Ретроградная амнезия

Мерное постукивание, еле улавливаемое на границе слуха, не давало Бонни спать последние пятнадцать минут. Этот монотонный, раздражающий звук, вызывал тревогу даже сквозь сон. Сердце ведьмы подсказывало, что что-то не так. Открыв глаза, Бонни грубо выругалась и встала с кровати. Даже не подумав одеться, в одной весьма скудной пижаме, она всунула ноги в обезьяньи тапочки, подаренные ей Дэймоном (чтобы не скучала без него), и выбрела на крыльцо. Сидящий у дерева и монотонно швыряющий мячик в стену дома Стефан повернул голову, окинул взглядом подругу, и быстро закрыв глаза, прошептал, - Бонни, пожалуйста, оденься. Не расслышавшая, что он говорит, ведьма подошла к Стефану поближе и осторожно коснулась лица товарища. - Стефан, что с тобой? Ты весь горишь! – тревога росла с каждым мгновением. Обычно не подверженный реакциям организма на стресс, Стефан производил не самое лучшее впечатление. Расчесанные в кровь руки, красные пятна на шее, стиснутые челюсти, то и дело проступающие вены на лице - это было так нехарактерно для как правило, уравновешенного Стефана. – Ты не заболел? Бонни присела на корточки перед товарищем и пальцем подняла веко ближайшего к ней глаза. Белки Стефана были красными, будто их залили кровью. Бонни только в этот момент подумала о том, что Стефан может быть опасен. Инстинктивно подавшись назад, она замерла, когда ее кисть была захвачена в стальной захват рукой Стефана, и зазвучал его болезненно хриплый голос. - Я слышу запах твоего страха. – Нотка отчаянья в речи Стефана заставила Бонни вздрогнуть. - Если бы ты знала, как это сводит с ума! Как я хочу уложить тебя здесь на сырой земле и языком слизывать страх с твоей кожи. С каждого дюйма твоей кожи. Мне никогда еще не было так тяжело отказывать себе в чем-то! Так трудно удержаться, дабы не сорвать с тебя эту крошечную пижамку и не погрузиться в тепло твоей…. - Стефан! Возмущенно прервала его излияния Бонни, потрясенно распахнув глаза. Уж что, что, а подобного фортеля от младшего Сальваторе она никак не ожидала. Ей редко удавалось на себе испытывать вампирскую скорость, поэтому она даже не смогла осознать, как уже лежала на земле, с разорванным топом, и сводящим с ума ощущением скользящего по ее коже от пупка к груди языка Стефана. Добравшись до шеи, он присосался к нежной коже, скользя клыками вдоль артерии, будто почесывая их. - Стефан, стоп! – дрожащим голосом прорычала Бонни. Оторвавшийся от ее шеи Стефан поднял голову и посмотрел ей в глаза. Ведьма прочитала в лесной зелени его взгляда иссушающую муку, и у нее внутри все содрогнулось от сочувствия к товарищу. - Стефан, что с тобой? – искренняя забота в голосе Бонни заставила на мгновение вампира вернуться к реальности. Замерев над ней, он закрыл глаза, и, не смея смотреть, прошептал. - Бон, тебе придется остановить меня. - Стефан, возьми себя в руки! – тихонько умоляла его Бонни. Она видела, как мелкая дрожь бьет ее товарища, на лбу выступила испарина, и как он хватает воздух ртом, словно рыба, вытащенная на сушу. - Бонни, ты должна остановить меня. Иначе я сделаю тебе больно. Пожалуйста! Бонни поверить не могла, что это происходит на самом деле! Ей было просто непонятно, как она может поднять руку на бедного Стефана, когда он столь явно болен. Через мгновение, она пожалела, что тянула. Только сейчас она лежала на земле, и в ту же секунду сидя на коленях у Стефана, она обхватывала ногами его талию. Его руки так крепко прижимали ее к своему телу, что она фактически не могла шевельнуться. Он зарылся лицом ей между шеей и ключицей и издал истошный вопль. Впоследствии она так и не смогла определиться это был плачь, или рычание. - Бонни, - он шептал ей в шею и горячий воздух его тяжелого дыхания обжигал ее кожу. - Неужели ты не видишь, это не я. Это какое-то гребанное