Дождливые дни

      - Адриан - это Кот Нуар?! – шепотом прокричала Тикки.       Ее крохотное тельце завибрировало от едва сдерживаемых эмоций, а глаза стали огромными от изумления. Плагг наблюдал за ней и улыбался, радуясь тому, как обернулась его маленькая игра.       - Довольно красивый кот получился, да? Мне он весьма по душе, пусть он порой и немного туповат. Он даже не может понять, что девчонка, в которую он влюбился, ВСЕ ТА ЖЕ Ледибаг!       - Я… Он… АДРИАН – ЭТО КОТ НУАР?!       - ДА! – шепотом прокричал Плагг и захихикал над реакцией Тикки. Все вышло так забавно, как он и надеялся. – Ты этого не засекла? Я все понял, как только Адриан пробыл в обществе Маринетт больше одной секунды.       Несмотря на ошеломление у Тикки хватило сил возмутиться. Она фыркнула и переплела лапки на груди.       - У меня были подозрения.       - О, конечно, - поддразнил ее Плагг и начал дрейфовать вглубь магазина. Тикки последовала за ним. – Едва я услышал, что она дочь пекаря, я обо всем догадался. Это очень похоже на тебя, выбрать девочку с постоянным доступом к сладостям.       Тикки обогнала его и стукнула по голове, мило надувшись.       - Я выбрала ее не поэтому! Я не ты, сырная башка!       - Я только раз выбрал продавца сыра, и это было ужасное решение.       Плагг усмехнулся от воспоминаний и опрометчиво залетел в лабиринт из стопок пыльных книг, беспорядочно возвышающихся то тут, то там. Тикки повела себя более осторожно, хотя знала, что единственные люди в магазине - их подопечные и хозяин лавки.       Их подопечные…       - Нам… нам нужно рассказать им!       Плагг резко остановился, широко раскрыл глаза и, повернувшись к Тикки, замахал лапками.       - Что?! Ни в коем случае! Мы не можем!       - Почему нет?!       - Это слишком скучно! – драматично заныл он и крутанулся в воздухе. – Будет намного веселее, если мы не будем вмешиваться!       Тикки пораженно вздохнула и уперла лапки в бедра.       - Веселее?! Наше развлечение тут не при чем, Плагг, это очень серьезно!       Плагг начал отлетать от нее спиной вперед и был слишком увлечен спором, чтобы заметить шаткую стопку книг на полке. Он врезался в нее и с писком шарахнулся в сторону, когда книги посыпались на пол. Тикки только вздохнула, тряхнула головой и, подлетев к нему, оттащила его за шкаф с глаз долой, пока какой-нибудь человек не пришел проверить, что тут происходит.       В другой части магазина Адриан напрягся и подавил стон, когда услышал шум падающих книг. Ему вспомнилась озорная улыбка Плагга. Он понадеялся, что Маринетт и владелец лавки не обратят внимания на подозрительные звуки. Глупый кот… Постоянно роняет что ни попадя.       - Я не понимаю, в чем проблема, - прошептал Плагг, снова беспечно фланируя в воздухе.       - Как ты можешь не понимать?! Это… это же любовный… квадрат! Их отношения так запутаны! А мы можем сделать их счастливыми!       Плагг приподнял бровь и махнул лапкой в сторону их подопечных, которые стояли возле одного из шкафов.       - А по мне так они вполне счастливы!       Тикки фыркнула и задумалась над очередным возражением, но поумерила свой скептицизм, когда посмотрела на детей.       Маринетт, очевидно нервничая, показывала какую-то книгу Адриану. Мальчик был в превосходном расположении духа и что-то оживленно спрашивал у нее. Когда она двинулась дальше, лавируя между островками из пыльных томов, он последовал за ней. То и дело он подскакивал к очередной стопке и хватал какую-нибудь книгу, пытаясь угадать, что Маринетт понравится. Было видно, что он очень радовался каждый раз, когда догадка оказывалась верной.       Это зрелище вызвало у Тикки улыбку.       - Видишь? – с нажимом сказал Плагг. – Они в порядке! Это будет так уморительно - наблюдать, как он попытается разобраться в своих новых чувствах к той же самой девочке.       - Как ты можешь так шутить над своим мальчиком? – вздохнула Тикки и нахмурилась, глядя, как кот рассеянно ворошит ближайшую стопку газет.       - Так я ничего не делаю! Я просто наблюдаю, - Плагг на секунду отвлекся от своего занятия и посмотрел на Тикки. Увидев строгое выражение на ее мордочке, он вздохнул. – Я-то думал, ты обрадуешься, Тикки! Ты же обожаешь подобную любовную ерунду.       - Поэтому я думаю, что мы должны рассказать им! Они могут стать парой!       - По-моему, они в любом случае начнут встречаться. Только посмотри на них! Я уверен, Адриан единственный, кто не знает, что он нравится Маринетт. Он быстро втрескается в нее так, что у него пятна перед глазами запляшут, - Плагг задумчиво переплел лапки на груди, выдав, что он подошел к этому вопросу гораздо обстоятельнее, чем казалось со стороны, - если он влюбится в нее настоящую, это будет значить больше, разве нет?       Тикки охнула и замерла, впечатленная словами несерьезного пройдохи. Было легко забыть, что Плагг обладает острым умом, так как обычно он только и делал, что причинял неприятности и поглощал сыр в неизмеримых количествах.       - Ну… может быть. Но все-таки…       - Они должны сами рассказать друг другу об этом или же это можем сделать мы, - Плагг пожал плечами, - думаю, и то и другое будет забавным. Решай ты.       - Почему я должна решать?!       - Потому что ты единственная тут причитаешь!       Тикки насупилась и, отлетев чуть подальше, села на книжную полку и посмотрела вниз. Пока квами разговаривали, сами того не замечая, они забрались на второй этаж. Маринетт была видна за витринами. Она смеялась и отпускала шутки, Адриан отвечал ей тем же, но находился вне зоны видимости квами.       В этот момент Маринетт выглядела такой расслабленной… Слова Плагга внезапно обрели смысл. Тикки тихо рассмеялась и покачала головой.       Конечно же, их подопечные скоро начнут прекрасно понимать друг друга. У них обоих гораздо больше общего, чем они знают. Они уже стали лучшими друзьями, как супергерои. Сейчас они просто заново знакомятся, и в этот раз начнут общаться непринужденно гораздо быстрее. Естественно, пока они еще нервничают, но они уже начали неосознанно полагаться друг на друга.       Тикки мягко улыбнулась. На ее сердце воцарился покой.       Ее сила, энергия чудесного камня, которым сейчас владела Маринетт, была половинкой одного целого. Плагг был второй половинкой и дополнял ее. Он был ее старейшим и лучшим другом, и неважно, что от него постоянно несло сыром. Они провели бок о бок множество веков. Тикки была безнадежным романтиком и верила в то, что избранным носителям чудесных камней уготована та же судьба.       Если говорить о романтике, не каждые Ледибаг и Кот Нуар влюблялись друг в друга, но каждая пара, так или иначе, дополняла друг друга. Только несколько раз случалось так, что люди, которые превращались в Ледибаг и Кота Нуара, обладали половинками одной души, но между двумя героями всегда возникала глубокая и непобедимая любовь. Обычно эта любовь была платонической или односторонней, но в этот раз казалось, что она наконец-то будет взаимной. По крайней мере, отношения Маринетт и Адриана обладали таким потенциалом.       Тикки вздохнула, мечтая о будущем, в котором все встанет на свои места. У Маринетт было столько качеств, которые составляли саму суть Ледибаг. Разве она не заслужила своего Кота Нуара? Конечно же, им был Адриан. Ей следовало понять это раньше. Так сошлись на небе звезды - этим двоим было суждено быть вместе.       