Умри, но сделай!

Стоило поезду подъехать к станции, как я тут же заявила, что мне нездоровится. Мол, похмелье наконец-то соизволило прийти и ко мне. Естественно, что ни Хеймитч, ни Пит и уж тем более ни Эффи не хотели идти на празднество с девушкой, от которой за версту несёт перегаром и у которой дикое похмелье. Дабы добавить масла в огонь, мне пришлось выпить ещё одну рюмку водки прямо перед завтраком, чтобы эффект был очевиден. Этот план появился у меня ночью. Он был прост: объявить о своём недуге на весь поезд, чтобы даже у незаинтересованного человека не осталось сомнений в моём плохом самочувствии, и, когда бы меня отпустили домой лечиться, под шумок отправиться в лес. Все миротворцы и жители будут на пиру в доме мэра, а это играет мне только на руку. Так будет проще добраться до тринадцатого дистрикта. Да, ничего умнее, чем похмелье, я не смогла придумать. Отхватив пару нелестных комментариев от Эффи, что "девушка не должна пить так много!", пару насмешек от отца и грозный взгляд Пита, я со спокойной душой и чистой совестью отправилась домой. Да-да, обманывать не хорошо, но, когда на кону стоят жизни многих людей и твоя в том числе, волей-неволей будешь добиваться своей цели любыми методами. Оказавшись дома, я в момент сменила дорожную одежду на простой повседневный свитер, куртку, штаны и сапоги. Завязав свои патлы, дабы они не мешались в процессе, я стащила с полки хорошо спрятанный миротворческий белоснежный плащ и вышла во внутренний двор своей хибары. Этот плащ я давно присвоила себе и долгое время прятала его в лесу вместе с оружием. Увы, мечи мне сохранить не удалось, но плащ остался в моей собственности. Тем временем я в очередной раз отметила, что мне несказанно повезло. Капитолий разместил мой дом прямо рядом с оградой. Сейчас она, как и всегда, была отключена от электросети и наполняла воздух лишь мёртвой тишиной. Накинув плащ на плечи и задёрнув капюшон, я в силу своей худобы пролезла меж прутьями и рысью побежала в лесную чащу. Идеально сливаясь со свежевыпавшим снегом, плащ хорошо маскировал меня от хищников и позволял двигаться по лесу без опаски за свою жизнь. Пересекая знакомую поляну, я прошлась напрямик по замёрзшей глади небольшого озера, которое приходилось обходить летом. Благо зимы в лесах двенадцатого суровые, и лёд затвердевает ещё в ноябре месяце. Войдя в сосновую чащу, я сделала пару шагов и замерла - я слышу шаги. Волки, дикие собаки, медведь? Мне не нужны неприятности. Спрятавшись за толстоствольной сосенкой, я стараюсь дышать как можно тише и реже, чтобы меня было труднее заметить. Сокрыв краями плаща остальное тело, я начала прислушиваться к шагам. Скрип, скрип, скрип... Остановился. Хм, а вот это уже странно. Я не слышу дыхания. Все звери дышат очень громко, а в заснеженном лесу в солнечный, безветренный день дыхание можно услышать даже сидя на расстоянии десяти метров. Между нами, как мне кажется, чуть меньше четырёх, но я ничего не слышу. Это подозрительно. - Эй, по-моему, я что-то видел. Там, за сосной, - голос. Мужской голос прямо за моей спиной. Тихий шепот, но я расслышала его настолько отчётливо, что мне стало дурно. Меня нашли? Чёрта с два! Под рукой нет оружия, и с места не сдвинешься... Что же делать? - Стрельну-ка я, чтобы проверить... - Не трать стрелы в пустую. Я их не штампую. Небось какая-нибудь пташка пролетела, а ты опять на всякую вошь реагируешь, - а вот этот голос мне знаком. Девушка говорила громко, отчётливо и с каким-то язвительным оттенком. Китнисс. Это точно она, я запомнила её тембр. Но что она делает здесь? Разве ей не стоит сейчас быть на пиру и собирать еду для себя, матери и сестры? И кто это с ней? Может... Гейл? Тогда почему я его не узнала? - Да говорю тебе. Там что-то большое, - точно Гейл. Стоило ему говорить громче, и я его узнала. Нет, их