Сад пыток

Тёмная комната, служащая кабинетом всегда была холодной, даже зимой разожжённый камин в ней практически не согревал. Портьера почти никогда не раскрывала панорамное окно, скрытое за ней, и не пропускала сквозь себя солнечного света. Книжные полки, выстроенные вдоль стен во всю высоту комнаты, хранили в себе множество произведений мировой литературы, а обладатель такой коллекции проводил каждый вечер за их прочтением при свете единственного канделябра, удобно разместившись в кожаном кресле напротив камина. Как только напольные часы в главном зале первого этажа пробивали три часа после полуночи, он дочитывал пожелтевшую со временем страницу и, ставя на полку книгу, отправлялся в спальню. Полумрак комнаты всегда действовал на него успокаивающе и дарил глубокий, хоть и недолгий сон. Леви Аккерман — единственный сын и наследник рода. Умный и расчётливый, который наперёд продумывал всё до мельчайших деталей. Он уже давно не был юнцом, рано получив и деньги и власть и сумевший приумножить всё это. Он тщательно выбирал окружение и почти всегда держался особняком, предпочитая наблюдать со стороны. Верил, что рядом с ним будут только самые верные и надёжные люди. То же касалось и слуг в поместье. Все они были проверены временем и на протяжении всей жизни служили семье, редко случалось, что кто-то уходил со службы или, наоборот, приходил. Утро его всегда начиналось с прихода слуги, который приносил в спальню хозяина ароматный чёрный чай и наряд, выбранный на предстоящий день. Далее следовал завтрак в компании Микасы, единственной сестры, младшей на шесть лет. Завтрак проходил в тишине, только несколько незначительных фраз были сказаны друг другу с тем, чтобы узнать самочувствие и планы на день. Брат с сестрой не были особо близки, как это бывало в других семьях, всегда держались особняком. Но случалось и так, что и им временами наскучивало ходить по одному и тогда они составляли друг другу компанию, прогуливаясь по собственному саду в течение нескольких часов. Сад был чуть ли не единственным местом на территории поместья, где можно было встретить обилие красок и запахов вне зависимости от погоды. Большая оранжерея, располагавшаяся чуть в стороне, хранила в своих стеклянных стенах разные виды цветов и своим величественным видом была символом гордости семьи на протяжении многих десятилетий. Молодой господин частенько любил стоять у окна в кабинете и, чуть приоткрыв портьеру, осматривать сад, играющего разными красками в лучах солнечного света. В центре небольшого лабиринта из лавра в беседке обычно сидела сестра и проводила время за чтением книг или пила чай, думая о чём-то своём. Всегда серьёзная и холодная, как и её брат. Так проходили их дни, в тихом поместье за пределами столицы. Порой в нём оставались только слуги, в то время, как хозяева уезжали по своим делам, и могли подолгу не возвращаться. В такие дни особенно казалось, что дом был необитаем. Но стоило кому-то из них вернуться, как жизнь вновь набирала обороты, пусть и не так насыщенно как во времена старшего поколения. Но всё это готово было вот-вот рухнуть. С появлением наглого, шумного и по-детски доверчивого слуги, жизнь Леви перестала быть такой серой и однообразной. К примеру, когда в последний раз он открывал эти самые портьеры в своём кабинете? Наверное, тогда ещё были живы его отец с матерью. А сейчас, всего лишь из-за любопытства, этот мальчишка Эрен всколыхнул накопившую в себе за долгие годы пыль и негативные мысли хозяина, тем самым полностью изменив его привычный уклад жизни. Эрен был намного скромнее, чем могло показаться, но в определённой ситуации вёл себя не хуже благородных джентльменов. Добавить в придачу симпатичное личико и хорошую фигуру. Поэтому слухи о новеньком слуге в поместье Аккерман расползлись по всей округе с большой скоростью, и теперь каждая местная горничная и кухарка мечтали встретиться с молодым человеком. И спустя месяц Эрен был знаком со всеми заинтересованными в нём личностями. Время здесь пролетало незаметно, и не успел он опомниться, как пришло его двадцатый день рождения. Кухарка на завтрак подала наивкуснейший яблочный