Not Something Sisters Do / Не то, что делают сёстры

— Она умерла? — Нет, она не умерла! — поспешно ответила я. Что за вопрос вообще? Нормани лежала на полу без сознания, и я не знала, что делать. Она не умерла, я уже проверила её пульс, чтобы убедиться, что она жива, и так и есть. Спасибо, господи. Всё произошло так быстро: сначала мы с Камилой просто целовались, а затем из ниоткуда возникла Нормани и поймала нас. И теперь она вырубилась. Я запустила руку в волосы, сидя рядом с Нормани и ожидая, когда она проснётся. Камила села рядом со мной и положила голову мне на плечо. — Что мы будем делать? — Я не знаю, — призналась я, обнимая её одной рукой за плечи. Она переплела свои пальцы с моими, на той руке, которая свисала с её плеча. — Если что-то случится, просто знай, что ты очень-очень мне нравишься... Ладно? Я сжала её руку и поцеловала её в макушку. — Ты тоже очень мне нравишься. — Ах, что за хуйня, — мы с Камилой быстро оторвались друг от друга, чтобы проверить Нормани, которая уже просыпалась. Нормани села, держась за голову. Моё сердце начало биться быстрее, о, боже, пожалуйста, не дай его вспомнить. Она повернула голову, чтобы взглянуть на меня и Камилу, которые сидели на коленях рядом с ней с обеспокоенным выражением лица. — Пожалуйста, скажите мне, что это был сон? — Нормани практически умоляла. Она помнит. Её глаза метались между нами двоими, я наблюдала за тем, как она встаёт, всё ещё держась за голову. — Лорен, серьёзно? — спросила она, её голос передавал всё её замешательство. Я встала, и то же самое сделала Камила. Я помогла очень сконфуженной Нормани встать на ноги и взглянула на Камилу, прекрасное лицо которой было обеспокоено. Я взяла Камилу за руку и сжала её. — Можешь дать нам минутку? Она кивнула и потянулась ко мне, чтобы поцеловать меня в щёку, а затем ушла, закрывая за собой дверь. — Что это, блять, за хуйня? — вырвалось у Нормани. — Пожалуйста, скажи мне, что это шутка, и я просто не падала в обморок...? Я нервно посмеялась и провела рукой по своим волосам. — Мне многое нужно тебе рассказать. Мы сели на мою кровать, и я рассказала ей всё, что между нами произошло. Начала я с того, как Камила начала казаться мне красивой, как я ревновала её, когда она говорила с парнями, о нашем первом поцелуе (который был пиздец, какой странный, если говорить вслух), которого Камила даже не запомнила. Я рассказала о причинах, по которым моё настроение было как сплошные американские горки последние несколько месяцев. И что всё это привело к тому, где мы сейчас. — Так... — в первый раз заговорила Нормани. — Вы вдвоём... Встречаетесь или что? Я пожала плечами. — Я не знаю... Мы особо не говорили об этом. — Что ты к ней чувствуешь? — спросила она. — Как она заставляет тебя чувствовать? — Я не знаю, — я помотала головой, на моём лице начала появляться улыбка. — Я чувствую так много из-за неё. В одну секунду я зла, и мой день проходит дерьмово, а зачем всего один взгляд на неё заставляет мои проблемы улетучиться. Каждую ночь мы обнимаемся, и когда я нахожусь в её руках, я чувствую себя так безопасно и тепло... И любимой, рядом с ней я словно дома. И когда она в моих руках, я никогда не хочу отпускать её, потому что я всегда боюсь, что она уйдёт, и это всё окажется просто сном. Она делает меня счастливой. Последняя пара недель, наверное, было самым лучшим временем в моей жизни, и я никогда не чувствовала себя счастливей. — Я... Я думаю, что медленно влюбляюсь в неё. Я почувствовала, как мои щёки начинают краснеть из-за моего заявления, и моё сердце наполнилось таким большим количеством эмоций. Я не смогла сдержать улыбки, думая о Камиле. Я никогда вслух не признавала ничего такого, а тем более то, что, как я думаю, начинаю влюбляться в неё. — Ло, — вздохнув, начала Нормани, отрывая меня от мыслей. — Я не знаю, что чувствую насчёт этого. Она встала и начала ходить по комнате, пока я наблюдала за ней. — Я имею в виду, да, я заметила, что ты стала намного счастливей, чем была около двух месяцев назад. Но, Лорен, это твоя сестра, чёрт побери. Я провела рукой по своим волосам. — Мы не связаны кровно. — Ну, блять, да, — резко сказала Нормани. — Но ваши родители женаты. Что произойдёт, когда они узнают? Я подпрыгнула на ноги и встала перед ней. — Мани, ты не можешь сказать