After storm

— Хлоя, прости меня. — Все нормально, сколько тебе еще раз говорить?! — уже явно злиться девушка. — Одевайся. Приходится повиноваться, к тому же, Чарли уже ждет нас у двери. Она сидит на табуретке рядом с небольшой обувницей и играется с ключами, смотря в пол. Одеваю черное платье, смотрю в зеркало и вижу в нем, как девушка с голубыми глазами подходит ко мне со спины. Она кладет мне свои руки на плечи и целует в макушку. — Все? — Подожди, — вспоминаю я. Я лечу в комнату, где беру небольшой конверт. Возвращаюсь к выходу и ловлю на себе два непонятливых взгляда. — Это фотографии, которые Кейти делала. Я хочу, чтобы они были рядом с ней. Девушки в костюмах кивнули. На Чарли была рубашка, брюки, туфли и пиджак. Все это было черным. На Хлое все тоже самое, только белая рубашка и черный галстук. Она взяла меня за руку, и мы спустились к такси, которое верно ждало нас уже полчаса. Дорога была не очень длинной, но волнительной и немного подавляющей. Мы приехали как раз тогда, когда привезли гроб с молодой девушкой. Я увидела ее плачущих сестер, мать и отца, который шел ко мне. — Здравствуй, Макс, — кивнул мужчина. — Здравствуйте, мистер Марш, я сожалею… — Мы оба должны сожалеть друг другу, она нам обоим была дорога. Но я не думал, что встречусь с тобой при таких обстоятельствах, — вздохнул главный Марш. Он перевел взгляд на стоящих рядом со мной девушек. — А вы… — Хлоя Прайс, сэр, — протянула руку девушка справа от меня. — Чарльз Эндем, — сделала тот же жест вторая. — Да-да, Кейт писала о вас обеих. Вы очень ей понравились, — слегка улыбнулся мистер Марш, отвечая на рукопожатия. — Простите, — робко начала я, а когда все посмотрели на меня, смутилась еще больше, — можно я положу эти фотографии к ней? — Это ее работы? — спросил отец Кейти. — Да, не последние, но очень хорошие… — Я думаю, никто не будет против, — сказал он, показывая открыть гроб. Мы подошли к нему, у меня потекли слезы. Такое светлое юное личико лежало в этом ящике. Она должна была жить, еще совсем молодая же… Я почувствовала, как Хлоя прижимает меня к себе. Малышка, мне тоже страшно. Я положила конверт, поцеловав Кейт в холодный, белый лоб. Будь она жива, она бы улыбнулась и смутилась бы или обняла бы. Но она мертва. Она не ответит больше никогда. Надеюсь, они с Рейчел там пересекутся. Может, будут вместе приходит к Чарли. Или тому подобное. Я обернулась и увидела девушек, которые пытались не плакать, но мокрые глаза и сжатые губы их выдавали. Я подошла к ним и уткнулась носом в их плечи, почувствовала, как мне на спину кладутся две руки. Они уже не сдерживались, поэтому я слышала постоянные всхлипывания. Через пятнадцать минут гроб был уже у ямы, куда его должны были опустить. Мы все шли скорбящей процессией, не желая верить в случившееся. Позади всех брела мать Кейт, которая никак не могла остановить свой плач, который время от времени превращался в дикий вой. Рядом с обезумевшей от горя женщиной медленно, словно не понимая, что происходит, шла младшая сестра Кейт - Линн. Кейти рассказывала о ней, как любит её. Наверно, младшей Марш сейчас хуже, чем другим. По ней и видно - зарёванные глаза, дрожащие руки, которые прижимают к груди большой букет белых лилий. Да, Кейт любила их. Чарли встала справа от головы, ближе всех к надгробию. Я решила остановиться около неё, а Хлоя - за мной. Мужчины, которые должны были опустить гроб, стояли с безразличными лицами, даже не пытаясь изобразить сочувствие. Хотя им привычно видеть несчастья других. А вот проходившие мимо с неприкрытой тоской смотрели на оплакивающих молодую девушку. Некоторые даже подходили к матери и соболезновали. Священник начал читать прощание, но я его не слушала. Хлоя взяла меня за руку и прижалась ко мне, а я уткнулась лбом, плача, в плечо уже спокойной Чарли, которая даже не двинулась. Видимо, она привыкла держаться в такие моменты, на похоронах. Но не она одна пыталась сдержать рвущуюся наружу плотину эмоций. Глядя на отца покойной, трудно было сказать, что умерла одна из его дочерей. Он стоял так же непоколебимо, как и Чарли, хотя внутри всё разрывалось. Я знаю, что он поддерживал дочку, когда в сеть попало то отвратное видео. Он и правда любил её и был готов принять любой. Ящик для вечного сна был светлым, как и сама