Море.

-Прим? Прим! — Я слышу, как меня зовёт меня чей-то голос. Я задремала. Пытаюсь открыть глаза, спустя несколько мгновений это удаётся. -Джеймс? — Тихо спрашиваю я. -Да, мисс, ээ, — парень немного теряется, — мы прибыли в первый дистрикт. -О, простите, я.. Я немного задремала, да. Спасибо вам, … Джеймс, — добавляю я уверенно и с улыбкой. Он улыбается в ответ. Я спускаюсь с поезда, но меня заставляет обернуться голос парня. -Я надеюсь, мы с вами ещё встретимся, эээ, Прим. — Джеймс кивает и скорее удаляется за дверьми вагона. Я разворачиваюсь, но не успеваю и шага сделать, на меня налетают дети разных возрастов, но не просто дети, а хорошо знакомые мне дети — Вик и Пози. Я и слова не успеваю сказать, ко мне подходят Хейзел и Рори. -Вот это сюрприз! - Всё, что удается вымолвить. Я и правда удивлена, рада и снова удивлена. -Китнисс послала весточку… — Пускается в объяснения Хейзел, но Рори ее перебивает. -Слава богу, что по телефону, а не по почте, а то бы через 3 дня, а то и через 4 тебя бы пытались встретить. Я вместе с малышами хихикаю, ведь мама отвешивает легкий и шуточный подзатыльник сыну. -А вот не будешь меня перебивать! Прим, дорогая, надеюсь, ты не расстроена, что мы решили сломать тебе планы! -Боже мой, Хейзел! — Восклицаю я. — Сломать планы? Как можно сломать то, чего и так не было? Так здорово, что вы встретили меня здесь! Я вот как раз очень надеюсь, что не буду вам насаждать! -Ну вот только не говори глупостей, — начинает махать перед лицом руками Хейзел, словно бы отмахиваясь от мух, — и будет всё только замечательно! Как ты доехала? Под весёлый шум и хохот мы отправились в дом Хоторнов. Думаю, хорошо, что Гейл переселил свою семью в первый. Это освобождает от ненужных воспоминаний, проблем и просто, думаю, даёт возможность жить. И я так рада, что они хорошо живут. Они все это заслужили. «…Иногда ты начинаешь говорить тем языком, которым говорит Китнисс.. Не знаю, хорошо это или плохо, но это всегда меня сбивало с толку. Я видел в тебе только Прим, а в ней — только Китнисс, и никак не хотел, чтобы вы были похожи. Может быть я-собственник, который не умеет мириться с проблемами? …» По пути к дому, Хейзел и дети поочередно засыпали меня рассказами и отчётами о том, как они тут устроились и чем занимаются. Так что, слава богу, очередь моих рассказов ещё не подошла. А соответственно, и очередь вопросов не настала. Спустя какое-то время после моего приезда и возвращения семьи домой, Рори забрал детей и ушёл с ними гулять. Он большой молодец. Это так здорово, что в свои 15 он заботится о младших и помогает матери. Но, может быть, он ушел еще и по той причине, что хотел оставить меня наедине с Хейзел, то есть без лишних ушей. Но он все равно большой молодец. Рори напоминает мне Гейла своей любовью к брату и сестре, но только этим. Они абсолютно разные по характерам с братом… Думаю, я никогда не встречала человека, похожего на Гейла. Может быть просто не выпадало подходящего момента, а может быть таких просто нет. Как только ребята уходят, Хейзел приглашает меня пообедать. -…Погоди, дорогая, ты приехала только с этой сумочкой? — Я вытаскиваю из щебетания Хейзел вопрос, обращённый ко мне, требующий ответа. Я внимательно слушаю её, но здесь всё так похоже на их дом в двенадцатом, что зрительный контакт с воспоминаниями немного затрудняет слух. -Да, — смеюсь я, не подавая виду, что меня что-то беспокоит. Но Хейзел очень умная женщина, она всё видит. Только молчит. Я решаюсь задать вопрос спустя минуту молчания, за которую я собиралась духом. Тот самый вопрос, который не давал мне покоя слишком давно. — Как поживает Гейл? Я думаю, что несмотря на то, что Хейзел готовилась к этому вопросу, она всё равно была застигнута врасплох. -Ну… — Она не спешила с ответом. — Я не хочу тебе врать. Я не могу знать о том, как он живёт, но я не думаю, что его жизнь сладка, как мёд. Он всего себя отдал в военное дело, восстановление дистриктов, уж не знаю, чем он занимается. А правды он мне не скажет, сама понимаешь, что жалеет. Он спрашивал о тебе, объявлялась ты или нет. -Он писал мне, — тихо бросаю я, уставившись в свою тарелку и боясь встретиться со взглядом Хейзел. -Я знаю, дорогая, — тихо отвечает мне она. — Ты знаешь, ты… — Неожиданно возникшая мысль Хейзел так до меня и не долетает, обрываясь и заменяясь другой. — Ты кушай, а то остынет. Как там Энни, про которую я слышала? … Думаю, она хотела сказать ещё что-то, но остановила себя и замолчала. Мы обе сделали вид, что это была какая-то странная минутная слабость, объединявшая нас. Мы обе попытались забыть об этом, тем более, Хейзел удачно перевела тему разговора. Она задавала новые и новые вопросы, дополняя их рассказами, шутками, порой и секретами… -А ты была уже в первом? Знакома с ним? — Спрашивает с энтузиазмом Хейзел, спохватившись, словно бы именно этот вопрос она мне вот-вот хотела задать, но забывала. -Вообще-то, мне знаком первый дистрикт. Не то чтобы я тут была, но проезжала мимо и останавливалась. Война кончилась относительно давно, а я… Врач, кажется, — честно и на удивление открыто отвечаю я. Остаток дня я провела с семьей Хоторнов, помогая им, общаясь, готовя с ними ужин, развлекаясь с детьми… Мы были одной единой семьёй. Но меня не переставали раздирать мысли. Я просто отмахивалась от них, пыталась отмахиваться весь вечер и получалось. Но всему приходит конец, как ночь приходит на смену дню. «…Но в какой-то момент ты понимаешь, что всему есть предел, тогда и заканчиваешь смену, и идешь на покой, хотя бы временно, но тебе необходим покой…»