можно не боятся, однако на глаза попадаться тоже не стоит. Они могут неправильно меня понять. - Гейл, кончай уже. Ты в последнее время стал слишком подозрительным. - У меня есть причины. - У всех есть, но я же себя так не веду, - судя по скрипу снега под их подошвами, Китнисс подошла ближе ко мне. - Будь проще. Убери лук. - Чёрт. Ладно, уговорила. Пошли, нас могут потерять, - когда шаги начали понемногу удаляться, я смогла наконец-то вздохнуть. Уходят. Будучи сидевшей на корточках, я только потянулась вверх, чтобы выйти из неудобного положения, как злосчастный коленный сустав издал свой омерзительный треск. - Стой, где стоишь, - грозный голос Китнисс слышится откуда-то слева, а я мысленно ругаю себя за то, что мало времени уделяла тренировкам на ноги. Хруст в коленях, неспособность к бегу и просто слабые мышцы ног - всё это моя вина. Подняв руки вверх, я оборачиваюсь к девушке лицом и скидываю с себя капюшон. - Эм, привет, Китнисс... Да, мир порой бывает тесен.

***

- Какого... - Джулия, ты что здесь делаешь? - подлетев ко мне, девушка осматривает меня с ног до головы каким-то диким взглядом, буквально не веря в то, что это я стою перед ней. - Ты не должна быть на празднике в доме мэра? Там же весь дистрикт! - Такой же вопрос к вам. Что вы забыли в лесу? - Охотились, - подняв за ноги тушки кроликов, Гейл демонстрирует мне свой улов. - А вот какими судьбами тебя сюда занесло... - Я устала от тура и, сославшись на то, что мне плохо, отправилась домой. Сама же ушла гулять в лес, всё просто, - попытаемся солгать. Я ничего не теряю. - Погулять можно и возле дома, а ты довольно далеко от него ушла. Скажи правду, Джулс, - Китнисс буквально прожигает меня взглядом. Видимо, чувствует, что я могу стать для неё и её семьи угрозой, от которой следует избавиться здесь и сейчас. Или же она обижена на меня за то, что я не рассказала ей об этой части своей жизни. Хотя не думаю, что ей это и было интересно до этого момента. - Слушайте, я иду туда, куда вам двоим лучше не соваться. У вас семьи и вы заботитесь о своих братьях и сёстрах. Пойдёте со мной - подвергнете их опасности. Я предупредила. - Говори, Джулия, - Гейл непреклонен, и Китнисс, судя по виду, тоже. Мне не удастся так просто уйти от них и придётся всё же втянуть их в это. Хотя... "Им" же были нужны новые рекруты? Вот, собственно, я им и приведу парочку. - Хорошо, я скажу, но давайте мы пойдём. Стоя здесь, мы теряем уйму времени. Развернувшись, я не спеша направилась в ту сторону, в которую шла. В момент меня окружили с обеих сторон и, буквально оседая и давя на меня своим присутствием, эта парочка шла за мной по заснеженной сосновой чаще. Я немного медлила, не знала как правильно начать, но Гейл сам помог мне. Повесив лук на плечо и почесав затылок, он довольно резко высказался: - Ты куда нас завести хочешь? - Как далеко вы заходили на своей охоте? - глядя вперёд и под ноги, я переступаю через припорошённую снегом корягу. - Мы доходили до конца этой чащи. За ней лишь бескрайние белые поля зимой и серая, сгоревшая земля летом. Думаю, там раньше находился тринадцатый, а эта серость - его остатки. - Верно мыслишь. Эти земли и есть тринадцатый дистрикт, вот только он всё ещё там. - В смысле? - Китнисс вклинилась в наш разговор с Хоторном. - Его же разбомбили много лет назад. - Лишь наземную часть. Под землёй находится основная база тринадцатого, куда я, собственно, и направляюсь. Там сосредоточился центр мятежников, уже не первый год и не первый десяток лет готовящий восстание, революцию. Я их, так сказать, разведчик и шпион. - Джулс... Я... - Казалось бы: победительница "игр", бывший миротворец - не жизнь, а малина! Зачем мне сдалась эта революция и восстания?! На самом деле мне пришлось попасть на "игры", пришлось их выиграть, ибо это был "их" план. Мне пришлось