Плагг кинул взгляд на Тикки, впавшую в мечтательное состояние, и закатил глаза. Несомненно, у нее в голове крутилась очередная глупая побасенка о родственных душах, раздувающая незначительные детали до невероятных размеров. Плагг никогда не понимал, почему все должно быть таким запутанным. Он прилагал все усилия, если нужно было чем-то помочь, и решения проблем всегда казались ему кристально ясными, но люди часто зацикливались на самих проблемах, вместо того чтобы начать действовать.       - Я влюблен в Ледибаг, - говорил Адриан.       - Скажи ей об этом, - отвечал ему Плагг, но его мальчик только вздыхал и падал на кровать, говоря, что это не так уж просто.       Но это было действительно просто – нужно было лишь произнести слова. Что тут трудного?       - Этот человек ужасен.       - Избавься от него.       - Я не могу.       Ух. Сыр был намного лучше проблем. Плагг не представлял, почему люди их себе устраивают.       - Возможно, ты прав, - неохотно признала Тикки, - нам лучше позволить им рассказать правду самим, но… ох-х-х, это так раздражает! – она драматично подскочила на месте. – Как я теперь смогу вынести это, когда я все знаю?! Я с ума с ними сойду!       - Я так и знал! – обрадовался Плагг и захихикал.       Тикки заворчала и надулась, потом подлетела к Плаггу и пихнула его, так что он закрутился в воздухе, как космонавт в космосе. Он, не сдержавшись, запищал от восторга, а затем восстановил равновесие и заторопился обратно к Тикки, чтобы подурачиться еще немного. Он сто лет ее не видел. Было славно опять дразнить всю из себя правильную квами, хотя Плагг не мог сказать, что сильно скучал по ней. Так или иначе, Тикки была с ним. Сложно скучать по кому-то, когда ты знаешь, что его присутствие в мире неизменно. Пока существует невезение, всегда существует удача. Пока есть Плагг, есть и Тикки.       Адриан сидел на старом стуле у стены и внимательно наблюдал за Маринетт, которая ходила взад-вперед перед ним с книгой в руках. Она так быстро говорила, что он с трудом улавливал слова. Каждый раз, когда ему удавалось понять, о чем она говорит, он начинал смеяться и снова терял нить ее рассуждений.       Маринетт читала раньше одну из книг, которую Адриан выхватил из многочисленных стопок, пока они ходили по магазину, и была не очень довольна тем, как закончилась история. Для того чтобы Адриан понял, почему конец книги ужасен, она начала пересказывать ее содержание, и это было невероятно смешно в ее исполнении. Адриан чувствовал себя немного виноватым. Он действительно пытался внимательно слушать ее, но продолжал отвлекаться.       В воздухе было много пыли. Она оседала на волосах Маринетт, пока та маршировала туда-обратно, и смягчала их цвет.       На Маринетт был надет милый мешковатый свитер. Она не стала снимать его вместе с курткой, так как была нездорова и не хотела, чтобы ее состояние ухудшилось. Также Маринетт оставила на себе и шарф. Он был яркого тепло-красного цвета.       Адриан лениво задумался, не сделала ли она его своими руками. Она определенно была на это способна. Вероятно, она могла сделать любую часть своего гардероба, даже обувь. Хотя, может быть, и нет.       Маринетт вела себя так… естественно.       У Адриана потеплело на душе.       Это была Маринетт, которую он часто видел издалека, и с которой всегда хотел познакомиться. Он наконец слышал ее шутки и разговаривал с ней на разные темы. С его стороны потребовалось всего одно небольшое усилие. Он лишь показал ей, что хочет узнать ее получше, и она охотно пошла ему навстречу.       Маринетт была такой живой и яркой... Она предложила ему свою дружбу с улыбкой, и Адриан про себя решил, что миру нужно больше таких людей – храбрых людей, которые излучают внутреннее тепло и заботятся об окружающих так же, как Маринетт.       - И это было просто совсем уже, ух! Ты согласен? – уловил он, когда Маринетт завершила фразу.       Адриана охватила легкая паника.       