животное, доисторический варвар. Пожалуйста, останови это! – Бонни чувствовала физически, как он борется. Каждая мышца его тела была натянута, как струна. Пораженчески стон из его уст напугал девушку. В тот же миг, Стефан провел языком вдоль линии ее челюсти, и неожиданно отодвинулся от нее. Со звериной тоской глядя в колдовские глаза подруги, он прошептал, - Сделай это, пожалуйста! – увидев в ее глазах сомнение, несчастный во всю глотку прокричал ей прямо в лицо – Сейчас же! Бонни со слезами смотрела на бесчувственно лежащее перед ней тело Стефана. Ей никогда еще не приходилось сворачивать шеи силой магии, ей вообще никогда не приходилось сворачивать шеи. Ведьме потребовалась несколько минут, чтобы восстановить дыхание, и осознать, что, по сути, она сидит на мертвом теле своего друга. Быстро выпутавшись, она поднялась и отошла на пару шагов. Проведя рукой по лбу, девушка тяжело вздохнула. - Ну, с добрым утром, Бонни Беннет, - пробормотала она сама себе и нервно захихикала. В тот же миг Бонни озадачилась вопросом, что же делать. Недолго думая, она вошла в дом, взяла телефон, и набрала тому, кто с ее точки зрения должен был заниматься дальше этой проблемой. Кэролайн облегченно вздохнула. После того, как Мэтт при ней выпил кровь человека и обратился, она лично проследила, чтобы Ребекка принудила его не причинять боль невинным. И когда гостья сказала, что у нее уже есть кольцо для Мэтта, и им нет нужды ждать Бонни, Кэролайн честно была рада проводить их до машины. Мэтт решил уехать, ни с кем не прощаясь. Захлестывающие эмоции вампира почти пригибали его к земле. Когда он, наконец, понял, что с ним происходит, глаза Мэтта распахнулись от ужаса. Он с таким потрясенным видом смотрела на Кэролайн, что она настороженно спросила, - Что? Мэтт, что-то не так? - Прости! Кэр, прости меня! - За что, Мэтт? – Кэролайн растерянно наблюдала за другом. Она вспоминала свои первые часы после обращения. Было, конечно, плохо, но не на столько. - За то, что оттолкнул тебя, за то, что заставил тебя пережить боль, когда тебе пришлось со мной расстаться, за то, как относился к тебе! Я не представляю, как ты это выдержала! И мне безумно больно и стыдно за это! - Мэтт, дыши! Успокойся! Я давно тебя за все простила. Главное старайся дышать спокойно! Это пройдет! Со временем станет легче. Тебе повезло, у тебя есть Ребекка! Она замечательная, и она поможет тебе и не даст случиться ничему плохому. - Как ты это выдержала? – Дрожащие руки, слезы в глазах, все говорило о том, что Мэтт на грани. - Тссс, тихо! Слышишь! Я тоже была не одна. У меня был Стефан. С первого дня, рядом со мной был Стефан. Он помог мне со всем справиться, и все это пережить. - О, Господи! Кэр, я не такой сильный, как ты! Я не справлюсь, лучше бы вы дали мне умереть! - Все, Мэтт, стоп! Перестань! Сейчас ты должен взять себя в руки и перестать себя мучить. Давай, дыши вместе со мной! Кэролайн смотрела, как Мэтт доверчиво глядя ей в глаза, пытается успокоиться. Вспомнив себя в этой же ситуации, она покачала головой, и сгребла Мэтта в свои объятья, с усилием поглаживая по спине. - Теперь все будет хорошо. Ты такой замечательный человек, у тебя столько друзей, готовых за тебя бороться, самая красивая, сильная и умная девушка тысячелетия заботиться о тебе. Уверена, когда я приеду в Новый Орлеан навестить тебя, ты будешь счастлив. Да, первое время будет не просто, но ты справишься. Ты столько лет жил рядом с вампирами. Ты знаешь, с чем ты столкнешься. Большинству вампиров не так повезло. У тебя есть гарантия, что ты не причинишь вред невинным, у тебя есть шанс получить настоящую работу, которая позволит тебе защищать людей от монстров всех сортов и видов. Ты действительно сможешь делать этот мир лучше. И у тебя есть девушка, которая ценила тебя, как человека, и готова