По горячей ненависти

      Совсем не помню, как вернулась домой, вынула ключи из сумки и открыла дверь собственной квартиры. Какая-то странная пелена накрыла глаза и сознание: не было ни чувств, ни мыслей, ни переживаний. А сейчас, сидя в пустой серой комнате без света, чувствую, как всё медленно и едко проскальзывает в голову. Не лучший момент оставаться наедине с собой. Как голодная бродячая собака вгрызается в пустую кость, так и недавние воспоминания вонзают свои острые клыки в испуганные мысли.       Так больше не может продолжаться. Сегодня Нацу ничего не сделал, но полностью сломал меня. Я решаюсь на отчаянный шаг.       «Увидимся на вечеринке?» — задал он тогда вопрос, который я оставила без ответа.       — Да, — говорю тишине и на слегка дрожащих ногах поднимаюсь с холодного пола, чтобы взять полотенце и отправиться в душ.

***

      Леви позвонила около восьми и предупредила, что заедет за мной через полчаса. За это время нужно собраться с мыслями и попытаться не думать об отступлении. Один шаг вперед уже сделан, остаются еще девять. Уверена, что чем дальше, тем сложнее. Я будто иду прямо в трясину, мерзкое болото, которое только и жаждет засосать меня в свою неугомонную ненависть.       Даже после долгого душа кожа все еще липкая от волнения. В горле что-то туго сжимает и тянет вниз, к ребрам, где тихо взрывается и исчезает, порождая в скором времени новое ощущение тяжести.       Я решила, что нам лучше добраться на машине Леви, а мои ключи хотя бы побудут в безопасности.       Всю дорогу я смотрела только вперед, молчала, и Леви ни о чем не спрашивала. До Фуллбастеров не так уж и далеко, поэтому через десять минут мы уже припарковываемся у его дома, где стоит немалое количество машин. Похоже, здесь и так было шумно до нашего приезда. Несмотря на пасмурную погоду сегодняшнего дня, многие развлекаются на открытом воздухе, топча свежий газон. Мне не кажется, что миссис Фуллбастер этому обрадуется, но это есть вечеринки! Что школьные, что еще хуже студенческие — без жертв не обойтись, как и без алкоголя, громкой музыки и иногда полиции.       Мы выходим из машины и направляемся по дорожке к большим дверям двухэтажного дома. Я почти ничего не знаю о Грее, поэтому вижу все это впервые. Интересно, кто его родители? Участок и сам дом вполне неплохие. Сразу видно, достаток у семьи выше среднего. Во дворе даже есть маленький фонтан и много места для барбекю. Я уже и забыла, что такое выйти на улицу и растянуться на ухоженной мягкой траве. Из окон моей квартиры видны только увядающие клумбы, где земля даже в дождь вся в глубоких трещинах.       — Ты пришла, Люси?! — слышу за спиной радостный и удивленный тон. — Не ожидал, поэтому ты настоящий сюрприз.       Грей держится как всегда немного отстраненно, поэтому его «еле-улыбка» шла вразрез с эмоциональными оттенками его голоса. Но выглядит парень спокойно и даже расслабленно.       — Сама не думала, что приду. Это Леви меня уговорила, — стараясь выглядеть в настроении, я улыбаюсь и пытаюсь переключить внимание от себя на кого-нибудь другого, но Грей на МакГарден даже после моих слов не обращает никакого внимания.       — Я встречу остальных, а вы развлекайтесь. Встретимся позже!       И без того уже к длинному ряду машин подъезжает еще одна и Фуллбастер спешит туда, чтобы помочь ребятам пристроиться.       — И все же ты популярна, — с улыбкой выдает Леви, и мы заходим в дом.       Даже в просторной прихожей довольно тесно. Людей очень много, лица некоторых и вовсе вижу впервые, скорее всего, здесь друзья и знакомые Грея не только из универа. Через толпу мы ловко прошмыгнули в гостиную, где народа, на удивление, меньше, ведь именно здесь стоит заветный столик с выпивкой.       Разглядывание интерьера меня не особо волнует, но я запомнила на потолке огромную люстру и уютный камин, которого так не хватает моей серой квартире. Пока Леви о чем-то беззаботно болтает под ухом, я украдкой осматриваюсь в поисках розовой шевелюры, от самой себя в тайне лелея надежду, что с Нацу больше сегодня не встречусь и не придётся делать следующий шаг.       