Умри, но сделай!

До Капитолия мы домчались меньше чем за сутки, и это меня в какой-то мере поразило. Обычно поезд трибутов доезжал до столицы за день с лихвой, но в этот раз всё было иначе. Да, действительно, всё иначе. Это квартальная бойня. Эффи уже успела прожужжать все уши мне и Питу о том, как важно быть вместе и как важно прислушиваться к тому, о чём говорят люди вокруг нас. В какой-то мере это был полезный совет, хоть и звучал он слегка параноидально. В этот раз нашими противниками будут выступать победители прошлых лет, настоящие убийцы и баловни Капитолия. Не секрет, что у них давно установились благоприятные отношения и многие из них входят в нерушимые альянсы. И мы среди них были как бельмо на глазу. Какие-то два юных сорванца, только что сошедших с арены в жестокий мир. Да, думаю, так они нас и воспринимали. И мне, если быть откровенной, было абсолютно плевать на их мнение и их предрассудки насчёт нас. Я уже знала список дистриктов, выступивших на нашей стороне и предоставивших своих трибутов для нужд революции. До остальных мне не было дела, но был один аспект немало меня волновавший. Пит. Этот мальчишка так переживал. Боялся, что не сможет влиться в коллектив, не сможет справиться с волнением рядом с такими профессионалами. И я бы рада была его разуверить, рада была бы успокоить, но оглашать детали плана ему не имела права. Коин избавилась бы от нас в два счёта. Я знала, что, пока мы не попадём на арену, она будет наблюдать за каждым нашим шагом и вздохом, поэтому рисковать я не могла. Нужно действовать аккуратно и слаженно. Тихо, как-то шифруясь, поговорить с союзниками и убедить Пита в том, что в этот раз у нас будет какой-никакой численный перевес. Отец помогал мне. Хеймитч был осведомлён о моём плане и даже получил официальную ориентировку и письмо от президента Коин, в котором она "выражала всю свою благодарность за создание и воспитание такой верной дочери Панема, как мисс Карс" и "благодарность за бескорыстное сотрудничество" - отец прочитал оба момента вслух, и мы вместе посмеялись. Его безмятежность и весёлый настрой, которые он на себя напускал в нашем присутствии, сглаживали гнетущую атмосферу и добавляли Питу уверенности в себе. Отец успокаивал парня, рассказывал ему всё, что тот хотел знать о трибутах. Даже самые сокровенные и грязные тайны. Питу было интересно всё: чем они дышат, чем питаются, как думают и мыслят. Ему было проще лишний раз перестраховаться, потому-то он и не понимал моей холодной инфантильности и спокойствия. В центре подготовки нашу команду вновь разместили в пентхаусе, и мы, покорно следуя за безгласыми проводниками, плавно переместились из купе поезда прямиком в наши роскошные апартаменты. Я была удивлена, заметив, что они разительно изменились с прошлого года. Стены приобрели более светлые и успокаивающие тона, мебель имела мягкие контуры и обивку. Во всём интерьере присутствовала какая-то эфемерность и лёгкость, в какой-то степени меня раздражавшая. В моей голове даже проскочила мысль, что таким незатейливым способом Сноу пытается притупить нашу осторожность и распылить внимание, чтобы на арене мы были вялыми и бессильными. Увы, но если это и был его план, то могу заверить - он с треском провалился! После размещения Пит никак не мог усидеть на одном месте. Он постоянно шатался из стороны в сторону, перекидывался неоднозначными фразами со стилистами и мной, да и общим своим видом напоминал облезлую кошку, загнанную в угол. Мне не нравилось его поведение. Не стоит расходовать свою энергию зазря, учитывая то, что завтра - парад