Расходник

Гарри растерянно теребит в руках неброско упакованную коробочку. Она ждала его на кровати в Хогвартсе и была тем, что привело его в чувства. Инцидент с матерью никак не идет из головы. Она сказала, что навестит его позже. Она… правда считает, что он относится к ней по-прежнему? После допроса и пыток? Более того, теперь, когда эмоции поутихли, он может твердо сказать, что связи с женщиной по имени Лили Поттер не ощущает. Совсем. Казалось бы, это невозможно, она не родитель ему в целом, но мать его тела. Или это магия шалит, перекраивая носителя под себя? Впрочем, не важно. Эта ниточка оборвалась. Иллюзии о возможности нормальной семьи тоже канули в Лету. Эмоции… С ними сложнее. С ними больно, горько. С ними запах истлевшего савана и гари. Просто восхитительная по отвратительности смесь. И внутри разрастается нечто туманное, аморфное… голодное. Гарри снова обращает внимание на коробочку. На свой единственный подарок на Рождество. В школе у него особых друзей нет, а родители… М-да. Он осторожно разворачивает обертку, попутно проверяя содержимое на наличие сюрпризов, и хмурится. Что за… Подарок отставляется в сторону. - Люмос! – на пробу. Ничего. Даже крохотного всплеска силы. Но магия - вот она, отлично ощущается, и уровень ее нисколько не снизился. Скорее, наоборот - поднялся. А оттока нет. Гарри произносит еще несколько заклинаний все с тем же результатом и медленно заводится. Успокоиться не получается. Он не стал сквибом, проблемы с контролем, которые были вполне ожидаемы, относились бы наверняка к слишком большому расходу магии на простые манипуляции и, соответственно, быстрому опустошению резерва. Но тут все наоборот. Следовательно, организм копит силы для чего-то конкретного. Нужно выяснить для чего и проконтролировать процесс. Тело слабо, оно банально не приспособлено к масштабному использованию волшебства. Если накопленная мощь высвободится разом… можно перегореть. В этом случае маг не умрет, но на всю жизнь останется пускающим слюни идиотом. С другой стороны, быть аккумулятором бесконечно тоже не получится – его попросту разорвет. Парень сдавленно ругается. Придется окопаться в библиотеке и поискать ответ в книгах. Подарок остается сиротливо лежать на кровати. … Гарри устало потирает виски, с отвращением отпихивая от себя древний фолиант. Все, что он смог найти по теме – это отстраненные выкладки о глобальных перестройках магических каналов, сопряженных с немалыми опасностями вроде летального исхода или полной смены личности. В том-то вся и проблема. Он уже умер. Он уже перестроил личность. Ясное дело, что энергосистема не могла остаться неизменной, но все должно было пройти незаметно, постепенно. Что-то заставило Гарри встряхнуться. И он, кажется, догадывается – что. Возможно, именно решение не ожидать от семьи особой поддержки и воспринимать ее, как людей почти посторонних, стало тем самым камешком, обрушившим лавину. Он чужой этому миру и мир вспомнил об этом. И не то чтобы отторгает, логичнее сказать – перестраивает. Но, от этого не легче. Подобная ассимиляция чересчур агрессивна. Естественный отбор в действии. И как быть? Книги советуют медитации, расслабляющие техники и… секс. Много и часто. Вроде как при подобных… взаимодействиях маг рефлекторно обменивается силой с партнером. И если тот окажется достаточно умелым, то сможет «откачивать» излишки. Это как-то… грустно. Нет, Гарри совсем не против завести с кем-нибудь отношения, но есть одна загвоздка: он несовершеннолетний. Здесь он не сирота, и свобода в четырнадцать ему никак не светит. Так что любой маг, разделивший с ним постель, рискует напороться на срок в Азкабане. А терпеть еще год он не может, просто не доживет. Ситуация патовая. Так и не найдя решения, Гарри идет на ужин. Обед он пропустил, и теперь вздорный организм настойчиво толкает его на потребление калорий. Есть хочется зверски. Он садится в отдалении, быстро уничтожая картофель с подливкой. Стоит после вернуться в библиотеку и поискать еще. Хотя от полученных знаний уже гудит голова. - Поттер, разве ты не уехал домой? – Драко опускается на скамейку перед ним, придирчиво разглядывая блюдо с пюре. - Я