Держаться корней

      В кафе было немноголюдно.       Впрочем, для мультирасового заведения близ крупного нью-арзамасского космопорта «немноголюдно» было бы слишком нетолерантным словом. Но и ещё более нетолерантное «немногоксеносно» тоже вполне отражало обстановку. Именно ксеноса ожидал увидеть молодой человек за стратегически расположенным столиком: у затемнённого окна, близ небольшой витиеватой колонны. И потому недовольно воззрился на мужчину неопределённого возраста, замедлившего возле столика шаг, хозяйским жестом подтянувшего к себе сиденье и спросившего, очевидно, просто для проформы:       — Можно?       — Занято, извините. — Молодой человек демонстративно сделал глоток из высокого пивного бокала и запустил руку в полупустую тарелку со снеками.       — А по моим сведениям, ждёте вы именно меня. — Пришедший опустил-таки зад на сиденье, а оба локтя на стол и выдержал паузу, позволяя собеседнику рассмотреть его физиономию. Хотя, если честно, рассматривать там было особенно нечего: блёклые невыразительные черты его лица наводили на мысль о том, что, скорее всего, напористый гость пользуется гель-маской.       Он не коснулся ни сумки, ни карманов, но, стоило ему бесцеремонно протянуть руку к сухарику на чужой тарелке, как по ней (из рукава, что ли?) побежало крохотное многоногое существо — не то микробот, не то насекомое.       — Ну как, убедились? Мой ник «Натуралист», именно со мной вы вели переписку и согласились поработать на меня за весьма пристойное вознаграждение.       — Я не привык иметь дело с посредниками, — усмехнулся молодой человек, без тени брезгливости наблюдая за странным насекомым, которое как будто задалось целью уткнуться по очереди в каждый кусочек на тарелке. — Хотелось бы обсудить детали задания непосредственно с вашими хозяевами.       — А никаких хозяев нет, я частное лицо, — тону масколицего не поверил бы и киборг со сломанным детектором лжи, — интересующееся современными генными исследованиями.       Букашка, убедившись, что в тарелке её больше ничего не интересует, соскочила на стол и зашустрила по полированной поверхности. Как только странный бегун очутился у молодого человека прямо под рукой, тот аккуратно прижал существо указательным пальцем. Вздумай кто-либо изучить записи камер в кафе, на них не будет отмечен факт передачи каких-либо предметов между посетителями, а крохотную букашку различат едва ли.       — Профессионально, — похвалил «Натуралист». — Ни разрядом не ударила, ни иглой кольнуть не успела.       — Стараемся, — лаконично ответил его собеседник, двумя короткими нажатиями уверенно отключая центаврианскую биофлешку. — Эта штука разве не указывает напрямую, на кого вы работаете?       — Нисколько. Я купил её во внешних мирах, на одной космической барахолке. Но у меня нет цели вас в чем-то убеждать. Память флешки сейчас пуста, но софт её слегка изменён. Стоит активировать её близ компьютерного терминала со стандартным протоколом беспроводной связи, она сбросит на него текстовый файл. Это произойдёт только раз, потом софт вернётся к стандартному состоянию, поэтому не зевайте. В файле — параметры входа корабля в червоточину. В искин будете заносить их вручную, так что потренируйтесь на симуляторе действовать быстро и естественно.       — Да, я помню. Меня еще во время переписки умилила ваша вера в безопасность этих махинаций.       — Всё просчитано, проверьте сами на том же симуляторе. — «Натуралист», казалось, утратил интерес к беседе, вытянул вирт-окно меню и погрузился в выбор блюд.       — Кем это просчитано, позвольте узнать, если у вас нет хозяев? — возмущенно прервал его молодой человек. — И почему этим переходом до сих пор не запретили пользоваться, если он настолько нестабилен?       — Он стабилен… большую часть времени. Вероятность раздвоения червоточины возникает примерно раз в три года из-за периодического движения нескольких объектов с мощными гравиполями. Но и тогда многое зависит от геометрии корабля, вектора скорости в момент прыжка и кучи других параметров. Шанс пролететь червоточину и ничего не заметить даже в «плохое» время очень велик. Шесть лет назад не повезло нескольким крупным кораблям. Ещё через три года в «развилку» попал мелкий транспортник, но благодаря небольшим размерам и хорошим гравикомпенсаторам его экипаж отделался легким испугом. Но это — те, кто не обладал полной информацией о данном переходе. Говорю же, не верите мне — подгрузите хорошую карту гравитационных полей и отработайте пролёт на симуляторе.       — Ладно, допустим. Итак, я прохожу червоточину и оказываюсь вблизи нужной планеты. Почему встреча назначена в такой дыре? Все необходимые пробы можно взять и на Велесе.       — Во-первых, не придется ждать окончания экспедиции, чтобы передать мне данные. А кроме того, это нужно для вашей же безопасности. Каждый шаг на Велесе будет под контролем, слишком велик риск разоблачения.       — Так много ли тех проб? Ткнуть биофлешкой в продукт, который выдаст установка — секундное дело. Вероятность, что флешку засекут, минимальна, даже если в охране будут киборги.       — Не в один продукт, а в несколько. И для полного анализа необходимы как входящие, так и исходящие генные образцы. В идеале, конечно, хотелось бы получить образец ДНК самого экспериментального киборга. Удастся незаметно взять его — хорошо, а нет — придется интерполировать данные.       — А что помешает вам вдали от цивилизации набрать каких угодно образцов, а свидетелей, включая меня, прикопать под кустиками? — И молодой человек не удержался от шпильки: — Заподозрят в первую очередь центавриан, у них, по крайней мере, есть мотив. Если дело выгорит, спрос на их услуги упадет в разы.       — Это не их методы, — усмехнулся «Натуралист». — И не мои точно. Я исследователь, а не мясник. К тому же, выгореть, как вы изволили выразиться, это дело может только через много лет, так что мне с вами ещё работать и работать… О, а вот и мой обед подоспел! Приятного аппетита пожелаете?       Но что думал собеседник про аппетиты «Натуралиста», так и осталось загадкой.