Леви о чем-то спрашивает, я безучастно киваю, и она куда-то отходит. Мой взгляд вдруг падает на Джувию Локсар, которая спускается со второго этажа и поправляет свою синюю юбку, надеясь, что никто не заметит молнию не на том месте. Очень надеюсь, что это самое близкое расстояние между нами за сегодняшний вечер, а то взгляд у нее какой-то убийственный, впрочем, как всегда. Такой же холодный, как и любимый цвет ее одежды. На что угодно спорю, что у нее даже белье синее синего.       Леви появляется как раз в тот момент, когда на моих губах дрогнула ухмылка из-за собственных мыслей, и протягивает красный пластмассовый стакан. Содержимое тут же пробивает ноздри, когда я подношу его к лицу. Да, наверно это именно то, что сейчас надо, а если «посчасливится» встретить Драгнила, то можно и еще парочку. Так, для нервов, говорят, хорошо.       Первый глоток прожигает не только горло, но и подбородок. С непривычки текила чуть не оказалась на моей футболке.       — Вот, закуси, — смеется МакГарден и протягивает дольку лимона.       — Гадость какая!       — Выпей еще, и пойдет как виноградный сок. — Откуда не возьмись появляется очень странный, я бы сказала, мужчина. У него не только стальной взгляд, но и все лицо проткнуто железом. Длинные черные волосы — на вид очень жесткие — делают его образ слишком брутальным. Настолько, что становится не по себе. — Как тебя зовут? Ты красотка, — говорит он с ухмылкой и выпивает все содержимое своего стакана, не отрывая от меня глаз.       — Привет, Гажил… — пищит моя подруга, и его глаза опускаются ниже, где стоит Леви.       — О, мелкая, и ты тут! Прости, не заметил. А тебе уже не пора в кроватку? — смеется Гажил, вытирая рукой остатки алкоголя с уголков губ. Мне остается только удивляться, откуда МакГарден его знает. Он и на студента старших курсов не похож, скорее, на члена какой-нибудь преступной банды или предводителя байкеров.       После ответа Леви между ними завязывается небольшая перепалка, поэтому я не упускаю возможность, чтобы улизнуть, но подруга ловит меня взглядом, затем кивает, будто говоря, что все нормально и она найдет меня позже.       На улице заиграла музыка, и народ тут же поддерживает ее криками. Внезапно мне тоже хочется к ним, тело согревается, становится чуть-чуть душно, но я не могу выйти ко всем. Там я обязательно встречусь с Локсар и ее подружками или еще с кем-нибудь. Там и без того много людей, которые меня знают, а я бы предпочла сегодня не светиться. Не знаю, плохое предчувствие… Даже оделась максимально скромнее: новенькая футболка и нелюбимые черные джинсы.       Подхожу к столу с выпивкой и пополняю запасы. Что-то дернуло меня посмотреть в сторону прихожей, и я тут же замечаю розовую макушку, которая через секунду теряется из виду. Абсолютно точно, что мне это не померещилось, но, даже если пристально вглядываться, Нацу больше не видно.       На секунду меня охватывает паника, затем я начинаю искать Леви, но та тоже будто провалилась сквозь землю.       Стоило только на одно мгновение увидеть Драгнила, и вся моя решимость начинает медленно утихать.       Я опрокидываю второй стакан до самого дна и чувствую, как горький алкоголь горячо струится по горлу. Вкус мне все еще не нравится, зато состояние такое… В общем, как раз для подобных случаев. Даже не собираюсь спорить, что этот вечер будет худшим из всех. От этого одновременно хотелось и истошно смеяться, и блевать над унитазом. Второе вовсе не метафора.       Пока текила разносится по венам, лучше начать действовать. Если я видела Нацу в доме, то, скорее всего, он сейчас на втором этаже. Вряд ли на улице со всеми. Драгнил хоть и любит шумные вечеринки, но сам на них держится в тихой компании, либо вовсе где-нибудь пропадает. Например, в спальне.       Перед тем как очутиться перед лестницей на второй этаж, я навестила ванную комнату, чтобы умыться, немного подкраситься и сходить по нужде. Хвост пришлось распустить, слишком жалкое зрелище для такой, как я.       Что ж, половина пути пройдена, и я все еще могу сделать шаг назад, только чем мне это обернется?       Черт, куда же делась Леви? Мне нужна любая причина, чтобы задержать хотя бы еще на пару секунд, но подруги нигде нет.       