стать добровольцем и рисковать своей жизнью, чтобы выиграть и тем самым следовать приказам. У меня есть основания желать революции и свержения порядков, есть условия, на которых я работаю на них. Всё не просто по доброте душевной. У меня веская причина, не терпящая ожидания. И пока я не достигла своей цели - я верна им и их идеологии. - Понятно. Хотя теперь всё наконец-то приобретает свои формы, - Китнисс слегка улыбается и переводит взгляд вдаль. Пока я говорила, она внимательно следила за каждым мускулом моего лица. - Вокруг тебя после победы в народе ходили разные слухи, и вообще твоё имя было синонимом тайны. Никто толком о тебе ничего не знал, и даже приближённые к тебе сослуживцы и прочие не могли сказать ничего дельного. Сейчас, однако, можно разглядеть часть картины твоей личности. - Это хорошо? - Учитывая, что мы с тобой близки - да. Предпочитаю знать всё о человеке, что ест и ходит рядом со мной. - Согласен с Китнисс. Теперь ты вызываешь у меня меньше отрицательных эмоций, чем раньше. - Я несказанно рада, - а я неплохо учусь сарказму у Пита. Мне даже нравится это. - А можно ли как-то вступить в ряды революционеров? - я боялась этого вопроса. - Зачем? Зачем оно вам?! Я же предупредила, что это может угрожать вашим семьям! Вам есть о ком заботиться, вам есть кого беречь, о вас буду горевать. Почему вам так этого хочется?! - мой голос повышается на несколько тонов, из-за чего пропадает моя любимая, уже приевшаяся хрипотца. - Нам надоели эти порядки, Джулс. Ты видела, как мы живём? Как живём мы, как семья Китнисс? Ты думаешь мы чертовски рады шляться по лесу в поисках пропитания, промерзая до самых костей, а потом топать с этим на рынок и торговать по дешёвке? У меня дома двое голодных братьев, сестра и мать. У Китнисс - Прим, которая изо всех сил старается помогать и ей, и матери, чтобы зарабатывать гроши, и уже берёт дополнительные тессеры на себя. Думаешь, нам охота так жить? Раскрой глаза, победительница. Естественно, что мы хотим революции. Мы получим земли, еду, одежду и нормальную жизнь. Люди больше не будут бояться, не будут голодать. Мы будем жить! И ты говоришь, что мы не должны вступать в ваши ряды? Ты в своём уме? - Как знаешь, Хоторн. Я предупредила, - мне стало очень грустно от тех слов, что сказал мне Гейл. Да, я видела все эти ужасы. Да, я знаю о них. Однако, я на своей шкуре за все мои бледненькие девятнадцать лет перенесла больше, чем эта парочка. Я имею представление о ценности жизни, о ценности еды и одежды. Я имею право на мнение, и, как мне кажется, моё мнение правильней, трезвей. Но я не стану его озвучивать. Ведь пойдут вопросы: "откуда тебе знать?" или "ты переживала подобное?", а я не хочу на них отвечать. Я предпочитаю держать свою личную жизнь под замком. - И ты не права, Джулия. Как это по тебе некому горевать? А твой отец? А Пит? Ты думаешь, твоя смерть для них будет просто пустым звуком? А Капитолий, в конце концов? - Китнисс тоже решила меня атаковать. Ответим. - Мне нет дела до Капитолия.. Новые "Голодные игры" - новый трибут - новый идол. Меня быстро забудут. Что касается отца, то ему не впервые терять меня. Он забудет. Мы с ним похожи, поэтому если судить по самой себе, то где-то год он помучается от чувства вины и боли от утраты, а потом забудет и будет жить дальше. Пит? А с ним всё ещё проще. Он молод, он здоров, он силён и красив. Смерть друга молодости быстро забудется. Да, возможно быстро в его случае - это лет пять, десять на вскидку. Но он забудет. И будет жить дальше... Как-то так. Немного печально, верно? - Ты очень.... - Критично мыслю? Из крайности в крайность? Согласна. Да, в общем, плевать. Мы почти пришли. Как только зайдём, я передам вас двоих в нужные руки. Вас завербуют, отведут куда надо. Встретимся на входе. - А ты? - У меня есть кое-какие дела...

