Сальватора

— Как прошла лекция? В кабинет к Сокджину, улыбаясь, зашла Гаюн и положила на стол папку с документами. Парень устало откинулся на спинку мягкого кресла и посмотрел на коллегу-журналистку. — Идеально, ведь вёл её я. — Действительно, — засмеялась Гаюн, — что за глупый вопрос. Выяснил что-нибудь интересное? — Пока ещё не знаю, но зато нашёл кое-кого весьма любопытного. — Неужели кто-то сумел заинтересовать непробиваемое сердце самого Ким Сокджина? — глаза у журналистки загорелись, и она заинтриговано посмотрела на парня. — Кто знает, кто знает. Жалеешь, что это не ты? — усмехнулся Ким в ответ. — Жалею, но ничего не могу с этим поделать. Просто любопытно, какой мне нужно было родиться, чтобы ты смотрел на меня влюблёнными глазами. — Гаюн, кажется мы уже... — Нет, нет, нет. Не начинай, — замахала руками девушка. — Я не флиртовать с тобой пришла. Проходили — знаем. Так что закроем тему, я действительно полезла не в своё дело. Посмотри документы и отправь на подпись редактору. Гаюн развернулась и направилась к двери, чуть задержавшись на пороге. — Кстати, мистер Юн сказал, что ждёт от тебя какую-то статью, так что поторопись. Она подмигнула Сокджину и вышла, чувствуя неприятное покалывание в груди. Ким открыл принесённую папку и принялся изучать её содержимое, но мысли всё не собирались в кучу. Статья, которую он обещал директору, была связана с тем самым генетическим экспериментом. Сокджин был полон решимости написать её, раскрыть всем глаза на правду, творящуюся за дверьми лаборатории, только вот кое-что его беспокоило: имя Ким Джиёль, которое фигурировало в одной из старых статей, что ему передал Юнги. Стоило ли лезть в эту помойную яму, которая, по всей видимости, была очень глубокой? На столе завибрировал телефон, и на экране высветилось «президент». Сокджин непроизвольно скривил лицо и ответил на звонок. — ЧТО ТЫ УСТРОИЛ?! — закричал мужской голос в трубке, отчего Джин отодвинул телефон от уха. — А что я устроил? — привычно равнодушно ответил журналист. — Не строй из себя идиота! Помни, что я слежу за каждым твоим шагом... — Как же тут забудешь, — устало прошептал Ким. — Я позволил тебе поиграться в журналиста, но ты, кажется, не знаешь границ дозволенного. Теперь уже и лекции в университете читаешь? Тебе стоит забиться в угол и сидеть тихо, а не рассказывать студентам о сказочных экспериментах. — Почему тебя это волнует? Если они действительно сказочные, то какая разница, кому и где я про них рассказываю? — Я предупреждаю тебя, не смей совать свой нос в дела, с которыми ты не в силах справиться. — К сожалению, или к счастью, я уже давно не ребенок и справиться могу с чем угодно, кроме факта нашего кровного родства. — Ким Сокджин! — Рад, что ты помнишь моё имя, но не могу сказать, что был рад тебя слышать. До свидания, президент. — Сокджин! Сокджин! Если ты не... Но что именно за условие прозвучало следом, Сокджин уже не слышал, он отключил вызов и раздражённо запустил телефоном в стену. Разговоры с отцом всегда заканчивались лишь взаимными упрёками и впустую потраченными нервами. Зато они заставляли Джина набраться смелости и противостоять с большей силой. Кажется, Ким зацепился за что-то действительно серьёзное, раз отец звонил ему в такой спешке и панике. Он напуган — это единственное объяснение, ведь после лекции не прошло и нескольких часов. Сокджин открыл верхний ящик стола и достал папку с материалами о «Сальваторе». Ещё раз перечитав сканы, он ухмыльнулся и, набравшись уверенности, принялся писать статью о тайном научном эксперименте и его спонсоре Ким Джиёле. — Давай посмотрим, что ты скрываешь и чего так боишься, отец.

