w r o n g . o r . n o t

Когда Намджун подносит ко рту Хосока стакан с водой, тот не может сделать ни глотка: только отбивает рваный ритм зубами по стеклу. Намджун бросает озлобленный взгляд в сторону призрака, но Шуга лишь флегматично вглядывается в текст на экране ноутбука и совсем не обращает внимание на абсурдность ситуации. — Я… это, — начинает Намджун, прокашлявшись. — Думаю, нужно кое-что объяснить. Шуга наконец проявляет интерес к происходящему и поворачивается лицом к парням. Хосок, пытающийся привести мысли в относительный порядок, затравлено булькает истерическим смехом в стакан из-за жутких синяков под глазами призрака. — Хосок, это Шуга. Шуга, это Хосок, — Намджун замечает скептично вздёрнутую бровь Шуги и добавляет осторожно. — В общем, это мой домашний призрак. В комнате повисает тишина, нарушаемая лишь шумом компьютерного процессора. — Призрак? — икая, переспрашивает Хосок и неожиданно заливается хохотом. Он роняет, к счастью, уже пустой стакан на пол и сваливается с кровати. — Призрак, — Хосок тянет слово на последнем слоге, будто пробуя странность на вкус, и сдувает растрёпанную чёлку со лба. — Не стоило брать у Чонгука травку. Вопреки собственным словам Хосок тянется к своему рюкзаку и, игнорируя ошарашенный вид Намджуна, достаёт готовенький косячок из бокового кармана. Он подносит его к носу, зачем-то делает один глубокий вдох и затем устраивает папиросу между своих губ. — Галлюцинации не против, если я закурю прямо в квартире? — Эй, — Намджун будто просыпается от забытья и бросается на однокурсника, — Хосок-хён, ты совсем с катушек слетел? Никаких наркотиков в моей квартире! Шуга тихонько посмеивается на фоне. Вот оно — каламбур, которого он заслуживал. — Я твой наркотик, твой никотин, твой алкоголь, — то ли старается петь, то ли просто орёт Хосок, пока вцепившийся в его запястья Намджун пытается его остановить, — я твоя любовь! — и вместо финального аккорда смыкает зубы на ладони донсэна чуть ниже большого пальца. — Твою мать, хён, не кусайся! В это время Шуга отыскивает где-то веничек от миксера и принимается размахивать им из стороны в сторону. — Ким Намджун! Ким Намджун! Ким Намджун! — выкрикивает он в такт каждого взмаха. — Ай, — вскрикивает снова Намджун и повышает тон. — Нога! Ты укусил меня за ногу, теперь у меня будет синяк на бедре! О чём ты вообще думаешь, хён? — Это же просто шутка? Глупый пранк, который я не в силах понять, да? — шепчет резко успокоившийся Хосок в паре сантиметров от его лица, судорожно цепляясь за свитер однокурсника. Он косится в сторону Шуги, пока тот разглядывает его в ответ с безумными искрами в глазах. Хосок снова икает. — Он не может быть призраком. — Я могу уйти сквозь стену и доказать обратное, если хочешь, — предлагает Шуга и разводит руки в стороны. — Я бы сам с удовольствием ушёл сквозь стену, знаешь ли, — шипит на него Хосок и оборачивается к Намджуну. — Судя по его виду, он сдох уже давно. — Я выгляжу не настолько плохо! — восклицает оскорблённый до глубины души призрак и хмурится. — Я бы на тебя посмотрел, когда ты отбросишь копыта. Хосок дёргается будто от пощёчины и округляет глаза. — Ради собственного спокойствия я буду верить в то, что это всё не серьёзно. А вдруг твой призрак может видеть, над кем повисла печать смерти? И мне тоже грозит всё это, — Хосок проводит указательным пальцем по шее, высовывает язык, закатывая глаза, и из его рта вылетает хрипящий звук. — Стану призраком. — Не поселяйся только в моей квартире, пожалуйста, — тяжело вздыхает Намджун и качает головой. — Шуга, успокаивайся. Хватит подбивать хёна, он и так слишком впечатлительный. Намджун хватает двумя пальцами косяк с травкой и брезгливо отшвыривает его в сторону, надеясь, что Хосок не заметит. Тот слишком поглощён разглядыванием призрака, и Намджун испытывает настоящее облегчение. — Ладно, если все пришли в норму, — Шуга прокашливается в кулак и многозначительно моргает. Намджун не исправляется. — Тогда можем закончить разборку призрачными штучками, вроде внезапного исчезновения, и можно будет разойтись по домам. — По домам? — хмыкает Шуга. — И где же мой дом? — В шкафу? — пожимает плечами Намджун и подбадривающе машет ему кистью руки, второй ладонью придерживая Хосока за плечи. — Какая разница, где. — Просто восхитительно, — бубнит призрак себе под нос и делает несколько шагов назад в сторону ближайшей стены. Но упирается в неё спиной. — Эм, — он мнётся ещё пару мгновений, тараня стену лопатками, — что-то никак. Хосок зачаровано наблюдает за ним с открытым ртом и делает пару кивков головой. — Намджун, — спрашивает он задумчиво, — а как давно ты начал общаться с Чонгуком у меня за спиной? Шуга чертыхается и в отчаянии пинает стену коленом. Он карябает обои ногтями и голосом, полным отчаяния сообщает: — Она твёрдая! Я не просачиваюсь. — Ладно, Намджун, — Хосок хлопает его по колену не обращая внимания на озадаченную застывшую маску на лице однокурсника, — давай мы с проектом потом подсуетимся, на сегодня, я думаю, хватит. А мою самокрутку оставь себе, она тебе ещё понадобится. Намджун цепляется за щиколотку старшего, когда тот поднимается на ноги, и блеет что-то невразумительное. — Проследи лучше за пацаном, — Хосок кивает в сторону Шуги, — у него такие синяки под глазами. Думаю, что он переборщил чего-нибудь похлеще обычной марихуаны. Хосок тяжело вздыхает и уходит, тактично прикрыв за собой дверь. — Ну и что это сейчас было? — интересуется у призрака огорошенный Намджун. — Не знаю, — шепчет Шуга на выдохе, — но, кажется, я теперь материальный.