Держаться корней

      Эльдара разлепила веки и попыталась потянуться. Что-то плотное в ногах сперва не давало ей распрямиться, потом неожиданно подалось; раздался шлепок, а вслед за ним возмущенный вопль. Как оказалось, дед, коротавший ночь в углу диванчика — практически у неё в ногах — от её неосторожного движения соскользнул на пол. «Прошу пардону», — пробормотала девушка, обводя чумным взглядом помещение. Надо же, как их вчера сморило! Уснули без задних ног чуть ли не в логове врага!..       Среагировав на шум, в кресле за пультом заворочался Лео. Эльдара, спеша застолбить за собой первенство идеи, повернулась к хозяину крейсера:       — Дедушка, а дедушка! Есть тут поблизости… куда сходить?       Тот, держась за поясницу, подобрался к терминалу и ткнул пальцем в схему:       — В соседнем коридоре. Только воду, смотри, не пей. Я уж и не помню, когда её тут в последний раз менял.       Вода и впрямь оказалась с отчётливо затхлым вкусом: видимо, дед, экономя расходники к фильтрам, наладил нормальное водоснабжение только в жилой части звездолёта, а в редко посещаемых секторах держал запасные резервуары на случай ЧП. Девушка тем не менее рискнула и умыться, и прополоскать рот. Живот мгновенно отозвался урчанием, но к подвигу вернуться в обжитую зону и раздобыть чего-нибудь на завтрак она была пока не готова. Мокрой пятернёй пригладила волосы: эх, причесаться бы! Ладно, уступим место другим страждущим.       Лео, поджидавший её в коридоре, вопреки ожиданию, не ломанулся в санузел, а поймал Эльдару за локоть и сказал отчаянно и зло:       — Я проспал, ты понимаешь, проспал! Я хотел дать вам немного отдохнуть, а потом разбудить и нормально распределить вахты. Но и сам не заметил, как уснул! Нас всех могли бы взять тёпленькими!       Видимо, выговориться ему было важнее.       — Но ведь не взяли же, — философски повела плечами Эльдара, сама уже успевшая пару секунд поужасаться по этому поводу, но резонно рассудившая, что махание кулаками после драки — не самое продуктивное занятие.       — А ты почём знаешь? — возмутился Лео, до глубины души уязвлённый её пофигизмом. — Может, ты уже и есть самая настоящая… зараженка с мозгоедом! Как я проверю?       — Да-да, вон по параллельному коридору мужик с садком утекает! Догоняй, не стой!       Лео шутки не оценил.       — Думаешь, я на экран не глянул? Ни одного теплокровного объекта на горизонте, кроме нас. Даже Бобик куда-то пропал… О! — Пилота, видимо, осенило, и он нацелился на Эльдарин воротник: — Расстегнись-ка чуток!       Та вцепилась в застёжку комбеза:       — Много себе позволяете, юноша!       — Больно ты мне нужна! — фыркнул Лео. — Просто спину и шею сзади гляну. Видела, какие у этих тварей колючки? При внедрении должны оставаться такие следы, что за ночь не зарастут.       — Сам ты колючки, это щетинки… На, смотри! — Девушка смирилась и продемонстрировала товарищу по несчастью обнажённый загривок. За что была вознаграждена аналогичным жестом доброй воли со стороны пилота.       — Дедушку ты как собрался проверять? — пробурчала она, приводя одежду в порядок. Кто его знает, что больше оскорбит ретивого пенсионера: подозрения в том, что про мозгоеда старик приврал, или в том, что за ночь паразита в него все-таки внедрили?       — Дед пускай пока остаётся под вопросом, — принял решение Лео. — Разве что удастся подсмотреть невзначай… Или мы найдём более надёжные методы. По твоей, кстати, части вопрос. Справишься?       Эльдара провела рукой по карману, проверяя, на месте ли свёрток с бренными останками мозгоедской личинки:       — Без Гематы и оборудования — точно нет.       В рубке помрачневший дедок продемонстрировал девушке какие-то графики с резкими пиками:       — Скоро там кавалер твой? Сейчас носом его ткну. Вона какую красотищу просмотрел! Ещё один взрыв или обрушение!       — Где? — всполошилась Эльдара. — Когда?       — Да вчера ещё, у нас под самым носом… Точнее, под ногами. От ведь паразиты, мало им медотсека, мало оружейной, мало огорода… — Вскочил, меряя шагами узкое помещение. — Не к шлюзу они вчера пошли, падлюки! Помяни моё слово, старый лаз расковыряли да через него и ползают. Чинишь-латаешь, покоя не знаешь, а этим… — И заковыристо выразился в адрес соплеменников, после чего подытожил: — Не своё, так и не жалко!       — Из-за чего сыр-бор? — Лео, появившийся в дверном проёме, пропустил начало сцены и теперь слегка недоумевал.       — Десять минут на сборы, молодежь! — скомандовал дед. — А там уж сами всё и увидим. — И, ворча под нос, удалился.       — Какая-то активность, говорит, — пояснила Эльдара негромко, кивнув на графики. — Сейсмический толчок или типа того. Слушай, про подкопы он, кажется, серьёзно. Неужели мозгоеды — аборигены планеты?       — Ага, а вылезают они на поверхность раз в тридцать три года, — подхватил Лео, занявшись повязкой на ноге. — В аккурат когда понадобятся дедуле. Условный знак — сигнал из трёх букв. Направленный в космос. Ню-ню.       — Есть гипотеза, — сказала Эльдара. — Допустим, дедушка много лет назад на самом деле столкнулся с какой-то загадочной подземной активностью. А те, что гасились тут недавно и оставили переходник, — просто бродяги-авантюристы, и мозгоедами назвались лишь потому, что с нашим дедом иначе каши не сваришь… Как нога, больно?       — Только если ступаю. Умели же делать в прежние времена медикаменты! Знали, что если автономка — на десяток лет, не меньше, и аптек по дороге не попадётся. А у нас сейчас половина закупок — «мэйд ин Шоарра», гели через год выдыхаются… Дед Иван, а та волшебная пшикалка — это что?       — Тупо содовый раствор, — отозвался подошедший дед. — Если главоклюй тебе в морду плюнет, не спасёт, конечно, но мелкие капли нейтрализовать может.       — Содовый? Это хорошо. А если я в горло пшикну? Простыл, пока мы вчера кувыркались. Дерёт, будто наждаком прошлись.       Эльдара поёжилась, вспоминая вчерашнее.       — Да не трясись ты! — Дед покровительственно похлопал её по плечу. — Рассвет уже, попрятались главоклюи. Систему я отключу да провожу вас. Посмотрим заодно, что тут эти натворили.       По мнению Эльдары, смотреть было нечего, а надо было в темпе валить. Но приходилось подстраиваться под деда, который единственный мог показать им дорогу. А тот, оставшись без ружьеца, видимо, тоже чувствовал себя уверенней, имея возможность положиться на крепость рук Лео.       По дедушкиному настоянию в скафандры облачились сразу. Шлемов пока не надевали.       — К шлюзу и теплице систему отключать не пойдём, — пояснил дедок. — Там сейчас уборки на месяц, не меньше — глаза б мои не смотрели. Мы по-хитрому сделаем.       Как именно «по-хитрому», он показал, занырнув в какое-то техническое помещение и потянув вниз рукоять рубильника. Свет во всей обозримой окрестности погас, вспыхнули тускло-рыжие лампы аварийного освещения. Девушка поморщилась: в памяти сам собой всплыл розыгрыш, который после прохождения червоточины учинили Дитер на пару с Греем. Продвижение ещё более замедлилось: путники и без того напряжённо вглядывались в каждый проём, готовясь драпануть при первом же намёке на движение; сейчас же, в полутьме, за каждым поворотом мерещился мозгоед, в каждом вентиляционном канале — главоклюй… Высматривали и Бобика: то, что птичку не нашли через тепловизор, можно было списать на то, что она дрыхнет где-нибудь под поломанным датчиком; оставлять же дитё в мёртвом крейсере было как минимум бесчеловечно.       