***

Тэхён чувствовал себя совершенно чужим в Сеуле. Ему не хватало наполненного морем воздуха и самодельной лаборатории в старом гараже. Квартира Чимина казалась слишком маленькой для троих, и Ким попросту не знал, чем себя занять. Он завидовал Юнги, который привёз с собой свой обожаемый компьютер и сутки напролёт пропадал в цифровом мире, прерываясь изредка на приготовленную от скуки Тэхёном еду и по естественной нужде. Чимин же, наоборот, дома практически не появлялся. У него начался новый период депрессии, словно он вернулся на год назад, когда увидеть парня трезвым было сродни празднику. Тэхён догадывался о причинах и первые дни не затрагивал эту тему, но накопившееся раздражение просило выхода. В конце концов, они приехали сюда не страдать о потерянной любви, а заниматься расследованием эксперимента. Из-за которого, по всей логике, Тэхён должен был переживать меньше всех остальных. Вырвавшись поздним вечером из душной квартиры, Тэхён спрятал лицо под плотным капюшоном и пошёл бродить по окрестным переулкам, чтобы хоть как-то успокоиться и отвлечься. Благо, район был отдалённым, и ему не приходилось натыкаться на неприятные пьяные компании. Правда, слишком подозрительная тишина всё равно не давала парню расслабиться. Завернув в тёмный проулок, он услышал приглушённые женские крики, доносившиеся со второго этажа старого дома. Тэхён остановился и непроизвольно прислушался. В то же мгновение раздался оглушительный треск и на него посыпались осколки стекла. Ким инстинктивно накрыл голову руками, получив несколько глубоких порезов. Ещё один душераздирающий крик о помощи и звуки ударов. В окне показался женский силуэт. Девушка сжимала в руках какую-то палку, похожую на ножку стула и медленно отходила к подоконнику — на неё нападал мужчина. Сердце Тэхёна забилось сильнее, и он в ужасе стал соображать, что ему делать и как помочь бедной девушке. — Не подходи! Не подходи! НЕ ПОДХОДИ! Мужчина бросился вперёд и девушка, вскрикнув выпала из разбитого окна, по счастливой случайности приземлившись в кучу мусорных пакетов, которые ещё не успели вывезти. Тэхён тут же подбежал к ней и постарался привести в чувства. Она была вся изранена и по лицу стекали горячие ручейки крови. — Мортифер. Надо убегать... — выдохнула она. Ким, услышав слово "мортифер", поднял взгляд на окно и его сковал настоящий ужас. Молодой мужчина смотрел на него налившимися кровью глазами, и буквально рычал, наблюдая за каждым его движением. Тэхён никогда не видел вживую мортиферов, лишь слышал рассказы Чимина и если им верить, то у Тэхёна практически нет шанса спастись. Нужно было срочно бежать со всех ног, а в его руках корчилась от боли юная девушка, и он не мог бросить её на растерзание этому чудовищу. Ещё мгновение, и мужчина спрыгнул из окна, молниеносно оказавшись рядом с Тэхёном. Адреналин мощными дозами стал поступать в кровь, а инстинкт самосохранения просто разрывал голову на части. Ким резко поднялся и сделал несколько шагов назад, но это нисколько не спасло его. Грубый удар, толчок, и Тэхёна отбросило на несколько метров по грубому асфальту. Он простонал от боли, но тут же поднялся, когда увидел, что мортифер вновь направился к девушке, которая, чуть придя в себя, стала пятиться к стене дома. — Эй! Кажется, мы ещё не закончили! — прокричал Тэхён, привлекая к себе внимание. Откуда у него взялась эта смелость, сказать было трудно. Теперь Тэхён на личном опыте убеждался, что перед лицом смертельной опасности человек начинается вести себя совершенно иначе. — Так не терпится на тот свет? Что ж... — мужчина ухмыльнулся и вновь набросился на парня. Удары, боль, крики, вкус крови, чей-то ухмыляющийся голос и непреодолимая тёмная пелена перед глазами...