принять как вампира. Не разочаруй ее. Может она и Первородная, но она девушка. А мы существа ранимые и остронуждающиеся в нежности и любви. Позаботься о ней. - Спасибо, Кэр! За все! Попрощайся со всеми за меня. Я приеду, как только все немножко стабилизируется. Обещай, что навестишь меня. - Обещаю, - прошептала Кэролайн, продолжая успокаивающе гладить друга по спине. - Скажи Бонни, что мне жаль. Я свяжусь с ней, как только смогу. - Да, конечно. Она все поймет. Кэролайн провожала взглядом кабриолет Ребекки, прокручивая в голове этот момент прощания с Мэттом, и думала о том, придется ли им, еще когда-нибудь свидеться. Их жизнь была полна сюрпризов. Подумав о сюрпризах, Кэролайн нахмурилась. Она так и не видела больше Тома с самого утра. Впрочем, как и Стефана. И это пугало. Кэролайн быстро поднялась в бывшую комнату матери и, постучав, заглянула. Постель была разобрана, наблюдался легкий беспорядок, резанувший придирчивый взгляд хозяйки дома, но главное следов Тома здесь не наблюдалось. Постучав, она заглянула в ванну. Там тоже было пусто. Внутри Кэролайн все похолодело. Мысль о том, что Стефан мог сделать со своим соперником, не вдохновляла. Кэролайн резко схватила телефон и набрала номер Стефана. Когда, она уже отчаялась, что он ответит, в трубки раздался настороженный голос Бонни, - Кэр, это ты? - Да, это я. Почему ты отвечаешь на телефон Стефана? Ты знаешь, где он? - Знаю, прямо передо мной, - Бонни уже предвидела, чем закончится этот разговор, и от этой мысли ей становилось тошно. - Дай ему немедленно трубку. Резкий, требовательный голос подруги не предвещает ничего хорошего ее парню, подумала ведьма и тихо пробормотала, - Боюсь, это будет несколько затруднительно. Он сейчас не может подойти. - Чем бы он ни был занят, скажи, чтобы подорвался и быстро взял трубку, иначе я ему шею сверну! – низкое рычание пробуждающейся сути вампира, заставило мембрану динамика телефона нервно задрожать. - Поздно, Кэр. Я уже ее свернула, - тяжело вздохнув, ответила Бонни, ожидая последующей вспышки. - Что он натворил? – похолодев, спросила Кэр. - Э…. Скажем так, он несколько неадекватно себе вел, - Бонни с трудом представляла себе, как скажет подруге, что ее возлюбленный чуть не трахнул, ее сидя под деревом. - Бонни, ты могла бы быть более конкретна? – начала терять терпение Кэролайн. - Ну, в общем, он был некоторым образом одержим, в сексуальном плане. Повисшая тишина заставила Бонни зажмуриться. - Ты хочешь сказать, что он к тебе приставал? – Уязвимость в голосе Кэролайн была столь откровенной, что она сама поежилась. Измена любимого с лучшей подругой это было последнее, чего ей не хватало в этой жизни. Если Бонни что и выучила за время ее непродолжительной жизни, так это то, что лучше говорить правду. Иначе, потом когда она всплывет будет еще хуже. Она до боли закусила губу, выдохнула и на одном дыхании ответила. - Я хочу сказать, что он разложил меня на земле, разорвал на мне пижаму, вылизал меня от пупка до шеи, и все это время умолял остановить его, потому что он себя не контролирует. Я так долго не могла решиться причинить ему боль, что в итоге, он наорал на меня так, что я испугалась и свернула ему шею. Кэр, я знаю, что это звучит ужасно, но поверь мне, он этого так же не хотел, как и я. Я клянусь тебе, между нами ничего нет. Я воспринимаю Стефана исключительно как брата, и с его стороны никогда не было никаких поползновений до сегодняшнего безумия. Наткнувшись на пугающую тишину в трубке, Бонни нервно спросила, - Кэр, ты веришь мне? - Бонни, конечно я верю тебе. Не смей сомневаться. Ты единственный человек, которому я все еще верю, - прошептала Кэролайн. - Кэр, - сердце Бонни сжалось за подругу, - Стефан любит тебя! Ну ты же сама понимаешь, что это безумие, и он никогда бы так не поступил. – Не знаю, Бонни, не