Там, где...

      Чуть слышно скрипнула дверь, и в разгромленную лабораторию проскользнула гибкая фигура. Свет из магического шара осветил её, выдергивая из темноты то обнажённое плечо, то плоский живот, то бедро с длинной, едва подсохшей царапиной. Мужчина — возраст был непонятен, переступил узкими ступнями, чтобы не попасть в тонкий алый ручеёк, что медленно тёк от мёртвого мага. Глаза у него стеклянно блестели, пальцы скрючились, выронив ритуальный кинжал с потемневшими рунами. Незнакомец едва заметно выдохнул, повернулся ко второму, склонился над ним и едва успел уйти от удара стилетом. Лесли промахнулся только потому, что тело его почему-то не слушалось.       — Ой.       — Помоги мне.       — Что?       — Помоги!       Мужчина ухватил Лесли подмышки, потянул вверх. С трудом поставил, прислонив к стене.       — Спасибо. Ты кто?       — Харрел.       — Харрел? А дальше? Род, клан?       — Просто Харрел. Я не знаю больше ничего.       — А ты давно тут? — Лесли поморщился, в глазах двоилось, словно у него их было четыре, а не два.       — Да. Я не помню сколько лет.       — Угу, — проговорил Лесли, сглатывая подступившую тошноту. Впервые с ним было такое чувство, будто что-то неправильно.       Ненужный свидетель, между тем, медленно отодвигался к выходу, и Лесли это не понравилось — мало ли что тот удумает.       — А ну, стоять! — рявкнул он, и парень как-то привычно замер. — Кто-нибудь ещё кроме тебя есть?       — Да, — ответил Харрел. — Нас тут четверо.       — И где? Показывай.       Харрел потопал впереди, ничуть не заботясь о том, что совершенно голый. Идти пришлось недалеко, этажом ниже Лесли увидел клетки, в которых сидели и лежали ещё трое детей.       «Бедненькие!»       Лесли даже остановился, настолько неожиданной оказалась пришедшая в голову мысль.       «Нужно срочно уводить их отсюда. Вот варвар, так обращаться с детьми!»       — Что ты сказал?       — Я? — парень, а сейчас стало ясно, что он молод, едва достиг совершеннолетия.       — А это не ты?       — Когда?       — Забудь.       Лесли покосился на чуть вибрирующие стены — пора было убираться отсюда и как можно скорее: маг умер, и защита башни рушилась. Скоро сюда набегут его коллеги, поживиться на развалинах.       — Нам нужно уходить.       — Нам? — переспросил наёмник, собираясь если и уйти, то в одиночестве.       — Нам, — подтвердил Харрел. — И не мешкая.       — Кто бы сомневался, что медлить не стоит, — пробормотал Лесли, а руки, вопреки разуму, уже сбивали замок с клетки с детьми.       Однако спасённые выходить (выползать) не торопились. Настороженно блестя глазами, они отодвигались всё дальше.       — Ну? Выбирайтесь, а то за ноги вытащу.       «Как можно? Детей и за ноги? Изверг!»       Мысль опять была непонятная и чужая, и Лесли запинал её вглубь, решив разобраться с непрошенкой позже.       Но мелюзга, то ли испугавшись, то ли доверяя Харрелу, подчинилась, выбираясь один за другим из низкой дверки. Одежды на них тоже не наблюдалось, и Лесли, пробежавшись по комнатам, принёс несколько покрывал.       — Вот, закутайтесь и бегом отсюда!       Дети, молчаливые и тихие, покорно замотались в выданные тряпки и потопали следом за Лесли. Во дворе у башни их ждал сюрприз. Крупный такой — по непонятной пока причине двухголовые псы не развоплотились, зато голем уже лежал неопрятной кучкой, мешаясь на пути. Дружелюбные, если их так можно назвать, собачки, претерпели, однако некоторые изменения: куда-то исчезла одна голова, тонкие длинные хвосты сменились весёлыми бубликами, а сами звери заметно подросли, и их клыкастые пасти покачивались в непосредственной близости от любимого места каждого мужчины. Это очень нервировало, Лесли даже подумал, а не стоит ли прикрыть пах руками, на всякий случай. На эту мелькнувшую мысль, откуда изнутри пришла непонятная ответка, что-то вроде, а кому это всё нужно и вообще пора подумать о детях.       — Да не хочу я о них думать! — пробурчал Лесли, бочком пробираясь к выходу.       Собачки бежали рядом и отставать не собирались. Впрочем, постепенно стало понятно, что бежали они за Харрелом, словно именно он был их хозяином.       Мощёная дорога, ведущая к башням, плавно влилась в пригородный тракт, уже начавший заполняться ранними путешественниками и торговцами. Лесли широко шагал по брусчатке, не очень заботясь о том, успевают ли за ним найдёныши. Но те, на удивление, неутомимо топали следом, не обращая внимания на окружающих. Их даже стражники на воротах не смутили, дети просто прошли мимо, повинуясь властному взмаху руки Лесли, с чего-то решившему, что оставлять их на произвол судьбы не стоит.       — Вот, — Лесли толкнул калитку. — Заходите.       Дети столпились у порога, бросая короткие взгляды по сторонам. На первом этаже располагались большая гостиная, совмещённая со столовой, небольшая комната для прислуги, которую Лесли использовал под склад расходного материала, и ванная комната — туда сразу были отправлены девочки. При ближайшем рассмотрении оказалось, что найдёныши по половому признаку делились попарно, Харрел был самым старшим, дальше шла совсем юная девушка, почти ребёнок, ей на взгляд было лет пятнадцать, а двум другим примерно по десять – двенадцать, хотя тут у Лесли уже были сомнения: тощие, голенастые и нескладные.       Младшего мальчишку Харрел прихватил с собой, во вторую ванну, пока Лесли отправился на поиски одежды. Тут он справился быстро, достал свои туники (те, что не жалко) и раздал голому народу, по принципу, пусть радуются, что вообще получили. Отмытый и приодетый детский (чуть не подумал — суповой) набор Лесли привёл на кухню. Что-то толкало его проверить холодильный шкаф и вытащить на стол все запасы. Усиленно сопротивляясь странному желанию, наёмник ограничился только ветчиной, хлебом и сыром, подавив потуги сварить целый диетический обед. Дети, однако, привередничать не стали, смели всё, что им поставили и уснули, стоило только отвернуться. Все трое — Харрел таращился осоловелым взглядом на хозяина дома.       — Идём, — вздохнул Лесли, поднимая на руки младшего из детей. — Бери девочку, за старшей вернёмся позже.       — Её зовут Хлоя.       — Угу, пусть и дальше так зовут. У меня шарика левитации нет, тут пока полежит.       Детей он решил поместить пока в гостевой спальне, а там видно будет. Они мелкие, поместятся на кровати, а если кому-то будет тесно, то вон, у камина, коврик лежит. Умильно (умильно???) осмотрев композицию из голов разного окраса на подушке, подоткнув одеяло слева, справа и так было хорошо, Лесли спустился на кухню и…       И обнаружил себя спустя час в фартуке, у плиты, жарящего пирожки. Всё бы ничего, но готовить наёмник умел на уровне «запеки дичь на костре», всё остальное отдав на откуп приходящей служанке. Но вот в этот момент его руки раскатывали тесто, не очень ловко, если начистоту, будто умом он понимал, что делать, а тело не умело, раскладывали начинку и лепили немного корявые пирожки. Но стоило Лесли осознать, что он делает, как мигом накатила растерянность, вместо лепёшки получилась дырявая тестяная блямба, а содержимое вывалилось на стол.       — Так…       Лесли вздохнул и закрыл глаза, взявшееся ниоткуда умение работало только в тот момент, когда он не думал об этом.       — Так…       Наёмник вздохнул, не обращая внимания на запах подгоревшего масла, отключился и… — У козы — томный взгляд, у овцы — добрый нрав, На лошадку кто сверху залез, тот и прав; Если хочешь экзотики — вот и удав, Только ёжика, брат, ты в покое оставь!       