трибутов, после которого будет целая неделя тренировок. Ему будет куда выплеснуть свой энтузиазм и энергию. Устав от нервного, дёрганного мельтешения, я встала с неприятно мягкой софы и, взяв Мелларка за локоть, потащила парнишку в сторону жилых комнат. - Всё, устала. Надоел, - ворчу про себя. - Пит, что ты мечешься как уж на сковороде? Не можешь усидеть на одном месте и пяти минут? - Джулс, я... - моё поведение его явно озадачило, но он быстро пришёл в норму. - Да как вообще можно в такое время сохранять спокойствие?! Мы же на играх! Сама слышала, что Хеймитч рассказывал об этих людях. Об их... Методах... С помощью которых они одержали победу. Если "морфлингисты" меня не беспокоят, то я точно не могу сказать того же об Бруте, Блеске, Кашмире и Энобарии. Ты, кстати, её зубы видела? Я так и представляю, как она врезается ими в чьё-нибудь горло... - Боже, Пит. Господь с тобой! Это всё проделки твоей фантазии, развитой слишком хорошо из-за твоих художественных талантов. Напридумывал себе невесть чего и теперь не можешь усидеть на одном месте и этим, кстати, нервируешь меня... Но не беспокойся, дорогой. Нет причин волноваться. Я всегда смогу тебя защитить, - говоря эти слова, я стараюсь улыбаться как можно более ласково и умиротворяюще. Нужно успокоить мальчика. Дотронувшись кончиками пальцев до его слегка шершавой щеки, я мягко глажу её. Когда моя рука практически приближается к твёрдому подбородку парня, он обрывает меня: - А кто защитит тебя? - Найдётся кто-нибудь. Думаю, что нам удастся найти себе союзников, как и приказал Хеймитч. Особенно сильно нам поможет твоя симпатичная мордашка! - я позволяю себе слегка хихикнуть. Но, видимо, моё хорошее настроение не распространяется на Пита, и он с той же серьёзностью выдаёт: - Ты не представляешь, как мне сейчас хочется тебя поцеловать, - практически беззвучно, одними губами он шепчет мне эти слова. Какой молодец: не забыл, что на людях мы - просто друзья. Все отношения могут происходить лишь за закрытой дверью. А я вот забыла и заигралась. - Завтра будет трудный день. Все поймут, если ты ляжешь спать сейчас, не волнуйся. Отдохни, - мой голос звучит несколько грустно. Я убираю руку от лица Пита и стараюсь ещё раз улыбнуться. - У меня такое чувство, будто ты хочешь избавиться от меня... Его проницательность никогда не играла мне на руку. Я лгу. Опять. - Нет, что ты. Просто хочу тебе помочь, - растормошив его белокурые локоны, я разворачиваюсь, и прежде, чем полностью исчезнуть из его поля зрения, я ещё раз обдаю его ослепительной улыбкой. Он должен мне поверить, должен довериться. Я сделала всё, чтобы так оно и было.

***

- Как он? - Хеймитч развалился на диване в гостиной. Лежа в практически гордом одиночесбезгласойотягивал странную на вид оранжевую жидкость из небольшой рюмки. Подойдя ближе, я уловила запах цитруса и алкоголя - апельсиновый сок и водка. Н-да, не самая лучшая комбинация, а в случае с моим стариком она может стать убийственной. Сев рядом с мужчиной, я возложила ноги на хрустальный, очень хрупкий на вид кофейный столик и устремила взгляд на винтовую лестницу, с которой только что спустилась. - Удалось его утихомирить? - папа говорит тихо, опасаясь, что Пит может на подслушать. - Да. Удалось. Он пошёл спать, - вынимая из рук отца рюмку, я подношу её к носу. Как я и думала. Кинув злой, полный осуждения взгляд на старика, я решаю оставить рюмку себе. - Так и что ты мне скажешь? - Я думаю... - придвинувшись ближе ко мне, возложив голову на руку и обдавая меня слабым запахом алкоголя, отец продолжает вещание. - Может, обсудим каждого