***

Мин Юнги привычно сидел в темноте перед монитором, тестируя очередные коды для новой программы взлома. На часах была уже полночь, а в квартире, кроме него, больше никого не наблюдалась. Если отсутствие в такое время Чимина было вполне привычным, то не наблюдать нервного копошения Тэхёна было довольно странно. Ким часто выходил на прогулки, но всегда возвращался через час или максимум два. Юнги начинал нервничать и с удвоенной силой колотил по клавиатуре, пока не хлопнул по ней ладонью и не закрыл случайно окно программы. — Блять, — выругался вслух Юнги и вновь посмотрел на часы, решая, стоит ли поднимать тревогу и идти на поиски двух засранцев. В колонках пропищало оповещение. На электронную почту пришло какое-то письмо, что сразу же показалось Юнги странным. Его адрес был засекречен и защищён всеми возможными способами и знали о нём лишь несколько человек, которым Мин мог доверять. Заранее решив не открывать письмо, Юнги всё же взглянул на название темы: «не ломайся, всё равно ведь откроешь». — Что за хрень? — прошипел Шуга и безжалостно удалил сообщение. Сейчас только и не хватало чьих-то глупых шуточек. «Разве тебе не любопытно, кто я?» Любопытно. Юнги было до ужаса любопытно, но он вновь удалил сообщение, при этом с интересом вглядываясь в экран в ожидании следующего письма. «Ссышь письмо открыть?» — Я ссу? — возмутился Мин, презрительно скривив лицо, — Пф. Это ты зассышь, если я отвечу. Сделав непонятно для чего самый гордый вид, на который он был способен, Юнги щёлкнул мышью и стал вчитываться в текст. «Плохо прячешься, сахарок. Я нашла тебя. Твоя Соль» — Соль? Баба что-ли? Следом пришло ещё одно письмо. «Спорим, ты сейчас сидишь на стуле, поджав под себя ноги, и упираешься подбородком в свои чёртовы обнажённые коленочки. Уверена на тебе сейчас снова твои любимые рваные штаны...» Юнги посмотрел на свои торчащие из дыр в джинсах коленки и недоумённо почесал затылок. Кто она и откуда знает об этом? «И не закусывай верхнюю губу. Выглядишь как идиот...» — Чёрт! Откуда она знает?! Юнги принялся печатать гневное сообщение в ответ, но был прерван странным шумом в коридоре — кто-то из парней вернулся домой. — Юнги, скорее! — позвал Тэхён, и Шуга сорвался с места, так и не ответив подозрительной незнакомке. Но мысли об этом сразу же улетучились, когда Юнги увидел раненого Тэхёна, который склонился над девушкой, которая была вся в крови. — Твою мать! Что с вами? Кто это? Какого хрена ты весь в крови?! — Потом, потом... — зашептал Тэхён. Сил разговаривать у него абсолютно не было. Главное, что он вообще остался жив. Ким не знал, что случилось после того, как он на какое-то время потерял сознание. Когда он очнулся, рядом с ним сидела эта девушка и пыталась привести его в чувство и безустанно повторяла, что нужно бежать и просила его не убивать своего брата, а затем она закатилась глаза и отключилась, рухнув к нему на грудь. — Помоги мне перенести её на кровать и приготовь мне горячей воды и полотенец, ей нужно зашить несколько ран. Все вопросы потом. Юнги молча кивнул и, аккуратно подхватив девушку на руки, отнёс её в спальню, оставив остальное Тэхёну. Вскипятив воды и набрав чистых полотенец, он вернулся в комнату. — Я, конечно, всё понимаю, гормоны, но раздевать побитую девушку, которая, к тому же, без сознания как-то слишком. Хотя должен признать, что даже с синяками и порезами она выглядит вполне симпатично. Тэхён ничего не ответил и лишь стиснул зубы. Скинув с себя грязную порванную одежду, он сидел на краю кровати и ножницами разрезал блузку на теле незнакомки. Ткань пропиталась кровью и намертво прилипла к телу. — Она хоть живая? — с недоверием спросил Юнги, подходя ближе. — Не время для шуток. Лучше помоги мне. Тэхён внимательно и профессионально обработал все раны и наложил несколько швов в тех местах, где были глубокие порезы. Выпроводив из комнаты Юнги, он осторожно протёр женское тело тёплым полотенцем, стараясь думать лишь о том, что в данный момент он врач. Но, как успел заметить Шуга, девушка была действительно очень красивой и вызывала у Тэхёна непривычные чувства. Кто она и почему оказалась жертвой мортифера? Почему просила не убивать своего брата и каким-то образом спасла Тэхёна от верной смерти? В ложбинке между ключицами блеснул кулон и Ки наклонился, чтобы прочесть гравировку. АЁн. Видимо, так звали девушку. — Отдыхай, АЁн. Теперь ты в безопасности, — Тэхён улыбнулся и, закутав девушку в одеяло, вышел из комнаты. — Где Чимин? — спросил он Шугу, который сидел на кресле и сверлил взглядом дверь, из которой только что вышел парень. — Это единственное, что тебя сейчас интересует? Не хочешь сначала рассказать мне, что за неведомая хрень с тобой произошла? И кто эта девушка и почему, мать твою, ты весь в крови?! — Я всё расскажу, когда вернётся Чимин. Это ведь он у нас охотник, пусть и разбирается, что со мной случилось, и кто меня так разукрасил. — В каком это смысле? — приподнялся Юнги, недоумевающе смотря на Тэхёна, который, корчась от боли, пытался сам себе обработать раны, всё ещё сочащиеся кровью. — А в том смысле, Юнги, что, кажется, я только что избежал смерти от рук одного из мортиферов. — Охренеть, — выругался Мин и подошёл к другу, — Ты в порядке? — Благодарю за беспокойство. Вопрос, как всегда, вовремя, — Тэхён криво улыбнулся и, натянув поверх бинтов свежую футболку, стал звонить Чимину, чьё присутствие было как никогда необходимо.

