Глава 5
11 декабря 2015 г., 01:29
POV Игорь Ребров
Машка летела к подъезду просто светясь от радости и счастья. Никого и ничего не замечая. Почти две недели я не видел этого лица, этого тела, которое раньше видел в зеркале. Почти две недели я скучал по этой женщине, которую так обидел и к которой, как выяснилось, так был привязан. А может и не был привязан, а просто мучился, оттого, что поступил с ней несправедливо. Вот это и предстояло мне узнать — отчего же я так погано себя чувствую?
Она почти проскочила мимо, но я сделал шаг в сторону и Машка как раз на меня и налетела.
— О, привет! Ты здесь какими судьбами? Наверное просто мимо шел?
— Нет, я приехал с тобой поговорить. Только не знаю, как к тебе обращаться. Ты попросила забрать паспорт на имя Маши Васильевой, а в редакции «Лабиринта» вдруг появилась, как Маргарита Реброва. Так кто ты?
— Маргарита Реброва. Ты имеешь что-то против? Не переживай, долго пользоваться твоей фамилией не буду. Выйду замуж, сразу сменю. Так о чем ты хотел поговорить?
— Марго, а может отъедем посидим где-то? Там и поговорим?
— Зачем? Я вроде бы оставила тебя в покое. Не появляюсь, не звоню. А если тебе мешает то, что я работаю в глянце, то я могу тебе только посочувствовать. Я не собираюсь в угоду тебе вновь становиться «тупорылой официанткой». Так о чем ты хотел поговорить?
— Маша, пожалуйста, поехали поужинаем.
— Ого! В твоем лексиконе появилось новое слово? «Пожалуйста»? Или тебе снова что-то нужно от меня? Тогда позвони Гальяно, пусть его гориллы меня попугают.
Боже мой! До чего она была прекрасна в своем гневе! Теперь я мог понять и Калугина и Вадима. Маша, действительно, была красавицей, с каким-то дьявольским магнетизмом. Глаза, блестевшие в свете фонарей метали огонь и молнии. И в то же время она была невероятно трогательна, нежна и беззащитна.
О! Это была далеко не тупорылая официантка. Это была женщина. Женщина с большой буквы! Мало того, это была МОЯ Женщина. Я понял это сразу. Ну, хотя бы потому, что мне впервые за 36 лет хотелось не просто переспать с ней, мне хотелось заслонить ее от всех бед, укрыть от любого ненастья, схватить на руки и унести в свою жизнь. Какой же я дурак, как мог я не разглядеть ее душу раньше?
— Так что ты хотел, Игорь? Мне идти нужно. Прохладно, да и мама ждет.
— Капец! Значит ужинать со мной ты не пойдешь? Я правильно понял?
— А ты приехал сюда, чтобы поужинать со мной? Прости, но верится в это с трудом.
— Нет, я приехал поговорить. А не поужинать. И врать я тебе не буду. Но, когда я тебя увидел, то понял, как я соскучился. Машка! Ну, пошли, а?
— Игорь Семенович! Нравится Вам это или нет, но меня зовут Маргарита. Маргарита Александровна. И ужинать я не пойду. Я уже поужинала, — Марго вскинула голову, пристально посмотрела Гоше в глаза и презрительно добавила, — с Аней, которую Вы так же легко выбросили из своей жизни, как и меня. Доброй ночи Игорь Семенович. Если Вам нечего мне сказать, то я не собираюсь тратить свое время на ерунду.
Как же меня это задело. Даже не задело, покоробило. Мало того, что она за моей спиной встречается с Анькой, она мне еще и выговаривает. Более того, она мне отказывает! Ни одна женщина никогда мне не отказывала. Ни одна!
Я схватил Марго за руку, забросил в машину и рванул с места. По дороге заказал еду на дом и минут через тридцать уже подъезжал к своему подъезду. Меня всего трясло от злости. При этом я умирал от желания прижать ее к себе, умирал от чувства вины. При этом у меня просто распустились крылья, только от того, что она рядом, что едет в моей машине, пусть даже отвернув к окну лицо и гордо вскинув голову, всем своим видом показывая независимость и презрение.