знаю. Пока из-за этой истории я испытываю только боль. Раз за разом. Я со слезами на глазах вспоминаю время, когда Стефан был для меня просто друг. Когда я могла наслаждаться его обществом, не стискивая зубы и не удерживая слезы. - Кэр, все наладится. Я обещаю, я разберусь с этой проблемой. Не будь я Беннет! Всхлипывание в трубке подсказало ведьме, что подруга берет себя в руки. Момент слабости был пройден, и на сцену снова возвращалась собранная, непробиваемая королева контроля Кэролайн Форбс. - Бонни, скажи, а Тома у тебя случайно нет? - Нет, а что? – Как бы Бонни не нравился воскресший медик, в душе она была в команде Стефана, и настойчивое внимание подруги к его сопернику раздражало ее. - Когда я видела его последний раз, он лежал в обмороке в обществе Стефана. Мне пришлось укрыться от Стефана в ванной, а когда я вышла, их обоих уже не было. И, похоже, он не возвращался к себе в комнату, потому что она не прибрана. И если ты говоришь, что Стефан вне контроля…. - Спокойно, - призвала к рассудку саму себя Бонни, - когда он пришел ко мне он еще был в своем уме. Насколько я поняла его рассудок сорвал вид меня в пижаме. Он с такой яростью разорвал ее на мне. - Похоже, у него пижамная лихорадка, - пробормотала Кэролайн. – Бонни, ты должна найти Тома. Может, он еще жив. - У тебя вчера не осталось бинтов с его кровью? - Да, я еще не выносила мусор. Сейчас найду и приеду. Деймон растеряно смотрел на связанного брата. В сексуальном насилии Стефана еще никто не обвинял. Зачем бы подобное было нужно одному из братьев Сальваторе, когда в основном они пытались увернуться от чрезмерного женского внимания. Пока Деймон мысленно поглаживал свое эго, веки Стефана затрепетали, и он открыл глаза. - Ну, привет, секси-бой! – усмехнулся Деймон. Стефан растеряно оглянулся, и в этот момент вспомнил о Бонни. Застонав и тяжело сглотнув, он зажмурился и прошептал. - Скажи, что я не навредил Бонни. - Только если психологически, - усмехнулся Деймон, - по-моему, она больше переживает, что свернула тебе шею. Стефан жалобно застонал. - Слава Богу, это была Бонни. - Прости, что ты имеешь в виду, - недовольно нахмурился Деймон. - Не ревнуй, - усмехнулся Стефан, - я имею в виду, что мало, кто кроме Бонни, мог бы справиться с Потрошителем. - Как ты себя чувствуешь? – с подозрением поглядывая на брата, поинтересовался Деймон. - Как с похмелья, больно, тошно, стыдно…. - А гм…. А в сексуальном плане? - Нормально. - Стефан! – разгневанный голос Кэролайн, раздавшийся от дома и ее приближающиеся шаги заставили Стефана испуганно распахнуть глаза. - Скажи ей, что меня здесь нет, - жалобно прошептал Стефан Деймону. - Ха-ха-ха, Стефан, - раздраженно буркнула Кэр, - как смешно. Кэролайн подошла к лежащему на земле и связанному возлюбленному и раздраженно зыркнула на него. - Стефан, где Том? Стефан посмотрел на любимую и замер. Поднимающаяся внутри него волна животной похоти ударила со сметающей рассудок силой. - Эй, эй, эй, братец, - почувствовал неладное Деймон, - что-то ты нехорошо выглядишь. - Деймон, уйди. Нам надо с Кэролайн остаться наедине. Рычание Потрошителя заставило Деймона поморщиться. - Ну, опять понеслось, - вздохнул он с чувством безысходности. Взглянув на руки брата, он с ужасом увидел, как тот протирает веревки сквозь мясо на руках. - Блонди, тебе лучше уйти, - с опаской загораживая ее тело от взгляда Стефана, прошептал Деймон. - Деймон, что с ним, я не понимаю…, - потрясено пробормотала Кэролайн. - Заболел, - рыкнул Деймон. – Уходи уже! - Хорошо, хорошо! Я уйду, но ты должен спросить его, где Том. - Барби, проваливай! – зарычал старший Сальваторе, увидев слезы в глазах брата. Кэролайн пулей усвистела в дом. Бонни с сочувствием приняла ее в свои объятья. - Тише, Кэр, тише. Я обещаю, что разберусь с ним. У меня нет никаких