пирог, сказав, что это подарок от госпожи Микасы. Впервые Эрен получал подарок не от друзей и родителей. На глаза навернулись слёзы, но он быстро смахнул их рукавом рубахи и принялся резать пирог на кусочки, чтобы хватило всем присутствующим. Днём, как обычно, он работал в саду, ровняя выступающие ветки, пропалывая землю, избавляя её от сорняков. В самом доме горничные трудились как пчёлки, наверное, больше, чем обычно. Вытрясали ковры, меняли шторы, чистили мебель и столовое серебро. — Вы сегодня полны энтузиазма больше чем обычно, — недалеко от Эрена раздался женский голос. Он привстал и увидел Микасу, которая искренне ему улыбалась. — А молодая госпожа всё так же прекрасна, — улыбнулся он в ответ. Девушка проследовала в любимую беседку, ничего не ответив. — Вам понравился мой подарок? — робко спросила она, с нетерпением ожидая ответа. — Это было лучшее, что я пробовал, — улыбнулся Эрен и склонил голову, выражая тем самым свою искреннюю благодарность. Микаса была польщена и, открыв заложенную пальцем страницу, приступила к своему обычному занятию. День казался нескончаемо долгим для всей прислуги поместья, а виной тому предстоящий бал, который должен быть через пару дней. К этому моменту необходимо было привести в идеальный порядок и дом, и сад, и кухню. За ужином, ни у кого не было сил на бессмысленную болтовню, в такие времена все разом мечтали, чтобы этот день поскорее наступил и закончился. Совершенно измождённый, из-за неожиданно теплого дня для конца марта, Эрен шёл к своему домику в надежде растянуться на кровати и уснуть. Не было сил даже переодеться. Солнце уже скрылось за горизонтом, оставляя после себя непроглядную темноту и спасительную прохладу. В окне тускло горел огонёк, что знаменовало присутствие незваного гостя. Войдя внутрь, он остановился на пороге не ожидая увидеть такого гостя. Эрен было подумал, что от усталости его глаза решили сыграть с ним злую шутку, но нет, в действительности на краю кровати сидел сам господин Аккерман. В свете одной свечи, он казался хмурым и необычайно печальным. Длинные тени от чёрных прядей волос падали на лицо, а глаза, словно из темноты, сверкали холодной сталью. Леви сидел в одной рубашке с расстёгнутым воротником и чёрных брюках. Его небрежный вид совсем не принижал его достоинство, наоборот, подчёркивал естественную красоту, сексуальность и порочность. Леви, глубоко ушедший в себя, слегка вздрогнул, когда услышал звук закрывшейся двери. Он поднял глаза и внимательно осмотрел Эрена. На шее отблёскивали капельки воды, стекающие по слегка смуглой коже под рубаху, растрёпанные волосы и взгляд, в котором отражалось одновременно удивление, покорность и толика страха. Молодой и прекрасный, готовый на всё, ради своего хозяина. — Как тебе работа в этом поместье? — решил поинтересоваться Леви. Его тихий и уставший голос заполнил собой небольшое пространство домика. — Всё ли устраивает? — Мне очень нравится работать здесь, — Эрен был немногословен. Ему не часто выпадал шанс пообщаться с господином тет-а-тет. — Ну и хорошо, — облегчённо вздохнул Леви. Он внимательно посмотрел на слугу, выждал некоторую паузу и поднялся с кровати. Только сейчас Эрен заметил в его руках небольшой прямоугольный свёрток. Господин подошёл к нему и протянул подготовленный подарок. — Думаю, тебе должно понравиться. Это сборник небольших и незамысловатых рассказов. Эрен взял в руки свёрток и достал подаренную книгу. Это был второй подарок за день. Чувства переполняли его, а слова застряли в горле. Он был счастлив, как маленький ребёнок, получивший конфету. — Твои глаза многословнее тебя. Мне это достаточно, — пришёл ему на помощь Леви и, потрепав по голове, покинул небольшой домик. Эрен только и смог, что крикнуть его удаляющейся вглубь сада спине «Спасибо». Не раздумывая ни секунды, он забрался на кровать и принялся читать подаренный томик, забыв об усталости и сне. Эрен был в оранжерее и сквозь окно мог наблюдать, как веселятся гости, без предупреждения, ввалившиеся в поместье. В его тихую обитель никто не жаловал, что было очень хорошо, во-первых можно спокойно наблюдать за происходящим