Упс! Он точно пропустил какой-то поворот сюжета.       - Да, разумеется! – с энтузиазмом сказал он и с облегчением увидел, что Маринетт кивнула.       - Я рада, что ты так думаешь! Эта книга заслуживала гораздо большего, чем такой идиотский поворот. Автору как будто было все равно, что писать!       Адриан неуверенно рассмеялся, пытаясь разобраться, что он пропустил, но, похоже, Маринетт уже закончила свою речь.       - Прости, я увлеклась и пустилась тут в разглагольствования… Я… мы можем уже уйти, если…       - Эй! Нет! Мне понравился твой монолог, все в порядке. Магазин замечательный, нам не нужно уходить, если ты не хочешь, - заверил ее Адриан и поднялся на ноги, чтобы взять стопку набранных им книг. Потом он встал рядом с Маринетт, всем видом показывая, что он готов к дальнейшему исследованию магазина.       Маринетт одарила его мягкой улыбкой, затем взглянула на книги:       - Ты выбрал серию о волшебниках? Мне показалось, ты сказал, что не очень любишь читать.       - О, ну, я… - Адриан немного стеснялся признать настоящую причину, по которой он это сделал, так что быстро придумал другую: - Ты сказала, что эта серия интересная, так что я решил попробовать ее почитать.       - О! – воскликнула Маринетт. – Ты можешь взять эти книги у меня, если хочешь. У меня есть только первые две, но по ним ты сможешь понять, хочешь ли купить продолжение.       - Спасибо! Хорошо, давай так и сделаем. Может быть, ты хочешь что-то взять у меня, чтобы все было честно? Только я… у меня не так уж много книг. Не знаю, может, ты играешь в игры… - Адриан замолк, размышляя, не сглупил ли он, но Маринетт подхватила его идею.       - Может быть, ты выберешь одну из своих любимых игр, и я попробую в нее поиграть? Ты говорил, что тебе нравится «Legend of Zelda», верно? Вроде бы, у моего папы есть консоль Nintendo… если эта игра на нее.       Маринетт хихикнула над тем, как Адриан радостно подпрыгнул.       - Тебе понравится «Wind Waker»! Ага, ты можешь взять эту игру. Я подскажу тебе, как играть, если у тебя будут трудности.       Они побродили по магазину еще немного, а затем Адриан решил, что им пора возвращаться. Дождь за окном как раз слегка поутих. Чем дольше они выжидали, тем сильнее он мог разойтись, так что им определенно стоило воспользоваться возникшим просветом.       Адриан и Маринетт подошли к двери и стали надевать свои куртки. Неожиданно Адриан заметил, что к спине Маринетт прицепилось что-то черное. Похоже, Плагга застал врасплох их уход.       У Адриана вырвался сдавленный возглас, и Маринетт недоуменно повернулась к нему, вопросительно склонив голову на бок. В этот момент для Адриана не было ничего более ужасающего, чем Плагг, выглядывающий из-за ее плеча, едва не попадающий в зону ее периферийного зрения. Глупый кот был весь в пыли. Чем он занимался все это время?! Его же могли увидеть!       - Я, эм… Ух ты! Не могла бы ты посмотреть вон туда прямо сейчас? – Адриан указал на какой-то плакат на стене магазина.       - Э-э-э… зачем? – спросила Маринетт, и это был вполне резонный вопрос, учитывая его странную просьбу.       - Просто доверься мне, – попросил Адриан, но вышло у него совершенно неубедительно.       Маринетт взглянула на его встревоженное лицо и поняла, что он просит серьезно. Приподняв бровь и пожав плечами, она послушно развернулась к Адриану спиной. Когда он довольно ощутимо хлопнул ее по плечу, она вздрогнула. Пока она поворачивалась обратно, Адриан быстро нырнул за ближайший шкаф и потом вернулся туда, где стоял.       - Эм, у тебя на спине был здоровенный паук, и я не хотел, чтобы ты испугалась, - соврал он, нервно улыбаясь, и вздрогнул, когда Маринетт взвизгнула и зашлепала себя по спине.       - ФУ! ФУ! НЕТ! ФУ! ОН БЫЛ ОДИН?!       