Чудеса случаются

      Волнение за Робба задвинуло все остальное на второй план, но когда тревога улеглась, Арья заметила одну странную вещь — ей чего-то не хватало. И дело было не только в отсутствии старшего брата.       Ситуация прояснилась в среду. Арья привычно спустилась в Большой зал и села рядом с Джоном. Соседнее место пустовало. Только сейчас девочка поняла, что не разговаривала с Дженри после того вечера в лагере Дурмстранга. Оглядевшись, она заметила его сидящим рядом с одногруппниками. Смутное чувство тревоги поднялось откуда-то из живота, но Арья подавила его, убедив себя, что, может быть, Уотерсу просто нужно обсудить домашнее задание или он дуется на нее из-за долгого молчания. У них еще будет время поговорить. Как бы не так! В течение всего дня Арья пыталась подловить его между занятий, но тот намеренно не обращал внимания на ее старания, заставляя девочку чувствовать себя полной идиоткой. Тогда за информацией она обратилась к Пирожку.  — Что происходит с Дженри? Почему он меня избегает? — напрямик спросила она во время совместного ухода за магическими существами, пока ребята должны были зарисовать спящего снарка. Мальчик чуть не проткнул карандашом листок: — Знаешь, я не должен в это вмешиваться, но ты сама не понимаешь? Свирепый взгляд стал лучшим ответом. — Только не злись. Дженри рассказал мне, что произошло между вами после испытания… — Да ничего не случилось, — вспылила Арья, — мы просто немного перебрали, и все. — Как бы там ни было… да это и не мое дело… в общем… — Говори уже! — несколько ребят обернулось в их сторону, а снарк потянулся во сне. Вот незадача, теперь половину работы переделывать! — Дженри не знает, как ты к этому отнеслась и что делать дальше. — Неловко, значит? А мне ловко бегать за ним по коридорам. Тогда так, раз он меня избегает, то передай ему ты, чтоб перестал телиться и сам пришел поговорить со мной. До звонка они рисовали в полной тишине, и даже по возвращению в замок молчание не оставило их. Но реакция не заставила себя ждать. Во время обеда на тарелку Арьи легла тень со знакомой лохматой шевелюрой. — Арья, — пробасил голос за спиной. Девочка развернулась и надменно подняла брови. Дженри неловко переминался с ноги на ногу, подыскивая слова.  — Давай встречаться, — наконец, выдавил из себя он. Девочка подавилась картошкой и сильно закашлялась. — Что? — просипела она сквозь слезы. Парень опустился за стол Гриффиндора и напряженно вгляделся в ее глаза. — Давай встречаться, — упрямо повторил он. — Бык, что ты несешь? Мы не в Средние века живем, и тебе не нужно спасать мою честь. Давай просто сделаем вид, будто ничего не было, и оставим все как есть? Непонимание отразилось на его лице: — Это как же? — Как и раньше. Мы друзья, и не должны ничего менять из-за какой-то глупости. Дженри хотел что-то возразить, но их прервал Джон, кинувший на стол газету. — Ты видела это? — спросил он. — Подожди, Джон, — попыталась отмахнуться Арья, но тут ее взор упал на заголовок.       «ОБОРОТНИ В ХОГВАРТСЕ»       В это воскресенье в Больнице Святого Мунго появился необычный пациент. Робб Старк (старший сын печально известного Эддарда Старка, находящегося в Азкабане из-за наведения порчи на всеми любимого министра магии Роберта Баратеона) оказался в приемном отделении с волчьей головой на плечах.       