахло у меня. В библиотеке отдам. И только попробуй сбежать. Тебе же хуже». Макс взволновало это сообщение, но она слишком поздно его прочитала, потому что через секунду перед ней появился Прескотт. У него в руках была её сумка. Девушке показалось, что он сейчас просто кинет её на пол, поэтому она не сводила с неё глаз. - Спасибо, что принёс, - она пыталась быть вежливой и неспешно тянула руки к вещам. - Не так быстро, - парень прижал их к себе. – Сначала ты ответишь на мои вопросы. - Я тебе уже всё сказала. Теперь Колфилд смотрела на него. С гневом? Он только привык к отвращению. Слишком много эмоций, девочка, хах. - Да, но я нихера не понял только, - его брови двигались к переносице. - Так это уже твои проблемы. А теперь верни мои вещи. Макс сделала несколько шагов к нему, но парень выставил руку перед собой и, улыбаясь, помотал головой. - Нет-нет, я же сказал: сначала ответы – потом шмот. - Я вчера все тебе рассказала. Верни, - Колфилд явно злилась. За этот маленький разговор она три раза убрала волосы от щеки. Они теперь не только тебе мешают, но и меня начинают бесить. - Блять, ты вчера ебанулась! Плакала, смеялась и по лесу бегала. И я должен воспринимать твои слова всерьёз? Каким же дебилом ты меня считаешь? Теперь он на шаг ближе к ней. И опять между ними сантиметры, которые медленно заполняются напряжением. И если бы оно могло воспламеняться, то библиотека давно бы догорала, потому что искры из глаз вылетали часто. - Еще тем, не я же лезла к тебе своими губами. Гадко сказано. Макс корила себя за эти сказанные слова, но смотреть на его лицо, которое с нахального и самоуверенного стало растерянным, было приятно. Зачем я это сказала? Нахрена она об этом вспомнила? Ей становится неловко. Только сейчас Макс осознает, что Прескотт ближе, чем нормально, а это минимум метр. По ней опять бьет его запах. Я начинаю ненавидеть кофе. Но, кажется, её слова не так уж сильно повлияли на парня. Нейтан лишь ухмыльнулся и приблизился к её лицу. - Я решил проверить, вырвет меня или просто будет тошнить. - И? Он показал зубы. Было жутко слышать его смех так близко. Настолько, что дрожь заставила девушку прогнуться в спине, а дыхание задержать. - Меня полоскало как божью тварь, - он выпрямился и щелкнул у Колфилд перед глазами. – Вернемся к… Зазвонил телефон. От оскала Нейтана не осталось и следа. Голубые глаза в момент потускнели. Парень шумно вздохнул. Его руки задрожали. Это заметила Макс. Он чертовски напуган. Только не говорите, что… Прежде чем принять вызов, он посмотрел на Колфилд так, словно она должна его спасти. Прямо сейчас. И он даже будет рад, если она выхватит телефон из его рук и швырнет о пол со всей силы. А потом и его голову о полку, чтобы он проснулся, и это оказалось долбанным кошмаром. - Ни звука, Колфилд, - дрожащими губами произнес Нейтан и приложил телефон к уху.