из потенциальных будущих друзей по несчастью поближе? Совместим с твоей... С твоим мнением. - Полагаю, это будет полезно, - отхлебнув немного жидкости, я слегка морщусь от резкого сочетания. - Именно... Ох... Душечка, - Хеймитч обращается к безгласой девушке с непонятным ободком на голове. - Вы не могли бы принести мне немного валиума? Думаю, без него я буду спать очень плохо и сильно вам надоем на грядущую ночь. Заранее премного благодарен! Девушка покорно кивнула и удалилась из комнаты, оставив нас совершенно одних. Лишь я и папа. - Кашмира и Блеск? - Брат и сестра. Выиграли по очереди. Они профи и довольно опасные противники. Особенно Блеск. Он очень силён, в особенности в руках. Может боксёрскую грушу разорвать, если очень захочет, - я задаю вопросы, а Хеймитч отвечает. - Брут и Энобария? - Тоже профи, тоже опасны. Брут силён, но сострадателен. Энобария... Ну, ты сама видела. Кто в здравом уме будет делать такое с зубами?! Заточить, покрыть золотом... Ух. - Бити и Вайресс? Они помечены как основные союзники. - Раз помечены, значит, помечены. Слегка странная парочка. - Финник и Мегз? Меня нервирует этот Финник... Не знаю чем. - Может тем, что он самодовольный павлин? Не бойся, старушка Мегз не даст тебя ему в обиду. Только вот я надеюсь, что она умрёт без боли и продержится меньше остальных. Хватит ей страдать. Она и так уже пережила слишком много. Пора отойти на покой. - Меня беспокоит Джоана... - У неё трудный характер, предупреждаю. Девчонка взбалмошная, очень своенравная. Что не так пойдёт - махнет топором, и нет у тебя головы. Она твой союзник, но лучше перестрахуйся и держи наготове меч. А вообще, попробуй сблизиться с Рубакой. Он хороший мужик. Да и я могу ему доверять больше, чем остальным. Он хоть защитить тебя сможет там, на арене. - С этим я и сама управлюсь, - опустошая содержимое рюмки, взахлёб говорю я. - И ты, кажется, забыл, что сейчас мы - трибут и ментор. И про то что, ну, про "это" в Капитолии никто не знает и не должен знать, помнишь? - Да помню я, - грустя то ли от сказанных мною слов, то ли от пустой рюмки, отец опускает сперва глаза, а затем и всю голову вниз. Понимаю. Трудно думать о таких вещах поверхностно и легко, когда в этом замешан твой ребёнок. Я, естественно, не могла его понять. У меня не то что детей не было, у меня до Пита даже мысли о близком контакте с мужчиной не возникало. Только рукопожатие, только поклон - всё. На этом все мои познания и "хотелки" заканчивались, даже не начинаясь. - Вроде, со всеми разобрались, да? Как ты себя ощущаешь? - Немного трушу, но это же естественно! Любой бы человек на моём месте опасался идти на смертную казнь. Это мне удаётся устраивать из всего этого клоунаду. - Я бы уже давно либо покончил с собой, либо напился до беспамятства, либо так же как Мелларк шатался по холлу, истерично взбрыкивая то и дело. Такой вот уж я! - папа гортанно хохочет и слегка приглаживает седые волосы. Я вижу, как он пытается изо всех сил сменить тему, но я просто обязана спросить: - Боишься, что я умру? - Естественно. Как не бояться? - сейчас мы опять играли в семью. Он - мой любящий, слегка недалёкий и в целом забавный, чуткий папа. Я - взбалмошная, временами скрытная и холодная девица с разными закидонами. Мы как нельзя лучше подходим друг другу. - Не хотелось бы вновь тебя лишиться. - Мне тоже, - наши руки крепко сплетаются, символизируя то, что мы справимся. Пройдём через всё это вместе и снова увидим друг друга. Снова обнимемся и будем семьёй, к которой так долго стремились. Снова. Просто нужно потерпеть и попотеть немного.