Кейт. Это всё ужасно. Сколько здесь надгробий... Это же всё люди, только вот уже мёртвые. Здесь лежат как старики, так и совсем малые дети, молодые и взрослые. Все, кому не было суждено больше жить. А кто-то хотел работать, кто-то учиться, кто-то завести семью. Я услышала фразу «покойся с миром» и подняла голову. Гроб начали опускать в яму. Те, кто пришли с цветами, положили их у надписи "Кейт Бейверли Марш. 12.09.1995. - 02.11.2013". Теперь её больше никто и никогда не увидит. Перед глазами всё опять размывается от нескончаемого потока слёз. Все подходят к родителям, сорванными до хрипа голосами бормочут никому не нужные слова утешения, а потом по одному подходят к надгробию и рассказывают что-то доброе о Кейт или молчат, печально улыбаясь. Мы втроём с Хлоей и Чарли стоим немного поодаль и наблюдаем за этим. Очередь редеет, остаётся Линн и её отец. Я тоже не спешу уходить. На глазах главного из Маршей впервые появляется слеза. Дочь обнимает его и сама опять не может сдержаться. За моей спиной цыкает Чарли, её руки дрожат, но она уверенно идет в сторону плачущих, мы едва поспеваем за ней. Девушка крепко обнимает Линн и говорит ей на ушко мягким, успокаивающим голосом: - Она попадет в Рай, я верю в это. К тому же, её сейчас ничего не заботит. "Выходит дух его, и он возвращается в землю свою; в тот день исчезают помышления его". - Псалом 145:4? - удивилась Марш. - Да. И вот ещё, - Чарли достала из кармана пиджака крест Кейт, - мне разрешили его забрать, но тебе он нужнее. Прошу, не забывай Кейт. Пока ты её помнишь, она жива внутри тебя, в твоей душе, и она всегда придёт на помощь в трудную минуту, пусть и в твоих мыслях. Линн кивнула и расплакалась, обняв Чарли. После этого красноволосая подошла к отцу, мистеру Марш, пожала руку и сказала пару хороших слов о Кейт. Они тоже обнялись, а после мы все пошли в сторону выхода из кладбища. Мы приехали домой сразу после похорон. Я сказала девушкам, что не смогу больше находиться в той атмосфере. Внезапно, я начала уходить в сон… Светлая комната. Я опять сижу на полу с алыми руками. Ко мне идут какие-то силуэты. Среди них я различаю дарк-Макс, которая возглавляет это шествие. За ней иду еще две девушки. Рейчел и Кейт… — Макс, у вас есть три минуты, потом им придется уйти, — говорит темная Макс и исчезает. — Кейт! — вскакиваю я, обнимая подругу. — Макс, — спокойно отвечает та, обвивая мою спину руками. — Прости. — За то, что ты ушла? — Да… Я видела как вам было больно. — Кейт, ты не виновата, — успокаиваю ее я. — Эй, — дотрагивается до моего плеча Рейчел. — Мы всегда рядом с теми, кто нас любит. Вы нас не замечаете или не видите, но мы рядом. Поэтому не унывай, попроси нас дать хоть какой-то знак и мы объявимся, плевать, что во снах. Просто не забывай нас и думай. — Хорошо, — говорю я, обнимая девушек. — Три минуты быстро прошли, нам пора, не забывайте нас, — говорит Рейчел, отцепляя от меня Кейт. — Никогда… — шепчу я. Мы уже в аэропорту. Девушки самостоятельно переодели меня и перетащили сюда. Я этого не ожидала, если честно. Я снова в джинсах, футболке и толстовке Хлои, в которой я была в клубе. Она мне просто очень понравилась. Рядом со мной лежит сумка с фотоаппаратом. Надо сделать кадр. Что ж, ноги тоже хорошая модель. Ко мне подходит Чарли с двумя стаканчиками горячего шоколада, протягивая один мне. Взяв его, я немного отхлебываю и ставлю рядом с собой. — Сколько до рейса? — Два часа, — отвечает девушка. — Чарли… Помни о Рейчел и Кейт… Всегда. — Конечно, — ответила девушка, отпивая еще напитка. — Где Хлоя? — Гуляет по аэропорту. Где-то в той стороне, — махнула Чарли рукой куда-то в сторону. Мимо нас пробежала семья из человек шести с целым обозом чемоданов. Это выглядело смешно со стороны, но я сдержала улыбку в себе. К черту эмоции. Мне просто хотелось завалиться домой и плакать. Хотелось колотить подушку, как маленькой девочке, а потом уснуть под одеялом в обнимку с медведем. Только вот плюшевую игрушку заменяет Хлоя. Моя любимая девушка, которая всегда рядом. Через сколько мы прошли за месяц. Иногда мне вообще не верится, что это все произошло. Чарли подняла голову и взглянула на большие часы терминала. — Под вечер дома будем. Если уснешь — донесем, поэтому не бойся. Я кивнула. Спасибо, что вы с Хлоей рядом.