снаружи, во-вторых, никто ненароком не повредит цветы, выращенные с большим трудом. Спустя какое-то время, у входа раздались шаги, и вскоре перед Эреном появился хозяин. Он был, как и всегда, задумчив, проходя вдоль коридора роз и разглядывая их. Выглядело очень эффектно в привычном чёрном костюме, но с серебряными вкраплениями, что хорошо подчёркивало глаза, и всю его красоту в целом. — Почему Вы здесь? — удивился Эрен. — Разве господину не нужно развлекать своих гостей? Леви присел на рядом стоящий стул и приспустил повязанный поверх рубашки платок, вздохнув с облегчением. Он закрыл глаза, вдыхая аромат цветов, а Эрен покорно стоял рядом и ждал. — Там слишком шумно, — устало ответил он и, приоткрыв один глаз, взглянул на парня. — Ты не возражаешь, если я немного побуду здесь? — Не нужно спрашивать о таких очевидных вещах, — улыбнулся Эрен. — Здесь всё принадлежит Вам. Леви как-то странно взглянул на него, и лёгкая улыбка коснулась кончиков губ. Ему явно понравились сказанные невзначай слова. Решив не донимать господина вопросами и дать возможность отдохнуть, Эрен продолжил своё занятие. Он аккуратно пересаживал новые ростки в небольшие горшочки, а закончив, стал складывать разложенные инструменты и собирать с пола мусор, оставленный после себя. Всё это он делал в поле видимости мужчины, но совершенно не замечал, что каждое его движение жадно поглощалось и запоминалось. Леви словно статуя, замер и не отводил взгляда от него. Каждый день на протяжении месяца он наблюдал за Эреном из своего окна. Его тело соблазнительно мелькало перед ним, а взгляд время от времени поглядывал в сторону второго этажа. Молодой господин просто не мог уже терпеть. Ему хотелось хотя бы прикоснуться к нему, узнать, какая на ощупь кожа слуги, мягкие ли у него волосы, хотелось услышать его прерывистое от возбуждения дыхание. Он был готов сорваться в любую минуту, но терпеливо ждал нужного и более подходящего повода. — Можешь идти отдыхать, завтра закончишь уборку, — протирая рукой глаза, сказал он. — Не беспокойтесь, у меня ещё есть силы. — Я велел тебе уйти, — повысил голос Леви. Эрен удивлённо взглянул на него, но возражать больше не стал и, поклонившись, направился к себе. Ему было грустно от того, что господин повысил голос. Ведь он всего лишь хотел сделать как лучше, но вероятно Леви и правда сильно устал и хотел побыть в одиночестве. Эрен так и не уснул, пока не погас последний фонарь в доме. Было это уже давно за полночь. На следующее утро господин Аккерман уехал со своими гостями в столицу, как предполагалось, на целый день. А Эрен не упустил возможность воспользоваться его отсутствием. Закончив большую часть запланированной работы, он, выученным маршрутом, направился в кабинет, желая провести время за прочтением какого-нибудь романа. День выдался солнечным, поэтому в комнате было тепло и уютно. Вновь вдыхая приятный запах книг, он подошёл к одному из стеллажей, и взял одну, которую начал читать несколькими днями ранее. Устроившись удобнее на диване, он принялся за чтение. Когда солнце перевалило на другую половину и в комнате стало немного темнее, чем было, а часы в главном зале отбили четыре часа, Эрен нехотя завершил чтение и поднялся по лестнице, чтобы вернуть книгу на место. Отдыхать, конечно, приятно, но работу никто не отменял. И стоило ему подумать, что хозяин скоро должен вернуться, как позади него скрипнула половица и чьи-то руки легли на плечи, слегка приобняв. Эрен вздрогнул от неожиданности и хотел повернуться, чтобы посмотреть на таинственную тень, но пальцы сильнее сжали плечи, безмолвно говоря не делать этого. — И что ты тут делаешь? — спокойный голос хозяина и горячее дыхания обожгли ухо пойманного слуги. — Я, кажется, предупреждал, что приходить можно только в моё отсутствие. — Но Вы должны были вернуться не раньше ужина, — пытался оправдаться Эрен. — Я уже давно вернулся, решил заглянуть к тебе, но нигде не нашёл, а ты всё это время был здесь и отлынивал от работы. — Его рука медленно сползла вниз, бережно обхватывая ладонь и приподнимая. Леви внимательно осмотрел руку Эрена. Немного огрубевшая кожа, от ежедневной работы