Держаться корней

      — Мощно долбанулся, — пробормотал Лео, оглядывая развалины звездолёта.       — И давно, — поддакнула Эльдара, отпихнув ногой обломок с рваными краями, который, по её мнению, мешал росту искривлённого деревца с медно-красной, звенящей на ветру листвой. Показавшийся из-под обломка бурый камешек размером с кулак сперва возмущённо съёжился, потом хлёстко развернулся во что-то наподобие короткой змеи или крупной мокрицы, и, игнорируя отшатнувшуюся девушку, ускользнул в ближайшую трещину в земле. Заострённый хвостик пару раз махнул путникам на прощанье, не позволив, однако, разглядеть, за счёт чего зверушка так ловко сливалась с ландшафтом. Бархатистая кожица, мех, чешуйки? Миг спустя существо, видимо, пропихнуло в трещину самую проблемную часть — брюшко — и скрылось из виду.       — Ты это, аккуратнее, — предупредил Лео. — В следующий раз могут и покусать.       Эльдара перевела дыхание и тронула торчащую из чехла рукоять плазменной горелки.       Вооружились они чем могли, бессовестно разграбив директорскую коллекцию турснаряжения. Эльдара нацелилась сначала на вибропилу, но Лео, представив, как неугомонная особа женского пола размахивает опасным оружием налево и направо, грозя зацепить не столько опасное зверьё, сколько себя и окружающих, едва не отказался от вылазки.       — Да у нас в софте целый раздел посвящён использованию разных предметов и инструмента в качестве оружия! — Возмущению дексистки не было предела.       — Не у вас, а у киборгов, — отбрил Дитер, вытаскивая откуда-то плазменную горелку. — Вот, смотри, хорошая штука. И регулятор температуры можно выставить так, что скафандр в единый миг не прожжёшь.       «Штука» была действительно удобной. Хочешь — ветки режь, а хочешь — закрепи в подставке, отрегулируй огонь до маленького язычка и кипяти котелок: деревья на чужой планете бог знает что за вещества выделяют при горении, а без живого огонька на природе неромантично. Эльдара махнула пару раз горелкой, как джедайским мечом, и, довольная, уступила пилу Лео.       Найденное там же, в грузовом отсеке, гарпунное ружьё для подводной охоты с собой не потащили, хотя Дитер и уверял, что можно отстегнуть от гарпуна линь и пользоваться девайсом на воздухе. Ружьё было их единственным дистанционным оружием — но, считай, одноразовым. Тащить его туда и обратно ради единственного гипотетического выстрела нисколько не улыбалось. Сошлись на том, чтобы просто глядеть в оба и не встревать в неприятности. Девушка шутливо шлёпнула Дитера по плечу и пожелала обороняться от незваных гостей «до последнего патрона». Хотя уповать навигатору предстояло, конечно же, не на гарпун, а главным образом на силовое поле вокруг корабля.       Пока что в правильности такого распределения снаряжения сомневаться не приходилось: до развалин звездолёта дошли относительно спокойно. Мелкие обломки начали попадаться под ногами уже довольно давно; границу же основной части упавшего корабля обрисовали покосившиеся и надтреснутые шпангоуты, торчащие из травы и месива металла и пластика, словно исполинский кривой частокол.       — Это что, обшивку так посрывало? — изумилась Эльдара, проведя рукой по оголённому элементу каркаса. Гигантская округлая часть обтекателя, лежащая рядом, казалась арочным входом в мир хаоса, ограждённый вехами шпангоутов — даром что «ворота» проще было обойти, чем воспользоваться ими по назначению.       В глубине «арки» золочёной граалевой чашей мерцала стоящая почти торчком деталь от маневровой дюзы.       — Ты туда вон глянь, — показал Лео поверх обломков. — Там, должно быть, и реактор, и оборудование связи, и часть жилых помещений. Выжившие были. Они сняли относительно плоские куски и сварили из них что-то вроде крепостной стены. Без этого корабль выглядел бы целее.       — Идём туда? — спросила девушка.       — Погоди, не дёргайся. Там, по-моему, что-то вроде стволов сверху.       