***

Стоя рядом со своей колесницей, я ласкала чёрного жеребца, который должен был вывезти нас на Парадную площадь, и с неподдельным горем осматривала свои ноги. Я, конечно, догадывалась, что Цинна не растерял свой гениальный дар и запала с прошлого раза должного было хватить и на эти "игры", но я не думала, что его фантазия разгуляется настолько. Я была готова расплакаться, делая каждое движение - было так неловко. Наряжённая в белоснежный со сверкающий всеми цветами радуги каменьями псевдокупальник, я чувствовала себя крайне не комфортно. И не из-за того, что на улице март месяц и снег только сошёл, нет, в Капитолии всегда жарко. Я опять стыдилась своего тела. Кривые и тонкие, словно ивовые веточки, мои испещрённые веснушками ноги отливали болезненным светом. Такие же худющие руки и острые выпирающие ключицы также не придавали шарма, а, как мне казалось, лишь сильнее меня уродовали. Сама ткань была очень приятна на ощупь, а та вуаль, которой были слегка прикрыты камешки драпировки, напоминала паутину. Волосы Цинна заплёл в две косички, и я ничего не имела против, лишь бы не распущенные. Но мой вид... Внешний вид всё равно оставлял желать лучшего. Я слишком оголена. - Тук-тук, кто дома? Можно мисс Карс? - насмешливой голосок, чем-то напоминавший патоку, прозвучал над моим правым ухом. Мне и секунды не потребовалось, чтобы понять, кто ко мне обратился - Финник Одейр. Принц и любимец Капитолия. Местная этакая "звёздочка". - Мисс Карс на связи, - ответив в его манере, я повернулась к нему лицом, сохраняя прежнее невозмутимое выражение. Оглядев его с ног и до головы, я решила ни минуты не задерживаться на его набедренной повязке-кольчуге, которая была его единственной одеждой. Твёрдый узел прикрывал то, что называлось "мужским достоинством". Ему нельзя было дать его двадцати четырёх лет: бирюзовые глаза светились детским азартом, а в бронзовых надушенных волосах игрались солнечные зайчики. Да и сам он весь светился, от чего меня слегка мутило. "Слишком ярко". - Как приятно услышать тебя, дорогая, в столь чудесный солнечный день. Сахарку не желаешь, Джулс? - очертя круг рафинадом около моего носа, улыбка Финника растянулась ещё шире. - Нам ведь не так много осталось, верно? Стоит себя баловать. - Не люблю сладкое, - я бессовестно врала, вспоминая прекрасные маковые пирожные Пита в сахарной глазури. - Как жаль... А я-то думал, раз такая девушка выглядит как один большой сахарок, может, она же его и предпочитает? Хм, вот незадача, ошибся! - смех парня осветил окружающее пространство, а мне стало не по себе после его замечания. - Сахарок, сахарок... Как странно, больше ты ни с чем не ассоциируешься! - Ты уж напрягись, уверена, что сахару можно найти замену. - Сахарная пудра? Нет. Опять сладко. Молоко? Оно тоже бывает очень мягким и тягучим, если добавить мёда. Как ни крути, но ты - конфетка, - закусив губу, парень продолжал надо мной насмехаться. - А с кем ассоциируешься ты? Только не говори, что с рыбами. - Нет-нет, рыба пахнет слишком резко, согласись. Мне по душе морепродукты, в особенности - мидии. Знаешь, что такое мидии? Такие небольшие ракушки с мясом и подарочком внутри - жемчугом. - Внутри тебя тоже есть "подарок"? - я вдруг насторожилась и напрягалась, что, к сожалению, заметил мой оппонент. - Кто знает, кто знает... Хех, сахарок, знаешь, ты бы пользовалась бешеной популярностью здесь, в Капитолии. Мужчины, слава, богатство, роскошь... Всё бы лежало у твоих ног, если бы не эта бойня. - Денег мне хватает, излишнего внимания не люблю, а мужчины и подавно меня не интересуют. Я люблю быть одна... А ты? - А я не люблю. Ведь когда я один, мне не от кого узнать нечто новое и интересное. Люди полны тайн, и я так люблю их узнавать, знаешь ли. Будь то цвет соседской собачки или, скажем, президентский устав, - подойдя плотнее, Одейр склонился и практически на ухо мне прошептал: - Ты можешь мне отплатить чем-нибудь? - Увы, Финник. Не люблю хранить секреты, поэтому таковых не имею, - сердце стучит как бешеное, кровь пульсирует в висках, но я ловко ухожу от щекотливого вопроса. Утёрла я тебе нос, засранец-рыбёшка! - Как жаль, ух. А я так надеялся на драму... Привет, Пит! - внезапно повернувшись в строну и помахав рукой, Финник заставляет меня подпрыгнуть