с садовыми инструментами, пальцы ровные, длинные и чистые, что невероятно его порадовало. — Какое же наказание мне придумать? Эрен затаив дыхание просто наблюдал за действиями своего хозяина. Его впервые так касался другой мужчина и это обескураживало. Он не чувствовал неприязни, скорее ему было неловко. — А может мне рассказать всё Эрвину? — продолжил свои размышления Леви. — Он мастер придумывать изощрённые наказания, особенно таким непослушным мальчикам, как ты. Он запустил руки под рубаху и не спеша изучал подушечками пальцев бархатную кожу. Губами припал к шее, чувствуя, как сильнее стала пульсировать венка, вдыхал запах цветов смешанных с землёй, впитавшийся в каждую клеточку молодого тела. Чувствовал, как заметно напряглись все его мышцы. — Господин, — испугавшись, пытался остановить его Эрен, — что Вы делаете? Он вцепился в его руки, пытаясь помешать, но Леви был сильнее и, не обращая внимания на эти тщетные попытки, продолжал своё исследование. Прикусив мочку уха немного сильнее и услышав недовольный стон, он принялся зализывать пострадавшее место. Он терзал нежную кожу шеи, опаляя, кусая и посасывая, жадно вдыхая запах, не останавливаясь ни на секунду. Время словно застыло, и Эрен уже не понимал, сколько они вот так стоят. Все его попытки выбраться из оков блокировались, не давая и малейшей надежды. — Даже не в силах мне сопротивляться, — продолжал мучить свою жертву Леви. — Неужели настолько приятно? Эрену и правда было приятно, но в то же время это и пугало. Он был словно скован цепями, которые не давали возможности пошевелиться и дать отпор. Грудь сдавило, мышцы, будто налились свинцом, в голове был полный туман. Он так бы и рухнул на деревянный пол, если бы Леви не поддерживал его. Руки господина казались ледяными и словно обжигали кожу, а тишину комнаты разрывало прерывистое дыхание, всё это казалось невыносимым, но в то же время дурманящим. А Леви даже не думали останавливаться, с невероятной точностью касаясь самых чувствительных мест. Он загорался ещё больше, наблюдая эмоции, которые Эрен испытывал, скорее всего, впервые. Он понимал, что всё это затянулось и пора бы отпустить парня, но тот сильнее сжал его руки, словно читая мысли и не желая останавливаться. Эрен окончательно потерялся в сладких муках. Его молодое тело прекрасно показывало истинные чувства и просило большего, что было сложно игнорировать. Эрен взглянул затуманенными глазами на господина, немного вытянув шею, словно намеревался поцеловать. Леви губами ловил его дыхание, сладкое и горячее. — Ты только посмотри, — тихий шёпот пробрался в его сознание, — тебе настолько хорошо от моих прикосновений. Я польщён. Ясность мыслей обоих вернулась мгновенно, стоило только нежданному гостю постучать в дверь кабинета. Не было ни мучительно-сладких прикосновений, ни опаляющего истерзанную шею дыхания. Ничего. Леви отпустил своего заложника и отступил на пару шагов. Эрен пытался привести внешний вид в порядок, лихорадочно перебирая руками. Дверь открылась, в комнату вошёл Эрвин. Он поднял голову, и лицо сразу стало серьёзным, стоило ему увидеть тех двоих вместе. — Так и быть, на этот раз я тебя отпущу, но в следующий — поблажек уже не будет, — проходя мимо Эрена, тихо сказал Леви. — Можешь идти, — добавил уже громче. Эрвин был очень наблюдателен, поэтому не заметить следов на шее парня, когда тот проходил мимо, не мог. Он сразу понял, что здесь произошло, но в этот раз решил ничего не говорить, списав всё на дело случая. — Эрвин, не смотри на меня так, словно презираешь, — недовольно сказал ему Леви. — Ничего подобного, — совершенно спокойно ответил ему дворецкий и прошёл вглубь комнаты. — Но на вашем месте делать нечто подобное — недопустимо. — Я сам решу, что мне стоит делать, а что нет, — он закатал рукав рубашки и поднял руку, демонстрируя несколько свежих царапин. — Знаешь откуда они? — Не знаю и знать не хочу, — резко возразил Эрвин. Леви усмехнулся, забавляясь реакцией дворецкого. Он разглядывал руку, покрытую яркими напоминаниями того, что происходило ещё несколько минут назад, и был глубоко огорчён от того, что всё так быстро закончилось.