***

Хиджун не спала всю ночь. Встреча с Чимином стала для неё слишком неожиданной и оставила после себе неприятное горькое послевкусие. Хи представляла себе всё совсем иначе, думала, что просто бросится к нему в объятия и больше никуда не отпустит, что сразу же простит его, стоит лишь увидеть, но всё оказалось не так. Ким злилась, так сильно, что ей хотелось крушить всё вокруг, сделать Чимину как можно больнее. Неизвестно чем бы их встреча закончилась, не появись там Джебом, с которым Хи весь день хотела поговорить, но в сложившихся обстоятельствах напрочь об этом забыла. Пока они неслись на мотоцикле по ночному Сеулу, Хиджун лишь вспоминала сожалеющий взгляд Чимина и думала о том, как устало он выглядел, и совершенно не замечала скорости и удушающего ветра, бьющего в лицо и сдувающего слёзы. Джебом привёз её домой и помог слезть с мотоцикла, при этом он не произносил ни слова и выглядел весьма сосредоточенным. Им долго стоял напротив девушки, рассматривая её заплаканное лицо, и ждал, что она спросит его о чём-нибудь, но Хиджун тоже молчала, не в силах собраться с мыслями. Достав из кармана куртки маленький конверт, парень вложил его в дрожащие руки девушки и на немой вопрос лишь покачал головой, давая понять, что сейчас не время что-то объяснять. — Пожалуйста, не думай о нём, — прошептал Джебом, согревая своим тёплым дыханием замёрзшие щёки Хиджун, а затем нежно поцеловал её, ненастойчиво сжав мягкие губы своими. Хи раскрыла их, сдавленно выдохнув, но Им уже отстранился и, бросив на неё последний взгляд, запрыгнул на свой мотоцикл и скрылся в тёмном переулке, прекрасно зная, что лишь добавил Хиджун переживаний. Конверт так и лежал нераскрытым на прикроватной тумбочке и не давал Хиджун покоя. Она боялась его вскрывать, интуитивно чувствуя, что там, но желание узнать, какую именно цель преследует Джей, подсовывая ей такие записки, взяла вверх. Забравшись на кровать, она осторожно открыла конверт, и достала оттуда сложенный лист бумаги, который, как и в прошлый раз, оказался сканом чьего-то дневника.

