В надежде на новолуние

Кэнди проснулась от громкого мурлыканья и сразу поняла, что за вертлявые соломинки щекочут ее шею. На соломе рядом с ее головой, а точнее прямо в ее волосах свернулся клубком совершенно незнакомый ей кот и дружески дышал в ухо. Сквозь знатные дыры в крыше, проделанные, вероятно, вчерашним смерчем, вовсю светило солнце, но в воздухе стоял сильный аромат дождя и был слышен звук стекающих капель. Вчерашний торнадо принес за собой сильную грозу, и, судя по сырости внутри амбара, строению здорово досталось от непогоды. Но для них с Леганом было счастьем получить крышу над головой этой ночью. Вчера во тьме, освещаемой лишь вспышками молний, Нил хорошенько завернул ее в свой пиджак, и они вполне сносно устроились на соломе. Он крепко обнимал ее, и Кэнди не было холодно. Но сейчас ей было жаль Легана, пожертвовавшего свой гарантированный высоким положением пиджак и сиротливо подложившего под голову твидовый рукав, чтобы защититься от колючей соломы. Вдвойне ее беспокоило вчерашнее поведение Нила, и Кэнди впервые задумалась, сколь серьезны его душевные раны и на какие безумства они могут толкнуть одинокого, отчаявшегося человека. Конечно, у него были и мать, и отец, и сестра, но ведь даже среди толпы человек может быть один. Главное, чтобы он позволил кому-то приблизиться… Тут Кэнди мысленно оглянулась назад, на вчерашний веселый денёк, посвященный детскому празднику, который закончился так неожиданно и принес много волнений. И зачем только Нил разозлился на нее и затормозил по дороге домой? Останавливаться в темноте, да еще покидать автомобиль было очень неразумно и опасно. Хорошо, что они нашли укрытие, но и тут Нил испугал ее едва ли не больше, чем торнадо. В машине она, не задумываясь, оттолкнула его, но потом обнимала так крепко, как могла. Лишь бы никогда он не думал лишать себя жизни. Да, пожалуй, именно это и беспокоило ее больше всего. А вовсе не жаркие поцелуи, которые они с Леганом разделили. Кэнди не причисляла себя к тем девушкам, которые флиртуют напропалую и легкомысленно раздают поцелуи. Вчера же, находясь между жизнью и смертью, они искали защиту друг в друге и не удивительно, что все это сблизило их. Этим выводом Кэнди осталась довольна, но оставались два вопроса, которые ее очень беспокоили. Во-первых, вчера отчаяние Нила отчетливо открылось ей, и Кэнди просто не могла остаться в стороне теперь, зная, что раны, нанесенные жизнью, возможно, толкнут его на губительный поступок. Тем более ей не хотелось, чтобы это случилось из-за нее. Во-вторых, прежде игнорируя Легана как недостойного, теперь Кэнди его жалела и всерьез забеспокоилась о его здоровье. Промозглая ночь в прохудившемся амбаре, где даже укрыться нечем, может оказаться рискованной для аристократов. Несмотря на ленивые протесты ее соседа кота, Кэнди высвободила волосы, села и, склонившись над Леганом, осторожно потрясла того за плече. Нил открыл глаза, широко зевнул и улыбнулся ей. Кэнди решила, что это хороший знак, и она может немного успокоиться на его счет, пока Леган не отрыл рот: - Ты похожа на пугало. Конечно, она предполагала, в каком виде ее волосы. Их не так-то легко приручить, а уж в соломе, сырости и по соседству с домашними животными они почувствовали себя совсем вольно и торчали в разные стороны. С шумом выдохнув, Кэнди скомкала пиджак и бросила его в Легана: - Ты выглядишь не лучше! Он тихо засмеялся и продолжил хриплым голосом: - Прости, Кэнди. На самое милое пугало на свете. Кэнди фыркнула и осторожно спустилась на земляной пол, стараясь не промочить ноги. Она обнаружила, что кот, согревавший ее шею, был не единственным, кто разделил с ними укрытие. Голуби сидели над ней на уцелевшей балке, под ее ногами разбежались полевые мыши, а в дыру в стене выскользнула