Близкие молодого человека утверждают, что он был отравлен оборотным зельем, но так ли это на самом деле? Почему виновный до сих пор не найден и не понес наказание? Зачем понадобилось изолировать «тихого волка»? Были ли пострадавшие после этого превращения? О чем умолчал директор Эймон? И, наконец, что это — неудачная шутка школьников, ошибка незарегистрированного анимага или же проявление оборотнических генов? С этими вопросами еще предстоит разобраться, а следователям дела Эддарда Старка стоит принять во внимание то, что ярый защитник прав маглов, сквибов и магических существ мог просто пытаться обезопасить собственного сына-оборотня и из мести убил министра магии, отказавшегося принять его новый законопроект.       Следите за продолжением нашего расследования в следующих выпусках. ***       Кровь стучала в висках, и ярость уже невозможно было сдержать. Если бы кто-нибудь попытался ее остановить, то Арья просто обратилась бы при свидетелях и перегрызла бы дуралею глотку. Поэтому, не обращая ни на кого внимания, она опрометью кинулась вон из замка. Изрядно запыхавшись, девочка достигла Запретного леса. Шаг под защиту деревьев, и слабое человеческое тело осталось позади. Не разбирая дороги, Нимерия мчалась туда, куда ее несли легкие волчьи лапы. Сейчас бы встретить гигантского паука, чтобы выплеснуть злость! Но дорожка привела ее в другую часть леса, под сень чардрева. Это место всегда успокаивало ее и помогало привести мысли в порядок, поэтому она и поделилась им с Сансой. Но сегодня здесь было иначе.       Чувство опасности накрыло ее раньше, чем волчица определила ее источник. Запах врага заставил дыбом подняться шерсть на загривке и вызвал из нутра хриплый рык. Быстро оглядевшись, она нашла своего противника. Большой черный пес лежал у чардрева и даже не сразу понял, что произошло. Когда заметил ее, то поднялся с земли со странной нерешительностью, будто был удивлен появлению волчицы и не ожидал такого холодного приема. Но оскаленная пасть вернула псу чувство реальности. Зверь ощетинился и с утробным рычанием стал подбираться к противнику. Хищники закружили друг перед другом, ожидая нападения, и первой нервы сдали у Нимерии. Она кинулась вперед и острые зубы клацнули прямо у изуродованной собачьей морды, но пес успел увернуться. Сама волчица не оказалась столь проворной: боль от укуса прострелила заднюю лапу. Нимерия отскочила назад и снова ринулась в атаку. Волк и пес покатились по земле клубком шерсти и оскаленных клыков. Собака подмяла Нимерию под себя, но вместо того, чтобы вцепиться в горло, отбежала прочь. Ошарашенная волчица поднялась на лапы и стала озираться в поисках противника, но вместо этого вперила взгляд в сидящего человека и направленную прямо на нее волшебную палочку. — Обращайся. Живо! — приказал он, тяжело дыша. Полная пасть острых клыков бессильна против волшебной палочки, и Арья неохотно вернулась в человеческое тело. — Пес, — презрительно процедила она, прежде чем упасть на землю и схватиться за кровоточащую ногу. Сандор метнулся к ней, но она отстранила его. — Убери свои лапы, Клиган! — Сама виновата, — прорычал он, отходя обратно к дереву. — Какого хера ты затеяла? — Решила выпустить пар. А сам-то чего уши развесил? Замешкался. Можно было подумать, что ты ждал тут кого-то. Догадка выстрелом ударила в голову. — Это ты — Грим! Ты таскался по пятам за Сансой! — молчание Клигана говорило само за себя. — Что ты задумал? Если ты хоть пальцем тронешь мою сестру, то окончишь жизнь в муках! — Я не наврежу Сансе. Слова Сандора и его странная угрюмость удивили Арью больше, чем то, что Клиган — анимаг. — Зачем же ты ее выслеживал? Влюбился, что ли? — смех разобрал девочку. — Чувак, у тебя нет шансов! — Дай угадаю: она не клюнет на мою уродливую рожу, — ощерился Пес. — Да не поэтому. Нет-нет, ты, конечно, жуть какой страшный, но не волнуйся, за шрамами это почти не заметно! Просто Санса предпочитает другой тип парней: этаких слащавых сахарных рыцарей. Так что ты просто не вписываешься… — Чтобы