Песенка пелась, пирожки пеклись, суп варился, овощи тушились. — По словам знатока, можно вылюбить моль, Можно выхохлить выхухоль, выпчелить пчёл, Хоть китайскую пушку и ивовый кол! Только с ёжиком выйдет буквально прокол!       У дверей стоял сонный Харрел и смотрел на вакханалию на кухне. Клубы дыма от пригоревшей партии пирожков, аромат жареного мяса, мука, присыпавшая все поверхности, топорщится на ножнах кинжала кокетливый фартучек. — Рядом с ёжиком всякий предмет или зверь — Это просто находка и кладезь идей. Бородатая тётя? — Отличный улов! А ежу дай отставку, пока ты здоров!       Лесли почесал нос, пачкая его в муке, и задумчиво проговорил:       — А кому помешали бородатые женщины? Вон, у гномов все дамы с бородами и ничего, плодятся и размножаются. Или не все? Надо у отца спросить, что-то он такое говорил. Только без матери, а то ещё заподозрит его в измене. — Если живность обходит тебя за версту, Даже куры попрятались в дальнем лесу — Две руки и смекалка героя спасут! ...А из ёжика выйдет наваристый суп!       Лесли снял поджаренные пирожки со сковородки и положил туда следующую партию.       — А вот интересно, из ёжиков действительно суп варят?       — Я не знаю, господин.       Наёмник подпрыгнул, удивляясь тому, что не услышал появления парня.       — Какой я тебе господин? — возмутился он. — Выспался?       — Да, — помедлив, отозвался Харрел.       — Отлично, с пирожками справишься? — дождался кивка и сунул в руки Харрела нож. — Тогда вот тебе работа, переворачивай.       Некоторое время в кухне слышались только стук скалки, бряканье ложки и шипение масла.       — А скажи-ка мне, милый друг, — начал Лесли, с подозрением рассматривая последнюю ложку начинки, то ли съесть так, то ли утрамбовать в пирожок, потом сунул в рот ложку и прошамкал, — шкаши, а фто фы делали у мага?       — Он что-то делал с нами. Проводил опыты.       «Сволочь!»       — Кто?       — Маг.       — Я не тебе, — отмахнулся Лесли, соображая, кто дал такую «лестную» характеристику магу.       — Простите, господин?       — Эй, меня зовут Лесли. Я наёмник, Тень, полукровка… что ещё?       «А я кто?»       — М-м-мать степная…       «Я?!»       — Господин?       — Так, что-то я не понимаю ничего. Ладно, вернёмся к тебе. Итак, маг проводил над вами эксперименты. Это я понял. Вот с тобой, что он сделал?       — Со мной? — Харрел помолчал и проговорил, отводя глаза. — Я оборотень, превращаюсь в горгулью…       — А! Так это ты сидел на крыше башни? Такой большой, с клювом и когтями.       — Да. А ещё я могу видеть глазами животных.       — Ух, ты! У остальных тоже есть что-то подобное?       — Насколько я знаю — да. Хлоя умеет проходить сквозь стены. Только одежда остаётся по ту сторону.       — Ха! — Лесли представил себе, как из стены выходит голая девушка, и жизнерадостно засмеялся. Вот кому-то сюрприз будет!       — Дарна покрывается бронёй и умеет выпускать из пальцев когти. А Винат усилитель и восстановитель магии.       — Это как?       — Вот так, — прозвучал тихий голос, в кухню вошёл мальчик, взял в руки тусклый магический шарик, и тот засиял ровным ярким светом.       — Здорово. Спасибо! А то я как раз собирался к магу, за новым.       — Я могу зарядить все, — проговорил мальчик.       — Тогда завтра мы идём к моим родителям, мама будет тебе очень рада. У неё там как раз пара десятков разряженных накопилась.       — Как прикажете, господин.       — Эй, я уже Харрелу говорил, теперь тебе скажу, меня зовут Лесли и никак иначе. Сейчас мы быстро наводим порядок и садимся обедать. Вернее, ужинать. А то вы весь день продрыхли.