Адриан растерянно уставился на нее, а потом взорвался смехом, чем заслужил испепеляющий взгляд.       Маринетт, сердито печатая шаг, вышла из магазина. Адриан поспешил за ней, пытаясь извиниться между приступами смеха.       Плагг зарылся поглубже Адриану за пазуху и попытался устроиться поудобнее, сменив позу, в которой Адриан запихнул его под куртку. Он был не виноват в том, что Маринетт чуть его не увидела. Это Тикки выпихнула его наружу, когда Маринетт начала надевать куртку. Может быть, ему действительно стоило дождаться Адриана в его куртке. Ну да ладно. Разве было бы так уж плохо, если б девчонка заглянула внутрь своей куртки, чтобы проверить Тикки и увидела двух квами вместо одного? Она бы закричала от этого гораздо громче, чем от вида какого-нибудь паучка. Плагг тихо захихикал, представив эту картину. Надо было стоять на своем и остаться с Тикки.       Адриан наконец упросил Маринетт простить его за то, что он смеялся над ней, когда они почти дошли до булочной. Она все еще дулась на него, но больше из упрямства. Время от времени она забывала, что изображает обиду, и начинала улыбаться. По дороге они передавали друг другу термос, стараясь немного уменьшить количество сидра в нем, чтобы Сабин их не отчитала.       Они свернули в последний раз, и увидели стену булочной.       У Адриана упало сердце, и он резко остановился, узнав машину, которая стояла возле дома Маринетт. Дождь тихо стучал по его капюшону.       Ну, он полагал, что это случится рано или поздно…       - У тебя неприятности… да? – тихо спросила Маринетт, с беспокойством взглянув на бесстрастную маску, в которую превратилось его лицо.       Адриан кивнул и взглянул на небо, когда заметил, что стук капель по капюшону прекратился. Маринетт подбадривающе посмотрела на него. Адриан встретился с ней взглядом и порадовался, что она сейчас стоит рядом с ним. Их снова будто бы отделила от окружающего мира невидимая стена…       Адриан осторожно обнял Маринетт.       Она слегка вздрогнула от удивления, но обняла его в ответ, стараясь поделиться с ним своей силой. Она часто мечтала об объятиях с Адрианом, но надеялась, что это произойдет не потому, что она таким образом попытается подготовить его к тому, что его ожидает. С ним не должно было случиться ничего плохого… но его совершенно точно ждало наказание.       Объятие было теплым и уютным. Никакой неловкости при этом не ощущалось. Оно было просто приятным.       - Спасибо, - сказал Адриан и, отстранившись, улыбнулся ей. – Сосредоточься на том, чтобы поправиться, хорошо? Мне было очень весело сегодня.       - Хорошо, - ответила Маринетт и ненадолго положила руку ему на плечо. – Я могу показать тебе и другие интересные места в городе, когда мы снова встретимся, ты не против?       Адриан кивнул и решил ничего не говорить, просто опять улыбнулся.       Он снял капюшон и начал отстегивать его от куртки.       Когда Маринетт и Адриан вошли в булочную, их появление прервало разговор, который там шел.       - …старался сделать что-то хорошее для моей дочери. Я с радостью поговорил бы с мсье Агрестом, если бы вы…       - Нет, - резко ответила Натали, хотя было видно, что у нее есть свои причины, чтобы так говорить. – Месье Агрест попросил, чтобы его не тревожили по этому поводу. Ему и так забот хватает. Он попросил только уведомить его, когда сын будет дома.       Взрослые посмотрели на вернувшихся детей. На лице Адриана было тщательно вышколенное нейтральное выражение, когда он обратился к помощнице отца.       - Привет, Натали.       - Здравствуй, Адриан, - ответила она, - полагаю, ты понимаешь, что твой отец недоволен тем, что тебя вызывали к директору школы, и тем, что ты прогулял уроки, чтобы сходить в гости к однокласснице?       