you're just a line in a song

      Ирония заключается в том, что у Барри астма.       Её обнаружили ещё когда он был маленьким, в шесть или семь лет, когда он не мог перестать кашлять по ночам, с трудом дышал и часто просыпался более уставшим, чем когда ложился спать. Отец отвёл его на обследование, и, после обнаружения астмы, мама всегда успокаивала его, стоило его груди начать сжиматься.       Он привыкает к приступам – дневным или ночным, привыкает постоянно носить с собой ингалятор, привыкает к поддразниваниям ребят из школы из-за того, что он другой, слабее. Несколько раз ему приходится уходить пораньше, потому что кто-то считает, что прятать от него ингалятор во время приступов хорошая идея. Когда его матери приходится уже в третий раз забирать его от медсестры, поднимается протест – угрозы судом, среди прочего, включая общешкольное собрание об опасности издевательств и детях с проблемами здоровья. Нора Аллен самая милая женщина в мире, не считая моментов, когда с её мальчиком плохо обращаются.       Чем дальше он входит в подростковый возраст, тем больше уменьшаются симптомы. И, хотя он знает, что никогда не избавится от астмы, он так же понимает, что симптомы, вероятно, вернутся в ухудшенной версии, когда он станет взрослым, поэтому он благодарен, что хотя бы сейчас, будучи подростком, все не так плохо.       А затем его ударяет молния, он становится Флэшем, и к тому времени, когда ему исполняется двадцать шесть, и самое худшее, что может с ним случиться, это редкий кашель, он предполагает, что его клеточная регенерация позаботилась о болезни.       Оглядываясь назад, он понимает, что не должен был быть так самоуверен.

***

      Сжимающее чувство в груди преследовало его весь день, и хотя поначалу он думал, что это имеет отношение к неприятному чувству от новости о побеге Леонарда Снарта из тюрьмы, к вечеру давление только нарастает, и он уже знает, что это означает.       Циско и Кейтлин напряжены и крайне насторожены, зная медицинскую историю Барри, разумеется, но они не многое могут сделать, когда сигнал тревоги оповещает о том, что кто-то, похожий на Капитана Холода был замечен в центре города. У Барри действительно нет иного выбора, кроме как побежать в нужное место, и Кейтлин с Циско смотрят ему вслед, беспокоясь о том, как Барри продолжал потирать в районе груди.       Он легко находит Снарта – тот даже не пытается прятаться, привалившись к стене небольшой закусочной и не отводя взгляда от банка через дорогу. Ледяная пушка прислонена к плечу.       - Сбежал из Айрон-Хайтс и первое, что делаешь – планируешь ограбить банк?       Снарт усмехается, глаза всё так же смотрят на здание напротив.       - Некоторые вещи не меняются, Барри, не важно, как бы мы хотели обратного.       - Во что именно ты играешь, Снарт?       Снарт открывает рот, чтобы ответить, но останавливается, когда тяжёлый кашель вырывается из Барри, оставляя его ослаблено стоять на коленях и сипеть.       - Что, погода не очень? – Барри слышит усмешку в его голосе, и ему даже не нужно поднимать взгляд, чтобы удостовериться, что он прав. – Что, холод замучил?       - Вроде бы нет, – пытается сказать Барри, но удаётся только наполовину, прежде чем дрожь проносится сквозь него с молниеносной скоростью и он буквально чувствует, как его горло сжимается, а лёгкие больше не получают достаточно воздуха. Через интерком он слышит, как Циско тревожно кричит.       - Барри?       Он слышит, как лёгкое беспокойство окрашивает голос Снарта, и если бы он был способен хоть что-то сказать, то непременно поддразнил бы его на этот счёт. Но пока он едва может дышать. Барри чувствует холодный пот, стекающий по вискам, а его пальцы начинают подрагивать, а зрение размывается.       Неожиданная хватка на руках помогает поднять голову, и он фокусируется на Снарте, лицо которого внезапно оказывается ближе, чем мгновение назад, светло-голубые глаза расширены и находятся как раз напротив лица Барри.       - Барри. Давай же. Сфокусируйся.       Он удерживает свой взгляд на немигающем взгляде Снарта, и хотя он всё ещё не может отдышаться, взгляд Снарта удерживает его и помогает хотя бы немного уменьшить панику.       - Дыши вместе со мной, Барри, вот так. Вдох, теперь выдох через нос, хорошо. Задержи дыхание... задержи... выдыхай, медленно, через рот, вот так. Ещё раз.       Барри снова дышит вместе с ним, и тихий, ровный голос Снарта, дающий инструкции, успокаивает его ещё больше. Стремительный ритм его дыхания несколько замедлился, хотя каждого вдоха ещё недостаточно, каждый вдох всё ещё режет его лёгкие словно ножом, и, исходя из обширного опыта, Барри знает, что, если он вскоре не доберётся до своего ингалятора, то ему потребуется госпитализация.       - Нужно... Стар-Лабс, – выдыхает он, и, если бы он был в порядке, то был бы слегка смущён тем, что Снарт до сих пор не отвёл взгляд, всё так же фокусируясь на Барри, как будто боялся, что если хоть раз моргнёт, то Барри исчезнет.       - Они могут тебе помочь? - Ас-ас-астма, – выдавливает он. – Нужен... нужен мой ингха-кха-лятор.       Брови Снарта почти незаметно приподнимаются в мельчайшем признаке замешательства, будто факт того, что Флэш сражён чем-то столь банальным, как астма, немыслим для него. Он вытряхивает эту мысль из головы, поднимается с колен, утягивая Барри с собой и всё так же крепко его удерживая.       - Моя машина за углом, – тихо говорит он, держась за Барри. – Сможешь добраться туда?       Барри судорожно кивает, судорожно кашляет ещё раз, руки то ли вибрируют, то ли просто дрожат, потому что каждая кость в его теле словно трётся о другие с ужасной болью.       - Идём.       Снарт аккуратен с ним, пока ведёт до машины, его рука мягкая, но непреклонно удерживает Барри под локоть. Он бормочет бессмысленные банальности всю дорогу, и Барри просто не может удержаться от того, чтобы не опереться на него, окунаясь в те уют и тепло, что были так щедро ему предложены.       Он не многое помнит, если вообще помнит, о поездке в Стар-Лабс – он думает, что отключился, возможно, из-за недостатка кислорода. Но когда он просыпается на весьма знакомой кровати, подключённый к столь же знакомым аппаратам, с неизменно знакомыми переживающими лицами, с облегчением смотрящими на него, он понимает, что не очень-то и удивлен тому, что одна его рука свисает с кровати, крепко обхваченная обеими ладонями Леонарда Снарта, и небольшая улыбка, полученная им от Капитана Холода согревает и заставляет его чувствовать себя так, словно он сможет легко дышать, пока эта самая улыбка обращена к нему.