ты знала, она сама предложила мне встречаться, — бросил Сандор, усаживаясь у ствола. Вот это новость! Арья удивленно вскинула брови. — Ты опоил ее приворотным зельем? — Очень остроумно! — Значит, я могу вас поздравить? Совет да любовь? — Я отказался. — Почему? — седьмое пекло, Арья точно не понимала этого парня. — У меня есть дела поважнее, — парень склонил голову и обреченно запустил пальцы в волосы. — И что же может быть важнее моей сестры, по которой ты здесь в лесу убивался за секунду до того, как я вызвала тебя на бой? — Месть. — Ну, если так… — саркастично протянула девочка. — Ты не понимаешь! Санса добрая, мягкая, нежная, я не могу ее обманывать! Не хочу, чтобы она была связана с тем, что мне предстоит. Пусть дальше живет в своих песнях и сказках, а я пойду своей дорогой. И я не могу волноваться еще и за нее, когда буду осуществлять задуманное. Мне нужна ясная голова на плечах. Парень тяжело вздохнул, будто эта тирада уже давно была заготовлена у него в голове и он не раз убеждал в сказанном сам себя. На миг Арья посочувствовала Сандору. — Дело твое. Но знай, сказки для Сансы кончились, когда отец оказался в Азкабане. Она очень одинока, и скоро рядом с ней обязательно кто-нибудь окажется. Ты к этому готов? Арья поднялась с земли и заковыляла обратно к замку. Нога болела. «Надеюсь, я не подцепила бешенство!» — подумала девочка, морщась на ходу. Через несколько шагов она остановилась перевести дух и оглянулась. Клиган провожал ее взглядом. — Слушай, то, что ты тут изливаешь мне душу, не делает нас друзьями. Сандор лающе рассмеялся: — Уж чего, а друзей мне хватает. Настал черед смеяться Арье: — Ну да! Нуль — это же так много! ***       Утро четверга стало самым безрадостным за последние месяцы. Арья постоянно ощущала на себе чужие взгляды и слышала перешептывания за спиной. Она уже была готова ответить каким-нибудь ядреным проклятием, но Джон просто заклинал ее не усугублять ситуацию и вести себя тише воды, ниже травы. Девочка послушалась брата, но это не значило, что она перестала испытывать гнев. Хуже всего было наблюдать за довольной рожей Джоффри Баратеона. Можно было подумать, что это он лично состряпал статью для «Пророка», но Арья сильно сомневалась, что слизеринец смог бы даже имя свое без ошибок написать. Просто говнюк еще не отошел от проигрыша команде Гриффиндора и сейчас разве что не светился от счастья. Арья не удержалась и тайком послала чирей ему на задницу.       Стиснув зубы, она переходила из одного кабинета в другой, лишь крепче сжимая кулаки, когда Торне обмолвился о «волчьем выводке» в стенах замка или когда слизеринцы выли ей вслед. Но на последнем занятии ее терпению пришел конец.       Жар и сумрак кабинета прорицаний нагоняли на младшую Старк сон, и она вяло вытирала мокрый лоб тыльной стороной ладони, вглядываясь в пляшущее над жаровней пламя. Когда-то возможность предвидения вызывала у девочки интерес, но теперь она была твердо уверена, что разглядеть свое будущее в огне смог бы только Сандор Клиган за несколько мгновений до того, как лишился половины лица. Арья же видела лишь не менее пустое, чем ее, лицо Подрика Пейна по другую сторону жаровни. Но, видимо, не все разделяли ее скептицизм. — Профессор, а вы не видели исход Турнира Трех Волшебников? — робко спросила Мирцелла Баратеон, ерзая на стуле. Она и ее подруги смотрели на предсказательницу как на небожительницу, жадно ловя каждое слово. — Пламя не вещает по заказу, моя дорогая, — пропела Мелисандра глубоким грудным голосом. Когтевранка виновато опустила лицо, чтобы тут же его поднять при следующих словах. — Но вчера оно было благосклонным. Мне явился исход Турнира. — Вы видели