беспризорная собачонка. Похоже, простое деревянное строение спасло многих этой ночью. Леган поднялся, намереваясь последовать за ней, как вдруг громко охнул, поспешно распахнул жилет и выдернул рубашку из брюк. Кэнди с изумлением наблюдала за его манипуляциями, пока не увидела, как к ногам Нила скатился небольшой опоссум и немедленно исчез в соломе. - Он, что, спал у тебя под рубашкой? – невинно поинтересовалась она, едва сдерживая смех. - Чертов сукин сын! – злобно зарычал Нил. – Проклятые грызуны! - Они смешные! - Они воняют! И… и… Я их ненавижу! - Все равно они смешные. – Кэнди немного пригладила волосы и не удержалась, желая отомстить: - А тебе и так нужна была ванна. Леган насупился и молча привел в относительный порядок свою одежду. Хотя он чихнул пару раз, и снова Кэнди задумалась о его здоровье. - Ты не замерз ночью? - Пустое. Пойдем. – Нил крепко взял ее за руку и толкнул дверь. После ночной грозы поле больше походило на болото. В канавах стояла вода, и размокшая земля превратилась в густую грязь, которая очень скоро облепила обувь и промочила ноги. Шагать становилось все труднее, и в какой-то момент Кэнди потеряла равновесие. То ли споткнулась, то ли каблуки увязли в грязи, но она только и успела, что вспомнить о детстве – тогда извозиться в грязи было весело – и бессильно взмахнула рукой. Впрочем, Кэнди так и не упала: Леган успел подхватить ее на руки. И, не останавливаясь и не давая благовоспитанной барышне опомниться, зашагал дальше. - Ты что это делаешь? – возмутилась Кэнди, которой страшно захотелось хорошенько стукнуть наглеца. Но она сдержалась, хотя бы потому, что они наверняка упали бы оба. - Помогаю девице в беде. Ну же, Кэнди, вспомни наставления тётушки Элрой и смотри на меня с восхищением. - Что?! Чушь какая! Я сама дойду, и грязи я не боюсь. – Она забрыкалась в руках Нила. Проклятый никак не желал уступить, да еще очень неплохо сохранял равновесие, несмотря на все усилия Кэнди. – Отпусти немедленно! - Погоди, вот найду лужу поглубже и грязи побольше. Чтобы тебе тоже понадобилась ванна. О луже он пошутил и благоразумно поставил ее на ноги. Улыбнулся виновато и заискивающе. И этим все же убедил сменить гнев на милость. Издали они видели, что смерч повалил деревья вдоль дороги, а когда подошли ближе, оказалось, что на автомобиль рассчитывать не приходится. Тяжелый ствол расплющил капот, прямо в поблескивающем осколками лобовом стекле торчали узловатые ветки, колёса, виднеющиеся сквозь обломки, были спущены. - Сожалею о твоей машине, – сказала Кэнди. Нил криво улыбнулся: - Это был великолепный кадиллак 1918 года выпуска. Давай запомним его мощным и прекрасным автомобилем. Далее им пришлось идти пешком, пробираясь по заваленной дороге. Даже если бы автомобиль остался цел, вряд ли они смогли бы проехать. Нечего было рассчитывать преодолеть расстояние до поместья на каком-либо транспорте. А Кэнди впервые задумалась над тем, как перенесла тётушка их с Нилом отсутствие этой тревожной ночью. Но довольно скоро им повезло добраться до небольшого фермерского хозяйства, где Нил значительно облегчил свой бумажник, выменяв банкноты на оседланную лошадь. Фермер не горел желанием помочь, занятый подсчетом собственных убытков, но кругленькая сумма воодушевила его. Гнедой мерин оказался спокойным, терпеливым и покорным своим новым хозяевам. Не раз и не два им приходилось слезать с него и проводить под уздцы, минуя завалы и топкую грязь, прежде чем они, наконец-то, достигли поместья. Дом не пострадал, а вот могучие деревья в парке было очень жаль. Садовники убирали упавшие стволы и расчищали подъездную аллею, когда у крыльца Нил спешился и помог Кэнди спуститься с лошади. У нее не было времени оценить ущерб, нанесенный поместью, потому что окно на первом