Сопротивление

Старательно выводя свои же цифры из черновика, которым я пользовался последний раз в младшей школе, я был уверен, что получу не меньше четвёрки. Моим надеждам не суждено было сбыться, когда миссис Браун нарисовала жирный кол. Я уставился в тетрадь, не веря своим глазам. Я так старательно решал эти примеры, радовался, что понимаю… Обида буквально застилала глаза. Она точно меня ненавидит. Я со злобой смотрел на училку. — О’Брайен, ты что-то хотел спросить? — обратилась она ко мне. Я не ответил и молча встал, подошёл к её столу и кинул тетрадь ей на стол. — Объясните, пожалуйста, за что кол? — как можно более вежливее спросил я. — Потому что ты списал. Садись на место, не срывай мне урок. — прищурившись, сказала она. — Я не списывал! — закричал я от обиды. — Ты что себе позволяешь? Орать дома будешь! Ты пропустил столько занятий и не смог бы решить сам. — привстав, произнесла она. — Но я… Но я занимался дома! — сказал я. Лёгкая улыбка скользнула по её лицу, и я невольно испугался такой неожиданной реакции. — О’Брайен, ты не переживай, поставлю я тебе твою тройку в году. Я не хочу возиться с тобой ещё год. Садись на место. — сложив руки в замок, изрекла она. Стоя у её стола посреди класса, я не знал, как доказать свою правоту. Весь класс смотрел на меня, а я на учительницу. Я не знал, что делать, обида и ненависть смешались в одну горючую смесь. — Садись, Дилан. — снова сказала она. — Я не списывал. Я сам всё решил! Вы же помните Томаса? Сангстера! Он же тут гордость, или кто там, отличник. Вы же тоже его учили? — О чём ты говоришь? — не понимая смысла моей фразы, спросила она. — Он со мной математикой занимается! Исправьте мне оценку, я её не заслужил, или я вообще не буду ходить на ваши уроки. — выпалил я. Пока она не знала, что ответить, я быстро схватил свой рюкзак и вылетел из этого ада. Вылетев на улицу, я сел на самую дальнюю скамейку и закурил. Плевать что нельзя. Мне было так плохо от несправедливости, от одиночества. Я живу один, у меня нет друзей, нет девочки. Ещё часто болит живот от питания чипсами и газировкой. В довесок к этому, я даже не имел представления, что с этим делать. Скоро кончится школа, и что я буду делать? Мне кто-то сделал замечание, я молча встал и пошёл домой, немного шатаясь. *** Мне было тяжело уснуть этой ночью, но кое-как я всё же уснул. Среди ночи зазвенело пианино, и я тут же проснулся. Укрывшись с головой, я прислушался, вроде всё тихо. Но не тут-то было! «Дзинь, дзинь» заиграло пианино, как будто кто-то нажал на несколько клавиш разом. Меня буквально затрясло от страха. А что, если кто-то проник ко мне? Хотя я точно помню, что запирал дверь. Надо было что-то делать. Я взял телефон. Полчетвёртого утра. Я набрал первый контакт, который пришёл мне в голову. Томас. — Да, что случилось? — заспанным голосом произнёс он. — Томас! Оно играет! Я ужасно боюсь, что мне делать? — надрывно произнёс я. — Что? — опешил Томас. — Пианино играет! Мне страшно! Можешь приехать, ты же всё равно не спишь? — истерично сказал я. — Ты серьёзно что ли? — спросил Томас. Я не смог ничего ему ответить, потому что пианино снова зазвучало, но теперь оно издавало более низкие звуки, похожие на гудок парохода. — Это оно? Дилан! Отвечай! — взволновано сказал Томас. — Ты… Ты слышал? Что мне делать? — чуть ли не плача произнёс я. — Ты запер вчера дверь? — спросил он. — Да! Я даже дверь в свою комнату запер! — быстро ответил я. — Ты не слышишь шагов? Позвони в полицию! — судорожно сказал Томас. — Ничего, кроме этого чёртового пианино, не слышно! Оно само! Я очень боюсь… — сдавленно произнёс я. — Что же за хуйня там у тебя твориться?! Не клади трубку, я уже выезжаю. — уверенно сказал Томас. — Хорошо… — сказал я и прислушался. Пианино замолчало, но я слышал разговор из телефона. — Томас, ты куда? — сказал взрослый мужской голос. — У друга проблемы, не волнуйся, я разберусь. — ответил ему Томас. — А что, кроме как тебе, некому больше звонить твоему другу? — сказал мужской голос, который, видимо, принадлежал отцу Томаса. — Всё будет хорошо, пап. — подтвердил мою догадку Томас. Спустя несколько минут молчания Томас снова заговорил. — Я уже скоро буду, оно сейчас играет? — Сейчас нет. — отстранёно произнёс я. — Ты это, не переживай. Сейчас разберёмся. — уверенно сказал Томас. — Спасибо… — тихо произнёс я. — За что? — За то, что не отказал мне, я не знаю, кому смог бы позвонить ещё… — сдавленно сказал я.  