победителя? — Нет, проигравшего. Я видела кинжалы во мраке и Джона Сноу на белом снегу, бездыханного… Сон как рукой сняло. Студенты вокруг зашептались, но тут же затихли, когда Арья прохрипела: — Вы ошиблись. Ведунья перевела на нее грустный взгляд. — Нам не всегда легко принимать правду, но поверьте мне, мисс Старк, я не ошиблась. — Вы ошиблись, — убежденно повторила Арья, — второе испытание весной, последнее — в начале лета. Джон, даже очень постаравшись, не найдет снег. Пламя лжет, — выплюнула она. Мелисандра скрестила тонкие белые руки под полуобнаженной грудью: — Пламя никогда не врет. Если оно показало снег, значит, он будет. Просто человеческий разум слишком слаб, чтобы понять все сложности поворотов судьбы. — Значит, ошибся ваш слабый разум. Пламя показало не смерть или не Джона… — Можете тешить себя надеждами, сколько угодно, моя милая, но все они обернутся пеплом, когда станет слишком поздно и Джон Сноу умрет… — Джон Сноу не умрет! — закричала Арья, вскакивая со стула и опрокидывая горячую жаровню. Прорицательница попятилась назад, боясь поджечь край алого платья. — Это у вас в голове пепел, а в груди черный уголь вместо сердца!       С нее довольно! Девочка круто развернулась и выбежала в коридор, боясь, что кто-нибудь увидит слезы в ее глазах. Нет, она не позволит себе плакать. «Волчицы не плачут, — думала Арья, уносясь подальше от захлопнувшейся двери. — Они скалят зубы и впиваются в горло тем, кто смеет обидеть их стаю!» Их и так осталось слишком мало, больше она никого не потеряет. Арья сама не заметила, как зашла в тупик. Идти в гостиную не хотелось, а до следующего занятия оставалось еще слишком много времени. Девочка прислонилась горячим лбом к холодному окну. — Серсея, Джоффри… — Арья с мрачным удовольствием пропустила имя Виза, — Костяной лорд, — добавила она новое имя.       Эта мантра заглушила шум в голове, и сознание начало проясняться. Ей не было стыдно за произошедшее, хотя она и понимала, что профессор Мелисандра ни в чем не виновата. Красная женщина лишь была убеждена в своих словах, но Арья не могла допустить мысли о том, что она может потерять еще кого-то. Слишком долго она была слабой, пришло время брать судьбу в свои руки. Мысли девочки вернулись к Костяному лорду. Ему она собиралась отомстить первому, вот только осталось решить, как именно. Подсказка пришла сама собой. Из-за закрытой двери учебной аудитории до нее доносился неторопливый голос профессора Хгара. Вот уж кто умеет расправляться с людьми и выходить сухим из воды! Но Якен отказался трогать дурмстрангцев. Что ж, назвать имя — не единственный способ получить от него помощь. Уверенной поступью девочка двинулась обратно. Ноги сами несли ее знакомой дорогой. Чуть запыхавшись, Арья остановилась перед дверью личного кабинета профессора защиты и нашарила в кармане Иглу. Так девочка называла небольшой перочинный нож, подаренный ей Джоном на День рождения. Игла обладала многими полезными свойствами, но лучшим из них была способность открывать любые, даже самые сложные замки, поэтому Арья старалась никогда с ней не расставаться. Девочка вставила тонкое лезвие в щель между дверью и косяком и провела им вниз и вверх. Замок тихонько щелкнул, впуская незваную гостью внутрь. Она проскользнула в комнату и замерла.       