Пейзаж из заброшенного и относительно мирного вмиг стал тревожным, а импровизированное оружие — клоунским. Шли — скорее, пожалуй, крались — по широкой дуге с дальней от «крепости» стороны. Эльдара даже проигнорировала куст бахромчатых розовых цветов, трепещущих лепестками, как бабочки крыльями, и стайку бабочек, круглых, словно цветочные венчики. Лео так легко с панталыку было не сбить — он по-прежнему тратил часть внимания на то, чтобы воссоздать в голове предполагаемую картину аварии.       — Смотри, — решил он поделиться своими соображениями, когда путешественники остановившись передохнуть, прикрытые крупным относительно целым фрагментом корабля, лежащим в стороне от эпицентра катастрофы. — Корабль упал с небольшим креном на левый борт. Горизонтальная составляющая скорости была не очень велика, а вот вертикальная — прилична. Иначе размазало бы длинной полосой. Но и с вертикальной перегрузкой гравикомпенсаторы частично справились: ни реактор, ни дырокамера не рванули, и я даже представляю примерно, где и как могли выжить люди.       — А почему он грохнулся-то?       — Пока неясно.       — Эксперт…        Признаков жизни ограждённая часть руин не подавала. «Крепость» подставила их взору другой бок — теперь стало видно, что пулемёты расставлены по всему периметру, — и Лео, прежде чем приблизиться, сделал со своей спутницей большой крюк к лесу. Буркнул:       — Белое полотенце забыли…       — Да нет там уже никого, — вслух подумала Эльдара и едва не вцепилась Лео в локоть: — Ох ты ж, блин, чуть не напугал!       Путники замерли. Впереди них на широкую проплешину среди редких проволочных стеблей присело существо, похожее на галчонка, только более длинноногое. Наружное покровы создания имели всё тот же загадочно-бархатистый вид, ближайшим аналогом которого Лео на этот раз посчитал чешуйки шоаррцев. «Галчонок» наклонил голову, словно прислушиваясь к беседе. Впрочем, вряд ли он слышал их толком: разговор вёлся по внутреннему каналу, без трансляции за пределы шлемов. Бочком-бочком, мелкими прыжками птичка начала приближаться к людям.       — Ну-ка, брысь! — Лео снял с плеча вибропилу и повёл ею в сторону птички. Не очень убедительно. Птенец, во всяком, случае, не поверил.       — Ты чего, он же маленький! — вступилась за птичку девушка.       — Ага, видел я на Гекате одного такого маленького… с раздвижной челюстью.       — Ну хочешь, я спугну его чем-нибудь? — Эльдара огляделась в поисках подходящего обломка.       — Только смотри, чтоб это «что-нибудь» оказалось не против.       — Эй! — послышался гневный голос. — Вы чего тут моего Бобика обижаете?       Эльдара, пойманная на горячем, так и застыла в позе увековеченного в камне баррикадного бойца, нагибающегося за булыжником. Оказалось, с вершины «крепостной стены» за компанией с интересом наблюдает почтенного вида бородатый мужик в допотопном скафандре со снятым шлемом. Птенец сразу же перелетел на забор и поскакал к мужичку, что-то ласково курлыча.       — Извините, мы не знали, что он ручной, — торопливо сказал Леонид, включив внешний динамик и посылая дедку столько лучей мира и дружелюбия, сколько позволяла вибропила в руке и закрытое наглухо забрало шлема.       — Недавно вылупился, мал ещё да глуп, — пояснил дед. — Я и мама, и папа ему, почитай. Своих не признает, а на людскую фигуру, значится, реагирует. Ну да лишь бы знать давал, как кто чужой появится.       — А вы тут живёте, да? — Эльдара осторожно выпрямилась.       — Живём, ага, — гордо подтвердил дед. — А вот вы, если жить хотите, ноги в руки подберёте да и свалите откедова явились.       — Гостеприимство, однако, на высоте, — пробормотал Лео, кивая в направлении расставленных орудий. Дедок понял.       — Не, вы этих не бойтесь, они не про вас. Хотя могу, конечно, включить, — непонятно выразился он. — Вы себя потерять бойтесь.       — А сигнал-то вы подаёте? — Лео посчитал нужным внести ясность хоть во что-то.       — А кто, как не мы? — Коллег дедка по несчастью в округе не наблюдалось, и складывалось впечатление, что обитатель крепости называет себя во множественном числе на манер древних правителей.       — Так зачем нас тогда прогонять, если сигнал посылаете? — возмутилась Эльдара. — Мы, может, прилетели узнать, всё ли у вас в порядке. Помощь какая-нибудь нужна?       — Эва, в порядке! — возмутился дед. — В сигнале чего такое передавалось, по-вашему?       — Мы не поняли толком. — Пилот уступил инициативу аборигену, дипломатично решив не озвучивать пришедшие на ум ему самому версии.       — А чего ж тады припёрлись, коли не поняли?       Лео с Эльдарой переглянулись и синхронно развели руками (бесполезную сейчас вибропилу пилот перед этим вернул в походное положение).       — Эх вы, пустоголовые! — Дед купился. Внимание ему, похоже, льстило. Ещё бы, в такой-то глуши! — Видите ж, не человеческий язык, так чего лезете? Это нашим сигнал. Вроде вашего SOS'а.       — Каким таким нашим? — не понял Лео.       — А вот это уж не вашего ума дело. Это вам ещё повезло, что я третий год как на пенсии. По дырке в башку могу организовать, — для наглядности дедок продемонстрировал ружьецо такого же древнего вида, как и всё вокруг, — а больше и пальцем не трону. А вот если дружбаны мои на сигнал прилетят — мало вам не покажется. Так и будете зараженцами ходить, пока не помрете.       — Зараженцами? — переспросил Лео, делая знаки Эльдаре. Та и без того уже пыталась прояснить ситуацию своими методами. С браслетом, что был надет поверх скафандра, колдовать в открытую она не осмелилась, но, отключив внешний динамик и перебросившись с Гематой парой фраз по рации, убедилась, что разговор та мониторит — это раз, и два — дедок вполне искренен, хоть и несёт совершеннейший бред:       — Мозгоеды мы. Величайшая в Галактике цивилизация. Уронили человеческий крейсер, хотели дальше вас захватывать, да не вышло. Из этой партии только я один и остался. Мы со своим носителем живем душа в душу, я его не подавляю. Но не всем ведь так везёт. Так что вы, того-этого, не звали вас — дак не лезьте.       — Что ещё за мозгоеды? — спросил Лео у Эльдары.       — Сюжет из старой фантастики*, — пояснила девушка. — Инопланетная экспансия методом внедрения в чужие мозги. И, самое пакостное, процент правды старик выдаёт под девяносто.       — А, читал такое. То есть, ты думаешь…       — Чушь антинаучная это, вот что я думаю. Организмов с такими свойствами возникнуть не может, эволюция не позволит. А дедуля пережил крушение, смерть близких, годы одиночества. На наш с тобой рассудок посмотреть бы после такого!       Про рассудок было очень актуально. Лео с тоской вспомнил те счастливые и беззаботные времена, когда самой большой проблемой было, кто же всё-таки на корабле киборг.       — А вы чегой там меж собой шушукаетесь? — ревниво тряхнул седовласой головой дед. — Мне и так попадёт, что я с вами разговоры разговариваю, так пусть хотя бы за дело.       — От других мозгоедов попадёт? — с совершенно натуральным сочувствием выдала Эльдара. — И как скоро они тут появятся?       — Да вот как только, так сразу. Недолго уже осталось! — Дед сурово сдвинул брови, однако растерянность в его голосе оказалась заметна настолько, что Лео даже не стал спрашивать, что там показывает голосовой детектор Гематы. Сам бы он дал процентов десять правды, не больше. Вместо этого пилот попытался развить тему:       — И мы к тому времени должны убраться подальше?       — Во, можешь ведь котелком варить, коли захочешь, — обрадовался «мозгоед».       — Дедушка, так нам далеко не улететь. У нас движок не погашен. Вот если б тут, на планете, совершенно случайно, оказалась гасилка…       — Есть гасилка, — признался абориген. Эльдара тихонечко охнула от радости, но тут же снова сникла. — Есть гасилка, да не про вас. А то шустры больно станете, раньше наших к людским планетам поспеете. Предупредите там всех. Как мы тогда вас захватывать будем?       — Так, может быть, не надо никого захватывать? — предложила Эльдара. — Ну, среди человечества в целом, конечно, разные экземпляры попадаются. Но конкретно мы — очень хорошие. Можем и припасов подкинуть, и медикаментов. И врачам… то есть… эээ… спасателям расскажем, что тут случилось. Они вас вызволят отсюда. Это если с нами долететь не хотите.       — Большой-пребольшой корабль с целой кучей потенциальных носителей сюда к вам пришлют, — поддакнул Лео. Но, кажется, переборщил.       — Эй, пусть я и мозгоед, но это не значит, что чести и совести вовсе лишился! — Дед воинственно взмахнул ружьецом. — Я в отставке тут, сталбыть, ни на чьей стороне воевать не собираюсь. И корабли подманивать тоже. А вы, если соображалки ваши вам дороги, корыто своё поднимете и посидите месяцок где-нибудь в астероидном поясе. Выдавать вас не стану, так уж и быть. Если сами по дурости своей на рожон не полезете, то при здравом рассудке останетесь.       — Пойдём, — нарочито вздохнул Лео. — У него и гасилка, небось, старая, как помёт мамонта. Где её с современными кораблями коннектить!       — Это у кого это старая? — возмутился дед. — Тут у меня ребята одни гасились, такой переходник оставили — любо-дорого глянуть! Даже не обуглился почти!       — Сюда залетают корабли? — быстро спросила Эльдара. — И как давно это было?       — Да вот годка, почитай, три назад, — почесал в затылке дед.       — И до сих пор не прислали на планету бригаду санитаров? — ужаснулась девушка, адресуя слова Лео, но в пылу перепалки совершенно забыв про внешний динамик. На один длинный неловкий миг все трое замерли.       — Никуда не уходите, — предупредил дед и скрылся за забором.       — Какого?.. — буркнул Лео, с опаской косясь на орудийную систему крепости. В процессе разговора они, увлекшись, подошли довольно близко к стене, и сейчас, не решаясь дать стрекача, он чувствовал себя героем комедийной сцены из когда-то просмотренного фильма, но никак не мог припомнить, что это за фильм и что за сцена.       Дед появился вновь, таща с собой, как можно было понять по его искривлённой фигуре, что-то вроде ведра, не видимого из-за стены.       — Ещё раз расскажи, кого ты тут считаешь шизанутым, — воинственно обратился он к Эльдаре, отводя для замаха руку с округлым красно-бурым предметом.       — Дедуль, да с чего вы взяли? — возмутилась та, но рука «мозгоеда» взметнулась, Лео бросился вперёд, прикрывая собой девушку, и в скафандр его с сочным шмяком врезалась помидорина, распластавшись тошнотворного вида коричневой кляксой.       — Корабль, говоришь, с носителями пришлёшь? — Дед сделал новый бросок. Лео на этот раз увернулся. Овощ, треснув от удара, лежал на земле, демонстрируя бурое пузырящееся содержимое и подёрнутую светло-оранжевыми пятнами шкурку.       — Дед, а у тебя, кроме помидоров, ничего нет? Огурчиков, предположим? — нахально заявил пилот и, пока «мозгоед» шарился в своём ведре, ухватил за руку Эльдару, которая зависала над помидорной гнилью как заворожённая, что-то там разглядывая.       — Есть, а как же, — подтвердил незадачливый овощевод, и скафандр Лео украсила очередная клякса. Пилот обернулся на бегу: точно, огурец. Град гнилой сельхозпродукции ударил вслед беглецам, и остановились те, только очутившись далеко за пределами досягаемости.       — Фу, ну и пакость! — Лео попытался отряхнуться. — Представляю, как оно пахнет!       — Стой, не двигайся! — девушка сковырнула с себя липкий ошмёток и ловко пересадила на плечо не успевшему среагировать Лео: — Нарекаю тебя рыцарем гнилого помидора!       — Эй, ты чего делаешь? — возмутился тот. Впрочем, уже догадываясь.       — Спокойно. Мне нужна ровная поверхность. Желательно по минимуму загрязнённая местными микроорганизмами… О, смотри, вот почти целый экземпляр.       Если бы под экземпляром понимался бы помидор, то «целый» сказать про него было бы довольно сложно. Но Эльдара смотрела на колонию плесени, буйно распустившую по почерневшей кожице оранжеватые тонкие волоски с коричневыми кончиками. Букет роз, наверное, не придал бы взгляду девушки больше обожания. Что-то нажав на браслете, она подцепила неуклюжими пальцами в перчатке выскочившую оттуда крохотную пластину, за которой тянулась длинная тонкая нить. Погрузила эту пластину в овощную гниль. Прочитала данные в вирт-окне, нахмурилась:       — Эх, набор пробирок не захватила… Лео, твоя задача — донести всё это на себе до корабля в целости и сохранности.       — Но…       — Без «но», пожалуйста. Я, кажется, знаю, что там у деда за проблема. Из-за которой он на помощь зовёт.       — Эх ты, гений биологической мысли!— Пилот позволил себе широко ухмыльнуться. — Сейчас только сообразила? А я уже даже знаю, как раскрутить этого чудика на гашение.