Очередной коридор встретил их слегка волнообразным потолком и стенами, выгнутыми так, словно кто-то надувал здесь гигантский пузырь. Коснувшись рукой обшивки, Эльдара убедилась, что это не сюрреалистические глюки: видимо, путники достигли пределов той области, где во время аварии работавшие на износ гравикомпенсаторы сумели уберечь узлы корабля и его хрупкий груз.       Дальше — больше. Вошли в зону, где освещения не было, даже аварийного. Пришлось нацепить шлемы — ради налобных фонарей. Узкие лучи выхватывали из тьмы то болтающийся кабель, то бугор на полу, то куски обшивки, свисающие с покорёженной стены. Вдобавок, посвежело. Дед водил носом, аки гончая, и с тем же азартом рвался вперёд. Вскоре путь преградила конструкция, бывшая некогда перегородкой из металлических листов, вваренных в проём; сейчас же листы располосовало на рваные лепестки. Сердцевиной диковинного цветка была дыра немаленьких размеров: в неё без проблем пролез бы даже Лео. В скафандре. Из дыры сквозило.       Дед махнул рукой: назад, мол. Вывел всех туда, где в полутьме ещё можно было различить хотя бы руки. Выключил фонарь и в расстроенных чувствах сел на пол, привалившись к стене.       — Тот самый заваренный ход, да? — сочувственно сказал Лео. — Как консервную банку вскрыли. Бегущие заряды, направленное воздействие. Должно быть, это первый взрыв, который мы слышали. Знали ведь заранее, куда утекать, гады.       — Чё там не знать-то? — пробурчал дед. — Лаз давний, сколько народу через него попропадало — никому не известно. Тогда ещё от главоклюев защиту не наладили, людей и без этого гибло — жуть! Потом парнишка один зазвал начальника геологоразведки в этот коридор: мол, полость какая-то под обломками. Не при всех, в открытую, звал, паршивец, а выбрал момент, когда никого рядом не было. Тот на первом же собрании вытребовал себе кибера — слазать да посмотреть. Не вернулся кибер. А через три дня DEX'а — возможно, этого же — поймали на попытке умыкнуть человека. Команд он не слушал — разбираться не стали, изрешетили в кашу.       — Срыв? — быстро спросил Лео.       — У двоек-то? — усомнилась Эльдара. — Андроида скорее сорвёт.       — А потом этот самый начальник геологоразведки объявляет по общей связи: так, мол, и так, в памяти имею провал, а в душе — непреодолимое желание заманить да затащить кого-нибудь в лаз. Из последних сил держусь. И поэтому все, кого я видел близ этого коридора, мертвы. И я сейчас себе в голову выпалю. А чтоб ситуация не повторилась, сделайте с лазом то-то и то-то. И глаз друг с друга не спускайте: вдруг я ещё какого мозгоеда пропустил.       — Бр-р! — Девушка чувствовала себя так, словно в ней уже сидит мозгоед, а организм пытается его отторгнуть. Ослабели руки, ноги, подкатила к горлу тошнота.       — Дальше много чего было. — Дедушка, бросив короткий взгляд в сторону дыры, заторопился закончить рассказ. — Подозревали друг друга, до драк доходило. И до смертоубийств. Но из лаза никто больше вылезть не пытался, будто наши там закончились все…       Это было его первое «наши», до сей поры он вёл рассказ словно бы со стороны людей.       — Дед Иван, а мозгоедов от людей как тогда отличали?       Эльдара покачала головой: кто о чём, а Лео опять за своё.       — Да никак ты их не отличишь: та же голова, то же тулово…       — А из тела в тело они могут перебираться?       — Нет, — вклинилась в разговор Эльдара. — Физиологически невозможно. Из личинки в тушку — это я ещё могу понять, для этого у личинок есть специальные органы, но из человека в человека — как?       — Запросто, — кичливо возразил дед. — Надо только укольчик специальный сделать.       — А какие у вас ещё интересные технологии есть? Оружие, средства передвижения? — спросил Лео как можно осторожнее. Но, кажется, всё же переборщил. Потому что отставной мозгоед мгновенно вскинулся:       — Человек, а дурак! Какую цивилизацию захватим — то оружие и будет!       — Ладно. — Эльдара примиряющим жестом выставила между мужчинами руки. — Дедушка, ты ведь уже выяснил всё, что хотел? Покажи нам выход, пожалуйста!       — Так вот же выход, — Лео кивнул в темноту, заставив насторожиться обоих спутников разом.       — Солнце моё, — ласково произнесла девушка, делая вид, что хочет дотронуться до лба Лео, чтобы проверить температуру. — Тебе только что объясняли, что рекомендуется делать с теми, кто заманивает народ в непонятные тоннели.       — Не дурак, — парировал тот. — Только вот в норы до центра планеты и штабеля личинок в них я не верю. Не знаю, что тут было при царе Горохе, но в этот раз — совершенно конкретный выход на улицу. Чуешь, как свежо? И, сравнив состояние прохода при дедушке и сейчас, мы сможем прикинуть, сколько времени и усилий потратил Натуралист на эту аферу. Откуда он за нами и дедом наблюдал. Где прятал свой транспорт. Возможно, тип транспорта определим — по посадочным и взлётным следам.       — «Взлётным»! — передразнила Эльдара. — Кто-то оптимист, как я погляжу. Ты как хочешь, а я через шлюз.       — Хоть через Альфу Кассиопеи! — встал в позу Лео. — На «Грее» встретимся.       — Ну уж нет! — Девушка пошла на попятную. — Пойдём вместе. Но ты дашь сюда плазменную горелку.       — Разбежалась! А вдруг чего…       — Ты сам только что уверял, что все твои «вдруг чего» улетели.       Лео прекратил спорить и протянул девушке горелку рукоятью вперёд. Та отрицательно качнула головой и указала взглядом на пол. Пилот послушно положил оружие и отступил на несколько шагов.       «Бред какой-то», — думала Эльдара, поднимая металлический цилиндрик. Не то чтобы она горела желанием перерезать глотку Лео при малейших подозрениях на «мозгоедство». Просто именно этого требовали законы жанра — страшной повести о космических мозговых паразитах. Мирно проведённая ночь, прогулка по пустынному кораблю — всё это отдалило от неё вчерашний кошмар, а холодящий душу дедушкин рассказ не только не вернул её в «здесь и сейчас» — наоборот, наполнил зыбким ощущением ирреальности всего и вся. Очень хотелось ущипнуть себя за нос или мочку уха, чтобы проснуться. А ведь убить, если что, предстояло не только Лео. По тем же законам жанра при опасности угодить к мозгоедам следовало покончить с собой, чтобы не доставаться врагу.       — Чего встали, идём! — Голос деда вырвал её из оцепенения, и Эльдара даже не удивилась тому, что хозяин крейсера вновь возглавил их маленький отряд.       Вновь включили фонари, по одному пролезли в пролом. «Сам лаз чуть дальше», — пояснил дед. Куски металла торчали отовсюду, как лапы Сциллы и Харибды. Эльдара начала бояться, что не найдёт обратной дороги. Особенно после того, как, цепляясь за искорёженную лесенку, они спустились, вероятно, значительно ниже уровня почвы. Лео скользнул лучом (и взглядом) по наклонному ребристому потолку, по косо уходящей куда-то гигантской металлической детали.       — Шахта посадочной опоры? — спросил он.       — То, что от неё осталось, — подтвердил «мозгоед».       Признаки нервозности дедушка начал проявлять ещё в районе лестницы. Здесь же, в своеобразном коридорчике с там и сям подплавленными (чтоб не мешали проходу) обломками он и вовсе психанул:       — Это же всё было завалено! Да я сам лично… Для чего вот понадобилось?..       — Путь отступления? — предположила Эльдара.       — И пункт наблюдения за окрестностями. — Лео простёр руку вдоль хода, вновь призывая всех поверить, что тот и впрямь выходит на поверхность (хотя никто уже и не сомневался).       Сделал несколько шагов и опасно забалансировал на краю неожиданно оказавшегося под ногами чёрного провала.