На миг Арье даже показалось, что она не туда попала. Один-единственный стул, который девочка запомнила, был погребен под кипой одежды, не меньше ее валялось и на новом предмете мебели — большой незаправленной кровати. На столе вперемешку расположились раскрытые книги, куски пергамента, перья и несколько пустых кружек с чайными разводами. Дверцы шкафа, украшенные причудливым орнаментом, были открыты, и из них едва не вываливались ветхие фолианты. Единственным чистым предметом казалось большое зеркало, темное стекло которого будто не отражало, а поглощало солнечный свет, бивший из окна. Арья оглядела царящий вокруг беспорядок и почувствовала себя на удивление уютно. Уверенным шагом она направилась к книжному шкафу. Раз Якен смог отравить Виза, значит, где-то здесь есть книга, из которой он взял рецепт зелья. Пусть и не сразу, но она нашла то, что искала. Большая старая книга практически рассыпалась у нее в руках, и девочка переворачивала страницы с огромной осторожностью. На уроках профессор Пицель никогда не говорил, на что способно зельеварение. Эта книга могла научить, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. А уж о смерти она могла многое рассказать: вызвать кровь из глаз, вывернуть человека наизнанку, расплавить мозг, разбить душу на части… Арья настолько увлеклась чтением, что прогремевший звонок с трудом вывел ее из транса. — Седьмое пекло! — прорычала Арья. Как она могла забыть о времени? Девочка быстро пролистала книгу и остановилась на слабительном зелье, по какой-то нелепой случайности оказавшемся в такой опасной книге. Осталось лишь записать рецепт, но тут Арья поняла, что все ее вещи остались у Мелисандры. «Чтоб ее на части разорвало!» — подумала Старк и усмехнулась от понимания того, что при желании и это она могла бы сделать с помощью фолианта в своих руках. — Извини, книжка, но у меня нет другого выхода! — вздохнула девочка и дернула за страницу. Раздался душераздирающий визг, и от неожиданности Арья уронила том на пол. Книга захлопнулась, и крик прекратился. — Ты издеваешься, что ли?       Девочка чуть ли не всем телом ощущала, как сыплются песчинки в часах. Какова вероятность, что Якен скоро вернется и застанет ее роющейся в его вещах? Зная, насколько она удачлива, Арья могла бы и не спрашивать! На столе было много исписанных пергаментов, но исчезновение одного из них могло быть замечено. Попытаться запомнить рецепт — бессмысленно. Что же делать? Арья попробовала писать на руке, но перо только царапало, не оставляя следа. Шум толпы студентов в коридоре заставлял Арью озираться в еще большей панике. Наконец, она решительно вынула какой-то старый том из-под тяжелого словаря и вырвала из его середины иллюстрацию. Прямо поверх какого-то ледяного страшилища она написала рецепт, сунула фолиант обратно в шкаф и побежала к двери. «Сейчас затеряться в толпе и добраться до гостиной! — подумала она, как ручка начала сама поворачиваться под ее пальцами. — Твою мать!»       Арья отпрянула от двери и нырнула под стоящую рядом кровать. Раздался звук шагов и хлопок закрывшейся двери. Девочка пыталась унять колотящееся сердце, стук которого барабаном звучал в её ушах. В комнате раздался усталый вздох. Зашуршали страницы книг, загремели чашки. Маг произнес какое-то заклинание, и послышался шорох складывающейся одежды. Из-под кровати стали вылетать носки. — Хм, где же еще один? — пробормотал Хгар. Девочка опустила лицо к ногам и заметила, что один из носков остался зажатым под ее бедром. Она слегка приподнялась, и он полетел вслед за своими собратьями. Мужские ноги сновали вперед и назад перед кроватью, и Арья прикрыла нос и рот ладошкой, чтобы сделать дыхание менее шумным. Хорошо, что она успела так поступить: странная щекотка заставила ее резко вздохнуть. Что-то выбиралось у нее из-за шиворота и ползло по шее. «Только не таракан! Какая же ты свинья, Якен Хгар! — мысленно причитала девочка, крепко зажмурившись. — Уходи уже скорее!»       