***

Идя по еле освещаемым тусклыми лампами коридорам, я мысленно готовила себя к встречи с Коин. Вероятнее всего мне будет дано новое задание, раз сам Плутарх вызывает меня на базу, или же меня окончательно вышвырнут отсюда как вшивую дворнягу. Второго мне никак не хотелось, ибо это рушило все мои планы, но я твёрдо решила: даже если такое случится, я не стану вновь впадать в депрессию. Я найду другой способ совершить правосудие, другой способ отомстить человеку, нанёсшему колоссальный урон по мне и моим близким. Я клянусь себе. Клянусь. Не бойся, Джулс. Главное не бояться. Мы с тобой готовы ко всему, верно? Верно. Нас с тобой всегда поддержат, ведь теперь есть кому. Только помни о Сноу. И о Пите. Не делай ему хуже и не перечь указу президента. Поняла? Умница. Я тактично стучусь в дверь и, лишь когда слышу тихое "войдите", бесшумно проникаю в помещение. - Госпожа президент, солдат Карс прибыла по вашему приказу, - отдав честь, я попадаю прямо под внимательный взор её зелёных, ледяных глаз. - Вольно. Рада, мисс Карс, что вы соизволили прибыть ко мне незамедлительно. И привели в наши ряды двоих новичков? Похвально, - смотря на горящие экраны своего рабочего стола, Альма говорила практически шепотом, улыбаясь лишь уголками рта. - А они хороши. Я более чем довольна. - Госпожа президент, моё отсутствие могут заметить... - Да-да, я понимаю, - поднимая руку вверх, тем самым приказывая мне заткнуться, женщина подходит ближе. - Нынче время дороже монеты, поэтому приступим к нашему делу. Скажу откровенно, мисс Карс, ваша выходка на арене "игр" разозлила меня. Вы ослушались приказа и ушли в самовольное поведение, нарушая тем самым кодекс солдата. И я сперва не понимала ваших мотивов. Зачем было спасать этого пацанёнка? Хиленький, неприспособленный, жалкий... Однако в туре победителей, я кажется вскрыла ваши карты. Этот мальчишка - лучший оратор и риторик, которого я только видела в своей жизни. Одним предложением он вдохновил людей, другим утихомирил. И вы, как мне думается, видели его потенциал. Верно? - Да, мэм, - мне не нравится русло, в которое она ведет разговор, но мне придётся со всем соглашаться. - И я подумала: второй шанс даётся не каждому, но вы, солдат, заслуживаете его. Если вам удастся завербовать Пита Мелларка в наши ряды, то, как только он окажется здесь, вы будете восстановлены в должности. Или желание отомстить за смерти ваших близких погасло со временем? - Нет, мэм, - мой голос дрожит. Это худшее развитие событий, которое я только могла себе представить. Надо выкручиваться. - Мэм, что будет, если мне не удастся? - Неминуемая смерть вас, как осведомлённого, так и вашего друга. Да, он был бы очень ценным кадром для нас, но семеро не станут всё бросать ради одного. Мы избавимся от паршивой овцы и продолжим наше дело. Но, думаю, у вас получится. Я в вас не сомневаюсь. - Да, мэм. Я приложу все усилия, чтобы завербовать Мелларка, однако смею просить... - О чём? - Если получится так, что я погибну, но Мелларк будет в наших рядах, вы можете гарантировать его неприкосновенность? - Стоит ему ступить на эту территорию, и он будет иметь права высших чинов. Его неприкосновенность заранее оговорена, мисс Карс. Можете не сомневаться, - садясь за свой стол, Альма кладёт руки на него руки и, продолжая улыбаться, смотрит на меня. - Благодарю вас, госпожа президент. Я оправдаю ожидания. Мелларк будет нашим союзником. - Я верю вам. Теперь ступайте. Стоило мне оказаться за дверью, как ноги мои подкосились и я сползла вниз по стенке. Нет, только не Пит, только не он! Он не должен иметь к этому никакого дела! Чёрт, чёрт, чёрт! Что же делать... Тянуть время? Это единственный выход! Нет, я не дам им забрать его. Никогда. Они не получат его, он не будет сражаться, он не будет убивать. Я не дам ему стать солдатом. Никогда... Просто тянуть время... Просто... Время...