на месте. - Ну, мы ещё с тобой поболтаем, сахарочек. Как он... Бесит. Сучёныш. - Что хотел Финник? - внезапно оказавшийся рядом со мной Пит вывел меня из оцепенения. Он стал моим спасительным глотком, я с надеждой оглядела его. И... Мне стало ещё хуже. Плотно облегающая тело майка без рукавов, сделанная из той же материи, что и мой купальник, сзади превращалась в длинную оборку. Ноги Пита облегала такая же ткань, что как нельзя лучше ему шло, и мне бы тоже, наверно, пошло, но... Уже ничего не изменишь. - Просто пришёл пожелать удачи, - я улыбнулась Питу и направилась к колеснице, убегая от других вопросов подобной тематики. - Пит, как только будешь готов - нажми на кнопку, - протягивая небольшую кнопку Мелларку, Цинна ласково оглядывал то меня, то его, словно подытоживая свою работу и пожиная её плоды. - Прекрасно. Удачи! Взойдя на положенное нам место, мы, как и планировали, вновь взялись за руки. Хотя, ни Пит, ни я уже не представляли каково это: не иметь возможности коснуться друг друга, не почувствовать кожей друг друга. Для нас это было сравни смерти. Когда мы выехали под палящие лучи солнца, Пит лишь одними губами спросил меня "готова?", на что я утвердительно кивнула и он нажимает на кнопку. Я готова. Даже если мы опять загоримся - я готова. Он рядом со мной. Я спокойна. Но, происходит чудо. Мы не горим, хоть наши костюмы и изменились. Та самая паутинка упала вниз, ласково прикрывая мои ноги своей текстурой, поблескивая и переливаясь камешками на солнце. Паутина Пита тоже спала, но тем самым только продлив его кофту. И, казалось бы, вопрос с одеждой решён, и я начала чувствовать себя комфортно, но это был не конец. С купальника начала облетать ткань. Причём не просто ткань: она по своей текстуре что-то напоминала, но вот что, я сперва не могла сказать. Лишь увидев нас на плакате, я поняла - с нас летят белые, пушистые пёрышки. Мягко развеваясь на ветру, они лёгким шлейфом преследуют нас, словно мы таем в воздухе. Это так... Так красиво. Невинно и мило. Мы словно два лебедя, два умирающих и тающих лебедя. Такая нежность, что на глазах просто наворачиваются слёзы. Я никогда доселе не видела в себе столько нежности и женственности. Никогда. Это просто... Невероятно! И мне даже не хочется смотреть вперёд, не хочется видеть Сноу и его осуждающий взгляд. Я наслаждаюсь моментом своей эстетической красоты, своей духовной целостности и спокойствия. Со мной такое так редко происходит. Я хочу ощутить это в полной мере. Никто не может мне помешать сейчас.

***

Утром следующего дня мы с Питом разделились. Причин для этого было две: чтобы охватить больше территории для поиска союзников и потому что я обиделась. После парада трибутов к нам в лифт проскочила навязчивая и до боли в каждом моём суставе раздражающая Джоана Мейсон и прямо перед отцом и Питом разделась до гола. "Ох, ну, хоть где-то вы, мальчики, посмотрите на действительно притягательное тело. А то я гляжу, в будние дни у вас всё тухленько! Скажите моему придурковатому стилисту за это спасибо!" - и, вертя своей голой кормой, она удалилась прочь на седьмом этаже. В тот момент я еле сдержалась, чтобы не выцарапать ей глаза. Для себя я решила - даже если мне и придётся с ней объединиться, то это произойдёт под страхом неминуемой гибели. И только так. Пит не понимал моего настроения, и я со своими обиженными чувствами нравственности и благочестивости отправилась на поиски "друзей". Я долго бродила по залу, наблюдая за тем, как более-менее молодые трибуты, не сломленные временем, тренируются за стендами. Блеск и его сестра Кашмира кидали ножи направо и налево. Я на пару минут остановилась и засмотрелась, как сокращаются его мускулы при броске, но потом одёрнула себя и продолжила поиски. Брут меня не впечатлил. Метание копья дело трудоёмкое, длительное. Не думаю, что он будет нам полезен. Так же я сразу же отшила трибутов пятого, шестого, восьмого, девятого и десятого дистриктов. Под вопросом был седьмой, но я себя убедила, что ни за что не попрошу Джоану о помощи. Остальных я отсекла лишь потому, что они были слишком плохи. Я понимала: все они скончаются прямо у Рога Изобилия. Нечего на них тратить время. Петляя между стендами с оружием, я не сразу поняла, что чей-то женский голос зовёт