Адриан кивнул, ничего не отрицая.       - Ага, но Маринетт заболела, и мне захотелось проведать ее. А сейчас я вернусь домой вместе с тобой.       Когда Адриан написал Натали, где он находится, он предполагал, что она появится, чтобы его забрать, но надеялся, что она придет позже.       Натали ожидала, что Адриан откажется уходить. Она предположила, что он не стал этого делать, потому что они оба уже привыкли к тому, что так или иначе Адриану приходится подчиняться воле отца, как бы он ни был против.       Натали пронаблюдала, как Адриан обнял дочку пекаря, и решила, что видеть такие сцены – худшая часть ее работы.       Заметив, что семья булочника выражает больше заботы об Адриане, чем его отец, она похолодела.       Нет, забирать Адриана из уютного дома, чтобы увезти его в слишком большой особняк – вот это было худшей частью ее работы.       Пока Натали смотрела, как дети переговариваются друг с другом, ей стало еще неуютнее. Она не стала поднимать шум, когда девочка побежала на верхний этаж, чтобы что-то взять. Она хотела продлить пребывание Адриана в булочной хотя бы ненадолго. Когда он взял у девочки пару книг и в ответ протянул ей какую-то кожаную вещь, которую держал в руках, Натали решила, что дальше тянуть уже нельзя, и они вышли на улицу.       Натали часто видела, как Адриан молча подчиняется желаниям отца, и ненавидела это зрелище.       Она села на заднее сидение машины рядом с мальчиком, хотя обычно так не поступала. Она не пыталась заговорить с Адрианом (они не были настолько близки), но ей не хотелось оставлять его одного. Натали задумалась, достаточно ли одного ее присутствия, чтобы как-то утешить Адриана… и понадеялась, что это так.       Пока они ехали, Адриан молчал и крепко сжимал книги в руках, глядя в окно. Дождь снова полил сильнее. Было не так уж поздно – прошло лишь полчаса после окончания школьных занятий, но тучи, клубящиеся на небе, заставляли думать, что уже наступил вечер.       Адриан старался особо не задумываться ни о чем, просто смотрел, как идет дождь. Он научился быть осторожным и сдержанным в подобных ситуациях. Но такое поведение ранило его гордость. Ему стало еще труднее сдерживать себя с тех пор, как он стал Котом Нуаром, однако он был вынужден вести себя таким образом. Порой выбор безопасного пути тоже был способом сражаться. Да и в итоге было гораздо разумнее не перечить отцу.       Машина остановилась, и Адриан вылез из нее, не дожидаясь, когда ему откроют дверцу. Его гордость требовала, чтобы его не вели за ручку, чтобы он хотя бы шел сам.       Дождь быстро намочил его волосы, и он почувствовал себя уязвимым без своего капюшона, пусть даже сейчас вода не могла причинить ему вреда. Возможно, ему все же стоило попросить Маринетт одолжить капюшон на время.       Отец ждал его в вестибюле. Он стоял на лестнице, возвышаясь над Адрианом, как будто хотел таким образом получить преимущество в какой-то воображаемой борьбе за власть, и как всегда строго глядел на него сверху вниз. Адриан встал в центре холла. Это отчетливо напомнило ему пребывание в комнате босса в компьютерных играх. Игрок входит в данж, встает на площадку и ждет, когда начнется бой. Однако в этом случае было безопаснее позволить боссу выиграть.       Адриан постарался не выдать злости, которую у него вызвала эта мысль.       - Сегодня ты постоянно нарушал правила, - прогремел низкий голос отца. – Твое ребяческое поведение помешало моей работе. Я ожидал большего от моего сына, который просто взял и исчез где-то в городе.       - Прости за то, что причинил тебе неудобство, отец.       Нет. Нет-нет, это было неумно.       Габриэль прищурил глаза в ответ на запальчивую фразу Адриана, и в помещении неожиданно стало холоднее.       