сомнений, что это какое-то магическое воздействие. - Кэтрин, - раздраженно простонала Кэролайн. - А что Кэтрин? – насторожилась Бонни. - Стефан только сегодня утром мне сказал, что она наверняка что-то задумала! - Да, но Кэтрин не ведьма, - нахмурившись, возразила Бонни. - В отличие от Сайласа, в компании которого она прибыла - многозначительно вскинула брови Кэролайн. Кэтрин довольно потянулась, нежась в постели. Каким бы самодовольным мудаком не был Сайлас, а две тысячи лет воздержания давали о себе знать. Он был словно вечная, самовосстанавливающаяся батарейка. Приятная истома в теле заставила Кэтрин мурлыкнуть, как кошку. Впрочем, жизнь не стояла на месте, и надо было срочно озаботиться о ее бессмертии. Об истинном бессмертии. Ей хватило одного раза в преисподней, чтобы больше никогда не допускать собственной гибели. А для этого, ей было необходимо стать действительно бессмертной. И Сайлас был ее средством достижения цели. Как один из самых могущественных колдунов в мире, он был способен объединить сущности трех двойников в одну и создать поистине несокрушимое существо. Кэтрин лишь на мгновение позволила себе задуматься том, как провести Сайласа и обеспечить бессмертием Стефана, но мысль провести того, кто читает твой разум как книгу, показалась даже ей слишком дерзкой. Поэтому, как это было не грустно, но младшим Сальваторе и милашкой медиком придется пожертвовать. Хотя мысль о гареме из трех двойников пару раз будила ее фантазии, но все они не стоили того, чтобы вернуться туда, откуда она смогла вырваться. К счастью, пока ее план шел без сбоев. Приходилось учитывать миллион нюансов. И самый главный бой она уже смогла выиграть. Кэтрин была не дура, и прекрасно понимала, что Сайлас попытается оставить в живых именно Амару, и поэтому от нее надо было избавиться в первую очередь. И желательно избавиться не своими руками. Тень Амары не должна стоять между ней и Сайласом. Ритуал удастся провести только в том случае, если каждый из двойников умрет от руки другого двойника. И Кэтрин с радостью отправила возлюбленную Сайласа прямо в объятья смерти в лице несчастной сиротки Елены Гилберт, столкновение с которой, мало кто переживал. Конечно, были сомнения. Но Кэтрин ставила в пользу Елены с вероятностью девяносто против десяти. И любимица братьев Сальваторе ее не подвела. Наблюдая смерть Амары в теле Елены, Кэтрин искренне восхищалась своим далеким предком, и столь же искренне радовалась ее предстоящей гибели. Это лицемерная стерва ей уже осточертела. И будет особенным удовольствием убить ее, тем самым обеспечив собственное бессмертие. Но это нельзя будет сделать, пока Сайлас не сравняет счет. Теперь был самый сложный пункт их плана. Надо было вынудить Стефана убить Тома. Ничего кроме ревности Кэтрин придумать не смогла. К счастью, Сайлас сварил усиливающее любовные страсти зелье, и ей удалось довольно ловко подмешать его в стакан бывшего любовника. Кэтрин с грустью подумала, что страстный, неудержимый Стефан Сальваторе на этот раз достанется не ей. Она подозревала, что Блонди не ровно дышит к ее любимой игрушке, но убедиться в этом было не особо приятно. Впрочем, лучше уж Кэролайн, чем Елена. Тем более, что это долго не продлится, как только Стефан убьет Тома, можно будет приступать к финальной части их плана. А Стефан неизбежно убьет Тома. После того, как Кэтрин внушила медику любой ценой добиться любви Кэролайн, у него не было шансов на выживание. Сдобренный зельем Сайласа Потрошитель поднимет голову, и тогда бедняжка Том Эвери отправится в свой тихий рай обратно. - Как всегда твоя голова полна коварных планов, - раздался хриплый голос Сайласа. - И тебе с добрым утром, сладенький, - с издевкой фыркнула Кэтрин. - И что тебе не спится? – лениво развалившись, колдун провел взглядом вдоль линии позвоночника