18 февраля

Сегодня мне позволили самой обследовать нескольких мальчишек. Все показатели, которые так важны для эксперимента были в норме, но я обратила внимание на, казалось бы, незначительное изменение в форме и размере гипоталамуса. Доктор Юк сказал мне не забивать этим голову и не разводить панику на пустом месте. Я расцениваю это, как приказ хранить молчание. Профессор Чхве, когда я рассказала ему о моих наблюдениях, тоже попросил меня не распространяться и сказал, что в своих исследованиях он уже давно пытался решить эту проблему и, кажется, добился успеха. Именно поэтому он просил нас с Минхи тоже стать частью эксперимента. Я всё ещё сомневаюсь, стоит ли это делать.

23 февраля

Сегодня мне позвонила Минхи. Она беременна, сказала, что будет мальчик. Я так счастлива за неё, но переживаю за ребенка. Надеюсь, профессор Чхве знает, что делает. Хиджун запечатала лист обратно в конверт и спрятала в верхнем ящике стола. От этих записей веяло какой-то опасной тайной. О каком именно эксперименте шла речь, Хи не знала, но непроизвольно напрашивались ассоциации с «сальватором», о котором она подозрительно часто слышит в последнее время. Сразу вспомнилась лекция Ким Сокджина. Какие подробности этого эксперимента он знает? И почему осмеливается в открытую о нём рассказывать? В дверь постучали, и в комнату протиснулся Чонгук, поспешно прикрывая за собой дверь. — Мой брат скоро сведёт меня с ума, — простонал парень, и устало плюхнулся на кровать. — Хосок тоже здесь? — полюбопытствовала Хиджун, присаживаясь рядом. — Да. У меня есть ровно пять минут, пока он не заметит, что я пропал из его поля зрения. Он мне все уши прожужжал про Шэри, ты просто не представляешь. Хиджун засмеялась и дружественно погладила Чонгука по голове. — Если бы он видел её вчера пьяную в клубе, то предпочёл обходить в дальнейшем стороной, я уверен. — Оу, всё было так плохо? Чонгук задумался о чём-то и некоторое время молчал. — Это же Шэри. Она теперь должна быть мне по гроб жизни благодарна, что я увёз её оттуда. — Для этого мы тебя и взяли с собой. Открою небольшую тайну, но мы тебя нагло используем. Чонгук наигранно возмутился, прижав руки к сердцу. — Какой ужас! Вот и верь потом в искреннюю дружбу. Они снова засмеялись, и Хиджун тоже легла на кровать, устало уставившись в потолок. — Вчера всё было нормально? Джей отвёз тебя домой? — Откуда ты знаешь, что там был Джей? — Я видел его. Кажется, он следил за тобой, пока ты была в клубе. Извини, что бросил тебя. Просто Шэри... — Чонгук, — прервала его извинения Хиджун, — спасибо, что остался с Шэри. Я если честно и сама про вас забыла, так что это мне в пору извиняться. Хиджун решила ничего не говорить о появлении Чимина. Она знала, что Чонгук отреагирует очень остро и сразу же расскажет остальным, а Хи этого не хотела. — Братик мой любимый, где ты? — послушался за дверью радостный голос Хосока, и Чонгук, скривив лицо, нехотя поднялся с кровати. — Лучше пойду, пока он не закатил истерику, — Хиджун кивнула, пытаясь сдерживать рвущийся наружу смех. Братья Чон — самое доброе, что случилось с ней в этой жизни. Приведя себя в относительный порядок, Хиджун спустилась на первый этаж. Из кабинета доносились громкие голоса парней и смешки Вэйны, но Хи решила пока не заходить к ним. Настроение было далеко не самым радостным, а портить его другим было бы некрасиво. В дверь позвонили и Хиджун, поставив чашку с горячим кофе на стол, пошла открывать. В гости они никого не ждали, да и в такую рань могли прийти только Хосок и Чонгук, но они уже итак были здесь. Позабыв посмотреть в глазок, Хиджун распахнула дверь и тут же удивлённо застыла. На пороге неловко переминаясь с носка на пятку, стоял Пак Чимин и ещё один незнакомый ей молодой человек. — Привет, — помахал незнакомец, но Хиджун не обратила на его приветствие никакого внимания. Она смотрела прямо в глаза Чимину, задержав дыхание, чтобы не чувствовать его пленительного запаха.