Только уход в планы мага, видимо, не входил. Хгар подошел вплотную к кровати, снял ботинки и скинул штаны. Какой-то момент Арья могла лицезреть его крепкие загорелые ноги, но они быстро исчезли под звук скрипнувших пружин. Якен явно собирался спать. ***       Арье снился полет на метле: она взмывала все выше и выше, но неожиданно налетевший бладжер ударил ее прямо в лоб. Сквозь дрему девочка поморщилась и потерла лицо. Жжение от ушиба казалось вполне реальным, но чувство невесомости не отпускало, и оно было привычным. Наверное, она опять уснула у камина, как это частенько бывало после тренировок, и Дженри решил отнести ее в спальню. Вот только тренировок давно уже не было, и вечером до этого… Осознание заставило Арью широко распахнуть глаза. — Человек извиняется. Совсем не просто достать девочку из-под кровати, не ударив об бочину.       Арья не выдержала ироничного взгляда и опустила глаза к губам мужчины. Напрасно. Слишком близким оказалось расстояние до них, и девочка почувствовала, как сердце ударилось о ребра. Хгар легко опустил Арью на подушку и присел на краешек кровати. Не зная, куда деть глаза от смущения, Арья скользила взглядом по его спутанным волосам, голой груди, сильным рукам и мысленно возблагодарила богов за то, что он был хотя бы в штанах. Смотреть на него снизу вверх стало совсем невыносимо, и, все еще немного ошалелая после сна, девочка забилась в угол, поджав ноги к груди. — Я… — прохрипела она, но даже не придумала, что сказать дальше. — Как ты нашел меня? Обращаться к нему на ты наедине вошло у нее в странную привычку, и Якена явно это устраивало. Он усмехнулся и поднялся с кровати, отходя к шкафу: — Славная девочка сопит во сне.       Арья чуть не хлопнула себя по лбу от досады: горе-воровка! Вот уж, наверное, Хгар посмеялся, когда увидел ее под кроватью. Ладно, хотя бы слюни не текли во сне. Чтобы убедиться в этом, Арья потерла подбородок. Преподаватель в это время проделывал какие-то манипуляции возле шкафа. Только сейчас гриффиндорка заметила, что на дверце не один замок, а семь, и когда Якен вставил ключ в другую скважину, содержимое полок изменилось. Вместо пыльных книг на них теснились многочисленные баночки и флаконы.         Хгар развернулся, перехватив любопытный взгляд Арьи, и снова сел рядом с ней. От напряжения стало покалывать пальцы ног, и Арья только сейчас поняла, что забралась на белую простынь прямо в кроссовках. Она начала снимать один, но представила, как ее «раздевание» в кровати мужчины выглядит со стороны, и чуть не задохнулась от смущения. О, Боги! Да что с ней происходит? Почему рядом с ним она перестает отдавать себе отчет в действиях? Нет, надо просто встать! Арья дернулась вперед, но Якен перехватил ее руку и посадил обратно. На горящий лоб легла прохладная марля, смоченная в какой-то резко пахнущей жидкости. Преподаватель перестал улыбаться, и Арья мучилась вопросом, что же он сейчас думает. Взгляд голубых глаз с расширившимися от полумрака зрачками невозможно было понять. — Пусть девочка приложит это, чтобы ушиб прошел. — Ты злишься? — прошептала Арья и прикусила губу. — Нет, — так же тихо ответил мужчина. Его рука переместилась на подбородок девочки и мягко высвободила ее губу из плена зубов. — Но человек беспокоится об Арье Старк. И печалится от того, что она решила здесь что-то украсть.       