сидевшей к нему спиной Катерины. - Даже не думай об этом, - проворчала чертовка, - у меня куча дел на сегодня. - За время общения со мной ты научилась читать мысли? - усмехнулся Сайлас. - Нет, я просто чувствую твой взгляд, - поднимаясь с кровати и направляясь в ванную, безразлично бросила Кэтрин. – Похоть, с которой ты на меня смотришь, раздражает. Я не кусок мяса. - О! Давай, расскажи мне эту современную чушь про женщину-личность, и всю низость отношения к ней, как к всего лишь телу для удовлетворения моих скотских желаний. – Раздражение в голосе колдуна нежно погладило зловредную натуру Кэтрин. Приятно было довести до ручки этого самовлюбленного самца с самого утра. Прочитав ее мысли, Сайлас злобно добавил, - Если сможешь. Возразить Кэтрин уже ничего не смогла. Он опять заставил ее заткнуться. Захлопнутая с грохотом дверь вызвала довольную улыбку на лице колдуна. Мысль о трясущейся от злости голой Катерине вызвала у него устойчивое желание проверить на прочность душевую кабину их ванной. В конце концов, своих женщин лучше держать удовлетворенными в любое время суток. Когда через несколько минут стервозный двойник его возлюбленной зашлась в крике страсти его именем, мысль о вечности, к которой она его подталкивала, не показалась ему такой уж скучной. - Бонн, ты уверена, что это сработает? – Деймон с сомнением смотрел на грудь брата, где ведьма нарисовала пару каких-то значков своей кровью. И хотя он считал это бездарной тратой столь ценного напитка, желание, чтобы Стефан пришел в себя, возобладало над желанием выпить насыщенную магией кровь ведьмы самому, слизав каждую капельку. - Не знаю, совсем убрать не удалось, – задумчиво ковырялась носком туфли в земле, Бонни. - Я пока не разобралась со структурой заклинания. Но вычленить блок контроля удалось. Так что, сексуальный голод от него никуда не денется и будет все так же мучить, но должен вернуться рассудок. По крайней мере, я смогу рядом с ним находится, не боясь за свою жизнь. И пытаться разобраться дальше. - Ну, насколько я понял, твоей жизни ничего и не угрожало, - недобро буркнул Деймон, - только достоинству. – Инстинкт защитить брата победил даже привязанность к Бонни. Подруга не замедлила огрызнуться. - Знаешь, вспоминая о том, что твой брат Потрошитель, я бы не стала так уверено это утверждать. - И тоже верно, - ухмыльнулся Деймон, немного расслабившись. – Хотел бы я знать, какая судьба постигла Тома. - Не говори мне о нем! Кэролайн мне уже все уши прожужжала об этом Томе. Я начинаю его тихо ненавидеть. Дэймон кровожадно улыбнулся. - Если я достаточно хорошо знаю своего брата, вряд ли тебе придется долго о нем слушать. Не думаю, что мы найдем его живым. - Но, когда Стефан пришел ко мне, он бы почти адекватен, - робко возразила Бонни. - Бон-Бон, как ты верно заметила, он Потрошитель. Он не бывает адекватен! - Хорошо. Давай приведем его в чувства и узнаем все из первых рук. Наверное, мне лучше уйти, чтобы не травмировать его сразу. Постарайся разбудить его не слишком резко. Бонни, сняв со Стефана сонное заклинание, ушла в дом, оставив братьев Сальваторе наедине. - Стефан, брат мой, как ты? – саркастичный голос Деймона неприятно жужжал в голове Стефана, не вызывая ничего кроме раздражения. - Деймон, пошел ты! Дай мне хотя бы пять минут покоя. - У тебя было целых сорок минут покоя, пока ты был в отключке. А теперь расскажи мне, где твой более удачливый двойник, сладкий медик Том Эвери? - Ох! – побледнев, всхлипнул Стефан и резко сел. - И почему мне так не нравится этот «ох»! – застонал Деймон. – Стефан, «ох», это «твою мать, я вырвал его сердце» или «ох» это «я случайно уронил его в багажнике моей любимой машины с моста Виккери». - Хуже! – схватившись за голову, болезненно застонал Стефан. - Что может быть хуже? – недоуменно поинтересовался Деймон.