Время нам поможет!

Если я скажу, что к вечеру мне стало легче, то меня заслужено можно будет назвать самым большим вруном на земле. Голова так же трещала, тело бросало то в жар, то в холод, перед глазами все плыло. Я триста раз поклялся себе не пить, но кому это сейчас поможет? Я прекратил самобичевание и глубже зарылся под одеяло. И вдруг раздался дверной звонок. Знаете чувство, когда ты берешь бутерброд, чашку чая, удобно устраиваешься в кровати и с ужасом понимаешь, что ты забыл пульт от телевизора? Вот как раз сейчас так было и у меня, только раз в сто хуже. - Кого еще принесло в такое время? – мысленно выругался я и нехотя пошел открывать. Моментально появилась глупая мысль, что это может быль Алиса, что она либо пошутила, либо передумала, раскаялась и хочет ко мне вернуться. Но эту мысль я прогнал в мгновение ока. Конечно, я многое могу простить человеку, которого люблю, но только не измену. Медленно дошел до двери и открыл, не глядя в глазок. Следом за дверью открылся мой рот, я просто потерял дар речи. На пороге стоял Павел с большим пакетом и радостно улыбался. - Привет больным! – выдало это ходячее недоразумение и беспардонно ввалилось в квартиру. – Я купил тебе таблеток и принес малиновое варенье. Я же не могу допустить, чтобы мой любимый учитель пропускал работу. Без тебя на лекциях скука смертная, знаешь? - Какого черта ты здесь делаешь? – спросил я уже абсолютно равнодушным тоном, идя за ним на кухню. Привалившись плечом к косяку, я смотрел, как он выгружает гостинцы. - И я рад тебя видеть, милый. Я узнал, что ты болеешь, и решил тебя навестить. Ты не рад? – через мгновение Паша подошел ко мне и наклонился так близко, что я пошатнулся. С его лица не сходила противная ухмылка, но это не вызывало у меня ровным счетом никаких эмоций. Я продолжал смотреть на него в упор, даже не пытаясь отойти или возразить такой наглости. Не то, чтобы я сдался или меня сильно радовал приход ночного гостя, тем более Павла, но на душе, да и не только, было настолько хреново, что никак не хотелось с ним спорить или ссориться. Видимо, он это заметил, и самодовольное выражение на его лице сменилось, как ни странно, тревожным. - Ты чё, реально заболел? А ну, дай голову, – он прикоснулся к моему лбу ладонью, и по телу побежали толпы мурашек. Такая холодная, но такая нежная. Так приятно чувствовать его заботу. - Да ты горишь! Ты в курсе? Быстро в кровать, – я не стал сопротивляться и отправился в комнату. Через минуту Пашка уже сидел на кровати и ждал, пока у меня измеряется температура. *** Рамашин уже минут 10 стоял у окна, а я только сейчас заметил, как красиво его волосы обрамляют лицо, как мужественно смотрится этот мальчик, когда у него сложены руки на груди, а ноги на ширине плеч. Почему-то сразу промелькнула забавная мысль, что когда-нибудь, лет через двадцать, он также будет стоять у окна и ждать с дискотеки детей, как в свое время меня ждал мой отец. Почему именно эта мысль пришла мне в голову? Да сам не знаю. Может потому, что в его глазах было столько заботы, когда он приносил мне градусник, измерял температуру, укрывал одеялом. Я улыбнулся своим мыслям и не заметил, как перед глазами все поплыло. Небо было сиреневого цвета, трава под ногами такая мягкая и пушистая, что хотелось пройтись по ней босиком. Легкий ветерок трепал мои волосы и нежными прикосновениями ласкал кожу. Ко мне подошел стройный молодой парень с такой манящей улыбкой. Он обнял меня. Его руки такие теплые… Провел ладонью по лицу… Как же приятно… Мое тело расслабилось… Я подался вперед, мне нестерпимо хотелось касаться его кожи, целовать эти соблазнительные губы… Его руки на моих плечах… - Ник, мой Ник. Ник… - шептало мне мое видение. - Ник…Ник… Его слова становились все громче, перерастая в крик. Я чувствовал, как кто-то начинает трясти меня за плечи и бить по щекам. - Очнись, Ник! Слышишь меня? Я очнулся и медленно приоткрыл глаза. Передо мной стоял Паша и изо всех сил тряс меня, пытаясь привести в сознание. - Господи, очнулся… Как же ты меня напугал! Ты меня видишь? Узнаешь? Подожди, милый, сейчас скорую вызовем, потерпи немного… Только не закрывай глаза… Он нервно метался по квартире в попытках найти телефон и вызвать скорую, а у меня перед глазами все еще был мой минутный сон. И тот несостоявшийся поцелуй, те прикосновения, тот парень… Это же был ОН, Паша! Это…был… он… Не успев додумать, я снова отключился. Проснулся я уже от яркого света. Судя по белоснежным стенам, я все-таки в больнице. Чтобы понять это, мне понабилось некоторое время, потому что поднять голову сил совершенно не было, яркий свет слепил глаза. Нет, боли уже не чувствовал, но сил и желания двигаться я в себе не обнаружил. - Привет, соня, – послышалось откуда-то издалека. – А ты вчера здорово меня напугал. Это был Паша. Он сидел на соседней кровати и, судя по его, одежде тут же он и провел ночь. - Что я здесь делаю? – с трудом, но я все же оторвал голову от подушки, чтобы через мгновение об этом пожалеть. В жизни есть куда более приятные вещи, чем тупая боль в затылке. - Тише, тише, - Паша поднялся с кровати и подошел ко мне. - Не вставай, тебе еще нельзя. У тебя, оказывается, температура 40 вчера была. Ты вообще за здоровьем следишь? Или как? - Или как, - вырвалось у меня, и на лице появилась слабая улыбка. - Смеется он тут... Я вчера сам чуть коньки не отбросил. Лежит весь такой бледный, глаза закатил, дышит через раз… – он начинал повышать голос, а я тихо радовался, что сейчас рядом со мной именно он. С лица не сходила глупая улыбка, а сердце почему- то забилось чаще. Может, действительно ничто не происходит в этой жизни напрасно? Может, там, наверху, действительно кто-то есть? Этакий ангел-хранитель, который помогает людям встретить друг друга в нужном месте и в нужное время, таким образом, решая нашу судьбу? Что, если высказывание: «Мы сами творцы своей судьбы», - вовсе и не бред? С чего у меня такие мысли? А сами подумайте, не слишком много ли в нашей жизни случайных совпадений? Хотя, время покажет… Время же поможет?