вернулся, - мрачно отзывается Гарри. – А ты почему не празднуешь дома? - Шутишь? – недоверчиво. – Это в пустом-то меноре? - Пригласил бы кого, - не понимая, в чем проблема. – Ты же Малфой, кто тебе откажет? - Придурок ты, Поттер, - снисходительно. – Ну и зачем мне отмечать Рождество с теми, кого я загнал на праздник из-под палки? Вот ты б согласился? Гарри на минуту задумывается. - Ты знаешь, пожалуй, да, - наконец выдает он под удивленным взглядом блондина. – Правда, подобрать для тебя подарок было бы тем еще испытанием. - Я запомню, Поттер, - Малфой довольно кивает, а Гарри беззлобно смеется. - Звучит как угроза. Драко ненадолго, но отвлекает его от неприятных мыслей. Сразу вспоминается брошенная в комнате коробочка. Подарок. Интересно, от кого? Уж точно не от Малфоя. Может, Снейп сподобился? Мерлин, а раньше одна только мысль об этом вызвала бы истерический смех. Хм. Но тоже сомнительно. Кстати, о Снейпе. Вот он, как раз направляется к выходу. - И вообще, мне пока дома показываться не с руки, - намеренно повышая голос. - М-м-м? – Драко как раз положил в рот очередную порцию картошки. - Родители разводятся. По правде сказать, я не знал, что они это могут. Если у них был не магический брак… Может, я и не Поттер вовсе? - Ты бастард?! – вот теперь наследник древней фамилии почти хватается за сердце. – Ты хоть понимаешь, что это для тебя значит? Никаких прав на титул, на имя и магию. Мордред, да ты даже можешь стать сквибом! Блондин осекается. - Концом света это для меня не обернется, - заверяет его Гарри и Драко расслабляется. – Вот только мама сейчас очень расстроена. А утешить некому. Она сама меня отослала, сказала, что навестит позже. Гарри выразительно косится на внимательно слушающего Снейпа. Тот приподнимает брови, и Поттер кивает. Эта сценка не остается незамеченной. - Интриган и сводник, - комментирует Драко, когда Северус все же покидает Зал. - Мне интересно, что из этого выйдет, - отмахиваясь. – Можешь призвать одну вещь? - А сам? – с подозрением. - Ну Дра-а-ако… - Ладно, - морщится Малфой. – Что нужно? В подставленную ладонь Поттера мягко приземляется искомый предмет. Гарри окончательно расправляется с упаковкой под заинтересованным взглядом Драко. Серьга. Изящный витой орнамент и чистый глубокий изумруд. Неброская, но несомненно дорогая вещица. И наверняка не простая. Артефакт? Занятно… - От кого это? – Гарри пожимает плечами. Драко заметно бледнеет и как-то беспомощно оглядывается. Гарри следует его примеру и натыкается глазами на наблюдающего за ними Малфоя-старшего. Поттер смотрит на серьгу, на Драко, на Люциуса – снова на серьгу, и понимает… - Только не говори мне, что это семейная реликвия, - нервно. Драко сглатывает. - Все не настолько фатально. Но до недавнего времени эта вещичка хранилась в родовом сейфе. - Какая прелесть, - кисло. Хотя… Гарри по-новому оценивает подарок. Он интересен Люциусу. Малфой… Сильный, опытный маг, Лорд, вполне способный пойти наперекор обществу, к тому же с довольно гибкой моралью. Привлекательный мужчина активного возраста. Губы непроизвольно растягиваются в улыбке. Очень неплохо! - И что может этот артефакт? – тонкие пальцы любовно оглаживают серебряное плетение. - Несколько активных боевых щитов, защита от легилименции и некоторых ядов, помощь с контролем магии. И… Обладатель парного артефакта всегда будет знать, где ты находишься, - кажется, и Драко начинает понимать, как все серьезно. – Поттер, ты ведь… Гарри быстро прицепляет серьгу в левое ухо, прокалывая мочку острым штырем застежки. Почти не больно и крови нет. На своем месте довольно растекается Люциус. Когда Драко увидел подарок, Малфой начал переживать, что сын просветит Поттера относительно основных качеств с виду безобидного украшения. Обошлось. Мальчишка хорош, он слишком… живой, рядом с ним даже магия начинает бунтовать. Ходячая аномалия. Крайне привлекательный казус. И то, что у Люциуса уже есть наследник – несомненный плюс. Что-то ему подсказывает, что Поттер собственник. - И все-таки, Поттер, ты - придурок, - усталый выдох в исполнении Драко не может испортить Гарри настроение. Он только что нашел решение для своей загадки.