***

При возвращении домой, в двенадцатый, моё поникшее настроение не осталось незамеченным Гейлом и Китнисс. Теперь, когда эта парочка присоединилась к повстанцам, они будут вынуждены посещать лес гораздо чаще, чтобы тренироваться и в то же время пасти меня и докладывать всё Коин. В частности о том, как продвигается дело с Питом. - Я не хочу, чтобы он участвовал в этом. - Мало ли чего ты хочешь, может, он и сам согласится? - Я его не пущу, буду тянуть время. - А мы на тебя доложим... - Гейл! - Ну, а что? Мелларк нам действительно пригодится, а твоя подружка не хочет его отдавать. Как мне ещё реагировать? - Уже в роль вжился? Не бойся его, Джулс, - хлопая меня по плечу, Китнисс ободряюще улыбнулась. - Я понимаю твоё состояние, и мы не станем на тебя давить. Но старайся с этим действительно сильно не затягивать. Подозрения президента тебе ни к чему. - Ага, вот только как это провернуть у Сноу под носом? Я уже говорила, что он запретил мне появляться на публике и слишком часто упоминать о себе? - Говорила. И, кстати, об этом. Мы уже около забора. Я пойду вперёд, посмотрю обстановку. Где-то минут через десять идите следом, - оказавшись по ту сторону проволоки, Гейл быстро скрылся из виду, а мы остались вместе с Китнисс ждать положенные десять минут на том же месте. - Прямо совсем не упоминать о себе? - Стараться. А иначе он убьёт не только меня, но и моих близких и друзей. Пострадает весь дистрикт. Все погибнут. Он разбомбит его так же, как и тринадцатый. - Да, этого нам не надо, - спрятав лук и мой плащ за дерево, Китнисс помогла мне перебраться через ограду. Мы оказались на Луговине. Местные так называли поляну с травами, которые миссис Эвердин использовала для своих лекарств. Их для неё собирали Прим и Китнисс в свободное время. Также здесь росло много питательных растений, но, увы, проверить я этого не могла. Луговина находится довольно далеко от дома, а я в последнее время совсем обленилась. - Слушай, так ты получается в этом году... Договорить девушка не успела. Её прервал звук от выстрела, разлетевшийся, как мне кажется, на многие километры. Наша реакция не заставила себя долго ждать. Мы пулей ринулись прочь с Луговины, несясь прямо на этот звук. Точнее, неслась Китнисс, а я, распустив волосы, старалась прикрыть лицо. Мало ли что или кто сделало этот звук. Там могут быть камеры, а мне нельзя светиться. Пробегая мимо очередного квартала, я не сразу почувствовала невероятный жар, и лишь когда я врезалась в остановившуюся Китнисс, я увидела это. Горел Котёл - чёрный рынок, на котором часто закупались местные и даже миротворцы. Что греха таить, и я там была частым гостем. Здание бывшего завода полыхало хорошо, обдавая жаром всех зевак и медленно перебрасывая своё пламя на соседние постройки. Уже горело несколько киосков и пара магазинов... Чёрт, ведь моя лавка тоже здесь, поблизости... Ладно, на это нет время. Китнисс рванула снова, но теперь куда-то гораздо дальше, двигаясь прямо к площади Правосудия. На ней скопилось куча народа... Почему? О... Чёрт... Я слышу эти звуки. Во втором они часто раздавались по вечерам, и даже я один раз стала источником их происхождения. Старые шрамы на спине и руках мгновенно заболели, и я слегка отшатнулась назад. Там кого-то порют. И, если судить по звукам, дерут нещадно, кожаным кнутом. Мужчина... Нет. Парень, судя по крикам. Я подхожу ближе к Китнисс, смотрю в её лицо и ужасаюсь. Она мертвенно бледная. Губы синие, а глаза практически прозрачные. Я перевожу взгляд на площадь и сглатываю. Это Гейл. Бьют его. Вся его спина уже превратилась в кровавое месиво, а я, вспоминая свою собственную, начинаю слегка шататься. Мне не хорошо. Надо это остановить! Надо это прекратить! Я только делаю рывок