Слёзы сами наворачивались на глаза. — Возьми себя в руки, Дилан, я через минут пять уже буду. — твёрдо сказал Томас. Я прижался к кровати и слышал лишь стук своего сердца. Казалось, что оно стучит где-то ближе к шее, и так сильно, что оно готово буквально выскочить. Что-то снова зазвенело, я подумал, что я бросил трубку, но нет. Это снова пианино пару раз звякнуло. — Дил, ты можешь открыть дверь? Я уже тут стою. — произнёс Томас. — Сейчас. — ответил я. Нужно было выйти из комнаты и пройти мимо этого зверя. Освещая себе путь телефоном, я тихо крался по своей квартире, как будто ожидая нападения с любой из сторон. И только я приблизился к двери, как почувствовал облегчение. — Ооо, истеричка, живой ещё? — ухмыльнулся он. Мне было всё равно, что он говорил. Я накинулся на него и обнял. Он только похлопал меня по спине и начал раздеваться. Видно было, что Томас ужасно не выспался, чёрные круги под глазами выдавали это. — Ну что, пошли посмотрим на этого монстра. — устало подмигнул мне Томас. Оглядев снаружи пианино, Томас лишь пожал плечами. — Может призраки завелись? А ну, дай-ка мне веник. — прищурившись, сказал Томас. Как назло, я нигде не мог найти этот чёртов веник. На глаза попадалось всё, кроме него. Но, наконец-то, я заметил веник в горе пачек от чипсов. — Вот, держи. — протянул я ему веник. Томас взял его, опустился на колени и начал тыкать им под пианино. Шкрябающие звуки и ничего больше. Однако, внезапно, из-под пианино выскочила серая мышь, чуть не задев Томаса, она пронеслась мимо. — Мышь скорее всего прогрызла дырку в пианино и лазила там, задевая струны. Вот откуда эти звуки. — пояснил мне Томас. Я лишь промолчал. Меня немного качало. — И, вообще, тебе бы надо тут всё основательно прибрать. Вдруг у тебя под ванной крокодил сидит? А на кухне, небось, тараканы ползают среди этих баночек, которые, того и гляди, взорвутся, на вид им лет 10-15, не меньше. Вот будешь закуривать, и спичка упадёт куда-нибудь, ещё и пожар случиться. Да и так везде много мусора всякого, а вдруг в нём призраки живут? Бу-у-у-у-у. — изображая призрака, иронизировал Томас. Я быстро заморгал и отвернулся от него. Слёзы сами начали течь из глаз. Всего лишь мышь… А я человека поднял, да и всю семью, наверное, ещё. — Дил, ты чего? — сделав пару шагов ко мне, произнёс Томас. — Я тебя, что, обидел? — Нет… Извини меня, пожалуйста, я дебил… Я правда очень испугался. Я даже не думал, что здесь могут быть мыши! Прости меня… Ты так устал за день, а теперь и не выспишься ночью. А, что бардак здесь, я вижу, сам виноват. Это всё моя лень… — тихо произнёс я. — Ты меня тоже прости, я не думал, что тебя так задену. Пусть бардак будет, это же не важно. — пожал плечами Томас. Томас взял меня за плечи и немного потряс. — Никакой ты не дебил. Друзья обычно помогают друг другу. Успокойся уже. — устало произнёс он. — Ну это же ненормально среди ночи звонить человеку из-за мыши! Я прям как девка! Или даже трус… — сказал я. — Ничего. Ты правильно сделал, что позвонил мне. — кивнул Томас. — Я, наверное, ещё не забыл… Это же я тут бабушку нашёл. Сигарета ещё дымилась, а она уже умерла… — поёжившись, произнёс я. — Это… это ужасно. — покачал головой он. — И после всего этого ты решился здесь один жить? Не стоило. — Ну, это моя квартира. Рано или поздно бы пришлось переехать. К тому же, отчим… — нехотя ответил я. — Выхода значит не было… Ясно. Ты это, чай попей, успокойся. Не принимай всё так близко к сердцу. В следующий раз не паникуй, просто подумай. Так, мне отцу надо позвонить. — устало сказал Томас. — Тебе домой надо? — спросил я. — Вообще-то да. — ответил мне он. — Может, хоть чаю со мной выпьешь? — без надежды произнёс я. Томас слегка рассмеялся. Сразу же на его щеках образовались ямочки, лицо стало мягче и добрее. Томас казался милым и немного забавным. — Ну что ж, давай. Всё равно уже не усну. — ухмыльнулся Томас. — Спасибо тебе. — твёрдо сказал я. — Да брось ты. — отмахнулся он. — Спасибо, что приехал, Томми. Мне так ещё никто не помогал. Я этого не забуду. Ты очень хороший человек. — чётко сказал я. Он ничего не ответил, а лишь следил за мной взглядом. Я поставил чайник на плиту и обернулся. Мы встретились с ним глазами. Никто не хотел отводить взгляда, пока нас не прервал свистящий чайник. — А у тебя сильный взгляд. Даже не отпускает как-то. — задумчиво произнёс Томас. — Раз не отпускает, то оставайся. Я только рад буду. — слегка улыбнувшись, произнёс я.