им! — Расслабься, я не сдаю. Я выдохнула. Затем она возникла из ниоткуда и обняла меня. Я обняла её в ответ, а она заговорила: — Мне нужно переварить это всё. Не волнуйся, я никому не расскажу, мне просто нужно немного пространства, чтобы понять, что я чувствую насчёт того, что моя лучшая подруга встречается со своей сводной сестрой. Моё сердце разбилось, и на меня накатила грусть. — Это значит, что мы не потусуемся завтра на Осеннем фестивале? — Извини, но как я сказала, Ло, мне нужно время. Значит, нет. Я обняла её крепче. — Прости, Мани, я не хотела, чтобы всё было так. Просто... Так получилось. Она оторвалась от меня с грустной улыбкой на лице. — Я знаю, ты не можешь контролировать то, что чувствуешь. Я кивнула и осталась стоять на месте, пока она брала свой кошелёк, который забыла. — Мы ведь всё ещё лучшие друзья, да? — спросила я. — Конечно, — сказала она. — Но, как я сказала... — Тебе нужно время, — я закончила предложение за неё. Нормани кивнула, и последний раз обняла меня прежде, чем уйти. Я взглянула в окно и наблюдала за тем, как она уезжает. Я глубоко вдохнула и провела рукой по своим волосам. Пиздец. Внутри моего живота было чувство грусти и чувство какого-то спокойствия. Я успокоилась, потому что это больше не секрет для моей лучшей подруги, но мне грустно от того, что она конкретно не принимает моих отношений с Камилой. Ах, да, она же ждёт, чтобы я закончила разговор с Нормани, который кончился минут 10 назад. Бля. Я схватила телефон и нажала на кнопку блокировки, чтобы посмотреть время. 18:43. Кладя телефон в карман, я вышла из своей комнаты и направилась в комнату Камилы. Я тихо открыла не запертую дверь и прошла внутрь. И я оцепенела, когда увидела её, стоящую ко мне спиной, смотрящую в окно и поющую. Скажи, что запомнишь меня Стоящей в милом платье, любующейся закатом, милый, С красной помадой на губах и румянцем на щеках. Скажи, что мы увидимся снова, Даже если это просто твои безумные мечты, Безумные мечты. [прим. переводчика: НУ ЕЩЁ БЫ ОНА ПЕЛА ЧТО-ТО ДРУГОЕ кто не понял это песня Taylor Swift - Wildest Dreams] Я была ошеломлена, я никогда не слышала, как она поёт. Её мягкий, нежный голос заставил моё тело покрыться мурашками и встать дыбом волосам на моей шее и руках. — Святое дерьмо, — вслух пробубнила я. Камила повернулась, её глаза расширились, а щёки покраснели. — Я-Я не слышала, как ты вошла, — нервно сказала она. Я улыбнулась тому, как она заикается, когда нервничает. Закрыв и заперев дверь за собой, я подошла к ней и заключила её в крепкие объятия, в которых отчаянно нуждалась после всей ситуации с Нормани. — Ты в порядке? — спросила она напротив моей шеи. Я помотала головой. — Нет. Камила ничего не сказала, только вырвалась из объятий, повела меня к кровати и легла туда, а я легла рядом и обняла её. Моя голова покоилась на её груди, а рука была обёрнута вокруг её талии. Я испустила довольный выдох, когда почувствовала, как она мягко поглаживает мою спину. — Хочешь поговорить об этом? — мягко спросила она. Я вздохнула, закрывая глаза. — Нормани не принимает нас. Она сказала, что ей нужно время, чтобы переварить новость о том, что её лучшая подруга встречается со своей сводной сестрой. Камила молчала, но продолжила поглаживать мою спину, а затем, наконец, заговорила: — Тогда дай ей время. Я имею в виду, то, что между нами... Немного выходит за рамки обычного. Тем более, мы ей не в лоб об этом сказали, а она увидела нас, когда мы целовались. Многое нужно обдумать. — Да... Полагаю, ты права. Поцелуй в мою макушку заставил меня улыбнуться. Мои щёки начинали болеть от того, что я так сильно улыбаюсь. Я подняла голову, чтобы взглянуть на неё. — Почему ты не говорила мне, что так замечательно поёшь? Её глаза расширились. — Что? — Кэмз, — я слегка приподнялась на левом локте, а правой рукой начала поглаживать её покрасневшую щеку. — Ты потрясающе поёшь. Почему я только сегодня впервые услышала твой голос? Она застенчиво отвела взгляд. — Не знаю... Я обычно пою, когда дома никого нет. — Можешь спеть что-нибудь для меня? — спросила я, сомневаясь, надеясь не вывести её из зоны комфорта. Она приподняла бровь, делая задумчивое выражение лица. — Попозже? Я улыбнулась, это лучше, чем "нет". — Звучит хорошо. С этими словами я легла обратно и прижалась