Я смотрю наверх: небольшая компания с выпивкой в руках о чем-то разговаривают и громко смеются. Среди них Нацу, который тут же поймал мой взгляд. В нем нет насмешки, зато он холоден как лед, отчего у меня тут же стянуло все органы. Он смотрит долго, я уже теряю счет времени и думаю отказаться от глупой затеи, но ноги вдруг начинают подниматься по лестнице. Драгнил удивлен. Он что-то говорит своим друзьям и отходит в сторону, чтобы встретить меня. Он даже подает руку, когда я оказываюсь на последней ступеньке, но я игнорирую его любезный жест и вскоре стою на ровне с ним.       — Мне кажется, или ты что-то хотела спросить? — разглядывая меня с головы до ног, интересуется он не без удивления.       Я рассчитывала, что у него будет игривое, приподнятое настроение после сегодняшнего, но Нацу выглядит уставшим. Взгляд немного стеклянный от алкоголя, плечи опущены и никакой ухмылки на тонких губах.       — Надо поговорить, — сообщаю я многозначительным тоном. У меня трясутся руки, поэтому я прячу их за спину, и Драгнил это замечает, но не подает виду.       Он только кивает головой и начинает оглядываться по сторонам, затем подходит к двери, открывает ее и тут же закрывает: занято. Он идет к другой, тоже ее открывает и потом зовет за собой. Я тут же срываюсь с места, чтобы, во-первых, никто не увидел, что я вхожу в пустую спальню вместе с Нацу, а во-вторых, чтобы не останавливать себя мыслями.       Я захожу в комнату, где горит один-единственный ночник, худо-бедно освещающий мрак. Скорее всего, это комната Грея: простая обстановка из шкафа, кровати и компьютерного стола, в углу стоит гитара, а на стенах — плакаты с любимыми группами. Именно так я себе представляла комнату парня, хотя здесь все-таки намного чище, чем мне всегда думалось.       — Что ты хотела? — незаинтересованно спрашивает Нацу, стоя у двери. Похоже, он не надеется на долгий разговор.       Да, вообще-то, разговора как раз-таки быть и не должно.       Я стою в шаге от него и чувствую, как кровь приливает к лицу. Я то пьянею, то отхожу от этого состояния, и все происходит за долю секунды, которая кажется мне несколькими мгновениями, которые нельзя измерить точными цифрами.       — Давай прекратим это. — Смотрю прямо в глаза, показываю решительность и непоколебимость, а у самой ноги еле держат. — Займись со мной… — не могу произнести дальше и отвожу взгляд в сторону. — Сделай со мной «это» и выполни свое обещание.       — Сделать что? — Температура моего тела поднимается градуса на два, когда Нацу хватает меня за руку, а я врезаюсь в его теплую грудь. Он пахнет мылом, а дыхание веет алкоголем. — Я сделаю с тобой все, что угодно, только попроси.       Я знала, что так и будет. Что он начнет свою игру, поэтому нужные слова уже давно вертятся на языке, но вырывающееся из груди сердце мешает не то что говорить, а даже думать.       — Займись со мной… сексом. — Кровь, кажется, идет из ушей, а голова готовится лопнуть от напряжения.       Что я вообще несу? Что здесь делаю?       Нет, пути назад нет. Поздно отступать. Дойди до конца, Люси, и живи спокойно, как и всегда мечтала, но сегодня просто немного потерпи.       Все эти уговоры самой себя словно наступали на горло моей гордости — тому, чем я немало дорожила.       — Ты решила, наконец, сдаться, или тебя пронзила стрела моего обаяния? — На его лице все еще нет даже тени улыбки, он смотрит на меня устало и почти без интереса.       — Называй это, как хочешь, — пытаюсь от него отстранится, но Драгнил не дает. Его колено упирается прямо мне в пах, и от ощущений становится немного не по себе. — Я больше так не могу. — Он гладит меня по щеке. Следующую фразу почему-то произношу шепотом: — Пожалуйста, выполни свое обещание.       — Тебя не пугает, что я слишком пьян и на утро могу даже не вспомнить, с кем трахался? — Нацу сжимает мое плечо и отталкивает от себя, затем садится на край стола и смотрит на меня, слегка склонив голову влево.       Из-за двух стаканов текилы (по-моему, ее пьют все же не так) мысли в голове собраны в кучу, но соображать я еще могу, однако искренне не понимаю, что происходит. Драгнил выглядит очень даже трезво, хотя я знаю, что не все люди в подвыпившем состоянии буйно себя ведут. Видимо, этот парень — профессионал.       — Прекрати эти игры. Я знаю, ты догадываешься, как нелегко мне даже подумать об этом. — Мои руки сами тянутся к краю футболки. Я неуверенно снимаю ее и сжимаю ткань в кулаке. Хочется прикрыться, но тогда Нацу продолжит запугивать меня, чтобы я отступила и ему не пришлось бы выполнять никаких обещаний. — Ты не хочешь прощаться с игрушкой. — Начинаю набирать какую-то уверенность. — Но эти условия предложил ты сам. Я готова их выполнить. Я отброшу сегодня стыд и гордость, только чтобы зажить без страха оказаться с тобой рядом.       — Настолько ненавидишь? — вдруг спрашивает он.       — Настолько, что отдам тебе самое ценное, — я почти рычу и говорю довольно громко.       — Девственность? — вдруг загорается Драгнил, явно чувствуя интерес. — Вот уж не думал в твоем возрасте…       — То, что дал мне отец, Нацу, — прерываю его я и сжимаю футболку в руке так сильно, что кулак, наверное, побелел. — Свое имя! Я отдаю тебе всё! и взамен требую всего лишь не обращать на меня внимания.       Он встает и проводит рукой по своим волосам.       У меня сохнут губы, но зато не дрожат колени.       — Говоришь, что пожертвуешь всем ради свободы? —Все-таки он считает меня за пленницу. Нацу закрывает дверь, чтобы никто не вошел, и снимает футболку, направляясь ко мне. — Тогда постарайся быть хорошей девочкой. Быстро ты отсюда не уйдешь.       Его глаза сверкнули в полумраке. Я уже не чувствую стук сердца — так быстро бьется, — грудь сжимается до боли, а руки и ноги холодеют. Стоило выпить больше. От стресса весь алкоголь выветрился в мгновение ока, и мое сознание в этот момент воспринимает все слишком болезненно.       Драгнил стоит совсем близко, смотрит как-то даже не хищно, а просто с желанием и, мне на мгновение кажется, сожалением. Он кладет свою ладонь мне на щеку — она горячая. Горячее моего лица. Обводит пальцем контур моих губ и наклоняется, чтобы…       — Расслабься и получай удовольствие, — совсем иным голосом говорит он, но не пойму, с каким оттенком. — Совсем не обязательно портить себе первый раз. Забудь, кто мы, где и при каких обстоятельствах. Отбрось все мысли и думай, что так и должно быть.       Он целует меня прежде, чем я успеваю переварить его слова в своем котелке. Я снова чувствую привычный вкус его губ… Все так странно, мысли путаются и вдруг по щекам начинают течь слезы, но Нацу не замечает, что поцелуй становится слишком влажным и соленым. Может быть, вкус алкоголя все перебивает.       Я решаю следовать его совету, все равно другого выхода нет, и отвечаю на поцелуй, правда, неохотно.       Он вдыхает воздух, не отрываясь от моих губ, кладет мои руки себе на плечи и сжимает задние карманы моих джинсов, вплотную притягивая меня к своим бедрам. Нацу кажется очень горячим, даже не теплым, и от того, что по комнате гуляет слабый сквозняк, мою кожу накрывает колющая волна мурашек из-за разницы температур. А может, и не из-за этого, просто хочется так думать. Сердце вряд ли так бешено колотится из-за градусов.       Мысли сбиваются, начинают дрожать пальцы, и их почти не чувствую, поэтому запускаю их в волосы Драгнила.       Как бы я хотела оказаться на месте девочек, которые видят его впервые. Передо мной бы возник симпатичный, горячий парень с необычным цветом волос, таинственной улыбкой и иногда глуповатым видом. Я бы влюбилась в него с первого взгляда, как тогда в детстве, если бы только не знала, что он может быть таким беспричинно жестоким. Может, причина и есть, но почему он мне о ней не говорит? Я столько раз спрашивала Нацу об этом, но никогда не получала ответ. Если причины нет, то он просто ненормальный.       Я вздрагиваю, когда моя спина сталкивается с холодной стеной, а тело Нацу буквально вжимает меня в ее поверхность. В этом действительно что-то есть, я сама загораюсь чем-то таким волнующим от поцелуев в шею, слабых укусов в плечо и грудь. Даже откидываю назад голову, чтобы волосы парня щекотали кожу.       Я и вправду попытаюсь забыться, представить, что всегда об этом мечтала — о страсти с тем, кого люблю — и вот время пришло. Но стоит пустить в голову хоть малейшее упоминание о том, как дела обстоят на самом деле, сердце пропускает несколько ударов, а грудная клетка больно сжимается.       Может быть, из этой ситуации и существовал другой выход, но я выбрала одновременно и самый простой, и самый сложный. И если так подумать, я доверяю Нацу. Тому, что он сдержит обещание.       Дай мне увидеть тебя хотя бы раз с хорошей стороны. Будь со мной сейчас, делай все, что хочешь, но завтра забудь, что я существую. Оправдай мое доверие.