этаже тут же отворилось, и в нем возникла весьма встревоженная тётушка Элрой. Она бранила их с Нилом за легкомыслие и непослушание, вперемешку со словами благодарности, ведь у «пустоголовой девчонки хватило ума», а у «беспечного мальчишки хватило силы», и, надо же, они как-то спаслись этой ночью. Незамедлительно последовал приказ готовить для каждого горячую ванну и сытный завтрак, а ещё чтобы они сняли обувь перед тем, как зайти в дом, ибо такой грязи она не потерпит. --- Хорошенько пропарившись в горячей ванне Кэнди, наконец, согрела свои окоченевшие ноги. Горничная помогла ей вычесать из волос всю солому и вымыть голову, а после заплести непокорные кудри в две тугие косы. В чистом платье и удобных домашних башмаках Кэнди чувствовала себя приятно отдохнувшей и решила, что сейчас самое время поинтересоваться самочувствием Легана. Она вышла в коридор и как раз увидела Нила на лестнице. Он положил руку на перила, собираясь спуститься вниз, но услышал ее шаги и оглянулся. Кэнди остановилась. - Все в порядке? – несколько удивленно спросил Леган. Как странно. Прежде она никогда не уделяла надоедливому мальчишке столько внимания. Теперь она замечает в нем многое: как аккуратно расчесал он волосы, или как гладко побрился, или как ему идет белоснежная рубашка с распахнутым воротничком. - Да, – коротко кивнула Кэнди. А потом позвала: - Нил? - Что? – ей кажется, что его голос снова хриплый и это начинает беспокоить ее. - Ты зайдешь ко мне? В мою комнату? У него очень темные глаза, почти как угли. И сейчас Нил выглядит почти так же, как вчера в машине. Нил моргнул и слегка кашлянул. Кэнди даже показалось: его щеки заалели. Совсем чуть-чуть, но она забеспокоилась еще больше. - Не могу придумать ни одной причины сказать «нет». – Он поравнялся с ней и Кэнди улыбнулась: - Пойдем! Она впустила Легана в свою гостиную, угловую комнатку с двумя большими окнами, которые обеспечивали много солнечного света до самого вечера. Мягкая тахта, удобно придвинутая к широкому подоконнику, идеально подходила для ее плана. - Садись, пожалуйста! - ласково попросила Кэнди Нила и подошла к секретеру. – Будь добр, - не оборачиваясь сказала она, - расстегни рубашку. Кэнди выдвинула ящик со своими медицинскими инструментами и достала слуховую трубку, баночку со шпателями и коробочку с лекарствами от простуды. Она обернулась и обнаружила, что Леган не просто расстегнул рубашку, а снял ее и теперь смотрит на нее очень удивленно. А потом Нил захохотал, опустив голову и уткнувшись лицом в ладонь, и ей только и оставалось, что беспомощно наблюдать, как сотрясаются его мускулистые плечи. - Кэнди, ты что, лечить меня удумала? – у нее было большое подозрение, что ему просто стыдно посмотреть ей в глаза, и именно поэтому он до сих пор не угомонился и смеется. - Нил, да ты хрипишь, как твой первый автомобиль! Ты продрог этой ночью! Ты промочил ноги на поле и не говори мне, что это не так! – Кэнди подошла к тахте и поставила свою ношу на подоконник. Нил, наконец, выпрямился, все еще хихикая, вытер слезы, набежавшие от смеха, и шмыгнул носом, собираясь что-то ей ответить. - Ну вот! – торжествующе воскликнула Кэнди. – У тебя насморк! Озабоченно она приложила ладонь к его лбу, опасаясь обнаружить жар. Нил накрыл ее руку своей и поглядел на нее снизу вверх. - Вовсе нет. – Он улыбнулся Кэнди почти беззаботно. - Я в порядке. Это-то больше всего ей и не нравилось. - Тебя беспокоят боли в груди? Затрудненное дыхание? – он совсем не слушал. Кэнди пришлось положить руки ему на плечи и пристально посмотреть в глаза. – Нил, не отмахивайся! Это все очень серьезно! Ты не уделяешь должного внимания своему здоровью, а все чревато бронхитом, воспалением легких и страшными осложнениями. Леган с наиглупейшим выражением лица