Подъехав, я заглушил мотор, открыл дверцу со стороны Марго и подал ей руку. Она не приняла руки и выходить не собиралась. Пришлось забросить ее на плечо и нести домой. У самой двери я вдруг замешкался и засмущался. А Марго вдруг захохотала, да так заразительно, что и я, не понимая в чем дело начал вначале усмехаться, потом хихикать, потом, смеяться, а потом и захохотал, чуть не уронив Марго на пол. В квартиру мы не вошли, в квартиру мы вползли держась за животы и заходясь в хохоте. Постепенно мы успокоились и тут я спросил: — Марго, а ты чего смеялась то? — и ты снова покатилась со смеху, ну, и я следом за тобой. А как же без этого…
Отсмеявшись и оглянув гостиную и кухню, Марго сказала:
— Так я и думала, развел бардак и притащил домой официантку, чтобы убрала.
— Капец! Ты из-за этого так хохотала?
— Ну, да. Ты замешкался у двери, а я представила бардак в твоей квартире и как ты насильно притаскиваешь уборщицу на плече. Ты ведь из-за бардака замешкался у двери. Правда?
Действительно, картина вырисовывалась смешная. А вместе со смехом спало и напряжение. Марго прошла на кухню и начала сгребать мусор, мыть тарелки, убирать в общем. Она просто физически не переносила бардак, это я помнил еще по тому времени, когда мы жили вместе, а я смотрел на самое прекрасное в мире зрелище — Марго на моей кухне и думал: «Я не дам ей отсюда уйти. Я никогда не дам ей отсюда уйти! Даже если для этого мне придется на ней жениться»!
— Ты чего на меня так смотришь? Давай убирай в гостиной, там такой бардак, что я туда даже не зайду.
И мне понравилось, как она командует. Мне очень понравилось, как она командует. И я начал быстро приводить в порядок комнату. Потом принесли еду на дом, Марго отсервировала стол, зажгла свечи в высоком подсвечнике и мы, наконец, смогли сесть за стол.
— Тебе налить что-нибудь?
— Спасибо, нет. Ты и так достаточно отравил мой организм алкоголем. Это тебе было все равно, а мне нет. Я еще собираюсь стать матерью. И мой организм мне нужен здоровым.
— Что, даже шампусика не пьешь?
— Я ничего не пью.
— Правильно, свое тело мы бережем, это в мое мы ведрами шампусик вливали. Ай, молодца.
— Гоша, может все-таки скажешь, ты чего приехал-то ко мне?
— Марго, возвращайся в «МЖ», возвращайся ко мне, я только сейчас понял, как ты мне нужна.
***
POV Мария Васильева. Когда Гошка сказал мне: — Марго, возвращайся в «МЖ», возвращайся ко мне, я только сейчас понял, как ты мне нужна, — я думала сердце выпрыгнет из груди. Я больше не могла и не хотела делать вид, что мне безразличен самый мой любимый человек. Я подошла к нему и сделала то, что всегда хотела сделать, с самой первой с ним встречи, я показала ему, как умеет целоваться Мария Васильева. А когда утром Гошка принес мне в постель кофе, а потом смотрел, как я его пью, это был уже другой Ребров, повзрослевший, влюбленный и… мой! Да, мой Игорь. Я это почувствовала сразу. — А можно теперь я буду звать тебя Машкой? Ну, хотя бы когда мы наедине? — Теперь можно, теперь тебе все можно! Стоп машина! А вот этого нельзя! И не надо залезать ко мне в ванну, все равно ничего не получишь. Я на работу опаздываю. — Сегодня работа отменяется. Сегодня ты пишешь много заявлений и больше ничего не делаешь. Во-первых, тебе нужно написать заявление об увольнении. Во-вторых, тебе нужно написать заявление на регистрацию нашего брака. Ну, и в-третьих, ты сегодня пишешь заявление о приеме на работу в «МЖ». — Гоша! Я хочу, чтобы ты раз и навсегда запомнил — ты мой любимый, а не хозяин. Это понятно? Так вот. Сегодня я иду на работу. И обещаю подумать над всеми твоими предложениями. — А после работы мы сможем хотя бы встретиться? Это была огромная победа. Гошка принял мои условия игры! До него дошло, что женщин нужно уважать! — Конечно можем встретиться. Ты, я, и Аня. Здесь у тебя. Как в старые, добрые времена. И как ты будешь мириться с Анечкой, меня совсем не касается. — Это капец! Нет, это даже не капец, это намного ниже. Баба дает мне указания, — и расхохотался. Ну, и как после этого я могла не пустить его к себе в ванну?
