Море.

Переезд был утомительным, по крайней мере, мы смогли остаться вдвоем только вечером, остаться наедине в нашем доме. Как только мы сошли с поезда, угадать, что военная машина встречает или ожидает здесь именно нас — было не трудно. Гейл представил меня каким-то двум солдатам, которые отвезли нас к нашему дому. Четвертый дистрикт позволил прочувствовать свой аромат как только я смогла сойти с поезда и глубоко вздохнуть. Свежий морской воздух, неназойливый и еле заметный ветерок дали понять мне, что тут и есть мое место. Даже вдали от леса, по которому я грезила много лет. -Мы дома, — шепнула я Гейлу, когда он поинтересовался причиной моей улыбки. Мы заехали на территорию военной базы, где Гейлу выдали ключи от дома, поздравили и не упустили из виду то, что он привез с собой девушку. Как же я не люблю такие приемы! Да чтоб вас всех! Долгий прием, долгие разговоры, но наконец, мы направляемся к дому. К нашему будущему дому. И снова долгие приемы, показы и разговоры, от которых я пытаюсь затеряться на задней террасе дома, восхищаясь тем видом, который тут открывается. -Вот ты где, — выдыхает Томас, отыскавший меня здесь. — Почему-то так и думал, что смогу тебя найти именно тут. Я улыбаюсь, не смея отвести глаз от моря, купающегося в лучах заката. -Тут очень красиво. И хорошо. Я чувствую, что здесь мне самое место. Мне и.. Будущему ребенку. Как думаешь, у меня получится.. Ну.. -Стать хорошей матерью? — Перебивает он меня, озвучивая догадку, на что я киваю. — Я бы всё отдал за то, чтобы матерью моих детей стала ты. Да, я считаю, у тебя все будет хорошо. У Вас все будет хорошо. Только не лги сама себе и не бойся идти вперед. Мы еще недолго стояли молча, любуясь пейзажем и думая каждый о чем-то своем. -Это наша последняя встреча, — смеясь говорит Томас. -Ты даешь совет не лгать и пытаешься уйти, приняв меня влюбленной в другого, отдавая мне остаток души и любви, словно сестре. Я могу согласиться с тобой, что это наша последняя встреча и солгать. Дай мне знать, где я смогу тебя найти. Ведь.. Не просто же так наша встреча произошла, а? Тим? Он усмехается, запуская руку в волосы, поворачиваясь ко мне. -Я не уеду из второго. Некуда ехать. Я сбежал с двенадцатого в армию, где останусь, может быть, пока не осяду где-нибудь. -Ты скоро ее встретишь, Тим, поверь мне. Ты вселил веру в меня и дал опору. Но не думай, что я пытаюсь тебя поддержать. Я знаю, что говорю. Ты скоро ее встретишь. Он внимательно смотрит на меня, а потом смеется. -И откуда ты такая взялась? Этот вопрос остается брошенным на ветер, унесенный сразу и навсегда. -Мне пора, — отзывается он, слыша, как заводится мотор машины, а затем выкрик его имени. — Береги себя и скажи ему про ребенка, — говорит он, протягивая мне руку, чтобы пожать ее. -И ты, обещай беречь себя. Я улыбаюсь, наблюдая как высокая фигура со светло-каштановыми волосами уходит, а затем иду за ним, спустя мгновение, прощаясь со всеми и благодаря за помощь. -Привет, — отзывается Гейл, когда мы остаемся одни, поворачиваясь ко мне и целуя меня. -Привет, — отвечаю я тем же самым, шепча в губы это заветное слово, дающее мне надежду. *** На следующее утро он уезжает, оставляя меня одну на две недели. Его служба теперь будет в четвертом, а не во втором, но.. Две недели, за которые его не будет.. Могут многое изменить, мне просто страшно. Но я вспоминаю Тима, его слова и хватаюсь за лучик солнца. Я провожу много времени с Энни и ее малышом. Он так похож на Финника! Я обустраиваю дом, обживая и внося уют в каждый угол и коридор. Я звоню Хэйзел и разговариваю с ней, советуясь и просто беседуя. Я читаю книги и провожу время на берегу моря. Это все чередуется, чередуется и чередуется раз за разом. Это все накапливается, вроде бы сгребая под себя какое-то гнетущее чувство, но, тем самым, увеличивая его. Я считаю дни до возвращения Гейла, и я спешу признаться ему о том, о чем так долго молчу. И, само