смотрел мимо нее, и теперь Кэнди точно захотелось вмазать ему. - Что со мной может случиться, Кэнди? После того как… А впрочем, - он снова посмотрел на нее и поднял руки, словно сдаваясь, - лечи. - Поднимись. – Кэнди взяла стетоскоп. Ее очень беспокоили эти хрипы и, склонившись над Нилом, она приложила слуховую трубку к поросшей жесткими волосками груди. Сразу же она услышала громкие удары его сердца, которые, как ей показалось, были слишком частыми. – Дыши глубоко. Леган послушно задышал полной грудью, и Кэнди переместилась ему за спину, намереваясь продолжить прослушивание. И заметила на плече ровный и довольно глубокий шрам. - Теперь не дыши. – Скоро она опустила трубки. – Все, хватит. Садись. И одевайся. Кэнди остановилась прямо перед Нилом и в замешательстве крутила стетоскоп в руках. - Нил, этот шрам у тебя на плече… Леган последил за ее взглядом, набросил рубашку и пожал плечами. - Да, я знаю. - Это с войны? – почему-то ей показалось, что Нил не хочет, чтобы она смотрела на этот шрам, и Кэнди вновь подошла к секретеру, словно бы разыскивая что-то еще. - Обычно война оставляет другие шрамы, так что считай, что меня наказали за слабость. - Слабость? – переспросила, но не обернулась. Не была уверена, что он ответит, но Леган продолжил: - Когда начинается обстрел, то это так ужасно. Душа твоя сжимается в крошечную точку и надеется избежать смерти. Ты слышишь грохот и понимаешь, что жив, а потом начинается самое страшное – ожидание следующего выстрела. Это как лотерея в казни. И иногда… хочется самому это прекратить. Трубка вылетела из ее рук и покатилась к тахте. Сама Кэнди обернулась и, не отрываясь, смотрела на Нила. - Ты?.. – она не смогла бы сказать то, что думала. – Тоже… Леган задумался, словно и правда… - Не помню. Может быть… Но были и другие. И один парнишка… Он сошел с ума и хотел перерезать себе горло. Я должен был держать его. А в него словно бес вселился. Он был такой сильный. И широко размахнулся ножом. - И… и что? – она не могла больше находиться в стороне – подошла и села радом с ним на тахту. - Ничего.– Нил наклонился, подобрал трубку и протянул ей. - Я его не удержал. Кэнди накрыла его руку своей и мягко прошептала: - Нил… могу ли я тебе чем-то помочь? - Ах, Кэнди! – время откровенных признаний закончилось, и Леган вновь был весел и беспечен. - Хвала небесам, мы так далеко от разгромленной Европы, здесь совсем другая жизнь. Даже если появится безумец, мечтающий забрать на тот свет вместе с собой кого-то из наших, я, будь уверена, с ним справлюсь. Она крепко сжала его руку и серьезно заглянула в глаза: - Даже если этот безумец – ты? - Что? – непонимающе переспросил Нил. – Что ты себе придумала, Кэнди? Он снова заулыбался, забавляясь ее страхами и переводя их в нелепости. Чем сильно разозлил Кэнди: она вскочила и швырнула слуховую трубку на подоконник. Послышался глухой удар в оконное стекло, но Кэнди было все равно. - Хватит притворяться, Нил! Ты вчера хотел покончить с собой! Я это видела своими глазами! Теперь я знаю, почему ты гонял дотемна на автомобиле, на своем прекрасном и мощном кадиллаке! Неужели ты не хочешь жить, любить, построить семью? Неужели жизнь и спокойствие твоих близких ничего не значат? Неужели ты хотел бросить меня вчера в этом амбаре и погибнуть? – выпалила она и на мгновение остановилась, переводя дыхание. – Ты очень напугал меня вчера. Больше всего я боялась, что проснусь ночью, а тебя нет. Я очень прошу тебя никогда больше не думать об этом. Очень прошу не делать этого. Не причинять боль тем, кто тебя любит. – Кэнди очень внимательно наблюдала за его реакцией, надеясь, что ее слова коснулись разума и достучались до сердца. Леган смотрел на нее снизу вверх, отвечая не менее пристальным взглядом. На протяжении всей ее