Сейчас девочка с радостью провалилась бы сквозь землю. Она неохотно выудила скомканный листок из кармана и протянула его мужчине. Тот внимательно прочитал написанный ее рукой текст, потом не менее внимательно оглядел бумагу с другой стороны. — Книги рвать нехорошо, — мужчина усмехнулся. — Но, видимо, Судьба захотела, чтобы Арья Старк отдала этот листок человеку. Девочка выбрала опасный рецепт, и человек не понимает, зачем. У нее еще есть в запасе два имени, почему она не воспользуется ими? — Я хочу отомстить Костяному лорду. И хочу сделать это сама. На несколько секунд повисло неприятное молчание. — Существуют поступки, после которых уже нет обратной дороги. Они раскалывают душу, — на миг показалось, что он хочет добавить еще что-то. Что-то очень личное и сокровенное. Но потом Хгар будто передумал. — Месть сладка, Арья Старк, но после себя оставляет лишь горечь. Не спеши пробовать ее на вкус. Ни насмешки, ни иронии, перед гриффиндоркой сидел совсем иной Якен с глубокой печалью в глазах. — У тебя так бывало? Снова молчание, такое плотное, словно его можно разрезать ножом, словно Якен взвешивал все «за» и «против» честного ответа. Пламя свечи, стоящей у зеркала, заколебалось, разгоняя по стенам тени, и мужчина нашел ответ: — Каждому есть, о чем жалеть, и человек не исключение. Он снова закрылся за стеной дружелюбного безразличия. Арье больше нечего было здесь делать. — Я пойду. — Об этом не может быть речи. Человек не может отпустить славную девочку. Если кто-нибудь ее увидит, по школе поползут неприятные слухи.       Он забрал у Арьи компресс и вернулся к шкафу. Ключ вошел в третью скважину, и за дверцами оказался вместительный буфет. Хгар слегка коснулся палочкой маленького жестяного чайника, и тот мгновенно закипел. На столе оказались пустые чашки, чайные пакетики, сахарница и тарелка с печеньем и сливочными помадками. Чтобы расчистить место на столе, мужчина сдвинул стопку книг, спугнув засевшего там паука. Насекомое бросилось в сторону, но тут же было поймано одной из чашек. Пришлось покопаться, чтобы найти новую. — Девочка попьет с человеком чай, а потом ляжет спать. — Я не хочу спать, — Арья не лукавила, хотя такая перспектива ее все же пугала. А вот идея с чаем ей определенно нравилась: завтрак был давно, и желудок начинал бунтовать. — Ты их сам испек? Девочка уселась на наколдованный для нее стул и сунула в рот одно из печений. Зубы опасно скрипнули о дубовую выпечку. — Да, девочке нравится? — наивно спросил Якен, разливая кипяток по чашкам. Арья с трудом прожевала кусочек и выдавила из себя улыбку: — Ошшень фкушшно. Ответом ей стал смех. — Из славной девочки никудышная лгунья! Нет, человек не пек печенья. У человека много талантов, но кулинарного среди них нет. — Фух ты! — облегченно вздохнула гриффиндорка, бросив печеньку обратно на тарелку. Рука потянулась за помадкой и зависла над ней. — Стоит рисковать? Опять улыбка и отрицательный кивок: — У человека редко появляется возможность попить с кем-то чай, поэтому и угощениями он не располагает. Книги отнимают все его время.       Он передал девочке дымящуюся чашку. Арья осторожно глотнула: ну хоть напиток был хорошим, обжигающим и приятно сладким. Она удовлетворенно сделала еще один глоток. — Что ты читаешь? — она мельком взглянула на изуродованную ею книгу со старинными гравюрами. — Историю магии? — Ее, а еще книги заклинаний, мемуары знаменитых волшебников, сборники зелий… — всего не перечислить. Человек интересуется многим. — А больше всего? — Алхимией. Арья с трудом сдержала смех. Ей вспомнились рассказы о чудаках, пытающихся создать философский камень. — Мечтаешь жить вечно? — Нет, человек учится превращать чугун в золото, — усмехнулся в ответ Хгар. — Девочке пора спать. — Я не хочу, — повторила Арья, сделав последний глоток. Ей нравились непринужденность их общения и возможность узнать больше о Якене. Но в этот миг глаза предательски начали слипаться, а голова — кивать. Это было ненормально. — Что ты мне подмешал? Зачем? Мужчина что-то ответил, но она этого уже не слышала, повалившись без сознания на стол.