меня. Лишь когда оголённого плеча коснулась прохладная, немного мокрая рука, лишь тогда я вздрогнула. - Эй, привет. Джулия Карс, дистрикт двенадцать. Я не ошиблась? - я ничего не могла разглядеть на лице этой женщины, кроме ровного ряда позолоченных и острых как бритва зубов. Её тёмная кожа, волосы и глаза больше походили на приметы одиннадцатого дистрикта, но она была из второго. Высокая, статная, подкаченная. Ей было около тридцати, но выглядела она цветущей и более молодой. Если бы Энобария не улыбалась так открыто, возможно, я бы даже прониклась к ней симпатией. Но сейчас она вызывает у меня страх. - Нет, не ошиблись. - И хорошо. Давай перейдём на "ты", ладно? Я не намного старше тебя, подруга! - она звонко рассмеялась, чем привлекла всеобщее внимание. - Так и что вы, ой, то есть ты хотела? - я попыталась приветственно улыбнуться. - Слышала, ты хороший мечник. Сойдёшься со мной в спарринге? Я тебя не разочарую, я хороший противник, - говорила она быстро и бодро, отчего я постепенно успокаивалась и даже начала немного доверять. - Почему нет? Только я предпочитаю два меча. - Нет проблем. Мне всё равно - хоть третий в зубы возьми! Просто хочу с тобой поработать. Ещё раз улыбнувшись мне, она взяла меня за руку и потащила к стенду с мечами. Я, немного путаясь в собственных ногах, изо всех сил старалась поспеть за ней. Когда мы дошли, она кинула мне два деревянных макета, а сама взяла третий, точно такой же, только немного потрёпанный частыми схватками. Я слегка усмехнулась такой скоротечности и, встав в стойку, обострила все свои инстинкты и рефлексы. Раз - она наносит силовую атаку сверху, но я её блокирую и откидываю назад. Я же, используя простой выпад, пытаюсь подсечь её, но она уворачивается. - Я долго за тобой наблюдала. Ещё с прошлых игр, - говорит она, а сама производит мелкие колющие удары. Я все их блокирую. - Мне так понравилась твоя техника, твоя координация! Это было просто нечто. - Благодарю. Мне тоже приятно с тобой сражаться. Твои удары сильны и точны, это... Увлекательно! - я долго пыталась подобрать слово и, когда нашла, чуть не пропустила удар. - А сейчас, вот, только решилась подойти. Момент удобный, понимаешь ли. Ты шаталась без дела, и я такая, дай, думаю, займу девочку делом! - она нападает с силовой с боку, и мне чудом удаётся её блокировать. Меня немного относит в сторону. - Спасибо. Я и сама забыла, когда я в последний раз упражнялась с мечами. Но люблю их до дрожи. Лучше оружия, чем они - не найти! - И не говори, сестрёнка! - подсекая меня моим же выпадом, Энобария совершила одну очень серьёзную ошибку. Этот выпад был смертоносен лишь в том случае, если ты не можешь его контратаковать. Для этого нужна большая ловкость и координация. И умение, естественно. У меня оное было. Выкрутившись так, что мечи взмыли над моей и её головами, я совершила контратаку - так называемую "веерную". Кружа, я словно юла или веретёнце пританцовывала на месте, решительно обрушивая мощь мечей на женщину. Эту атаку трудно блокировать и трудно сдерживать, она очень сильная. А если я... А почему нет?! Решив добить Энобарию, я в один из удобных для манёвра моментов резко останавливаюсь и направляю всю силу двух мечей в один сильный удар. И всё: я выбиваю оружие из рук женщины, и она, словно заворожённый ребёнок, смотрит на меня. Затем на её лице отражается счастливая улыбка, и она слегка хлопает. - Браво! Невероятно! Твоя техника, она... Я никогда такого прежде не видела. Веерная и силовая атака в одном - это так трудно провернуть! Мои восхищения, мисс! - чуть склонив голову, она слегка прикрывает глаза. Я стесняюсь и роняю оружие на пол. - Ой, да ладно тебе! Просто долгие годы тренировок и хороший соперник. Твоя техника тоже прекрасна. Чёткая и слаженная. Как часы. - Спасибо, - мы улыбнулись друг другу. - Надеюсь, мы ещё сойдёмся на этой неделе. - Было бы здорово! - Буду ждать вызова на бой, - широко улыбнувшись и обнажив тем самым острейшие зубы, она развернулась на пятках и немного пружинящей походкой направилась прямо к Бруту - своему товарищу. Да, она, конечно, что надо. Было бы неплохо заполучить её в ряды союзников, но так как она профи, с ней придётся держать ухо востро. Ладно, теперь я имею представление о ней. И оно мне - нравится!