тирады одна бровь у него неудержимо поползла вверх, а уголок рта дрогнул в странной минорной ухмылке. Потом Нил кашлянул в кулак и отвернулся. Видимо, скрывая свою горечь. Кэнди закусила губу и осторожно положила ладонь ему на плече. - Разве я так важен для тебя? Вчера… - Леган не оборачивался, и его голос снова стыл хриплым. – Вчера я думал, что сильно обидел тебя. - Ты не обидел меня. Ничем. – Кэнди почувствовала, как алеют ее собственные щеки. Может быть, они такие же горячие, как и кожа Нила, которую она чувствовала сквозь тонкую ткань рубашки. – Это трудно… Но ты так помог мне на празднике. И защитил меня в парке. Я тревожусь о тебе и о твоем здоровье. Пообещай мне беречь себя. И позволь мне позаботиться о твоем лечении. Леган посмотрел на нее сияющими глазами и твердо обещал все, что она только пожелает. Он выглядел таким счастливым, что Кэнди облегченно вздохнула. Она велела ему сесть ближе к свету и потянулась за шпателем. - Открой рот, скажи «А-а». Нил покорно следовал ее указаниям. Хотя его глаза все равно смеялись, но Кэнди решила, что это добрый знак. - У тебя красное горло. Тебе нужно пить порошок и отвар из трав три раза в день. Обещай мне избегать переохлаждения и держать ноги в тепле. Пей побольше теплого чая. Она поискала глазами коробочку с лекарствами, но с удивлением обнаружила, что та стояла теперь намного дальше, чем раньше. Скорее всего, Кэнди сама же и оттолкнула ее, когда швырнула слуховую трубку на подоконник. Не долго думая, девушка оперлась рукой о плече Нила, поставила колено на тахту и потянулась за коробочкой. А потом почувствовала дыхание Легана на своей шее, и его ладони осторожно накрыли ее локти. Кэнди застыла, внезапно осознав, сколь компрометирующее она выглядит в таком положении. - Ты ведь не будешь на меня сердиться, Кэнди? – его голос был тихим и вкрадчивым, а черные глаза сверкали в сильном волнении. - Почему… почему я должна на тебя сердиться? – ее мысли путались. Она понимала, что должна отойти от Нила, вот только тело не слушалось. - Потому что никогда я не думал о самоубийстве. Клянусь тебе, Кэнди. – Он позволил своим рукам соскользнуть к ее талии, и от этого Кэнди стало еще жарче. – Клянусь своею любовью к тебе. Дальше могло произойти все, что угодно, но громкий звук отворяющейся двери подействовал отрезвляюще на них обоих. На пороге стояла Энни и с отвращением смотрела на неприличную сцену, открывшуюся ей. Кэнди поспешно выскользнула из рук Нила и, пытаясь скрыть свои алеющие щеки, затеребила волосы. Она почти сразу поняла, как мало было смысла в ее бегстве: ее собственная реакция и расстегнутая рубашка Нила только усугубили ситуацию. - Я вижу, ты падаешь все ниже, Кэнди, – презрительно сказала Энни и хлопнула дверью. Кэнди потупилась и ссутулила плечи, а Нил поднялся и, наконец, застегнув свою рубашку, удивленно спросил: - Что между вами произошло? Но Кэнди не хотела говорить об Энни. Зато помнила и поняла другое: - Ты мне солгал? Ты действительно не собирался погубить себя? Леган покачал головой: - Я тебе не лгал. Я просто… - Просто позволил мне заблуждаться? Ты видел, как я огорчена, но предпочел грязно играть? Чтобы я крутилась возле тебя, умоляя улыбнуться солнечному лучику, а ты… просто развлекался? – она отвернулась. Она не хотела его видеть. - Я не развлекаюсь и не играю. Я просто хочу быть рядом с тобой! – Нил шагнул к ней, но Кэнди указала ему на дверь: - Уходи! Уходи, я не хочу тебя видеть! И слушать не хочу! Никогда больше ко мне не приближайся! Но едва только за несносным Леганом закрылась дверь, Кэнди тут же выскочила следом и сунула ему многострадальные порошки и травяные сборы. - Я так рад, что ты беспокоишься обо мне, Кэнди, – благодарно сказал Нил. Дверь ее комнаты захлопнулась прямо перед его носом.