вперёд, как за руку меня хватает нечто холодное и тянет назад. - Нет. Тебе нельзя, - голос Китнисс такой низкий, такой... Загробный, что лишь от её тембра я сама коченею и врастаю в асфальт. Оставив меня в таком положении, она вырывается вперёд и летит к миротворцу с кнутом. Её руки сжаты в кулаки, и только она замахивается на него, как получает сильный шлепок и удар в челюсть. Отлетев на землю, она вроде пытается встать, но прилетело так, что на это нет сил. Она подползает и, зацепившись, закрывает его своим телом. Нет... Я должна помочь, должна! Но... Я не могу. Чёрт, не могу! Боже, будь всемилостив, будь щедр! Прошу, спаси моих друзей! Умоляю тебя! Спаси рабов своих, своих агнцев! Я, раба твоя, прошу, спаси их! - Прекратите! - мои молитвы услышаны. На площадь врывается Пит и закрывает Китнисс и Гейла своим телом. За ним так же вылетает отец и какой-то миротворец. - Остановите это! - Уйди-ка отсюда, пока сам не получил, - выжимая кнут от крови Хоторна, злорадно усмехается миротворец. - Нет, - мужчине это явно не понравилось. и он, вытащив из кобуры пистолет, направил его прямо Питу в грудь. Теперь я, наверно, напоминаю Китнисс. Я... Я сейчас сама сверну этому ублюдку шею. Пусть только попробует тронуть Пита... - Эй-эй! Погоди минутку! Его нельзя убивать! - Да? Кто сказал?! - Эй, ты здесь недавно, многого не знаешь, но этот парень, - отец показывает на Пита, - Он - Пит Мелларк, победитель и баловень Капитолия. А я - Хеймитч. Думаю, вы нас узнали... - Он препятствует правосудию! - Это просто рефлекс. Хочет защитить друзей парнишка, что такого? К тому же уже одну невиновную вы наказали. Думаю, на этом хватит. - Главнокомандующий Тред, - теперь к миротворцу обратился другой, вышедший вместе с папой и Питом на площадь. - Вы не имеете права причинять вред победителям игр и их приближённым. - Да-да. Давайте мы просто спокойно уйдём, и я уверяю - больше никогда не попадёмся вам на глаза, хорошо? Тред явно не хотел этого делать, но он всё же опустил пистолет и положил его обратно в кобуру. - Ладно... Но в следующий раз - вы все у меня встанете к стенке. Мне плевать, кто вы, - сказав это, этот ненормальный начал кричать. - Очистить площадь! Введён комендантский час! Нарушители - расстрел на месте! Все начали рассасываться в разные уголки города, а я буквально рванула с места к Гейлу. Надо ему помочь. Надо помочь Китнисс. Надо... Надо... Когда я оказалось рядом с ними, Пит и Хеймитч уже развязывали Гейла, поэтому я взялась поднимать с земли Китнисс. Её щека сильна набухла и посинела, тем самым закрыв собой левый глаз. Зачерпнув немного снега с асфальта, я приложила его к горячей щеке Эвердин. - Китнисс, как ты? Прости... Прости, что не вмешалась. - Ты не могла. Не могла... Гейл, он... - Хеймитч и Пит ему помогают. Что делать Китнисс? - я поднимаю девушку на ноги, при этом крепко держа в своих руках. - Мама... - Несём Гейла к тебе? - Хеймитч и Пит держат в руках израненного парня и внимательно слушают нас. А с левой стороны, откуда-то издалека, к нам приближаются шахтёры с каким-то большим обломком в руках. - Места мало. - К нему? - Там дети и его мама. - Тогда ко мне. У меня много места, - я смотрю на папу, Пита и подоспевших шахтёров, укладывающих Гейла на кусок фанеры. - Несём его ко мне. А твоя мама... - я осматриваюсь и ненароком замечаю рядом с собой Майка. Он очень строго, осуждающе, но в тоже время обеспокоенно глядит на меня. Это он помешал Треду и... Твою мать. Он же его прикончит. - Майк... - Я схожу за миссис Эвердин, - словно отплёвываясь от меня, отчеканил он и убежал в сторону дома Китнисс. - Всё, пошли... За мной! - возглавив процессию, я тащила на себе Китнисс. Остальные несли Гейла. Все молчали. Всем было страшно.