Что он делает? Ему нужно было сыграть правильно, он знал, что должен сделать, но был слишком зол. Даже в замораживающем присутствии отца Адриан чувствовал, что ему тепло. Как будто жар вливался в его тело из книг, которые он держал в руках.       - Прошу прощения?       - Мои действия причинили тебе неудобство, Мне жаль.       Адриан сказал это более спокойно, но смысл остался тем же.       Единственная проблема отца заключалась в том, что сегодняшний прецедент случился неожиданно. Вероятно, он получил телефонный звонок из школы. Он был вынужден уделить внимание своему сыну, и это спутало график его работы.       Габриэль рассердился, видя, что его обычно послушный сын выступил против него. В этот раз простой запрет на прогулки вряд ли мог эффективно повлиять на Адриана, но Габриэля это не тревожило. Что бы ни нашло на его сына, это можно было подавить без особого труда.       - В ближайшие два дня я должен заняться важными делами. Я не потерплю вмешательства. Своим поведением ты доказал, что школа не так уж важна для тебя, ведь ты так просто прогулял занятия. Пока я не закончу с делами, ты останешься дома.       - Подожди, что?! – выдавил Адриан, в шоке уставившись на непримиримого отца.       - Твои уроки будут проходить здесь, и ты будешь заниматься без жалоб. Никаких гостей, - он смерил его суровым взглядом. – То, что ты не будешь видеться с одноклассниками, напомнит тебе, что правила нельзя нарушать.       Габриэль повернулся и начал подниматься по ступенькам, не обращая внимания на яростные протесты сына. Он предоставил его самому себе, а сам переключил внимание на более важные вещи.       Адриан был способным, он как-нибудь справится.       Адриан захлопнул за собой дверь комнаты, бесцеремонно уронил сумку на пол и уселся возле стены, уткнувшись головой в колени. Он изо всех сил постарался проигнорировать свою ярость. Его охватило практически непреодолимое желание что-нибудь уничтожить. Хотелось, для примера, дотронуться Катаклизмом до стены и посмотреть, как она дезинтегрируется. Но еще Адриану невыносимо хотелось заплакать. Множество эмоций, которые копились у него еще с детства, но потом раз за разом безжалостно подавлялись, снова давали о себе знать, однако вскоре их сменило привычное оцепенение.       Адриан просто сидел на холодном полу и ни о чем не думал. Он как-то размышлял, на что похоже это состояние – у него внутри как будто когда-то горела лампа, но она давно остыла и вся запылилась, потому что ее уже очень долго никто не включал.       Адриан не мог сопротивляться принятию неизбежного. Принятию того факта, что он был не способен выступить против отца и выиграть. Он не мог сделать абсолютно ничего.       Адриан постоянно чувствовал собственное бессилие. Так было до тех пор, пока он не получил кольцо и не познакомился с Плаггом. Как Кот Нуар он обладал свободой, в какой-то степени у него был контроль над ситуацией… Кот Нуар был волен идти куда угодно и действовать как угодно.       Адриан дотронулся до кольца и застыл без движения.       Ему ужасно захотелось, чтобы Ледибаг сейчас была здесь. Может быть, тогда он бы перестал быть Адрианом на какое-то время.       Плагг осторожно подлетел к своему подопечному и свернулся возле его шеи, обняв ее лапками насколько смог. Когда возникали такие ситуации, он не мог предложить никаких шуток, чтобы разрядить обстановку. Он просто позволял Адриану тихо выплакаться. Тело мальчика само справлялось с переполняющими его чувствами, даже когда его голова была на это не способна.       Плагг просто обнимал Адриана… и изо всех сил старался сохранить то тепло, которое подарила ему Маринетт, старался не дать ему почувствовать себя одиноким. Квами хотел напомнить Адриану, что его любят.       Он надеялся, что ему удалось это сделать.