Тотальная несправедливость

Рид старался ёрзать на стуле как можно незаметнее. Ещё у него появилась странная потребность трогать обручальное кольцо. Приходилось поглаживать его сквозь одежду, так как доставать украшение где-то в пределах взглядов опытных профайлеров он не решился. Спенсеру не сиделось спокойно на месте. Яркие эротические картины, которые внезапно вспыхивали в мозгу, заставляли его моргать и застывать на месте, будто его ослепляли ярким светом или брали на прицел. Он внезапно осознал, что его гениальный и супер-быстрый мозг тоже может начать буксовать. Особенно если стройные ряды логических выкладок и необычных допущений сжигает, словно тонкую бумагу, огонь ярких фантазий. И эти фантазии, благодаря его идеальной памяти, помогали воссоздать те моменты, которые уже произошли и оставили огненный след, как от протекающей лавы, в его голове. Кроме того, его фантазия неожиданно оказалась очень детализированной и донельзя неприличной. Он представлял себя обнажённым под Аароном. И словно ощущал тяжесть его тела и чувствовал на плечах его тяжелое дыхание. Видел себя, целующего мужчину, ласкающего его торс и спускающегося к его паху. Держащего в пальцах и во рту пульсирующий от прилива крови член. - Рид, ты плохо себя чувствуешь? - мужчина ощутил прикосновение руки Эмили, сидящей за соседним столом. Она встала и подошла к нему, а он и не заметил. Идиотская беспечность. Так углубился в похотливые фантазии, что не обратил бы внимания, даже если бы их всех взяли в заложники и расстреляли. - Ты покраснел, - женщина окинула его изучающим взглядом. - И вспотел, - она покрутила головой, рассматривая его с разных ракурсов. - Что такое, малыш, представляешь себе какую-нибудь грудастую красотку? Или крепкого парня с рекламы нижнего белья? - активизировался рядом Морган, усмехаясь. Рид выругался на нескольких иностранных языках, особенно эксплуатируя русский, а затем бросился в туалет. Там плеснул в лицо ледяной водой, а затем достал цепочку из-под одежды и некоторое время смотрел на кольцо, словно бы испускающее слабый золотистый свет в ярком электрическом освещении. - Рид, всё в порядке? - в туалет вошёл Аарон с обеспокоенным выражением лица. Спенсер судорожно вздохнул, сглотнул, кивнул и спрятал кольцо дрожащими руками. - Да. Нет. Просто вспоминал вчерашнее... Не вовремя, - смутился Рид. - Мне просто нужно привыкнуть. Я соберусь с мыслями, обещаю! - Хм. Никаких ненужных фантазий на рабочем месте, - деланно сурово заявил Аарон. А затем лукаво усмехнулся. - Думаешь, мне легко? Оглядев помещение, и убедившись, что никого кроме них нет, даже в запертых кабинках было тихо, и ничьи ноги не торчали, Хотчнер подошёл к Риду и притянул его в объятия. - Вечером, если будем свободны и нас никуда не выдернут, обещаю тебе исполнение любых твоих желаний, - тихо произнёс он, склонившись к его порозовевшему уху. И погладил ладонью по его спине. Спенсер задрожал, ему показалось, что и тонкой кофты, и рубашки словно бы не было. И что Аарон коснулся его голой кожи. Ему вдруг показалось, что у него вот-вот встанет даже галстук. Что он и озвучил. Затем поднял голову, обнял Аарона за шею и прижался губами к его губам. Тот яростно ответил, с силой сжав его, будто в тисках. Рид впервые ощутил всю мощь этого великолепного мужчины. Через мгновенье Аарон отпустил его и быстро отошёл на шаг. - Я слышу шаги, - прошептал он очумевшему спутнику, поясняя свои действия. Спенсер кивнул и снова бросился к умывальнику, а затем едва не утопил лицо в ледяной воде. Однако человек прошёл мимо, не потревожив их. И всё же через пару минут, когда и Аарон внезапно решил совершить ледяное умывание, вслух сетуя, что нельзя принять ледяной душ, они вышли. Рид, который ненавидел мыться в холодной воде, внезапно разделил увлечения начальника холодным душем. И тоже внезапно в него захотел. Неожиданно через несколько минут Спенсеру удалось полностью взять себя в руки. Он подумал о том, что всё равно получит своё. И что его партнёр тоже явно не против. Так что нечего погружаться в бессмысленные фантазии, которыми он развлекался раньше. Если можно получить то, что заводит намного сильнее. И является восхитительно реальным. Узнав о том, что на новое дело они летят без Аарона, которому Штраус приказала оставаться с Пенелопой, консультируя, при необходимости, по телефону, Рид ощутил сильнейшее желание кому-то выдрать жидкие волосы. Седые белые волосы. Спенсер, получив приказ от Моргана брать сумку и выдвигаться, обошёл его по широкой дуге и направился в кабинет Гарсии. Там уже находился Хотч, а вот Пенелопа отсутствовала, оставив включённый компьютер. - Тебе нужна Гарсиа? Она вышла взять кофе, - заговорил Хотчнер. - Это несправедливо! - возмущённо воскликнул Рид, яростно жестикулируя и нервно меряя комнату широкими шагами. - Почему тебя оставляют? С чего Штраус вообще решила отправиться с нами на задержание? Она будет там уместна как слон в мышеловке. - Успокойся, Рид, - Хотчнер ловко поймал его за руку и притянул к себе. - Пусть Штраус бесится - мне плевать. Я отлично проведу время и здесь. - Ты точно не будешь... - Спенсер сглотнул и взглянул ему в глаза. - Психовать? Нет, не буду, - слегка улыбнулся мужчина и провёл ладонью по щеке Рида. - Рано или поздно Штраус поймёт, что я не претендую на её должность. И тогда она успокоится. Ну или я её раньше прикончу. Шучу. Показалось естественным обнять друг друга, чтобы поддержать. А затем так же естественно объятие перешло в поцелуй. Когда они оторвались друг от друга, тяжело дыша, то наконец-то заметили Гарсию. Пенелопа стояла в дверном проёме, вытаращив глаза, едва не выпустив из рук два кофе в упаковке. - Рид, тебе уже пора, - Аарон бережно подтолкнул его к выходу. - Не лезь на рожон. И помни, что я тебя жду. Спенсер нервно кивнул и направился прочь, оглядываясь.