собой, я просыпаю его приезд, замечая фигуру, которая нависает надо мной в военной форме, открывая глаза. -Я так долго ждала тебя, — шепчу я. -Я спешил к тебе, правда. Прости меня.. -Гейл, — уже громче произношу я, когда он наклоняется, чтобы поцеловать меня. — Нам надо поговорить. — Я приподнимаюсь, облокачиваясь спиной о спинку кровати, садясь и собираясь с мыслями. -Да, ты права, — перебивает он меня. — Нам надо поговорить. — Его лицо светится, и я не понимаю, почему. Может быть Тим ему сказал? Нет, он не мог, не сказал бы, тогда почему? — Нам надо поговорить с тобой и очень серьезно, — он не перестает улыбаться, что явно противоречит серьезности предстоящего разговора. — Я не думал, что ты проснешься, как только я зайду в комнату и присяду тут. Я вообще-то планировал сделать кое-что… Так что, ээ… Прим, послушай, ты не могла бы хотя бы для виду закрыть глаза? А? Притвориться спящей? Я абсолютно сбита с толку, но не понимая, что он задумал, я соглашаюсь, не без напряжения в голосе, что заставляет его еще шире улыбаться, и закрываю глаза, притворяясь, как он и просил, спящей. Что происходит дальше? Он мгновение молчит и не двигается, даже не дышит, и поверьте, это очень сильно пугает. Я уже готова сдаться и открыть глаза, но чувствую, что он приподнимает мою ладонь, чувствую, что моего безымянного пальца касается что-то холодное, и замираю. -Открывай, — слышу я шепот над ухом и, открывая глаза, вижу то, что никак не думала увидеть: на пальце блестит кольцо. Я перевожу зачарованный взгляд на Гейла. — Выйдешь за меня? Я улыбаюсь, но понимаю, что должна сначала вернуть долг. Снимаю кольцо, видя как он теряется, не зная, что делать и что спрашивать. -Я должна сначала кое в чем признаться, — дрожащим голосом произношу я. Он хмурится и напрягается, не понимая, что могло случиться и что не может потерпеть и подождать. Я мнусь, глядя то на него, то на свои ладони. -Так говори же, — вмешивается Гейл в мои «за» и «против», вновь проявившиеся в голове. -Я собираюсь сказать тебе что-то очень важное. Гейл, я.. — Я закусываю губу, потупляя взгляд, беря его ладони в свои, а он крепко сжимает их, придавая мне сил, видя, как я не решаюсь и от того волнуясь еще больше. — Гейл, я долго скрывала от тебя.. Боялась, что что-то кардинально может изменится. Боялась, что ты уйдешь или, наоборот, останешься, но только из-за чувства долга.. Я боялась, не зная, готов ты к этому или нет.. Но.. Я не могу больше молчать, потому что это съедает меня изнутри.. Я.. И ты с предложением.. Тебе нужно знать, что.. Гейл, я… -Прим, — хрипло и резко перебивает Гейл, — да говори уже! -У нас будет ребенок, — выдаю я на одном дыхании, чувствуя, что сейчас меня стошнит, начиная дышать чаще и глубже, пытаясь успокоиться. Он сидит еще мгновение с опустошенным взглядом, мгновение, которое длится целую вечность, мгновение, после которого он переспрашивает, серьезно ли я говорю это. И вот это мгновение проходит, открывая моему взору влюбленные глаза, широкую улыбку и смеющиеся губы. -Какая же ты глупая, — шепчет он и обнимает меня, повторяя это как мантру. — Какая же ты глупая! Сколько? Две недели? Нет, сколько? -Три, Гейл, — отвечаю я, на что он утягивает меня в поцелуй, крепко обнимая, не переставая смеяться. -Боже мой.. Какая же ты глупая! Я смотрю в эти глаза, которые находятся перед моими всего в паре сантиметров, ведь наши лбы уткнулись друг в друга, соприкасаясь кончиками носов. -И если ты принимаешь.. И если ты принимаешь и.. -Прим, — перебивает меня Гейл, — Прим! Ответь уже на мой вопрос и не мучай меня! Я прошу тебя! Ты выйдешь за меня? Счастливей этого момента в моей жизни не бывало. Я начинаю плакать и улыбаться, пытаясь вдохнуть глубже, потому что, кажется, волнение, смешанное с необъяснимыми приступами беременности, вызывают во мне необъяснимый ураган эмоций. И когда я перевожу дыхание, он стирает мои слезы со щек. В тот момент я произношу «Да».