своими губами к её мягким губами, но огромное урчание в животе заставило нас оторваться друг от друга. Это было не у меня, и, судя по её смущённому выражению лица, это было у неё. — Проголодалась? — издеваясь, хихикнула я. Она кивнула. — Как насчёт пиццы? Её глаза засияли, и она с энтузиазмом кивнула. Я подняла бровь из-за её молчания. — Ты не собираешься разговаривать? Она помотала головой, на её розовых губах, которые я так любила, образовалась маленькая улыбка. — Что же заставит тебя заговорить? Эта улыбка превратилась в хитрую, а она указала пальцем на свои губы. — Поцелуй? — спросила я, подаваясь вперёд. Она медленно кивнула. И снова, я прижалась своими губами к её, а затем оторвалась. — Ещё, — прошептала Камила. Вместо того, чтобы издеваться над ней, я перебросила одну ногу на другую сторону и оседлала её. Я наклонилась ниже, мои волосы создали тёмные занавески вокруг нас, а затем я снова её поцеловала. Её руки приподнялись и начали водить по моим рёбрам вверх и вниз. Я дотронулась руками до её щёк, наклоняя голову в сторону и углубляя поцелуй. Я поцеловала её верхнюю губу, затем скользнула языком в её рот, и наши языки соприкоснулись. Я застонала, когда почувствовала, что Камила начала царапать мою спину своими ногтями, а затем положила руки на мои бёдра, прежде чем не пойти дальше и не схватить меня за зад. Вдруг, снова послышалось громкое урчание, и я оторвалась от поцелуя и взглянула на сгорающую от стыда Камилу. Я хихикнула, когда её щёки начали гореть. Я попыталась встать, чтобы мы смогли заказать пиццу, но она всё ещё держала меня за задницу. Я приподняла бровь. — Ты против? — Прости, — застенчиво пробормотала она и отпустила меня. Быстро чмокнув её в губы, я встала с её колен и встала на пол, пока она лежала и дула губы. Я рассмеялась и взяла её за руку. — Пойдём, закажем пиццу.

***

Мы закончили с нашей пиццей, и теперь обе лежим на диване и смотрим "Хэллоуинтаун" на Диснее. Я прижималась к Камиле, она обнимала меня рукой за плечо, пока я рассеянно играла с её тонкими пальцами. Дома было очень тихо, за исключением звука телевизора. Я взглянула на Камилу, которая сосредоточилась только на фильме и ни на чём больше. Сегодня мы снова будем дома одни, и, если честно, мне вообще всё равно. Мне было интересно, что об этом думает Камила. — Эй, Кэмз? — Да? — Ты заметила, что наших родителей... Никогда нет? Она пошевелилась на своём месте, заставляя меня сделать то же самое, я схватила пульт и выключила звук. — Да, я заметила, — сказала она. — Мне без разницы. Я кивнула. — Мне тоже. Я имею в виду, это даёт нам больше времени побыть наедине, — я подмигнула ей, заставляя её хихикнуть и упасть на меня. Теперь я лежу на спине, а она сидит сверху на мне. Мне нравится эта позиция. Камила поцеловала меня в губы, я улыбнулась напротив её губ. Она разорвала поцелуй и положила голову мне на грудь. — Что будет завтра? О, да, Осенний фестиваль. — Не знаю, будет странно увидеть там моих друзей. Особенно Нормани, раз уж она сказала, что ей нужно немного пространства и всё такое дерьмо. — Ты больше не хочешь идти на Осенний фестиваль? — я могла слышать разочарованность в её голосе. Я поглаживала её спину. Нет, я не хочу идти, потому что будет чертовски неловко пытаться вести себя, как обычно, особенно перед Нормани, которая знает правду. В моей голове возникла идея. — Как насчёт того, что я организую день для нас? Типа свидания, где мы не должны будем прятаться, мы смогли бы сходить куда-нибудь, держаться за руки и целоваться на людях? Камила приподняла голову и широко улыбнулась мне. — Ты сделаешь это для меня? — Конечно, ты же однажды сделала это, — сказала я, вспоминая тот магазин кофе. — И это может быть как наше первое официальное свидание. Камила подвинулась лицом ближе к моему и счастливо улыбнулась. — Ты замечательная, ты знаешь об этом? Я покраснела, мне никогда не говорили, что я замечательная, или никто не говорил мне так много милых комплиментов, как Камила, тем более, учитывая то, что она правда имеет это в виду. Да, люди делали мне комплименты, но я была мудилой и всегда отвечала с сарказмом. Но на милые слова Камилы я не хотела отвечать чем-то грубым. Поэтому, я ничего не ответила и прижалась губами к крошечной родинке на её лбу, оставляя долгий поцелуй.