***

Я сижу в кресле, поджав под себя ноги. Пит сидит на диване и смотрит в пол. Отец шарит на кухне. Гейл спит там же, облепленный бинтами и обколотый морфлингом. Китнисс сидит рядом со мной на полу, держа холодный компресс у щеки. Мы молчим. Все остальные уже ушли, в том числе и Майк, с которым я даже словом не обмолвилась, и мама Китнисс, и Прим. Они оставили нам лекарства и удалилась домой, ибо время уже было позднее. Я согласилась оставить Китнисс и Гейла у себя. Не тащить же парня такого домой, а Китнисс... Она всегда с ним. - Лапушка, где у тебя хлеб? - доносится слегка нетрезвый голос отца с кухни. - Внизу, правая полка от плиты. - Нашёл. - Что... Что будем делать? - Пит наконец отрывает взгляд от пола и смотрит на нас с Китнисс. - Есть идеи? - Молчать и не высовываться. Слушаться Сноу, - бубню я куда-то в свои колени, но Пит всё равно понимает. - О чём ты? - На приёме в Капитолии он приказал мне не высовываться и не напоминать о себе народу. В дистриктах из-за нас сейчас восстания, а мы и наши экранные образы лишь подливаем масла в огонь... Мы должны быть тише воды и ниже травы... - А мне ты не могла сообщить об этом до того, как я полез защищать Китнисс и Гейла ради тебя, пока ты отстаивалась в сторонке? Что со мной теперь будет? Сноу меня прикончит? - Приказ относился только ко мне, и я не была обязана тебе о нём сообщать. Не знаю, что он сделает. Мне обещал, что если я нарушу клятву, то он уничтожит двенадцатый и нас вместе с ним. - Значит, мне стоит ожидать того же... Блеск! - вскочив с дивна, Пит начал нервно расхаживать из стороны в строну. - Да успокойся ты, Мелларк! Хватит разводить панику, - подала голос Китнисс, и я сразу же свесилась с ручки к ней. - Ты как? - Нормально. - Предлагаю поступить так: всем надо отправиться спать. Джулия у нас верующая, так пусть молится за то, чтобы завтра мы проснулись без бомб над головой. Я, как вы видите, отправляюсь к себе. Постарайтесь не убить друг друга и больного, - допив содержимое кружки, которое походило на смесь спирта и чая, Хеймитч вышел из моего дома, закусывая это пойло бутербродом. Мы сидели ещё несколько минут в тишине, пока Гейл не издал стон. - Твой отец прав. Надо поспать. Так как я гостья, а Гейл лежит здесь, то я буду рядом с ним. - Тебе постелить? - Нет, я, наверно, так и не смогу нормально поспать, пока он страдает, - сев на табуретку рядом с парнем, Эвердин положила здоровую щёку на его руку. Оставаясь сидеть в своём кресле, я смотрела на эту картину и понимала - вот это сильные чувства. Нет, это может быть и не любовь, но такое чувство привязанности друг к другу. Такая связь... Она вызывает лишь восхищение. - Иди спать Джулс. День был тяжёлый. - Да... - встав с кресла, я прошла к лестнице. Пит проследовал за мной. - Пойдёшь к себе? - Я могу остаться с тобой, если нужна помощь... - Нет. Иди. Тебе нужен сон... - возможно я выглядела несколько сердитой, но я была просто уставшая. За один день, за один час пережить столько эмоций... Моё тело это не выдерживает и требует отдых. Пит ничего не сказал. Обувшись, он тихо прикрыл за собой дверь и вернулся в дом напротив, где его ждала семья. Возможно, я была груба с ним, черства. Плевать. Не заботит сейчас. Не хочу об этом думать. Хочу спать.

***

Когда я проснулась и увидела взволнованное лицо Китнисс и папы, я уже почувствовала что-то неладное. Моя интуиция буквально вопила о том, что что-то идёт не так, и я была права: я проснулась ближе к четырём часам дня, и сейчас, пару минут назад объявили, что президент Сноу хочет сделать официальное обращение насчёт "Голодных игр". Да, так рано. Ещё не наступил Новый год, а Сноу уже готовит новых жертв. Практически кубарем спустившись по лестнице, я устроилась на диване рядом с отцом и включила телевизор. Китнисс хлопотала на кухне с Гейлом, а Пит сегодня не пришёл. Ладно. Не хочу о нём думать. - Дамы и господа! Мы знаем, как вы любите "Голодные игры", и скоро начнутся семьдесят пятые ежегодные "игры". Однако в связи с тем, что это число означает третью Квартальную бойню, мы решили немного перенести дату проведения нашего празднества с июля на март, - с трибун раздаются овации и радостные аплодисменты, а я понимаю: дети умрут ещё раньше положенного срока. - И ещё, чтобы напомнить каждому поколению об ужасах минувших военных дней и показать, что даже сильнейшие не могут сравниться силой с Капитолием, отбор трибутов на эти игры мы проведём из числа победителей прошлых лет. - Что?! - Ах ты грёбаный, старый говнюк! - кинув чашку в изображение президента, отец продолжил яростно разглагольствовать на тему "плохих качеств" нынешнего президента. А я? А у меня звенит в ушах от понимания, что я снова вернусь в этот ад, снова вернусь на арену. Вот они... Вот они бомбы на наши головы! Вот они... Это наша вина... И мы поплатимся за наше малодушие и беспечность, или... - Папа. - Да! - Хеймитч не ожидал, что я начну говорить, и чуть-чуть присмирел. - На тех "играх" ты спасал меня, верно? - Допустим. - Сейчас, прошу, - я встаю с дивана и кладу руки на плечи отца. - Спаси Пита. Стань снова нашим ментором и спаси его. Пит очень важен... - А ты нет?! Ты моя дочь! Ты думаешь, я стану защищать какого-то мальчишку лишь из-за того, что ты с ним сдружилась?! Вот ещё! - Хеймитч, на кону стоит свобода Панема. Если ты спасёшь Пита - спасёшь Панем. Мы больше не играем в детские игры. Это не шоу, это не пустые слова. Начинается война, революция... Прости, что молчала об этом... Отец, не беспокойся обо мне. Я смогу выжить сама, я постараюсь. Твоя задача - сохранить Питу жизнь и вытащить его с арены. Ты меня понял? - Да... - голос и лицо Хеймитча говорили об одном - он не хочет этого делать, не хочет. Но он не пойдёт против меня. Подойдя к Китнисс, я продолжаю речь. - Китнисс. Ты должна отправиться к ним. Не знаю как, но должна. Мы должны знать, что нам теперь делать. Однако, мой вам совет: как только мы покинем дистрикт, вы должны быть бдительней. Сноу может уничтожить его сразу же, как мы отъедем от платформы, поэтому будьте готовы уводить людей в леса и вести их на базу. Там безопасно, и им нужны люди. Они вас примут. И да: если я не выживу - позаботься о Пите. Сделай всё, чтобы он выжил. Ты меня поняла? - Да, Джулс... Но, а ты? - Я выполню свой воинский долг и доставлю его Коин. Только так он будет в безопасности... И как бы я не хотела, чтобы Пит был там, ему придётся. Там будет безопасно, когда эта заварушка начнётся. Я, вероятнее всего, точно погибну, поэтому у меня нет времени думать о себе. Надо подумать о нём. Отца - предупредила, Китнисс - тоже... Осталось только услышать план Коин. Только его и начинать готовиться к "играм". Я буду защищать Пита. Ценой своей жизни, ибо без него - Панем падёт.